Д.И. Шаховской много сделал в Весьегонском уезде по развитию библиотечного дела. По совместительству он работал заведующим Весьегонской земской библиотеки. В письме А.А. Корнилову в марте 1886 года он писал: «Главное мне хотелось доставить учителям возможность читать хорошие книги.»14. По его настоятельной просьбе земством было увеличено ассигнование на содержание библиотеки для народа до 200 рублей ежегодно. В результате привлечения к проблемам библиотек благотворителей к концу 1888 года Весьегонская земская библиотека имела более двух тысяч книг и журналов15. Население с благодарностью принимало работу Д.И. Шаховского в развитии просвещения и народного образования в уезде. Признанием заслуг в земском деле стало избрание Д.И. Шаховского в январе 1889 года Почетным мировым судьей. Эта должность давала право самостоятельно принимать решения по спорам между крестьянами и сохранять влияние на школьное дело. Он был избран также уездным земским гласным и гласным училищного Совета Весьегонского уезда.
В 1889 году по семейным обстоятельствам Д.И. Шаховской вынужден был покинуть службу в Тверской губернии и взять на себя заботу о хозяйстве Шаховских-Щербатовых в Ярославской и Московской губерниях.
Проблемы внедрения образования в народные массы по-прежнему волновали всех друзей из «ольденбургского» кружка. Даже находясь в заграничной командировке, В.И. Вернадский пишет своей жене: «...Только одно средство существует предотвратить падение науки и искусства - это всеми силами и всякими жертвами стремиться расширять образование и глубже заставлять проникать его в народные массы; не сторониться от могущих произойти социальных изменений, не идти против них»16.
Деятельность русских либералов в начале 1890-х годов стала более заметной в российском обществе, стала несколько расширяться и социальная база либерализма. Но он не был организационно оформлен и в основном проявлялся в деятельности либерального земства. Хотя развивалась либеральная публицистика: журналы «Русская мысль», «Вестник Европы»; газеты «Земство», «Русские ведомости», которые поднимали важные общественные проблемы. Признание неприкосновенности личности, ее права на свободное духовное развитие по-прежнему составляло основу морально-этических взглядов либералов. Главной политической целью оставалось не допустить социальные потрясения в России.
На дружеских встречах у Ольденбургов в Петербурге и на квартире Вернадского в Москве часто обсуждались вопросы земского движения, издание бесцензурных журналов и газет, необходимость пропаганды программы либералов. Часто друзья спорили и по теоретическим проблемам, о сущности новых политических учений, влиянии социалистических идей. В письме к А.А. Корнилову в октябре 1890 г. Д.И. Шаховской спорит с ним: «. Я понимаю социалистические принципы именно как расширение прав человека. Конечно, истинный либерализм и истинный социализм не противоречат, а дополняют друг друга. Но понимаемые односторонне, они постоянно сталкиваются. Поэтому либерализм должен занимать особенно видное место в нашей программе...пока не разовьется личность, никакая вообще деятельность невозможна, возможны только стихийные движения, а я хочу настоящей человеческой жизни»17.
Проблемы русской жизни для них в это время являются главными. В.И. Вернадский по окончании университета, став хранителем Минералогического кабинета, активно занимается наукой, исследованиями отдельных регионов страны и везде ощущал проблемы, в которых живет Россия. Он делает важные записи после посещения Рославлевского уезда Смоленской губернии: «. Всюду, везде натыкаешься на одно и то же, на какое-то бессмысленное, непонятное глумление над людьми, ни для чего не нужное их угнетение, их связывание. бюрократией давятся людские души»18.
В 1890-е годы постепенно в мировоззрении друзей усиливаются тенденции несправедливости существования российского общества, появляется интерес к общественно-политической деятельности. Один из главных вопросов в течение 1891-1893 гг., который волновал либеральную общественность, в том числе и друзей В.И. Вернадского и Д.И. Шаховского, - борьба с голодом.
Осенью 1891 года вследствие неурожая в центральной, приволжской и юго-восточной частей России голод охватил 20 губерний. Крестьяне практически прожили свои запасы. В ноябре началась раздача земского хлеба, были пожертвования голодающим и от частных лиц. Однако положение в стране становилось катастрофическим. Средства, которые выделило Министерство внутренних дел, были недостаточными. В 1891 году В.И. Вернадский, находясь в своем имении, писал жене: «Здесь опять захватило известие о голоде. Необходимо устройство комитетов для сбора пожертвований и для обсуждения мер против голода и всех тяжелых, всех трудных его последствий... В массе крестьянской чувствуется какая-то покорная отчаянность. Я как-то всем существом осознал, что мне дорог этот народ, что я неразрывная часть его.»19.
Большой вклад в борьбу с голодом в эти годы внес Л.Н. Толстой, который организовывал бесплатные столовые для голодающих крестьян. Его начинание было поддержано передовой интеллигенцией, в том числе и членами «ольденбургского» кружка. Многие земские деятели включились в борьбу с голодом. «Ольденбурговцы» приняли решение образовать группу для борьбы с голодом, чтобы добиться результата хотя бы в одном уезде. Выбор пал на Мор- шанский уезд, где было имение В.И. Вернадского. Друзья активно занялись сбором денег среди своих знакомых. В конце ноября управляющему имением было отправлено 500 рублей для покупки ржи и раздачи ее нуждающимся. По примеру Л.Н. Толстого В.И. Вернадский решил заняться в Моршанском и Кировском уездах Тамбовской губернии устройством бесплатных столовых. Но поскольку он был занят в университете, А.А. Корнилов взял на себя «главное руководство организацией столовых, ему помогали их общие друзья, которые вместе с ним работали с утра до ночи»20.
В 1892 году в дневниковых записях В.И. Вернадский отмечал, «что много времени отдал организации борьбы с голодом в Тамбовской губернии, для чего удалось получить денежную помощь из Франции (от И.М. Гревса и А.В. Гольстейна, живших тогда в Париже). Теперь у нас в Вернадовке, больше 37 столовых, т.е. кормится нами около 2000 человек, мы решили вести деятельность и дальше». Осенью 1892 года в письме к Н.Е. Вернадской он пишет: «Организация борьбы с голодом у нас в общих чертах до распутицы закончена: хлеб всюду перевезен, склады устроены, корм лошадям роздан, лошадей начинаем раздавать. Отношения сохраняются по-прежнему хорошие. Только усилился полицейский надзор: урядники, становые и т.п. но этого надо было ждать. Хорошо, что это началось, когда в главных чертах дело закончено и остановить его невозможно.»21.
В январе 1893 года «вышла в свет книжка А.А. Корнилова «Семь месяцев среди голодающих крестьян» - отчет о помощи голодавшим некоторых местностей Моршанского и Кирсановского уездов Тамбовской губернии 1891-92 гг.. Небольшое и совершенно частное предприятие неожиданно для нас самих превратилось благодаря количеству полученных нами средств в большое дело, имеющее несомненно общественное значение и в то же время вполне сохранившее частный, чуждый всякой официальности характер.»22.
Вся либеральная общественность осуждала поведение правительства, которое вместо организации борьбы с голодом старалось земцам чинить препятствия, боясь развития инициативы и самодеятельности на местах.
Поэтому у В.И. Вернадского и его друзей меняется и понимание либерализма. «Либеральные идеи могут только тогда получить силу и значение, могут только тогда поднять к себе общество, когда они ясно и определенно захватят к себе все современные текущие вопросы русской жизни. Либералы могут только тогда получить почву и силу, когда они сознательно ясно поставят себя как государственную партию - как такую, которая должна сделаться правительством».23.
В этот сложный период друзья не забывают о своем важном деле - развитии образования в России. В мае 1893 года В.И. Вернадский сделал записи о разговоре с А.М. Калмыковой о книгах для народа, о дешевых изданиях литературы. Ее интересовал и вопрос о библиотеках, о воскресных школах на петербургских мануфактурах.
Занимаясь разработкой и чтением лекций для студентов в университете, В.И. Вернадский как никто другой знал проблемы высшего образования. В университетах ощущалась острая нехватка лабораторий, специальной литературы - везде «болезненно чувствуется ненормальность постановки образования, и мысли о нем в наших университетах...»24. Эти вопросы все чаще стали обсуждаться среди преподавателей вузов.
Постепенно либералы-интеллектуалы приходят к выводу, что главным противником земского дела в развитии школьного образования являются представители власти. Поэтому сами стараются оказывать помощь земствам по многим важным вопросам. Как земской гласный в Тамбовской губернии В.И. Вернадский активно поддерживал позицию Д.И. Шаховского о введении всеобщего начального образования. В письме к жене в июне 1896 года он сообщал: «... Мне придется еще раз приехать сюда в конце июля для предварительного обсуждения в управе проекта введения всеобщего обучения в Моршанском уезде, который управа вносит осенью в Земское собрание.»25.
К концу Х1Х века либеральное земство стало частью народной жизни и народного самоуправления. За время своего существования оно проявило себя во многих сферах российского общества: школьном деле, строительстве больниц, дорог, развитии агрономии и т.п. На это обращает внимание В.И. Вернадский в своем письме в октябре 1899 года: «.Собрание деловое. решено строить больницу и вообще много разных более мелких улучшений по организации медицинской помощи. между прочим почтовое ведомство предлагает устроить почтовую станцию в Вернадовке, но требуется содействие местных владельцев. Я со своей стороны выразил участие в своей доле (должно быть придется дать землю).»26.
Самодержавие не желало учитывать стремление земцев к легальной общественной деятельности. Поэтому в Москве был организован земский нелегальный кружок «Беседа» (1899-1905), активно в котором участвовал Д.И. Шаховской.
В своих воспоминаниях он дал характеристику кружку «Беседа», «основанному шестью земцами в целях выяснения вопросов местной жизни и содействия единодушным и авторитетным заявлением по назревшим вопросам со стороны земских и дворянских собраний». В заметках Д.И. Шаховского есть сведения о совещаниях членов «Беседы», на которых разрабатывались и политические вопросы. Как правило, совещания проводились во время съездов врачей, агрономов, статистиков, что налаживало контакты с представителями разных регионов. «Беседа» объединяла представителей либералов, умеренных консерваторов и близких к социалистам. Как отмечал Д.И. Шаховской, «благодаря своему разнородному составу, «Беседа» являлась важным центром информации и завязывания связей»27. В дневнике после студенческой забастовки 15 февраля в поддержку забастовки студентов Петербургского университета 22 марта 1899 года В.И. Вернадский сделал запись: «У нас теперь Университет закрыт. Эти дни идут высылки из Москвы и по утрам поезда переполнены высылаемыми студентами. Трудно сказать, чем все это кончится.»28. Именно через «Беседу» земский конституционный кружок пополнился новыми силами. «Беседа» издавала сборники, привлекая к их изданию либеральных публицистов. На практике происходило сближение земцев с интеллигенцией, что подготавливало почву для общей политической деятельности. Связующим звеном сближения была редакция газеты «Право», объединяющая либеральную адвокатуру.
На рубеже Х1Х - ХХ веков правительство усилило контроль за деятельностью общественных организаций из-за их оппозиционной направленности. Целый ряд обществ пострадал: Вольное экономическое общество (правительство стремилось превратить его в узкое технико-экономическое), юридическое общество при Московском университете, комитеты грамотности Петербургский и Московский и др.
Применение властью силы в разгроме демонстрации студентов и интеллигенции в марте 1901 года в Петербурге и закрытие «Союза русских писателей», выступившего с протестом, взволновало передовую общественность столицы. А.В. Тыркова в 1901 году в своем дневнике об этом делает записи: «...у молодежи неопределенное, неутешительное настроение. Они не знают чего хотят, о чем говорить в своих требованиях. «Временные правила»29 старый университетский устав, свобода печати, чуть ли не конституция. Правда, тут же выяснилось, что большинство за узкостуденческие требования без примеси всяких политических задач.... Потом вдруг эти 175 киевских студентов, попавшие в солдатчину. Даже не верилось. Но, верно, чтобы рассеять недоверие сдали и петербуржцев.»30 (за участие в неразрешенной сходке были отданы в солдаты 28 петербургских студентов). Продолжалось давление на университеты. Все это вызвало у демократической интеллигенции осуждение и явилось важным моментом определения политических взглядов у друзей В.И. Вернадского: «Сегодня получил циркуляр Ванновского: вопрос об университетской коренной реформе официально поднят и теперь, я думаю, что очень многое, если не все, зависит от того найдутся ли в университетской среде сильные и смелые люди долга, которые сделают, что должно в этот важный момент в истории русского просвещения». «... Состоявшийся в Московском университете Совет, большинством всех голосов против одного, решил, что правильная постановка университетской жизни возможна только при выбранных ректоре и декане». «. По частным известиям в С-Петербурге, Харькове, Варшаве, Казани, Юрьеве... в общих основах всюду выставляется необходимость автономии. ». «... Так давно привыкли мысль и чувство жить в оппозиционной среде русской жизни.»31. Земство также пыталось оформить свои взгляды на ситуацию в стране и усилить пропаганду своих идей. Однако попытка земцев издавать официальный земско-либеральный орган была неуспешной. Встал вопрос об издании журнала за границей. В среде земцев вся организационная работа по журналу была на плечах Д.И. Шаховского, который впоследствии стал ответственным секретарем нового издания. Так, в июле 1902 года в Штутгарте вышел первый номер «Освобождения»32 (П.Б. Струве встал во главе зарубежной редакции журнала). Главным организатором тайного распространения журнала в России был Д.И. Шаховской, живший тогда в Ярославле, где он редактировал газету «Северный край». К работе в газете он привлек и А.В. Тыркову. «.Как она позднее отмечала: «Я тогда не догадывалась, что он также один из главных собирателей и организаторов оппозиционных сил не только в этой части Поволжья, но и по всей России, а правительство это знало, но не знало, как справиться и с движением, и с такими двигателями»33.