требует определенного мужества и способствует возникновению довольно напряженного и неловкого молчания, что, на самом деле, и означает наличие коммуникации;
стратегия наименьшего сопротивления, когда один из партнеров неохотно поддакивает другому или во всем с ним соглашается;
дисквалификация коммуникации, когда один из партнеров действует так, что сводит на нет как свои собственные сообщения, так и сообщения другого человека. В числе коммуникативных приемов подобного рода – противоречивые высказывания, их непоследовательность, смена темы, неполные предложения, невразумительность или манерность речи, буквальное толкование метафор или метафорическое понимание буквальных замечаний и т. д.;
приемлемое для собеседника, не обижающее его указание причин, по которым в данный момент общение нежелательно: человек может притвориться спящим, глухим, пьяным, сделать вид, что не понимает языка собеседника или изобразить наличие любого другого дефекта, делающего коммуникацию оправданно невозможной. Во всех этих случаях сообщение остается одним и тем же, а именно: «Я бы не возражал поговорить с тобой, но есть то, что мне мешает, что сильнее меня, то, в чем я не виноват».
Аксиома 2. Любая коммуникация имеет уровень содержания и уровень отношения.
Поскольку в процессе коммуникации передается не только информация, но одновременно детерминируется характер отношений между коммуникаторами, можно выделить два соотносимых друг с другом уровня коммуникации. Уровень содержания, т. е. та информация, которая передается в сообщении. При этом неважно, является она правдивой, ложной, надежной, неправильной или неразрешимой. На уровне отношений передается то, как это сообщение должно быть воспринято. Отношение может быть выражено и речевыми приемами, и невербально (с помощью крика, улыбки или другими способами). Характер отношений можно ясно понять из контекста, в котором происходит коммуникация. Например содержанием фразы «Закройте дверь» является ожидание вполне определенного действия. Но эта фраза может быть произнесена по-разному: как команда, как просьба или как предложение. Избранный способ выражения содержит сообщение о том, какими видят партнеры свои взаимоотношения: доброжелательными или враждебными; равными в социальном отношении или один из них находится в прямой зависимости от другого; чувствуют себя спокойно и комфортно или переживают состояние тревоги и волнения и т. д. В межлич-
26
ностном общении экспрессивная окраска сообщения часто более важна, чем его содержание. Вместе с тем, по мнению исследователей, чем более «здоровыми» являются отношения, тем более аспект отношений отходит на второй план. Напротив, «нездоровые» отношения характеризуются тем, что за природу отношений идет постоянная борьба, а содержательный аспект коммуникации становится все менее и менее важным. Смешение уровня содержания и уровня отношениянередкоприводиткнарушениюкоммуникации.
Аксиома 3. Пунктуация последовательности событий.
Люди организуют свое взаимодействие, опираясь на собственное представление о важном и неважном, причинах и следствиях поступков, на интерпретацию смысла происходящего. Эти смысловые доминанты организуют поведенческие события, существенно влияя на происходящее взаимодействие (подобно тому, как знаки пунктуации задают смысл предложению). Несогласие относительно пунктуации последовательности событий лежит в основе возникновения бесконечных проблем во взаимоотношениях. Человек не может быть уверен ни в том, что другой обладает тем же объемом информации, что и он, ни в том, что этот другой сделает те же выводы из данной информации. Решение вопроса о том, что является важным, а что – нет, происходит у разных людей поразному. В случае рассогласованной коммуникации можно наблюдать конфликт относительно того, что является причиной, а что – следствием наблюдаемого события. Примером патологической коммуникации, вызванной нарушением последовательности причин и следствий, является эффект «самоосуществляющегося пророчества». Например, человек, строящий свое поведение на основе предпосылки «никто меня не любит», будет вести себя недоверчиво, демонстрируя массу защитных реакций, или агрессивно. Указанное поведение вряд ли вызовет симпатию окружающих, что подтвердит изначальную предпосылку такого человека. При этом сам он ошибочно считает, что просто реагирует на отношение окружающих, а не провоцирует его. Именно это и составляет проблему пунктуации.
Аксиома 4. Симметричное и комплементарное взаимодействие. Отношения между людьми базируются либо на равенстве, либо на отличии.
В первом случае партнеры стараются скопировать поведение друг друга, и поэтому их отношения можно назвать симметричными. Слабость или сила, нравственность или безнравственность не имеют здесь никакого значения, поскольку равенство может поддерживаться в любой из этих областей. Во втором случае поведение одного партнера дополняет поведение другого, такой тип взаимодействия называется комплементарным. Симметричные отношения, таким образом,
27
характеризуются равенством и минимизацией различий, в то время как особенностью комплементарного взаимодействия является доведение различий до максимума. В комплементарных взаимоотношениях можно выделить две различные позиции. Одинпартнерзанимаетболеевысокую, важную, первичнуюпозицию, а другой – подчиненную, вторичную, более низкую. Комплементарные отношения могут устанавливаться социальной или культурной средой (как в случае взаимоотношений матери и ребенка, врача и больного, учителя и ученика) или характеризовать стиль отношений в данной диаде. В любом случае важно подчеркнуть, что природа этих отношений носит взаимозависимый характер, разные типы поведения взаимно дополняются. Нельзя сказать, что один из партнеров установил комплементарные отношения с другим, скорее каждый из них ведет себя так, что это предполагает и одновременно является причиной поведения другого. Симметричность и комплементарность, выполняя важные функции в общении, сами по себе не являются «хорошими» или «плохими», «нормальными» или «ненормальными». Вместе с тем они чреваты патологией. В симметричных взаимоотношениях постоянно присутствует опасность соревновательности, эскалации равенства, что приводит к ссорам и конфликтам между индивидами. Таким образом, патология в симметричных взаимоотношениях характеризуется более или менее открытой враждой. В свою очередь, патологические изменения комплементарных взаимоотношений проявляются в игнорировании личности другого (например, мать, которая продолжает обращаться со своим взрослым сыном, как сребенком).
Аксиома 5. Коммуникация может быть как намеренной, так и ненамеренной, эффективной и неэффективной.
Нельзя сказать, что коммуникация имеет место только тогда, когда она произвольна, осознанна и успешна, т. е. когда достигается взаимное понимание. Разумеется, люди обдумывают свое поведение (речь, манеры), особенно в ситуациях небытовых. Однако нередко мы действуем необдуманно, о чем можем впоследствии сожалеть. Нежелательные последствия, к которым может привести ненамеренная коммуникация, делают актуальными способности и навыки «сохранениялица» каксвоего, такидругого.
Выбирая теоретические направления для курсовой работы, ее автору следует иметь в виду, что в современном научном знании утвердились два подхода к рассмотрению межличностной коммуникации – количественный и качественный. При количественном подходе межличностным признается любое взаимодействие двух участников, т. е. взаимодействие в паре, или в диаде (лат. dyad и
28
гр. duas два). Вэтойтрадициимежличностнуюкоммуникациюнередко называют диадной. Диадная коммуникация, диадные взаимодействия имеют свои особенности. Если в групповых взаимодействиях участники могут создавать коалиции, группировки для достижения своих целей, то, находясь в паре, партнеры вынуждены прорабатывать все возникающие проблемы непосредственно друг с другом. В этом смысле, скажем, наш короткий контакт с кассиром при покупке билета в метро, с работником, оформляющим нам бандероль на почте, или с представителем ГИБДД, остановившим нас на дороге, будут рассматриваться как ситуации межличностной коммуникации. Последняя в этом случае противопоставляется групповой, публичнойилимассовойкоммуникациям.
Безусловно, наши взаимодействия с работниками сферы обслуживания, даже один на один, качественно отличаются от взаимодействий с близкими нам людьми. Так, разговор за семейным ужином о проблемах на работе – не то же самое, что разговор о работе на работе с начальником или сослуживцем. На эти различия и обращает внимание качественный подход, в котором главным критерием межличностной коммуникации выступает не количество участников, а характер и качество их отношения друг к другу. Далеко не всегда, контактируя с другим человеком, мы осуществляем с ним межличностное взаимодействие. Происходит это лишь в том случае, если наше отношение к нему становится индивидуально-личностным, персонализированным, т. е. когда другой выступает для нас как отдельная личность, во всей ее особенности, своеобразии и исключительности. Антиподом межличностной коммуникации в этом случае выступает безличностная, деперсонализированная коммуникация, когда личность, индивидуальность другого нам безразлична.
Следуя этой логике, наши отношения предстают как некий идеальный континуум, один вектор которого направлен в сторону «личностное», другой – в сторону «безличностное-безразличное». Тогда каждую нашу встречу, разговор, взаимодействие с другим можно рассматривать как некую меру личностного и безличностного одновременно. Но можно ли определить, какое из этих качеств преобладает в том или ином взаимодействии? И всегда ли нужно стремиться к усилению «личностного» в отношении к другому? Этими вопросами задавались многие представители гуманистической и этической философии. Один из них – социальный мыслитель XX века, философ Мартин Бубер. Влияние его идей широко признано сегодня в теории межличностной коммуникации. В своей знаменитой книге «Я и Ты» (1922–1923) Бубер утверждает, что есть два фундамен-
29
тальных отношения, в которых человек реализует себя в жизни: Я-Оно и Я-Ты. Человеческое бытие протекает в непрерывной диалектике этих двух отношений. Я-Оно – это отношение отделенности, в нем мое Я выделяет и противопоставляет себя остальному миру, реализует свою отдельность. Это отношение «вещное», когда все, что не-Я, включая, в том числе, другого человека, выступает для меня объектом, «вещью», и я могу ее познавать, пользоваться ею или ею манипулировать. Я-Ты – это отношение подлинно человеческое, отношение двух субъектов, двух равных партнеров. В нем нет противопоставления отдельности моего Я. Напротив, мое Я существует только во взаимосвязи с Другим, в соединенности и во взаимной ответности. Я другого=Ты становится условием существования моего Я, и, наоборот: «Мое Ты воздействует на меня, как и я воздействую на него». Отношение Я-Ты существует как взаимное углубление, как все более проникающее вживание моего Я в мир Другого. Такое отношение полнейшей взаимности Бубер считал подлинным, личностным и называл его «диалогом», «встречей». Конечно, следует признать, что отношение взаимного проникновения мы испытываем в жизни нечасто и с выборочным числом людей, чаще всего с теми, кого называем близкими. Однако Бубер считал, что такое личностное отношение
– где каждый чувствует себя вовлеченным в отношение к Другому – возможно и вповседневнойсоциальнойжизни.
Тезис о том, что человеческая жизнь по сути своей диалогична – стержневой в русской классической литературе. Вспомним героев Достоевского. Российский философ и литературовед М. М. Бахтин также провозглашал диалогичность принципом человеческой жизни. Партнерство-диалог как суть подлинно человеческих отношений – фундаментальное, основополагающее положение современной теории межличностной коммуникации. Каковы характеристики личностного? Как определить, насколько личностно-безлич- ностно мое отношение с другим? Многие из нас различают это, исходя из собственного чувствования, интуитивно. Именно подобные вопросы могут стать темами исследований в курсовых работах.
В социальных отношениях мы часто действуем в соответствии с предписанными социальными ролями и правилами поведения: студент–преподаватель, врач–пациент, клиент–поставщик услуг и т. д. Часто эти отношения осуществляются как сугубо функциональные. Мы используем друг друга в социальном распределении ролей для достижения какой-то цели: я подаю кондуктору деньги за проезд, он мне – билет. Чем более партнеры в ситуации ориентированы на со-
30