Для теории межкультурной коммуникации большое значение имеют исследования Г. Хофстеде, который выделил культурные измерения по четырем показателям: «дистанция власти»; «индивидуализм - коллективизм»; «маскулинность - феминность»; «избегание неопределенности» [39; c. 88]. Первое измерение делит культуры с учетом концентрации и распределения власти. Для культур, у которых высокая дистанция власти, она является фундаментальной основой, имеет принудительную форму. Ценится исполнительность и обязательность. Для культур, у которых низкая дистанция власти, более важно равенство, индивидуальная свобода и уважение личности, а иерархия условна. Измерение «индивидуализма - коллективизма» демонстрирует степень индивидуальной независимости и социальных связей. В индивидуалистской культуре присутствует свободная социальная структура, групповые цели не так важны. Коллективистская, наоборот, ставит во главу групповые цели и лояльность к группе. Измерение «маскулинности - феминности» показывает культуры с точки зрения роли полов, характеризуя преобладание в культуре мужских или женских черт. В мужской ценится стремление к успеху, признание достижений, настойчивость и сила. В женской - межличностные отношения, забота и понимание, сотрудничество. Наконец, критерий избегания неопределенности раскрывает степень отклонения от установленных норм. Там, где высокий уровень избегания неопределенности, хотят обезопасить себя правилами, четкими целями, точными графиками и не принимают отклонение от норм. Там, где низкий уровень избегания неопределенности, не нуждаются в излишней регламентации, поэтому и правила существуют лишь в случае необходимости.
Обратим внимание и на характеристики высококонтекстуальных и низкоконтекстуальных культурных коммуникаций Э. Холла [39; с. 82]. Согласно Холлу, культурный контекст обладает высоким и низким уровнем коммуникации. В низкоконтекстуальных культурах неявное выражение информации, необходимо донести детальную информацию, поскольку там мало неформальных связей между людьми, и потому человек не всегда информирован (американская, немецкая, скандинавская, швейцарская культура). В высококонтекстуальных культурах явное выражение информации, людям не нужна дополнительная информация в связи с более тесными неформальными связями (представители восточной культуры) [39; с. 83]. В высококонтекстуальных культурах также не принято переходить дозволенные рамки социального расстояния [26]. В данном случае ученые интересуются степенью овладения языковым этикетом, невербальными средствами коммуникации. Хоть вербальный язык считают основным каналом межкультурной коммуникации, он не всегда успешно используется (участники могут не владеть иностранным языком или культурные различия могут быть настолько велики, что послужат препятствием для его использования) [47].
Таким образом, можно сказать, что межкультурная коммуникация - это состояние общества, при котором культурное и социальное пространства воплощены в формах и образах общественного и индивидуального сознания разных национальных и этнических групп. Рассмотрев понятие «межкультурной коммуникации», мы можем перейти к понятию «дискурса», чтобы исследовать, как они связаны между собой.
1.2 Дискурс: понятие, виды, основные подходы к определению и изучению
Мы обозначили, что межкультурная коммуникация описывает коммуникативные взаимодействия разных культурных групп, и поведение индивидов при этом обусловлено их принадлежностью к социокультурным общностям. Теперь согласно заданиям исследования, необходимо изучить понятие дискурса, чтобы выявить его связь с межкультурной коммуникацией.
Многозначность понятия «дискурс» вызвана историей его становления и тем, что до сих пор до конца не определено место дискурса в системе существующих категорий. В средневековой латыни это слово означало «объяснение, доказательство, аргумент в споре, логическое рассуждение». Перекочевав с латыни в основные европейские языки, термин постепенно размывался, означая уже всякое публичное вещание. В английском языке «discourse» означает «беседу, язык, выступление, диалогическую речь», в переводе с французского «discours» - речь, прилагательное «дискурсивный» приобретает значение - «логического, мыслительного, опосредованного» [29]. В лингвистическую науку понятие «дискурс» пришло из французского языка, в котором так обозначали публичную речь на определенную тему с целью убеждения или более широко - любую диалогическую речь [29; с. 11].
В научной литературе 70-х годов термин употреблялся как синоним текста. Они отождествлялись из-за отсутствия в некоторых языках слова, соответствовавшего франко-английскому «дискурс», и потому заменялось «текстом». Но под «текстом» понимали не только продукт речевой деятельности, но и всякое явление действительности со знаковой природой и определенной структурой. С того времени термин «дискурс» получил применение в современной лингвистике и получил всевозможные толкования. В бытовом и политическом словоупотреблении понятием «дискурс» часто обозначают любое средство общения. В широком смысле дискурс может рассматриваться как механизм согласования социального, персонального и культурного знания. В более узком, прикладном аспекте он сосредоточивается на анализе языкового общения и отдельных текстов, речей, интервью и тому подобное.
Во второй половине ХХ в., когда возникла и начала развиваться теория дискурса, анализ дискурса ассоциировался с лингвистикой текста. В узком смысле понятие «дискурс» определялось учеными как «текст». Позже определения дискурса как термина лингвистики вышло за пределы текста и стало охватывать перечень условий, в которых этот текст актуализируется. Автором теории дискурса считают французского лингвиста Э. Бенвениста. Он ввел разграничение текста как безлично-объективистского повествования и дискурса, как живой речи, что предполагает коммуникативный контакт говорящих и слушателей. [5; С. 76]. Е. Бенвенист использует термин «дискурс» вместо термина «речь» и в 70-е гг. ХХ в. предлагает рассматривать дискурс как «функционирование языка в живом общении» [23; с. 33]. Похожее определение дает Г. Кук: «Дискурс - это речь в ее использовании, речь для коммуникации» [23; с. 41]. В работах Р. Барта и Ю. Степанова дискурс - «связанный и достаточно длинный текст в динамике, что соотносится с главным субъектом, с человеком, который этот текст творит» [45; с. 36]. То есть дискурс понимается как речь, которая является неотъемлемой частью коммуникативной ситуации, а потому способна более четко выражать социальную ситуацию.
Согласно определению классика критического дискурсивного анализа французского исследователя Т. Ван Дейка, дискурс является коммуникативным действием, которое происходит между тем, кто говорит, и тем, кто слушает. Соответственно, подход к исследованию дискурса сочетает анализ лингвистических, когнитивных, социальных и культурных аспектов текста и речи в контексте [67; с. 93]. Т. Ван Дейк [11; с. 122] пытается совместить различные понимания дискурса как коммуникативного события и связанной последовательности предложений. Для этого автора «дискурс -существенная составляющая социокультурного взаимодействия, характерными чертами которой являются интересы, цели и стили на уровне макроструктур» [11; с. 53], «коммуникативное явление, включающее, кроме текста, еще и экстралингвистические факторы (знания о мире, мнения, установки, цели адресата), которые необходимы для понимания текста» [11; с. 8-9]. По мнению Т. Ван Дейка, дискурс дает представление о людях, об их отношениях, о действиях или о событиях и об их переплетениях, то есть о некотором фрагменте мира, который автор называет ситуацией [11; с. 68-69]. Ван Дейк предложил основные понятия для дефиниции дискурса. Четко разграничивая понятия текста и дискурса, он определяет второй как «коммуникативное событие», в которое включает говорящего и слушателей, их характеристики и аспекты социальной ситуации» [11; c. 122]. Кроме того, значение для исследования имеет признание Ван Дейка определяющей характеристикой дискурса контекста, ведь он обеспечивает представление как о характеристиках участников коммуникации, так и о процессах выработки и восприятия сообщения [11; c. 113].
Согласно М. Фуко, дискурс - «вербальный семиотический процесс и социально обусловленная организация языка, синтез «уже сказанного» и «никогда не сказанного». По мнению Г. Кука - «единство и взаимодействие текста и контекста», согласно Ю. Степанову - «природно возникающая модель языка» [55; с. 25]. Для Ю. Хабермаса - это «коммуникация особой разновидности, специфический диалог, целью которого является непредвзятый анализ действительности, очищенный от субъективизма исследователя». Хабермас понимал дискурс как тип речевой коммуникации, предусматривающий рациональное, критическое осмысление норм и ценностей жизни с единственной целью - достижение взаимопонимания [10]. Автор трактует дискурс как толерантные механизмы согласия и убеждения, необходимые для успешного общественного взаимодействия. Л. Филипс и М. Йоргенсен характеризуют дискурс как способ понимания окружающей среды (или определенного ее аспекта) [51; с. 15].
Дефиниция понятия «дискурса», как мы видим, невозможна без его сопоставления с другим тесно связанным с ним понятием «текста». Об этом свидетельствуют представленные в научном обороте дефиниции дискурса, в частности, широко известное определение Н. Арутюновой: «дискурс - это связный текст в совокупности с экстралингвистическими - прагматическими, социокультурными, психологическими факторами; текст, взятый в событийном аспекте; речь, рассматриваемая как целенаправленное социальное действие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмах их сознания» [2; c. 136-137].
О соотношении текста и дискурса оригинально высказался Т. А. Ван Дейк: «Дискурс - это текст плюс ситуация, а текст - дискурс минус ситуация» [11; с. 87]. Дискурс понимаем как сферу функционирования человека, обусловленную общественными нормами, ценностями, традициями. Следовательно, можно говорить про общеязыковой (или общенациональный) дискурс, дискурс отдельного профессионального коллектива, дискурс семьи и, наконец, дискурс лица (индивидуальный, в определенной степени уникальный). Если рассматривать текст как фактор языка, то дискурс - это текст воспринятый, реализованный в речи, в практике. Ученый Г. Почепцов определяет дискурс как «социальный процесс, в который включен текст» [37; с. 118]. Принципиальное положение для определения дискурса состоит в том, что он по величине значительно шире, чем текст. Структура содержания дискурса представляет собой последовательность предложений, взаимосвязанных логико-семантическими отношениями [54].
Согласно В. Г. Борботько, дискурсом можно назвать «текст, который состоит из коммуникативных единиц языка, которые находятся в смысловой связи, позволяющей воспринимать его как единое образование» [9]. Текст -более общее понятие, чем дискурс, который всегда - текст. Но любой текст не всегда можно назвать дискурсом. Поэтому его стоит изучать в прагматически-ситуативном (выяснение связности, адекватности дискурса), ментальном (влияние социокультурных, этнографических и психологических условий на генерацию и понимание дискурса в речи) и прочих контекстах. [48]. То есть, это не просто языковое / речевое формообразование, которое сложнее отдельного предложения, а культурное явление: фактор и результат коммуникации, синтез языковых взаимодействий. Сегодня среди исследователей отсутствует единое мнение по поводу того, что собой являет дискурс. Например, если А. Н. Мороховский подразумевает под ним «последовательность взаимосвязанных высказываний» [34; с. 5], то исследователь В. А. Звегинцев понимает его как «два или несколько предложений, которые находятся друг с другом в содержательной связи» [24; с. 170].
При разнообразии подходов к изучению дискурса целесообразно отметить два основных. В первом подходе говорится о фрагментах действительности, у которых есть временная длина, логика развертывания, это «законченное произведение, сформированное на организации смысла с использованием кода» [25; с. 24]. Во втором - о дискурсе как виде коммуникации. То есть, это коммуникативное событие, происходящее между говорящим и слушателем [57; с. 219]. Кроме этих двух, можно выделить также интегративный подход, объединяющий два предыдущих.
Ведущее место среди подходов к изучению дискурса занимает социолингвистический дискурс-анализ Р. Водак. По её теории, речь не только отражает социальные процессы, но и конституирует их. Именно на социальном компоненте дискурса настаивает исследовательница Р. Водак [70; с. 17]. Другими словами: целесообразно выступает толкуемая модель «дискурс = текст + контекст». Если под текстом понимать абстрактную конструкцию (смысловую последовательность единиц; статическую структуру, результат речевой деятельности), то дискурс представлен разными видами ее актуализации [12]. Дискурс можно рассматривать как процесс и как результат. Исследователи, таким образом, говорят о важной черте дискурса, которая проявляется в его соотнесенности с конкретными участниками акта (слушатель и говорящий), а также намерениями говорящего воздействовать на читателя. Итак, в лингвистике дискурс трактуют как концепт, который включает в себя процесс языковой деятельности и ее результат.