Омский государственный педагогический университет
Русофобия в Прибалтике
А.Н. Ильин
Аннотация
русофобский нарратив прибалтийский элита
В статье доказывается несамостоятельный характер русофобского нарратива, исходящего от прибалтийских элит. Этот нарратив -- одна из форм проявления политической покорности элитам США. Ухудшение отношений с Россией крайне невыгодны для стран Балтии, однако их зависимость от воли Вашингтона не позволяет им обратиться лицом к России. Русофобские обвинения не имеют доказательной базы, а нередко выступают показателем лицемерия обвиняющей стороны. Затронуты такие проблемы, как: риск российской агрессии по отношению к Восточной Европе, претензии к Советскому Союзу за оккупацию Прибалтики, симпатии балтийских элит к нацизму.
Ключевые слова: русофобия; Россия; Латвия; Литва; Эстония; Прибалтика
Russophobia in the Baltic States
A.N. Ilyin
Omsk State Pedagogical University
Annotation
In this article, we prove a dependent character of the Russophobic narrative coming from the Baltic elites. This narrative is a form ofpolitical submission to the elites of the United States. The deterioration of relations with Russia is extremely disadvantageous for the Baltic states, but their dependence on the will of Washington does not allow them to face Russia. Russophobic accusations have no evidence base, and often act as an indicator of the hypocrisy of the accusing party. The following issues are considered: the risk of Russian aggression against Eastern Europe, claims to the Soviet Union for the occupation of the Baltic states, the sympathy of the Baltic elites to Nazism.
Keywords: Russophobia; Russia; Latvia; Lithuania; Estonia; Baltic states
Введение
Политика, экономика, идеология не терпят пустоты. Когда какая-либо ниша становится свободной, ее обязательно кто-то занимает. Когда некий субъект международной системы ослабляется, он переходит под контроль более сильного и теряет свою политическую субъектность. Таковы геополитические реалии.
После развала Советского Союза Россия и другие республики СССР попали под серьезный контроль со стороны США, ставших тогда самой сильной державой в мире. Для подавления своих противников она использует множество различных орудий: военное вмешательство, инициирование госпереворотов, подсаживание конкурентов на удочку кредитных долгов (чем занимаются Всемирный банк и Международный валютный фонд) и т. д. Наиболее сильный актор международных отношений пользуется своей силой, и это вполне закономерная ситуация.
В современном глобальном обществе спектакля стало не важно, говорят ли наиболее влиятельные в мире СМИ правду или ложь; все, что подается в качестве правды, таковой воспринимается. Поэтому одним из значимых видов воздействия на соперников является идеологическая индоктринация. Русофобия -- форма ее проявления. Мы четко разделяем русофобию и объективную критику, так как первая не имеет под собой серьезной обвинительной базы, не опирается на достоверные факты и доказательства. Русофобию нецелесообразно сводить исключительно к набору предрассудков, которые на уровне синергетической самоорганизации воспроизводят себя в общественном мнении различных народов. Русофобия -- это одно из циничных средств ведения информационной войны против непокоренного народа.
Элиты мирового гегемона постоянно заявляют, что во многих проблемах современности виновны русские, а позволившие себя оккупировать американскими военными базами европейские государства вынуждены принимать данный дискурс, солидаризироваться с ним, обогащать его новыми сведениями и всячески тиражировать. Особенно в этом поднаторел восточноевропейский истеблишмент. Недаром С. Амин писал, что в странах Восточной Европы управляющие классы примкнули к американскому проекту грабежа мира, поскольку эти классы сформированы культурой подобострастия и раболепства (Амин, 2007). По той же причине они примкнули к проекту «Русофобия». На ум приходит поговорка, в соответствии с которой выстраивают свою политику прибалтийские (и в целом восточноевропейские) элиты: «Если ты не можешь победить сильного врага, надо к нему присоединиться». Только присоединение, мягко говоря, сулит совсем сомнительные выгоды.
Ряд стран Восточной Европы сделал русофобию чуть ли не национальной идеей, основой государственной политики. Несмотря на то, что в экономическом смысле эти страны исторически ориентированы на взаимодействие с Россией, они сознательно делают все для потери хороших отношений с РФ. Уйдя под контроль США и транснационального бизнеса, они обрекаются на нищету, деиндустриализацию и потерю государственного суверенитета -- именно после открытия их экономик Штатами в ходе формирования зоны свободной торговли стали происходить эти катастрофические процессы. Для «цивилизованного» мира они -- всего лишь полупериферии, полуколонии и рынки сбыта. Этот факт показали не теоретические построения аналитиков, а сама реальность жизни за последующие после крушения СССР десятилетия. Понимая это, восточноевропейские элиты все равно играют в чужую -- антироссийскую -- игру. Если бы они желали развития экономики своих стран, им пришлось бы уходить от русофобского дискурса и внешнего диктата и налаживать отношения с Россией. Получается, они предают интересы собственных народов, разменивая их благосостояние на личное обогащение и на прислуживание интересам мирового гегемона. Постоянным наращиванием антирусской риторики они в некотором роде демонтируют свои народы, «воспитывают» новые поколения, которые будут воинственно настроены по отношению к РФ, несмотря на то, что последняя никогда их не грабила и не эксплуатировала, в отличие от западного мира.
М.Г. Делягин приводит много сведений, указывающих на обеднение и деиндустриализацию стран Восточной Европы после их включения в орбиту американского влияния и интеграции в систему неолиберализма. Они захвачены глобальными корпорациями, которые решают их будущее в большей степени, чем национальные правительства. К их мнению не прислушиваются в «демократической» Европе. Делягин также приводит весьма интересные слова нобелевского лауреата, бывшего старшего вице-президента Всемирного банка Дж. Стиглица. Он заявил, что большинство споров в рамках ВТО между развитыми и неразвитыми странами «почему-то» выигрывают именно развитые (Делягин, 2015). Вот такой принцип равенства всех перед законом! Кроме того, Старый Свет отличается неравенством регионального развития, и его восточная часть наименее развита.
Остановимся более подробно на данных, взятых из книги «Новая Россия». Во всей Восточной Европе произошла массовая скупка активов, после которой корпорации Запада стали хозяевами как банковских систем, так и всей экономики. Судьбы стран стали определяться не национальными правительствами, а корпорациями старой Европы и решениями Еврокомиссии. Восточная Европа вместо суверенитета обрела колониальную зависимость. Вступление в Евросоюз обязало бывшие социалистические страны ограничить торговлю с Россией. В том числе потому, что высокотехнологичная продукция новых членов ЕС оказалась неконкурентоспособной на внутреннем рынке Европы, произошла деиндустриализация. В целом развитые страны не желали видеть в Восточной Европе конкурента, поэтому изъятием ее ресурсов сознательно снижали ее конкурентоспособность. Следовательно, вместо справедливого и равного сотрудничества приходится говорить о грабеже и неоколониальной эксплуатации. При этом США продолжает оказывать влияние на решения ЕС, а элиты некоторых стран (Польша, Болгария, Латвия, Литва и Эстония) вообще представляют собой американских марионеток.
Внутриевропейская конкуренция вызвала в Восточной Европе массовую безработицу, утрату рабочей силой квалификации, вытеснение населения в нестабильные сектора с высоким уровнем самоэксплуатации (мелкая торговля, сельское хозяйство и т. д.). Из восточноевропейских стран усилилась миграция в развитые страны ЕС, где она негативно повлияла на рынок труда. Небольшое относительное улучшение экономических показателей восточноевропейских стран произошло из-за переноса туда экологически вредных производств. В Румынии, Болгарии и Прибалтике была организована промышленная катастрофа, вследствие которой квалифицированные работники побежали на Запад; в 2007-2008 гг. из Румынии уехало 20-30 % экономически активного населения (2-3 млн человек). Это создало в данных странах дефицит рабочей силы и повысило стоимость оставшейся, что лишило эти страны преимущества дешевизны квалифицированного труда. Из-за закрытия производств подготовка специалистов почти закончилась.
Добавленная стоимость стала выводиться из Восточной Европы в страны базирования глобальных корпораций. Президент Чехии в 2003-2013 гг. В. Клаус признал, что вступление его страны в ЕС превратило ее в «объект выкачивания денег». Эта судьба постигла все страны Восточной Европы, сальдо текущих операций платежного баланса которых еще до начала кризиса 2008 г. было значительно хуже, чем в 1990 г. В Болгарии оно упало с - 8,1 % ВВП в 1990 г. до -25,2 % ВВП в 2007 г., в Чехии -- с 0 до -4,4 %, в Венгрии -- с +1,1 % до -7,3 %, в Польше -- с +4,9 % до -6,2 %, в Румынии -- с -4,6 % до -13,4 %. За 1992--2007 гг. в Словении оно снизилось с +5,7 % до - 4 % ВВП, в Литве -- с +5,3 % до -14,5 %, в Латвии -- с +12,3 % до -22,4 %. За 1993-2008 гг. в Эстонии оно упало с +1,2 % до -15,1 % ВВП, в Словакии -- с -4,9 % до -5,3 %. В 2014 г. в пяти странах Восточной Европы текущее сальдо платежного баланса стало лучше, чем в 1990 г. (в других пяти -- по- прежнему хуже): в Словении оно составило +5,9 % ВВП, в Венгрии -- +2,5 %, в Словакии -- +1,9 %, в Литве -- +0,9 %, в Латвии 0,1 %, в Болгарии и Чехии -- по -0,2 %, в Румынии 1,2 %, в Польше 1,5 %, в Эстонии 2,2 %. Однако наверняка это «достижение» -- результат законченности в странах финансовых ресурсов, которые из них можно вывести; такая законченность нормализует платежный баланс. Также примечательна история с выделением средств из фондов Евросоюза. Так, в 2007 г. Румыния могла получить из них 2 млрд. евро, но в реальности смогла использовать только 400 млн евро из фонда рыболовства; тогда же ее взнос в бюджет ЕС составил 1,1 млрд. евро (1,8 % ВВП), т. е. Румыния из бенефициара превратилась в донора ЕС.
М.Г. Делягин небезосновательно именует Евросоюз зоной, где крупный бизнес старой Европы получает прибыль за счет подавления любых конкурентов в присоединившихся к ЕС странах. Дезинтеграция ЕС корпоративному бизнесу приносит дополнительную прибыль. Так, наиболее развитые члены ЕС улучшают свою репутацию за счет ослабления других; в дело вступает контраст. Например, максимально возможный уровень потерь Германии на витке греческого кризиса оценивался в 90 млрд евро, но выигрыш Германии от роста стоимости ее ценных бумаг, в немалой части обусловленного ее превращением в тихую гавань Европы на фоне терпящей крах Греции, к середине 2015 г. принес ей около 100 млрд евро, т. е. перекрыл возможные убытки. Добавим, что евроинтеграция потребовала от Греции ограничить производство своих экспортных товаров (вино, табак, оливки, хлопок), которые не нужны внутреннему европейскому рынку, а греческое судостроение не выдержало глобальной конкуренции (Делягин, 2016).
Несмотря на все эти неутешительные результаты политической и экономической интеграции восточноевропейских стран в «цивилизованный» мир, они продолжают обвинять в ряде своих бед Россию. Часть антироссийских выпадов носит внутренний характер и является в основном результатом кривизны переосмысления ряда исторических событий, связывавших Россию и страны Балтии. Другая часть русофобских обвинений имеет внешнюю природу и к взаимодействию между РФ и Прибалтикой прямого отношения не имеют; недаром балтийские элиты солидаризировались со многими недоказанными обвинениями России, которые исходят из США или Великобритании. Т. е. в одном случае мы наблюдаем пустое фантазматическое повествование русофобствующей речи прибалтийского правящего класса, а в другом случае -- не менее пустое фантазматическое повествование русофобствую- щих элит мирового гегемона, поддержанное прибалтийским истеблишментом.
Россия априори агрессивна
«Демократический» Запад закрывает глаза на фашистские марши в странах Балтии и риторику, согласно которой воевавшие против СССР коллаборационисты являются героями. Запад не замечает дискриминации русских в Прибалтике и во многих других государствах: ограничения в приеме на работу, лишение возможности для экономической и культурной активности, физическое насилие, диффамация в массмедиа, наступление на русский язык, лишение русских людей гражданских прав. В Прибалтике объявили войну всему русскому, в том числе русским именам и фамилиям. Так, в Латвии пытаются «латвизировать» русские имена и фамилии. Пушкин превращается в Пискинса, а Шишкин -- в Сискинса.
И когда российская власть начинает даже в самых мягких и половинчатых формах защищать их права, «цивилизованный» мир вместе с прибалтийскими элитами разражается риторикой о новых имперских поползновениях русских. Этих пропагандистов не смущает отсутствие доказательств, которые бы подтверждали такие стремления. Их не смущает то, что история России крайне бедна наступательными войнами, и потому нельзя сослаться на агрессивные традиции русских, соответствующие многовековой ментальности. Агрессором все равно выступает Россия, как бы США не терроризировали мир и не устраивали перевороты (в той же Украине), приводящие к бедам народа и десуверенизации страны-объекта действий Вашингтона.
Перед Днем Победы над фашизмом, 4 мая 2019 г. в Чикаго открыли памятник литовскому нацисту Адольфасу Раманаускасу, который являлся одним из лидеров «лесных братьев». Он также после нацистской оккупации Литвы руководил боевиками, охотившимися на евреев в Друскининкае. Затем участвовал в убийстве поляков, а после войны пополнил собой антисоветское подполье. В 1957 г. был казнен. В Литве его объявили невинным. Ранее литовская писательница Рута Ванагайте заявила, что к массовому истреблению евреев причастен Раманаускас. В ответ ее назвали чекисткой и агентом Кремля, издательство уничтожило тиражи ее книг, а книги, уже поступившие в продажу, подверглись изъятию (см.: Вассерман, 2019а: Электронный ресурс). Причем элиты соответствующих стран постоянно педалируют тему отсутствия демократии и свободы слова в России.
Глядя на происходящее, следует сделать выводы поистине глобального масштаба. Фашизм был абсолютным злом, которое в свое время полностью перечеркнуло общечеловеческие ценности, мораль, гуманизм, представления о должном, о социальной справедливости, достойном обществе и хорошей культуре. Сейчас возникли серьезные очаги преклонения перед этим исчадием, воплощенные в нацистских маршах Прибалтики и всей государственной политике Украины. Коллективный Запад склонен поддерживать преклонение перед абсолютным злом, как бы не замечая этого. Мы здесь видим проявляющиеся на масштабном (цивилизационном) уровне подвижки в сторону отхода от действительно общечеловеческих ценностей, нормальной морали и принципов гуманизма. Вопрос: что будет дальше? Ведь такое движение чревато в конечном счете полной, безоговорочной, официально принятой реабилитацией того, что было на мировом уровне признано абсолютным злом.
В конце 2014 г. президент Литвы Даля Грибаускайте охарактеризовала Россию как террористическое государство и заговорила о необходимости поддержки Украины, в том числе военными средствами. Но разговорами и призывами дело не закончилось, поскольку выяснилось, что Литва тогда же начала продавать Украине свою старую военную технику. Какие из этого можно сделать выводы? Во-первых, риторика Литвы ничем не отличается от риторики ее американских хозяев (а совсем не партнеров), и руководство страны уже не знает, какое еще раболепие проявить, чтобы услужить Вашингтону. Во-вторых, называющая себя демократичной страна (впрочем, как и остальные страны «цивилизованного» Запада) солидаризуется с антидемократическими процессами, происходящими на Украине. В незалежной убивают, избивают и всячески преследуют людей за их несогласие с официальной идеологией. Украинская армия расстреливает мирных жителей Донбасса. Сам государственный переворот был крайне насильственным, протестующие избивали и убивали сотрудников силовых структур. Но Литва вслед за всеми закрывшими на эти факты глаза «цивилизованными» странами повторяет риторику, совершенно противоречащую реальности. Демократия на словах, фашизм на деле. В-третьих, позиция Литвы в отношении Украины недвусмысленно демонстрирует позицию Литвы в отношении России, совсем не дружескую.