Ч. С. Пирс даже сформулировал на основе этих рассуждений свой «принцип Пирса»: полное понятие о вещи есть полное представление о практических последствиях, связанных с нею. Говоря проще, никакой вещи нет, если с ней никто ничего не делает. Никакой «вещи самой по себе» нет -- и, значит, нет никакого единственно истинного представления о ней. Вещь не есть нечто объективное -- она есть совокупность навыков, с ней связанных (Ч. С. Пирс именовал их практическими последствиями, связанными с данной вещью). К примеру, для конюха лошадь есть совокупность привычек кормить, чистить, прогуливать, для жокея лошадь -- это привычка скакать верхом, для торговца лошадьми -- привычка продавать и т. п. Для нормального, т. е. практичного, приспособленного к жизни, человека пустым и беспредметным является отвлеченное теоретизирование, поиски ответа на вопрос, что такое «лошадь вообще», «лошадь сама по себе, независимо от человека» и пр. Теоретизирование на такие отвлеченные темы есть проявление болезни, которая делает человека нежизнеспособным, поскольку теоретизирование отвлекает человека от деятельности, обеспечивающей его выживание.
В XIX в., когда жил Ч. С. Пирс, работник еще не был всецело придатком машины. Он еще сам искал нужные навыки -- в том числе при работе с машиной. Сегодня, когда техника стала сложнее и дороже, такой поиск работнику запрещен. Для этого устанавливается «защита от дурака», которая пресекает несанкционированные импровизации.
Современная философия «делового человека» -- прагматизм и позитивизм -- исключила, если употреблять кантовские понятия, не только метафизически-теологически-психологический разум, но и теоретизирующий естественнонаучный рассудок. Тем самым теория познания вернулась к Ф. Бэкону, который признавал представления о причине, следствии, порождении и т. п. остатками первобытного, антропоморфного мышления.
Именно от этих остатков и пытался очистить мышление позитивизм. Ему это удалось. Как отмечает П. Слотердайк, современные СМИ не знают слов «потому что», «следовательно» -- они знают только союз «и». «Экономический кризис в Греции», и «выборы в США», и «Евровидение 2017», и «погода» -- все это в новостной программе никак не связано между собой. А тот, кто пытается связать причинной связью отдельные данности опыта, сегодня объявляется отсталым сторонником антропоморфных теорий или «конспирологом», видящим за всем чей-то злой умысел, планы и козни.
Отказ от пустого теоретизирования -- от всеобщего превращения в интернет- энциклопедистов, свободно и безнаказанно рассуждающих обо всем, «с улыбкой говорящих истину царям», -- не означает, однако, требования довольствоваться собственным опытом и навыками, унаследованными с детства от родителей.
Личный опыт человека, который вырос около экрана в эпоху видеокультуры, отличается от личного опыта человека, который жил всего полвека назад. Когда этот последний говорил, что убежден в чем-то, потому что «своими глазами видел это», он на самом деле имел в виду свой ближайший жизненный мир, прокомментированный местными авторитетными людьми -- родителями, учителями, старшими сверстниками.
Сегодня ребенок во двор играть почти не выходит, а педагогам велено не навязывать мировоззренческие ответы, а задавать ребенку вопросы тестов. (Авторитет, отвечающий на вопросы, -- это теперь сам ребенок.) Уже в детстве он видит на экранах телевизора или компьютера больше «фактов», чем все великие путешественники Нового времени. Но те, кто поддерживает сегодня в человеке веру, что он черпает из «картинок» свой собственный опыт и живет «своим умом», умалчивают о том, что на этих экранах показывают, во-первых, только предварительно отобранные сценаристами, режиссерами и операторами факты. Во-вторых, даже и эти факты зрителю не позволяется «обобщать» и складывать самостоятельно в предметы. Роль кантовских априорных форм чувственности в СМИ и Интернете исполняют «агрегаторы», т. е. те зримые или незримые субъекты, которые готовят «обзор» важнейших событий. Чтобы прояснить их роль, следует напомнить мудрую притчу про трех футбольных арбитров. Первый из них сказал: «Я сужу то, что есть реально на поле». Второй сказал: «Я сужу только то, что вижу». Третий сказал: «Существует только то, что я называю». То есть нет в игре ничего, чего бы судья не назвал по имени, тем самым не признав существующим. Так же обстоит дело и с современными новостями: их «делают» те, кто выделяет их из потока фактов и называет важными.
Сегодня человек информационного общества мыслит о себе так. Он живет в условиях свободного общества. Поэтому ему предоставлена свобода выбирать. Есть примитивный, пронизанный грубой пропагандой мир телевидения и бульварной прессы -- для тех, кто не может думать сам и нуждается в поводырях - ведущих. Телевидением довольствуются примитивные, немыслящие люди. Но, в отличие от этого немыслящего класса, есть другой класс -- нет, не просветительская интеллигенция и ее последние наследники из классических университетов, а интернет-сообщество. Это люди, регулярно просматривающие интернет. Там на них обрушивается изобилие зрительных впечатлений, которые складываются в «предметы» -- но уже не ведущими, которые громко и неоднократно называют все, разоблачая лгунов, а «агрегаторами», которые выделяют ленту важных новостей. Факт, названный важным, становится новостью, достойной опубликования. Чего нет на «Фейсбуке» или в иных местах Интернета, того не существует. Член медийного сообщества тоже получает право выкладывать в Сеть свои фото и видео, а также комментировать их и чужие задокументированные факты опыта в двух-трех предложениях. Но картину мира из всего этого складывает не он сам, а «агрегатор». Он же подсказывает нужные слова -- не больше двух-трех десятков, как у «Эллочки-людоедки» из «Двенадцати стульев» И. Ильфа и Е. Петрова. Главное для человека -- «быть в тренде», своевременно произносить вместе с продвинутым «медийным классом» нужные слова, точно так же как и знать рейтинги всего, «топ-исполнителей», «топ-политиков» и т. п. Рэп тоже пишется только из тех слов, которые чаще всего используются в запросах в поисковиках Интернета.
Однако изобретение «палки» для селфи разрушает весь этот мир. Отныне «агрегатором» выступает не «агрегатор», а снимающий селфи. Он выделяет главное в мире, его центр, каковым выступает его «Я». Это «Я» -- не просто одно из присутствующих «Я» на снимке. Это протест против внешних «агрегаторов», которые «делают новости», отбирая их. Это вынесенная вовне философия интроверта, о которой говорил Ф. Ницше в уже приведенной нами цитате.
Стремление польстить эгоизму потребителя заставило продавцов разработать для него средство самоувековечивания. Это не только селфи-камера. Это весь смартфон, весь компьютер с его программами и все социальные сети.
Вся мировая культура выступает у потребителя в умном гаджете как его собственность под заголовками типа «Мои любимые произведения», все общество -- под заголовком «Мои друзья», «Мои сообщества», «Мой живой журнал». Весь этот внутренний мир подростка-интроверта, который остается таким до старости и отделяет себя от внешнего мира наушниками, противится внешним «агрегаторам» из Интернета. Те убили автора средствами постмодернизма, чтобы стать микроавторами, блогерами и «агрегаторами» -- властителями умов (важна не мировая культура, а то, что выберет из нее «агрегатор»). Но для молодого человека с селфи даже «агрегатор» -- это диктатор. Он, агрегатор, чересчур теоретичен и оторван от жизни -- от его, подростка, жизни. (Он точно таков, каким был для постмодерниста-агрегатора «классик».) Борцы с авторитетами рано или поздно перестают быть авторитетами сами. Но пока они сохраняют свой авторитет «агрегаторов», молодой человек уходит и прячется в свой «нормализованный аутизм» с помощью «палки» для селфи.
Литература
1. Перцев A. B. Молодой Ясперс: рождение экзистенциализма из пены психиатрии. СПб.: Изд-во Русской христианской гуманитарной академии, 2012. 340 с.
2. Ясперс К. Общая психопатология. М.: Практика, 1997. 1056 с.
3. Ильф И. А., Петров Е. П. Золотой теленок // Ильф И. А., Петров Е. П. Собрание сочинений: в 5 т. М.: Художественная литература, 1961. Т 2. С. 7-289.
4. Ницше Ф. Предварительные работы и дополнения к «Утренней заре» 1880-1881 // Ницше Ф. Утренняя заря. Переоценка всего ценного. Веселая наука. Минск: Харвест; М.: АСТ, 2000. С. 226-317.
References
1. Pertsev A. V. MolodoiIaspers: rozhdenie ekzistentsializma izpenypsikhiatrii [Young Jaspers K.: the birth of existentialism from the foam of psychiatry]. St. Petersburg, Izd-vo RHGA, 2012. 340 p. (In Russian)
2. Jaspers K. Obshchaia psikhopatologiia [General Psychopathology]. Moscow, Praktika Publ., 1997. 1056 p. (In Russian)
3. Ilf I., Petrov E. Zolotoi telenok [The Golden calf]. Ilf I., Petrov E. Sobranie sochinenii [Collected works], in 5 vols. Vol. 2. Moscow, Khudozhestvennaya Literatura Publ., pp. 7-289. (In Russian)
4. Nietzsche F. Predvaritel'nye raboty i dopolneniia k «Utrennei zare» 1880-1881 [Preliminary works and additions to the “Morning Dawn” 1880-1881]. Nietzsche F. Utrenniaia zaria. Pereotsenka vsego tsennogo. Veselaia nauka [The Dawn of Day. Revaluation of all values. The Gay Science]. Minsk, Kharvest Publ., Moscow, AST Publ., 2000, pp. 226-317. (In Russian).