Несмотря на то, что вышеприведенная информация носила закрытый характер, страны - члены СЭВ, как показывают документы начала 1960-х гг., достаточно согласованно проводили политику наступления на советское руководство по вопросам отказа от угольного топлива, с заявлениями об увеличении поставок нефти и начале экспорта газа. Так, Венгрия в плановые документы от 1963 г., рассчитанные на период до 1980 г., включила увеличение импорта нефти до 11,0 млн т. Было запланировано также ежегодное получение в 1960-1970-х гг. 200 куб. м природного газа из СССР. При обращениях к советскому руководству Венгрия, судя по всему для усиления давления, использовала такие аргументы: «сырье в странах СЭВ является дефицитным»; «мы должны будем обеспечить его из несоциалистических стран» [24. Д. 384. Л. 20, 182, 184].
Очень активную позицию по вопросу получения все новых дополнительных объемов «помощи», в том числе и нефтью, заняла Чехословакия. В декабре 1961 г. СССР в соответствии с распоряжением Совета министров СССР депонировал (т.е. передал) ЧССР 10 т золота, в рублевом эквиваленте - 10 млн руб. [24. Д. 378. Л. 177]. В следующем году чехословацкая сторона обратилась с просьбой об отсрочке оплаты кредита, о вышеназванном кредите шла речь или о каком-то ином - неясно. При этом чехословацкая сторона указывала, что не имеет возможности поставить машиностроительное оборудование в СССР. При этом просила сохранить советские поставки продовольствия, сырья, хлопка, газовых углей, нефти в объеме 8 млн т, каменного угля - 5,9 млн т, природного газа - 1 млрд куб. м [Там же. Л. 177-178]. 20 ноября 1962 г. советская делегация во главе с С.М. Тихомировым была приглашена на прием в ЦК КПЧ, к А. Новотному. На встрече советскую сторону информировали «об ухудшении расчетов с капиталистическими странами, сокращении объемов торговли, трудностях, возникших в связи с прекращением торговли с Китаем, отсутствии возможности закупать сырье в капиталистических странах при отсутствии валюты» [Там же. Д. 377. Л. 37, 43, 59]. 19 декабря 1962 г. чрезвычайный и полномочный посол ЧССР в СССР Рихард Дворжак посетил Госплан СССР. Были переданы два письма от Председателя Госплана ЧССР А. Индры. В них выражалась просьба о замене 200 тыс. т угля (плановые поставки 1963 г. из СССР в Чехословакию) другим видом топлива. Высказывалось пожелание «проверить возможность увеличения объемов поставок сырой нефти» [Там же. Л. 62, 70]. Указывалось, что к 1970 г. ЧССР требовалось 10 млн т нефти. В Госплане СССР по первому вопросу о поставках угля была наложена резолюция - «Поставка донецких углей», по вопросу о нефти - «Отложить». То есть Советский Союз старался отодвинуть решение проблемы по дополнительным поставкам нефти, требуемым союзниками. Все это могло свидетельствовать, что СССР не был уверен в достаточной ресурсной базе нефти, поэтому вопрос о поставках сырой нефти в ЧССР откладывался. После этого президент ЧССР, первый секретарь ЦК КПЧ А. Новотный в январе 1963 г. вновь обратился в Госплан СССР с просьбой по поставкам сырья из СССР - зерна, черных металлов, тонколистной стали, крупносортной стали. Особое место в письмах занимали топливно-энергетические ресурсы: уголь, нефть, нефтепродукты [Там же. Д. 378. Л. 178-181]. На не устроивший ответ из Госплана, подписанный В. Новиковым, чехословацкая сторона 17 июня 1963 г. адресовала новые послания в ЦК КПСС. Речь по-прежнему шла об увеличении поставок сырья - природного газа, сырой нефти, зерна. ЦК КПСС запросил от Госплана СССР предложения [Там же. Д. 377. Л. 59-62].
Длительное хождение обращений по разным инстанциям постепенно набирало сторонников положительного решения вопроса. А. Косыгин, П. Ломако, Т. Ясечко, Н. Патоличев, Б. Мирошниченко, И. Архипов поддержали просьбу о поставках угля, нефти, газа, электричества в ЧССР, только по зерну и хлебу было принято решение отказать. Ответ на имя А. Новотного подписал Н.С. Хрущев. Было дано согласие на отложенную оплату по кредиту, на увеличение поставок нефти и угля, начало экспорта природного газа [Там же. Д. 378. Л. 182, 194, 199-200].
Не менее активно действовала ГДР. Вопрос о поставках советской нефти ГДР ставила постоянно. В ответ на обращение в мае 1961 г. ЦК КПСС в сентябре 1961 г. направил в ГДР делегацию в составе 15 человек. Перед делегацией ставилась задача проведения консультаций по основным направлениям развития народного хозяйства и экономических связей с ГДР до 1980 г. После этого визита немецкая сторона представила в феврале 1962 г. материалы, содержавшие «предварительные проектировки по развитию экономики ГДР до 1980 г.». Из этого документа ясно, что в него вносились изменения. Они были связаны с рекомендациями советской стороны. Суть рекомендаций - «ориентироваться на более полное использование внутренних ресурсов ГДР, в частности для расширения сырьевой базы ГДР» [Там же. Д. 377. Л. 171]. Но это-то как раз и не устраивало немецкую сторону. Советская делегация по итогам визита в ГДР отмечала, что самой сложной проблемой, выявившейся в процессе консультаций, стала проблема поставок угля и нефти из СССР. Немецкая сторона не собиралась ориентироваться на собственные ресурсы, как это предлагалось советской стороной. Обсуждения продолжились в мае 1962 г., октябре 1962 г. В начале 1963 г. на заседание ЦК КПСС была приглашена группа представителей Госплана СССР, до этого находившаяся с визитом в ГДР. Обсуждался вопрос о поставках в ГДР «важнейших товаров», среди которых особое место занимали топливно-энергетические ресурсы, им было уделено особое внимание в силу «тяжелого положения». Работники Госплана сообщили на заседании ЦК КПСС с участием Н.С. Хрущева, что «ГДР обратилась с просьбой... изучения возможностей покрытия дефицита топливно-энергетических ресурсов». Было доложено, что перед отъездом из ГДР «советская делегация была приглашена к руководителю ГДР В. Ульбрихту». Встреча продолжалась 5 часов. Сообщалось, что на встрече согласовывался вопрос «помощи по расширению в ГДР геологоразведочных работ и организации добычи нефти и газа». То есть советская сторона на протяжении 1961-1963 гг. упорно проводила идеи по развитию в ГДР ее собственной ресурсной базы и выражала готовность оказания помощи в этом. Но ГДР выдвигала аргументы, показывающие ее трудное положение, в том числе указывала, что правительство ФРГ «усилило деятельность по изоляции ГДР», угрожало мерами по отношению к странам, которые будут торговать с ГДР или участвовать в Лейпцигской ярмарке [Там же. Д. 378. Л. 47, 48, 49]. Несомненно, центральным вопросом в беседе советской делегации с В. Ульбрихтом был вопрос о поставках нефти. Это доказывает содержание письма заместителя председателя Госплана СССР Н. Тихонова от 9 августа 1963 г. за № 552с в ЦК КПСС на имя Н.С. Хрущева. До этого имело место письмо В. Ульбрихта от 21 июня 1963 г. Н. Тихонов писал Н.С. Хрущеву, что «Госплан считает возможным полностью удовлетворить просьбу ГДР о поставках нефти [24. Д. 378. Л. 164]. Но требуемые объемы все возрастали. 21 июня 1963 г. немецкая сторона обратилась с письмом на имя Н.С. Хрущева. В нем излагалась просьба о поставках нефти из СССР в ГДР в объеме 13,3 млн. т [Там же. Д. 379. Л. 107]. Следует обратить внимание и на то, что по предоставленным в 1962 г. Советским Союзом кредитам ГДР находилась на третьем месте после КНР и ПНР, их объем равнялся 13% от суммы кредитов социалистическим странам [Там же. Д. 411. Л. 157].
С 15 по 19 июля 1963 г. в Москве состоялись переговоры между делегациями Госпланов ГДР и СССР по вопросам дальнейшего развития экономического сотрудничества на период до 1970 г. Немецкая сторона вновь выдвинула просьбу об увеличении объемов нефти (речь шла о дополнительных поставках). Она заявила, что намерена снизить собственную добычу, просила увеличить поставки нефти с 6,15 до 13,3 млн т. То есть то, о чем, казалось бы, договорилась советская делегация на многочасовой встрече с В. Ульбрихтом по организации добычи нефти в ГДР, не устроило ГДР. Советская сторона в лице руководителя делегации председателя Госплана СССР П.Ф. Ломако сообщила о том, что «удовлетворить такой объем не представляется возможным». СССР соглашался на увеличение поставок с 6 млн т в 1966 г. до 7,5 млн т в 1970 г. Однако немецкая сторона не приняла это предложение и продолжала заявлять об имеющемся в ГДР дефиците сырья [Там же. Д. 378. Л. 267-268]. Вскоре ГДР выставила цифру потребности в советской нефти в 14 млн т, но просьба была отклонена. В мае 1963 г. немецкая сторона потребность в нефти определяла уже в 18 млн т, обосновывая это тем, что такой объем был необходим для получения определенных объемов бензина, масел. В ответ на это советская сторона представила рекомендации «по совершенствованию процесса переработки нефти, осуществления ее более глубокой переработки». На что немецкая сторона ответила, что для более глубокого расщепления нефти нужно будет осуществить «капитальные затраты, связанные с высоким потреблением стали, прежде всего за счет импорта из капиталистических стран». После всей этой аргументации следовала настойчивая просьба (скорее, требование) об увеличении поставок нефти из СССР. В выставленных аргументах указывалось на то, что «пропускная способность портов в ГДР используется незначительно» и «глубокое расщепление нефти не находит применениях в других странах» [Там же. Л. 305-308]. Все это сводилось к одному и тому же: «нужно увеличить количество нефти в год, поставляемой на комбинат г. Шведт, ввоз нефти должен вырасти». Под таким прессингом советская сторона дала согласие увеличить поставки нефти в ГДР, правда, только на 0,8 млн т, в общем объеме - 7,5 млн т [22. Д. 378. Л. 309].
Руководство СССР не было наивным. Причины такого поведения ГДР анализировались. В сентябре 1963 г. Госплан СССР провел анализ состояния химической промышленности ГДР. Он показал, что эта отрасль являлась одной из ведущих отраслей промышленности в стране, занимающей второе место в мире [24. Д. 334. Т. 2. Л. 21]. Производилась продукция широкого спектра: химикаты, минеральные удобрения, красители, фармацевтическая продукция, пластмассы, синтетический каучук, искусственные волокна, товары народного потребления - лаки, красители, моющие средства, косметика. По отдельным видам производимой продукции ГДР превосходила ФРГ. Продукция нефтехимии широко экспортировалась. В середине 1960-х гг. ГДР планировала ввод ряда новых нефтехимических предприятий: в г. Шведт на р. Одер - на 2 млн т перерабатываемой нефти (апрель 1964 г.); в г. Губен; расширение мощностей завода в г. Лютцкендорф [Там же. Л. 30]. В «Справке о некоторых основных вопросах экономического развития ГДР» от 1963 г., направленной Госпланом СССР в Совет министров СССР, отмечалось, что ГДР получала уголь из СССР, но указывалось, что «поставки должны быть снижены». В то же время обращалось внимание, что в ГДР «темпы роста промышленного производства самые низкие в социалистическом лагере». Приводилось сравнение с Польшей и ЧССР, где темпы роста промышленного производства составляли соответственно 10,8 и 10,6%, тогда как в ГДР - 6,4%. Это ставило проблему дальнейшего обеспечения экономики ГДР ТЭР для повышения темпов экономического развития.
Таким образом, сырье выступало важнейшим элементом всех деловых встреч, переговоров советской стороны со странами народной демократии [Там же. Д. 377. Л. 607]. Среди методов воздействия на СССР широко использовался метод настойчивого давления. В целом страны СЭВ, такие как Болгария, Венгрия, Германия, Польша, Румыния и Чехословакия, постоянно выдвигали перед советским руководством проблему «существования напряженности с удовлетворением потребностей в ТЭР». Госплан СССР вынужден был вносить коррективы в планируемые объемы экспорта нефти: 1970 г. - 67-99 млн т, 1980 г. - 131206 млн т. [Там же. Д. 334. Т. 2. Л. 76]. В аргументации требований стран СЭВ с одной проблемой соединяли несколько: нет сырья, нет валюты, хотим, но не можем торговать с капиталистическими странами. Складывалась ситуация, когда страны так называемой «народной демократии» встали на путь упорного подталкивания СССР к функции поставщика сырья для их экономик, и нефть занимала в этих видах сырья ведущее место. Проблемы поставок нефти и их увеличения ставились не только в связи с обсуждением стратегических задач - планов долговременного экономического развития, но и для решения текущих проблем через записки, обращения. Получая такие обращения, Советский Союз зачастую стремился отодвинуть проблему, найти иные пути ее решения, но следовала бомбардировка обращениями, стремление выйти на уровень высшего руководства страны.
C 1955 по 1960 г. экспорт нефти в социалистические страны вырос в 3 раза, с 1959 г. проявилось преобладание сырой нефти над экспортом нефтепродуктов. Страны Восточной Европы явились мощным стимулятором наращивания в СССР добычи нефти и ее экспорта.
В то же время нельзя не отметить, что в целом вторая половина 1950-х гг. стала временем существенного расширения советского нефтяного экспорта. Советский Союз с 1957 г. стал поставлять нефть в Финляндию и ФРГ, с 1958 г. - в Австрию, Монголию, Марокко, Уругвай, Японию, с 1959 г. - в Бразилию, Грецию, с 1960 г. - на Кубу. Постоянным был вывоз нефти в страны долларовой зоны - Италию, Францию, из социалистических стран с неустоявшимся статусом в СЭВ - в Югославию, и в страны - члены СЭВ - Польшу, Чехословакию, Венгрию, ГДР. До 1960 г. нефть вывозилась в Китай. Очень высокими темпами росли поставки нефти в такие страны, как ФРГ (с 1957 по 1963 г. увеличение в 43 раза), Япония (с 1958 по 1963 г. рост поставок в 184 раза), Австрия (с 1958 по 1963 г. увеличение с 0,1 тыс. т. до 482,0 тыс. т) [26. С. 102-103]. В Венгрию экспорт нефти вырос в 7,4 раза, в ГДР - в 4,6 раза. Поставки в соцстраны отличались большими объемами. В планы расширения советского нефтяного экспорта входило строительство в 19661970 гг. нефтепровода Иркутск-Находка с целью увеличения экспорта нефти в Японию, КНДР, КНР [24. Д. 412. Л. 67-70]. Первоначальная протяженность нефтепровода должна была составить 3 960 км, определяемая сумма капиталовложений - 315 млн руб. В последующем с увеличением планируемой протяженности до 10 812 км сумма затрат определялась в 1 036 млн руб. [22. Д. 412. Л. 68-69]. В эту систему нефтепроводов включались бы и нефтепроводы от месторождений Тюменской области: Шаим-Омск, Мегион-Красноярск. Но японская сторона стала затягивать рассмотрение вопроса о сооружении нефтепровода и в последующем отказалась от этого проекта. В целом за период с 1956 по 1961 г. от экспортных операций СССР был получен доход в сумме 6,1 млрд руб. [Там же. Д. 411. Л. 11].
Албания, поставлявшая нефть в ряд социалистических стран, в частности в Болгарию, выступала с предложением о строительства нефтепровода с ее территории [21. Д. 28. Л. 9]. Этот вопрос она ставила с 1958 г. Однако ситуация стала складываться так, что Албанию не устраивало отношение к этой проблеме. На Х заседании Комиссии по нефтяной и газовой промышленности в Бухаресте 15-20 октября 1961 г. была зачитана телеграмма об отказе делегации НРА участвовать в работе Комиссии [14. Д. 34. Л. 4]. Вскоре эта страна прекратила свое членство в СЭВ.
Представляет интерес вопрос о ценах на продукцию в торговых операциях стран - членов СЭВ. Цены за нефть, как и в целом цены на товары внешней торговли членов СЭВ, обсуждались коллегиально, в частности 26-30 июня 1958 г. на IX заседании СЭВ в Бухаресте. Решался вопрос «Об установлении цен во внешней торговле между социалистическими странами». Основными принципами были определены: стабильность цен, взаимовыгодность, единство цен при равных условиях на равные товары. Было принято решение исходить из цен, сложившихся в торговле между социалистическими странами на протяжении ряда лет, при этом указывалось - «на базе мировых цен». Однако было намечено провести работы по совершенствованию цен. Цены были установлены на короткий период - до 1960 г., как «ныне действующие договорные цены». Указывалось, что в дальнейшем цены будут устанавливаться на срок действия долгосрочных торговых соглашений. Далее (секретно) приводилась «Методика определения мировых цен». В нее включался учет цен мирового товарного рынка, который «в географическом и экономическом отношении тяготел к странам социалистического лагеря». Подчеркивалось, что «цена должна определяться посредством сравнения с ценой подобных изделий на мировом товарном рынке» [Там же. Д. 28. Л. 8, 14-29]. Вопрос о ценах во внешней торговле стран СЭВ рассматривался на X заседании ИК СЭВ 17-21 декабря 1963 г. в Бухаресте, где был осуществлен обмен мнениями по срокам корректировки действующих контрактных цен на товары в торговле между странами СЭВ. Ряд стран - ГДР, ПНР, РНР, СССР, ЧССР - согласились внести коррективы в действующие контрактные цены с 1 января 1965 г., однако представители трех стран - НРБ, ВНР, МНР - высказались за ввод новых цен с 1 января 1966 г. Принятое решение гласило: «Принять в качестве базы для корректировки действующих контрактных цен средние мировые цены за 1960-1964 гг., исчисленные в соответствии с принципами и методикой определения мировых цен». До этого действовали цены, учитывающие мировые цены 1957-1961 гг. [21. Д. 66. Л. 17]. В то же время в конце заседания было отмечено, что вопрос о контрактных ценах выносится в повестку следующего заседания [Там же. Л. 285], судя по всему, из-за неполной согласованности позиций. 2-3 декабря 1964 г. на XV Внеочередном заседании Исполнительного Комитета СЭВ вновь обсуждался вопрос о контрактных ценах. Было принято решение, что сохраняются ранее достигнутые договоренности в действии контрактных цен. Рекомендовалось «продолжить работу по конкретизации отдельных вопросов установления цен во внешней торговле социалистических стран» в 1966-1970 гг. [Там же. Д. 71. Л. 226]. Таким образом, вопрос по ценовой политике во внешней торговле стран СЭВ постоянно обсуждался. Мировые цены на нефть в тот период, до 1974 г., были очень низкими. Цена на советскую нефть определялась как среднемировая за последние ряд лет.