Екатерина Епифанцева, главный редактор журнала старшеклассников «Пять углов»:
-- Медиаграмотность помогает развивать наш проект «Пабликатор». И это не реклама, а простой и ясный пример. Надо, чтобы журналистике учили практикующие журналисты, а не педагог, которому нужны дополнительные часы или на которого их «повесили», потому что «надо». Это большая проблема. Плохо, когда журналистике учат педагоги по литературе, библиотекари. Мы получаем на выходе чудесные рассказы, бесспорно, но это литература, а не журналистика. И, если в кружке журналистики ученик писал такие рассказы два, три года, реальность окажется для него очень жестока.
Вера Щепкина, руководитель студии творческого мышления YOUMEDIA:
-- Очень крутая штука -- медиаграмотность. Потому что дети не отличают информацию из телевидения или Интернета, они воспринимают её как чистую монету, правду, не всегда понимают, где фейк. И очень здорово, что на первом курсе преподаватели журфака ведут занятия по медиаграмотности, чтобы дети учились различать правду от лжи. Поэтому, в принципе, изучение медиаграмотности полезно даже, вообще-то, в школе. В том числе и на уроках информатики -- это было бы суперправильно, суперлогично. Потому что дети в этом варятся, они всё черпают из соцсетей, они мне высылают факты про известных людей, про гибель в этой страшной ситуации в Кемерово. И всё ссылками на какие-то паблики, а не официальные источники. Поэтому, разумеется, дети должны заниматься медиаграмотностью, жаль только, что этим занимаются не все, практически никто. А если говорить про журналистику: это звучит очень банально, но мы стараемся уходить с детьми от печатных СМИ и делать какие-то мультимедийные проекты -- это их сплачивает, потому что журналистика, в любом случае -- невероятно командная работа. Один ты мало что можешь сделать, тебе нужен и дизайнер, и верстальщик, и фотограф. Поэтому наша студия YOUMEDIA, мы с коллегами -- молодыми, очень классными профессионалами, уже сколько лет занимаемся и делаем летний фестиваль-практикум, где дети чувствуют, что такое сфера медиа. И они, конечно, понимают, а также пробуют делать небанальные, знаете, неформальные материалы про какие-то вещи, которые им интересны, а не спускаются сверху.
Наталья Орехова, руководитель школы журналистики и массмедиа «А4»:
-- Я считаю, что медиаграмотность может помочь развить личный интерес ребенка к сфере медиа и его непосредственное участие в создании медиа-продуктов. Опять же, нужен практический подход. Когда школьники работают в пресс-центрах на городских мероприятиях, посещают медиа-форумы и другие крупные общественные мероприятия, читают и смотрят СМИ, участвуют в очных журналистских конкурсах, где оперативно нужно создать мультимедийный материал, конечно, тем самым их медиаграмотность будет возрастать. Но если говорить об этом в широком смысле -- умению работать с информацией, разделять эту информацию нужно учить. И делать это и в семье, и в школе. В этом должно быть заинтересовано общество в целом и государство, поскольку это крайне серьезно. И сегодня перед нами все более остро встаёт вопрос о защите детей от нежелательной информации, а также вопрос создания альтернативного информационного пространства. В любом случае, умению видеть информационные вбросы, фейковые новости подростков обязательно нужно учить.
3. Расскажите о медиапредпочтениях подростков. На основе личного опыта.
Людмила Лехницкая, главный редактор пресс-студии «Авось-КА»:
-- Если подростки занимаются регулярным выпуском медиапродуктов, то у них не наблюдается никаких предпочтений, кроме одного: делать публикации интересными и качественными. Золотой правило, о котором я говорю школьникам на первой же встрече: пишите так, как написали бы самому близкому и дорогому вам человеку. А близким и дорогим людям невозможно написать плохо - неинтересно и с фальшью.
Екатерина Епифанцева, главный редактор журнала старшеклассников «Пять углов»:
-- Подростки любят всё, что «против», стоят за справедливость, уважают сарказм. Возможно, поэтому очень многие читают «Лентач» и «Сталингулага» как основные СМИ и лидеры мнений, и очень малое число -- федеральные новостные агентства и каналы. Конечно, те, кто хоть как-то увлекается журналистикой, иногда почитывает «Такие дела», знает, о чем пишет «Коммерсант» -- но их очень мало. Но вообще уровень знаний средств массовой информации невысок, зачастую ограничивается «Лентачом».
Вера Щепкина, руководитель студии творческого мышления YOUMEDIA:
-- Дети, конечно, и это очевидно, не читают прессу, они не покупают газеты: максимум, который я могла у них встретить, это журнал «Русский репортёр». И только потому, что я им сказала, что было бы неплохо его почитать, полистать. Как правило, они не читают его полностью. Да и я сама не всегда читаю его полностью. Мне кажется, это совершенно нормально, потому что очень быстрый ритм и дети, конечно, помимо школьных зданий не успевают читать какие-то крупные материалы. Но то, что вижу я у девчонок, это Elle Girl, Ok, Cosmopolitan -- журналы про звёзд, косметику. Мальчишки, как правило, совсем не читают печатные средства массовой информации. Они читают СМИ только в Интернете. И про медиапредпочтения -- это паблики, паблики и ещё раз паблики. Это Telegram, это каналы в других соцсетях. Это, безусловно, акцент на видеоряд и видеообзоры. Это очень важно, потому что мне они рассказывают про новости из кино, исходя из обзоров того же BadComedian. Они слушают рэп и стараются его сами записать -- это тоже очень важный момент. Много пабликов из серии про школу, личные проблемы, которые они читают. Фанфики -- это тоже популярная очень штука. То есть они не читают что-то массовое, сейчас выбор огромный, и каждый, конечно, находит что-то своё. Каждый находит свой паблик, свой журнал -- выбор колоссальный, но тем не менее, нет таких, знаете, классных, более-менее правильных, без какой-то нецензурной лексики проектов. И, конечно, хочется, чтобы этим проектом мы занимались в том числе, надеюсь, что это будет получаться. Сейчас мы стараемся выпускать с детьми журнал, он занимает призовые места -- недавно занял первое на всероссийском конкурсе. Но каждый находит свою тоненькую линию -- нет такого, что все дети читают паблик или журнал такой-то. Они все индивидуальны. И это какой-то бум, стать суперклассным, индивидуальным и быть ни на кого не похожим.
Наталья Орехова, руководитель школы журналистики и массмедиа «А4»:
-- Спрос нужно формировать. Сегодня ситуация такова, что медиапредпочтения подростков формируются хаотически в зависимости от того, что индустрия может предложить. Это видеоблогеры, канал «ТНТ» и публичные страницы в социальных сетях. Телеканалы не производят контент для этой целевой аудитории, объясняя это низкими рейтингами. Печатные и Интернет-СМИ для подростков фактически отсутствуют, а то, что существует, уже не совсем соответствует форме подачи более близкой целевой аудитории и её интересам. Например, мало кто из подростков скажет о том, что будет читать газету «Пионерская правда», которая, к слову, существует и даже пытается выходит на целевую аудиторию. Подростки обитают в «интернете», на пабликах вроде «Подслушано». Вопрос о поддержке детских и юношеских СМИ я задала президенту РФ на Медиафоруме ОНФ в Калининграде и внесла предложения относительно развития и поддержки СМИ для детей и юношества. По итогам форума, 23 апреля Призедентом РФ были изданы ряд поручений, среди которых поручение Правительству РФ до 1 июля 2018 года разработать дополнительные меры, направленные на поддержку средств массовой информации, специализирующихся на производстве и распространении продукции для детей и подростков.
Формирование спроса, а это значит, создание соответствующего контента для подростков, которое должно стать государственной задачей. Поскольку СМИ выступают в качестве одного из агентов социализации и напрямую влияют на формирование будущего здорового общества.
4. Какое у ребят отношение к журналистике? Воспринимают как игру, например, или одну из форм досуга?
Евгений Веснин, председатель Санкт-Петербургского отделения Лиги юных журналистов России:
-- Наблюдая за своими учениками, понимаю, что никаких закономерностей вывести нельзя. Каждый приходит с собственными целями и чаще всего вообще ничего о журналистике не знает. Только процентов 10 приходит с чёткой установкой: хочу стать журналистом, поступить на журфак. Остальные либо втягиваются, начинают следовать правилам игры и остаются надолго, либо довольно быстро исчезают. К счастью, у меня не рядовая студия. Благодаря Лиге я создаю гораздо больше возможностей, чем средняя тётенька-учительница. Это притягивает ещё больше.
Людмила Лехницкая, главный редактор пресс-студии «Авось-КА»:
-- Вначале ребята, как ни странно, воспринимают журналистику слишком серьезно. Пытаются подражать взрослым, я бы сказала «плохим» взрослым в профессии, потому что используют ужасные шаблоны. Поэтому приходится из них это вышибать, для этого игры (тренинги) подходят очень хорошо. Дети раскрепощаются, перестают быть Каями, заколдованными Снежной Королевой, и превращаются в нормальных детей с живыми эмоциями и непосредственным отношением к событиями и фактам. И вот когда это происходит, тогда начинается настоящее чудо. Дети сами придумывают темы, их развитие, формы подачи материала. Возможно, часть этого процесса и можно счесть досугом, но в целом это сознательный профессиональный процесс, который в итоге приводит к формированию цельной личности.
Екатерина Епифанцева, главный редактор журнала старшеклассников «Пять углов»:
-- Форма досуга, скорее всего, ну и удовлетворение интереса. Ребята очень занятые -- репетиторы, российское движение школьников, проверочные, контрольные, пробники... Я бы не сказала, что это игра, точно нет. Для наших авторов это серьезно, они беспокоятся о своих материалах, о чем писать, об ошибках. Многим, естественно, нужны заверенные публикации для поступления на гуманитарные науки. Для многих журналистика -- это способ заявить о себе.
Вера Щепкина, руководитель студии творческого мышления YOUMEDIA:
-- С точки зрения наших занятий, они воспринимают довольно серьёзно -- у нас ребята после школы приходят к нам два-три раза в неделю, мы собираемся на летучку, придумываем тему номера. Они пишут, они выкладывают в соцсети, они проводят опросы, они делают практически всё самостоятельно -- от и до. Не думаю, что для них это игра. Иногда ставки высоки -- они хотят побеждать, нарабатывать своё портфолио, поэтому для них это, скорее, либо хобби довольно серьёзного уровня, либо, знаете, как спорт, когда ты уделяешь внимание журналистике больше, чем школе, либо такая сфера для самореализации, саморазвития, потому что кто-то через журналистику свои амбиции выплёскивает, кто-то выражает себя творчески, то, что в школе, к сожалению, чаще всего не получается сделать на предметах математики и физики: творчества там не хватает. И они приходят сюда. И говорят на языке ненаучном. Мы говорим, да, про Фейса -- почему нет, почему мы не можем обсудить его творчество. Мы не говорим, хороший он или плохой, мы говорим о том, о чём говорят они. Нам интересно то, что им интересно. Поэтому они ходят на те мероприятия, которые им близки. И журналистика для них как дополнительное образование довольно серьёзно. Тот ребёнок, который вообще не занимается журналистикой, для него, конечно, это совсем что-то отдалённое, это «Первый канал», такие банальные вещи, которые смотрят, как правило, их родители.
Наталья Орехова, руководитель школы журналистики и массмедиа «А4»:
-- У разных детей разное отношение. Кто-то приходит целенаправленно, чтобы поступит на журфак, а для кого-то это просто увлекательная форма досуга и возможность попробовать что-то новое.
5. Какие проблемы есть сегодня в школьных медиа?
Евгений Веснин, председатель Санкт-Петербургского отделения Лиги юных журналистов России:
-- Крайне низкое качество обучения журналистике в большинстве локальных студий и объединений, за исключением нескольких крупных лидеров. В очередной раз подтвердилось в октябре 2017 года на городском конкурсе «Журналистский марафон» (многие представленные на конкурс детские тексты не соответствуют жанровым требованиям). В этом не виноваты дети и не полностью виноваты сами некомпетентные педагоги. Проблема разделяется на подпроблемы:
· отсутствие в городе курсов повышения квалификации для педагогов ДО по журналистике -- острая нехватка грамотных педагогических кадров;
· ликвидация Городского учебно-методического объединения по журналистике при ГДТЮ (председатель -- д.ф.н. М. Н. Ким);
· пренебрежение к углублённому обучению журналистике у ряда активистов детского движения, постановка в один ряд с другими формами активности;
· как следствие -- представление о профессии деформируется, многие талантливые дети не доходят до вуза, добравшихся приходится переучивать
«Цифровое неравенство»: на соседних улицах в Петербурге могут располагаться разные студии детской журналистики, в одной из которых будут делать Интернет-СМИ, лонгриды, грамотно оформлять сайты и газеты, а в другой будет единственный старый компьютер на всех и вёрстка кривобокого издания в не предназначенной для этого программе Word.
Никому не нужна правда: выбор тем для детского журналистского творчества жёстко ограничивается многими педагогами, процветает самоцензура, приукрашивание действительности, «честь мундира» («тема номера -- смерть», возможность обсуждения в детской прессе романтических отношений между учителями и учениками и т. п.)
Погоня за модной формой в ущерб содержанию: ряд педагогов по журналистике, в т.ч. преподавателей СПбГУ, работающих с детьми, почувствовали себя отстающими от требований времени и принялись осваивать модные формы (лонгриды, конструктор «Тильда»), при этом забывая о качественном содержании.
Размывание журналистики как профессии: модный термин «медиаобразование» и всё, что с ним связано, является чрезвычайно вредным для фундаментального изучения журналистики как прикладной науки, требующей получения высшего образования; блогерство, в т.ч. видеоблогерство, любая другая любительщина ставится в один ряд с профессиональной деятельностью, что недопустимо.
Техносфера атакует: реализация государственной политики по поддержке инженерного образования и, в частности, росту числа бюджетных мест в вузах на инженерные специальности имеет изнанку в виде сокращения бюджетных мест на социально-гуманитарные направления, в том числе на журналистику. Талантливые дети из бедных семей, решившие связать свою жизнь с журналистикой, панически боятся того, что не смогут получить желаемое высшее образование, а идти в инженеры категорически не хотят.
Тотальная феминизация социально-гуманитарных профессий, в т.ч. журналистики: этот тезис всегда звучит в женской аудитории (что подтверждает его правоту) и, как правило, вызывает негативную реакцию, но, если проявлять дальновидность и широту взглядов, то несложно прийти к выводу, что мы имеем дело с острейшей проблемой. Чем именно плоха феминизация журналистики?