Материал: Смирнов М.П. Комментарии законодательного регулирование ОРД в РФ...Ч. 1

преступлений. Обязанности эти лежали на чинах наружной полиции1, которая, неся на себе всю тягость полицейской службы, не имела ни средств, ни возможности действовать с успехом в указанном отношении. Для устранения этого недостатка и предложено учредить сыскную полицию».

31 декабря 1866 г. в С.-Петербурге впервые в России была учреждена Сыскная полиция, работа которой строилась на использовании негласных методов сил и средств2, первым начальником которой стал Иван Дмитриевич Путилин3 (аналогичное подразделение в Москве было сформировано только через пятнадцать лет). В связи с этим, руководствуясь принципом исторической преемственности (а это наблюдается на примере празднования в 2002 году 200-летия Министерства внутренних дел), по мнению ряда исследователей следует считать днем образования уголов-

ного розыска – 31 декабря 1866 года4, т.е. это было 145 лет назад.

Первоначально штат Петербургского сыскного отделения был 22 оперативных работника при населении города 517 тысяч жителей. Безусловно, что такой малочисленный состав не мог справиться с возлагавшимися на сыскное отделение задачами. Поэтому в одном из официальных документов отмечалось: «…Большая часть совершаемых в столице преступлений оставалась нераскрытой». К примеру, в 1867 году «из 719 розысков с успехом закончено 319».

1См.: Мулукаев Р.С., указ. раб. С. 42-43.

2С.-Петербургская столичная полиция: Краткий исторический очерк. СПб., 1903.

3Путилин Иван Дмитриевич, крупный полицейский чиновник, начавший службу с должности квартального надзирателя, а закончивший ее в чине тайного советника. Природный талант, большой опыт и умение, приобретенные И.Д.Путилиным за долгие годы работы в полиции, сделали его грозой преступников, которые называли его «Русский Лекок», ставя в один ряд со знаменитым французским сыщиком.

4О появлении уголовного розыска как самостоятельного направления правоохранительной деятельности, как считают некоторые исследователи, следует, хотя и с определенной натяжкой, говорить лишь после создания в 1866 году при канцелярии Санкт-Петербургского обер-полицмейстера первой сыскной части.

См. например: Сизиков М.И, Борисов А.В., Скрипилев А.Е. История полиции.

Вып.2. М., 1992. С. 24; Реент Ю.А. Общая и политическая полиция России (1900–1917 гг.). Монография. – Рязань: «Узорочье», 2001. С.133; Елинский В.И. История уголовного сыска в России (Х–начало ХХ в.) Учеб. пос. – М.: ИНФРА- М, 2004. С. 25; Смирнов М.П., Шумилов А.Ю. Оперативно-розыскная деятельность в Российской империи в документах и комментариях (XVIII в.–февраль 1917 г.). Монография. М., Издательский дом Шумиловой И.И., 2010.

51

Воснову организации работы Петербургского сыскного отделения был положен территориальный принцип: чиновники по особым поручениям распределялись по полицейским частям (отделениям), а полицейские надзиратели – по участкам. В результате вся территория города оказалась под наблюдением чиновников сыскного отделения.

Вслед за Петербургом сыскные отделения начали создаваться в полицейских округах других крупных городов – Москвы, Киева, Риги, Одессы, Тифлиса, Баку, Ростова-на-Дону.

Принятое 14 августа 1881 года «Положение о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия» разрешало в местностях, объявленных на положении усиленной или чрезвычайной охраны, производить аресты по подозрению в совершении государственного преступления и общей полиции и жандармерии.

В1883 году было утверждено положение «Об устройстве секретной полиции в Империи», в соответствии с которым осуществлялось создание таких же отделений в наиболее крупных городах. Руководство этими органами возлагалось на Инспектора секретной полиции, которым был назначен подполковник Георгий Порфирьевич Судейкин, планирующий создать и контролируемое революционное подполье1. Он развернул широкомасштабную вербовку внутренней агентуры «нового образца» из числа ренегатов революции. Их внедрение в организованные структуры нелегальных партий позволяло, по мысли инспектора столичного охранного отделения, не только контролировать революционное движение, но и манипулировать им. Даже «провал» секретного сотрудника правительства был бы ему на руку, подтачивая силы революционного лагеря, сея в нем подозрительность и неуверенность в своих бойцах. Подрыв бастионов противника следовало вести изнутри, внешнее давление должно было оставаться незаметным. Повальные обыски и скоропалительные аресты сменила тщательно продуманная филерская опека над объектом наблюдения, предварительное установление его связей и т.д.

В1898 году дела политического розыска перешли в специально созданный в составе Департамента полиции Особый отдел (название отдела подчеркивало важность возлагаемых на него функций). Особый отдел,

1 См.: Сизиков М.И. и др. указ. раб. С. 40; Богучарский В.Я. Из истории политической борьбы в 70-х и 80-х годах XIX века. М., 1912. С, 311; Политическая полиция и политический терроризм в России (вторая половина XIX – начало ХХ вв.). Сб. док. Серия «Первая публикация» /под ред. Г.А. Бордюгова. – М.: АИРО-ХХ. 2001. С. 16.

52

руководил работой с заграничной и внутренней агентурой, обобщал результаты перлюстрации писем и наблюдал за политическим настроением рабочих. В компетенцию этого отдела входила также выемка и систематизация всех противоправительственных книг, брошюр, воззваний и прокламаций, напечатанных в России и за рубежом. Сюда стекалась вся информация, полученная оперативным путем, отсюда исходили указания, касавшиеся деятельности вновь создаваемых розыскных органов. В связи с этим сотрудники отдела занимались анализом поступавшей информации и прогнозированием развития событий.

Структурно Особый отдел был разделен на четыре стола (отделения). Первый стол занимался дешифровкой перлюстрированных писем, отвечало за наружное наблюдение, работу с химическими текстами. Второй – курировал Заграничную агентуру. Третий – наблюдал за общественным движением и учебными заведениями (учащейся молодежью). Четвертый – ведал военно-политической разведкой и котрразведкой, розыском по данным агентуры и наружного наблюдения1. Все сотрудники отдела имели большой практический опыт работы в жандармских управлениях или охранных отделений. Это были действительно высококлассные специалисты своего дела, которыми заслуженно гордилось МВД.

Летом 1906 года Особый отдел был реорганизован на две самостоятельных структуры – отдел «А» и отдел «Б». На первый из них возлагался весь комплекс розыскных мероприятий в революционных и либеральных партиях. Из секретных циркуляров следует, что Департамент полиции не только был хорошо осведомлен о всех деталях партийных съездов и конференций даже за пределами России, но и организовывал там собственные «фракции». Кроме того, в условиях военного времени отдел «А» исполнял даже функции внешней контрразведки, в том числе и военной.

Вскоре, после создания в 1902 году розыскных отделений, принимается решение о переименовании их в охранные и выводе из состава общей полиции. Однако утвержденное в связи с этим Временное положение от 27 июня 1904 года в вопросах организации службы дублировало Положение о начальниках Розыскных отделений от 12 августа 1902 года.

Охранные отделения создавались исключительно как оперативнорозыскные специальные органы политического сыска. Несмотря на то, что непосредственные результаты их деятельности не имели доказатель-

1 ГАРФ. Ф. 102. Оп. ОО 1902. Д. 444. т. 2. Л. 9-11; Реент Ю.А. Общая и политическая полиция России (1900-1917 гг.). Моногр.- Рязань: «Узорочье», 2001. С. 42,

252.

53

ственного значения для суда, получаемая ими информация должна была ощутимо продвинуть вперед дознание и следствие, что, и случилось, так как практически все политические дела начинались и велись с помощью охранных отделений.

Весть о создании охранных отделений была встречена в Корпусе жандармов естественно враждебно. Как писал начальник охранного отделения Александр Иванович Спиридович1: «…штаб Корпуса видел в реформе усиливающееся влияние Департамента полиции. Часть офицеров уходила из-под его власти и в корпус вливалось статское начало, так как весь уклад службы и обихода охранных отделений резко отличался от жандармских управлений. Появилась новая кличка для части офицеров – «департаментские» или «охранники»2.

Охранные отделения вначале существовали только в Петербурге, Москве3 и Варшаве и лишь в 1902 году были учреждены во всех более или менее крупных городах Российской империи4. Каждое охранное отделение состояло из общей канцелярии, отдела внутреннего наблюдения и отдела наружного наблюдения. Штаты охранных отделений были различными и зависели от местной оперативной обстановки. В сентябре 1903 года, например, в Томском охранном отделении числилось 9 человек, а в Петербургском – 1515.

14 декабря 1906 года министром внутренних дел и одновременно председателем Совета министров П.А.Столыпиным было утверждено

1Спиридович Александр Иванович (р. 1873 г.) – жандармский офицер. В 1900 г. был прикомандирован к Московскому Охранному Отделению, где служил под руководством С.В.Зубатова. В 1902 г. назначен начальником Таврического, а в 1903 г. – Киевского Охранного Отделения. После покушения на его жизнь секретного сотрудника П.Руденко (май 1905 г.) был отозван в Петербург. С 1906 по 1916 гг. заведовал агентурой при дворцовом коменданте, затем был назначен ялтинским градоначальником, генерал. После Октябрьской революции эмигрировал.

2Спиридович А.И. При царском режиме. Записки начальника охранного отделения, Издательство «Гудок». М., 1926. С. 28.

3Московская «охранка» была основана в 1880 году и называлась «отделением по охранению общественной безопасности и порядка в г. Москве»; это учреждение «охраняло», главным образом, Москву и Московскую губерню, но как «районное отделение» центральной области оно обслуживало, кроме Московской, еще

12губерни – Тверскую, Ярославскую, Вологодскую, Архангельскую, Костромскую, Калужскую, Тульскую, Орловскую, Владимирскую, Рязанскую, Нижегородскую и Смоленскую.

4См.: Агафонов В.К. Заграничная охранка. Издательство «Книга», 1918. С. 186.

5Федоров К.Г., Ярмыш А.Н. История полиции дореволюционной России. Ростов на Дону, 1976. С. 69.

54

постановление, вводящее в действие «Положение о районных охранных отделениях». Эти новые структуры, создававшиеся Особым отделом Департамента полиции, должны были объединить розыскные органы целых районов, с тем, чтобы обработать полученную ими информацию, составить наиболее объективную картину о противоправительственных организациях, действующих на территории района. Кроме этого, районным охранным отделениям предписывалось «учреждение центральной внутренней агентуры, могущей освещать деятельность революционных сообществ вверенной его надзору области». Оперативно реагировать на все изменения в революционном движении помогала налаженная система учета и обобщения информации1 (знаменитые «разноцветные» досье

– красные карточки на эсеров, зеленые на анархистов и т.д.), обязательным был и обмен розыскными данными между заинтересованными учреждениями.

Особенностью формирования новых учреждений являлся до этого не применявшийся принцип административного подразделения территорий. При делении Империи на районы имелись в виду главным образом географические и национальные особенности местностей. Кроме того, учитывались и территории, охваченные воздействием тех или иных региональных партийных комитетов. В первую очередь принимались во внимание социалисты-революционеры и социал-демократы.

«Положение об охранных отделениях» было принято 9 февраля 1907 года министром внутренних дел Петром Аркадьевичем Столыпиным. Начальнику охранного отделения вменялось в обязанность сосредоточить в своих руках все дело розыска в данной местности и главное внимание обратить на негласное наблюдение за подозреваемыми при помощи секретных сотрудников и филеров. Это «положение» требовало от ведущих розыск строгой конспиративности и предписывало начальникам отделений каждый раз доносить в департамент «О всех случаях обнаружения следствием, или дознанием личности секретных сотрудников отделения, или приемов его агентурной деятельности».

Этот документ еще раз подчеркнул, что оперативно-розыскные мероприятия по государственным преступлениям должны проводиться исключительно охранными отделениями, которые обязаны питать агентурной информацией производящиеся жандармами дознания. Положение указывало на необходимость постановки и ведения оперативного учета с тем, «что-

1 Смирнов М.П. Становление регистрации преступников в полиции дореволюционной России. Библиографический указатель литературы СИФ МВД СССР № 28,

1982.

55