Статья: Сшел в Сибирь: миграция населения Яренской вотчины Вологодского архиерейского дома в XVII в.

Наместником на Усть-Выми после ухода Тихона и Григория Федотовых в Сибирь был Кузьма Патрикеев. С ним сговорился Лёвка Никулин, отмеченный в переписной книге 1646 г. В переписной книге 1646 г. зафиксировано: «Деревня Конец Озерья, а в ней крестьян: во дворе Левка Микулин сын с детьми, с Ывашком да с Савкою, да с Харламком, а Харламко 8 лет, да с племянником с Петрушкою Фогиевым сыном, да со внуком с Лаврушкой Аврамовым сыном» (Документы по истории народа коми... С. 118). Крестьянин «подкупился» к наместнику и добился, чтобы он «Парасковьину велел взять к себе на двор и держал-де ее у себя, сковав, семь недель»ГА ВО, ф. 1260, on. 1, д. 773, сст. 1.. Согласно челобитной Тихона Федотова, «на тое-де их деревню Вероятно, под термином «деревня» в данном случае подразумевается комплекс домашних и хозяйственных построек, возможно, в совокупности с сельскохозяйственными угодьями. М.С. Черкасова отметила аналогичный случай употребления этого термина в усть-вымской архиерейской вотчине {Черкасова М.С. Крестьянская семья на Усть-Выми в XVII в. // Сельская Россия: прошлое и настоящее. Материалы XIII всероссийской научно-практической конференции. М., 2012. С. 11). Показательно, что уже в 1670 г. во время спора между архиерейскими крестьянами Рычковыми треть «деревни» называли «вотчиной» матери и дочери (Там же. С. 12). Козма Патрикеев по ево, Левкину, наученью вымучил на свое имя воровскую закладную кабалу в тритцати рублех», поскольку Парасковья «не могла муки терпеть». После этого Козьма Патрикеев завладел «деревнею» со всяким «домовным заводом и скотиною». Во время отъезда архиерейский приказной на закладной кабале «на дороге подписал, что ему, Левке», владеть этой собственностью. Лёвка Никулин о своих новых владениях новому наместнику не доложил, а Парасковья «от Левкиных угроз и изгони збрела в Сибирь к мужу своему. А как-де Тихонко пришел с промыслу, и тот-де Левка ево, Тихонка, в тое деревню жить не пустил». Обидчик владел «деревней» по подписной закладной кабале, «а иных крепостей нет». Согласно черновику архиерейского распоряжения, следовало провести расследование и прислать все документы на Вологду к архиепископу для окончательного решения по этому делу ГА ВО, ф. 1260, on. 1, д. 773, сст. 1-3..

Приведу ещё один случай. В переписной книге 1646 г. зафиксирован на Усть-Выми «во дворе Максимко Алексеев сын Попов с сыном с Сенькою, а Сенька 10 лет, а братья ево, Ивашко да Стенька Алексеевы дети, сошли в Сибирь во 148 году, а Ивашкова жена Анница сошла в мир безвестно, а детей нет, Стенька холост» Документы по истории народа коми... С. 121.. Дальнейшая история Ивана Алексеева сына Попова, его жены Анны и ребёнка, не упомянутого в переписной книге, становится известна из других источников.

Сохранилась челобитная архиепископу Симону от крестьянина Феоктиста Иванова с Усть-Выми. Из неё следует, что Феоктист был сыном Ивана Попова и Анны. По словам челобитчика, его отец «сшел в Сибирь тому... есть дватцать семь лет, а мать мою покинул в нищете, а меня покинул дву годов... а что было домашних статков, и то взял с собою в Сибирь». Челобитная не датирована, но время её составления уточняется при сопоставлении с переписной книгой: Иван Попов ушёл в 1640 г., прошло 27 лет, значит Феоктист написал челобитную в 1667 г. и ему около 29 лет. К этому времени он «взросл и бродил в Сибирь кормится Христовым имянем и работал черную работу шесть лет». Из этого сообщения следует, что в Сибирь он ушёл в возрасте около 23 лет. За Уралом Феоктист «отца своего сыскал в сибирских городех. И отец мой, Иван, не памятуя страха Божыя, покиня нас в сиротстве, и женился в Сибире на иной жене, и дети с мною женою в Сибири прижыл и живет в пахотных крестьянех» ГА ВО, ф. 1260, on. 1, д. 3293, сст. 1 об.. Это открытие не осчастливило челобитчика. Вскоре на него бил челом с Усть-Выми Кузьма Пономарёв В переписной книге 1646 г. зафиксирован первым в Усть-Выми «во дворе Козьма Васильев сын Пономарев с сыном Перфирком, а Перфирко 4 лет, да с племяником с Павликом Васильевым сыном, а Павлик 12 лет (Документы по истории народа коми... С. 119). «неведомо по какой отца моего Ивана по сибирской записи мимо отца моего Ивана». Примечательно, что сын Кузьмы (видимо Перфирий; в челобитной он не назван, известен по переписной книге 1646 г.), «безпрестанно в сибирских городех жывет и отца моего в Сибире знает». Вероятно, именно поэтому у Кузьмы Пономарёва в Усть-Выми появилась возможность улучшить своё благосостояние за счёт Феоктиста: «А бил челом он, Козма, на меня, сироту, табе, великому святителю, на Вологде, и по ево челобитью указано на меня, сироту, дать суд на Выме твоему святительскому приказному Ивану Суровцеву». Феоктист Иванов обратился к архиепископу Вологодскому и Белозерскому Симону с просьбой о том, чтобы «с ним, Козмою, по той крепости сибирской отца моего свой святительской указ учинить, чтоб мне, бедному, по тем отца моего сибирским крепостям напрасно в конец не погинуть и твоих святительских податей не отбыть» ГА ВО, ф. 1260, on. 1, д. 3293, сст. 1 об.. Решение иерарха по этому вопросу неизвестно. Вероятно, отец челобитчика Иван Попов, хотя и жил долгое время в Сибири, сохранял владельческие права на двор и/или земельный участок, чем и воспользовался Козьма.

Судьба оказалась немилостива к Феоктисту Иванову. В переписной книге 1678 г. отмечен «двор пуст бобыльской Феоктистка Иванова сына Попова, увечен глух, у него дети Коземка 11 лет, Филька 5 лет, сошли кормитца Христовым имянем от хлебной скудости неведомо куды, а пашня ево пуста» Документы по истории народа коми... С. 294.. В 1678 г. Феоктисту было около 40 лет. Сведений о его матери Анне не выявлено. Возможно, она умерла, поскольку её муж повторно женился. Сопоставление челобитной и писцовых материалов позволило датировать документ, выяснить, что архиерейский крестьянин осел в Сибири на государевой пашне и обзавёлся семьей и хозяйством, но при этом сохранил связь с родиной. Его сын, наоборот, побывал за Уралом, но вернулся в архиерейскую вотчину и обосновался там, создав семью.

Сохранились документы 1648 г., из которых известно о том, что крестьянин из деревни Малые Коквицы Фёдор Назаров В переписной книге 1646 г. в деревне «Другая Коквица на озерке» зафиксированы «во дворе Федька да Мишка Назаровы дети, у Федки сын Михайко 5 лет» (Там же. С. 122). жаловался на Евдокима Окулова В переписной книге 1646 г. значится «деревня Коквицы на реке на Вычегде» и в ней «во дворе Овдокимко Акилов сын з детьми, з Гришкою да с Ермолкою, да с Онтонком, а Онтонко 10 лет, а у Гришки дети Данилко да Микитка, Данилко 11 лет, а Микитка 7 лет, ево же Овдокимков сын Елфимко сшел в Сибирь во 150-м году, а жена ево, Маринка, сошла безвестно, детей нет» (Там же. С. 121). из Больших Коквиц. Дядя Фёдора -- Стефан Фёдоров В переписной книге 1646 г. в деревне «Другая Коквица на озерке» отмечен «двор пуст Стеньки Федорова, а он сшел в Сибирь з женою и с сыном с Кирилком во 148-м году» (Там же. С. 122). -- заложил «ему, Овдокиму, земли своея полянку на полторы осмины под рожь на четыре года. И тот дядя мой Стефан сошел в Сибирь, и после его жена его, а моя тетка Дарья, и сын их Кирилко тое полянку мне на тот срок у того Овдокима велели выкупить своими денгами, а купчю мне на ту землю на полянку дали». Фёдор Назаров «прошал» у Евдокима этот участок «на выкуп», но получил отказ. Обидчик, по словам Фёдора, «владеет силно после сроку шестой год, а оброк, государь, и дань, и всякие доходы с тое полянки плачю и изделье делаю яз, сирота твой, повытно, потому что та полянка из моее выти и дяди моего Стефана земля». Евдоким, очевидно, стремясь завладеть землёй, прямые хозяева которой ушли в Сибирь, бил челом на Фёдора, что тот «не выкупает», а он «и назем» к 1646 г. возил. Однако по этому челобитью Евдокиму разрешили «снять два хлеба», но велели отдать участок на выкуп Фёдору. Обидчик хлеб снял, но «полянку» на выкуп не отдал. Сохранился черновик грамоты наместникам на Усть-Вымь с указанием разобраться в деле и, если ситуация такова, как изложена в челобитной Фёдора, отдать ему «полянку»“ ГА ВО, ф. 1260, on. 1, д. 733, сст. 1, 5..

Сохранилось судное дело по челобитной архиепископу Маркелу крестьянина Фёдора Иванова сына Опары В переписной книге 1646 г. наУсть-Выми: «Во дворе Федька Иванов сын, прозвище Опара» (Документы по истории народа коми... С. 120). с жалобой на племянников -- крестьян Бориса и Фаддея Денисовых ГА ВО, ф. 1260, on. 1, д. 905, сст. 1--8. В переписной книге 1646 г. на Усть-Выми: «Во дворе Тимошка Денисов сын з детьми, с Титком да с Полуянком, Титко 10 лет, а Полунка 5 лет, ево же братья Фадейко да Бориско сошли в Сибирь в 149 году, жены их сошли безвестно, у Бориска сын Куземка 11 лет» (Там же. С. 120).. Причина жалобы на племянников заключалась в том, что челобитчик послал со своими родственниками «в Сибирь кабаленок на девяносто рублев на Федку Кречата, да на Оверку Габышева, да на Исака Габышева» В переписной книге 1646 г. в деревне Петровская (Березник) названы, очевидно, родственники Габышевых: «Во дворе Андрюшка Васильев сын Габушев, а брат ево Нифантко сшел в Сибирь во 148 году, а жена ево Матренка сошла безвестно, детей нет» (Документы по истории народа коми... С. 122).. Племянники по кабалам деньги взяли, но не отдали их заимодавцу. В связи с этим Фёдор Опара просил дать «суд и управу». 28 июля 1650 г. допрашивали Бориса Денисова, на обвинения он ответил, что кабалы с ними его дядя не «посылывал, в том он нас поклепал» ГА ВО, ф. 1260, on. 1, д. 905, сст. 1, 2.. Фёдор Опара, обвиняя Бориса Денисова, упомянул свидетеля Исака Логинова В переписной книге 1646 г.: «Во дворе Исачко Логинов сын, прозвище Калин, у него же живут бобыли Ульянко да Микитка Петровы дети Чюклина, а Микитка 7 лет» (Документы по истории народа коми... С. 120)., но Борис укорил этого свидетеля в «послушестве» и припомнил, что тот скрывал «разбойнишное борошно», и после того как обнаружили эти вещи, он «бегал в сибирские городы». Вспомнил Борис и то, что в это время целовальником был Ерофей Нехорошев, который «сшел» «в Сибирь да и умер» ГА ВО, ф. 1260, on. 1, д. 905, сст. 4..

Борис Денисов, доказывая свою невиновность, в свидетели призвал «архиепископлих крестьян, которые в нынешнем и в прошлых годех вышли из Енесийского острогу» Там же, сст. 5.. По словам Федьки Опары, выходцами из Сибири были «архиепископль крестьянин Евдокимко Романов В переписной книге 1646 г. зафиксированы в деревне Коквицы «во дворе Овдокимко да Ивашко Романовы дети» (Документы по истории народа коми... С. 121). да Гришка Логинов... Тихон Федотов ис Конец Озерья, Семен Седрысев». В контексте посещения крестьянами Зауралья упоминается о продаже соболей. На этом данный этап суда закончился, ответчик Борис Денисов 28 июля 1650 г. «взял крестное целование и за брата себе на душу» ГА ВО, ф. 1260, on. 1, д. 905, сст. 1 об., 5, 7., вину его не доказали. По делу выявлена сказка одного из крестьян, на которого ссылался Федька Опара. 31 июля 1650 г. перед усть-вымским наместником Данилом Столбицким крестьянин Евдокимко Романов сказал по крестному целованью, что «Бориско-де и Фаддейко Денисовы по Федкиным кабалам Опариным денги имали или нет в Сибири... того он, Евдокимко, не ведает, а я-де, Евдокимко, был на промыслах, а в городе он мало живал» Там же, д. 868, сст. 1.. Это судное дело показывает, что для архиерейских крестьян путешествия в Сибирь были привычным делом, функционировала даже своеобразная почта, сбой в её работе и стал причиной судного дела.

Вернёмся к статистическим сведениям и сопоставим данные, полученные при анализе переписи небольшой вотчины, и в целом по уезду. А.И. Копанев зафиксировал убыль населения в Яренском уезде с 1631/32 по 1645/46 г. на 1378 человекКопанев А.И. Сельское население и расселение... С. 40--41.. На основании таблицы, составленной историком, мною подсчитано процентное соотношение по направлениям миграции. В Сибирь отправились 748 (54,2%) человек (холостые, хозяева дворов без жён, отец с сыном/сыновьями и семьи). «Сошли» на Вятку, в Томск, к Москве, в Пермь и другие населённые пункты, а также «сбрели безвестно» 199 (14,5%) человек; умер 431 (31,3%) человек. Таким образом, данные по уезду в целом и по вотчине показывают близкие пропорции относительно количества людей, ушедших в Сибирь -- более 50%.

Уход крестьян из архиерейской вотчины привёл к неуплате коллективного долга. 2 января 1646 г. от земского целовальника Тихона Оксентьева сына Головина и всех крестьян усть-вымской вотчины была составлена челобитная архиепископу Маркелу. Этот документ содержит просьбу об отсрочке уплаты денег по кабале Андрею Палицыну. По словам челобитчиков, архиерейский приказной злоупотреблял полномочиями, требовал «по кабале в семидесят в пяти рублях, а занято, государь, тритцать восмь рублев». Крестьяне четыре недели «стояли на правеже, живот свой мучили, а денег собрать не могли, потому что многие крестьяняшка для хлебные нужи и великих налогов розбрелись в сибирския городы и в хлебные земли и тех, государь, денег собрать стало не на ком»ГА ВО, ф. 1260, on. 1, д. 610, сст. 1.. Решение архиепископа по этому вопросу неизвестно.

Обратимся к переписной книге 1678 г., зафиксировавшей следующий этап развития архиерейской вотчины. Анализ миграционных процессов см. в таблице 2.

Всего в описании яренской вотчины Вологодского дома Св. Софии в 1678 г. упоминаются 668 людей, из них 580 (77,9%) проживали на момент проведения переписных работ в архиерейских землях, а 148 (22,1%) значатся ушедшими или перешедшими на новое место жительства в пределах софийской вотчины (139 человек; 20,8%) и умершими (9 человек; 1,3%).

Проанализируем сведения о миграции населения. Наибольший отток людей наблюдался в 1670-х гг. Зафиксировано переселение 148 человек, из них 127 (85,7%) ушли, 12 (8,2%) пришли и 9 (6,1%) умерли. Остановлюсь подробнее на случаях переселения. В Сибирь отправилось всего 17 (11,5%) человек, 14 (9,5%) из них были холостыми; ушли в известных направлениях 27 (18%) человек. Внутри вотчины переселились 46 (31,1%) человек. По сравнению с 1646 г. видно, что количество людей, отправившихся в Сибирь, сократилось более чем в четыре раза -- с 74 до 17 человек (с 59,7 до 11,5%). Отмечена миграция внутри вотчины (в предыдущей переписной книге не зафиксирована).

Миграция населения Яренской вотчины Вологодского архиерейского дома по переписной книге 1678 г.