Выявлены значительные изменения в стилях мышления людей: рост информации об угрозе и неопределенность ситуации на предупреждающей фазе (25 февраля по 10 марта) были связаны со снижением аналитического мышления по сравнению с исходным уровнем и тем же периодом в 2019 году. Уровень аналитического мышления снизился еще больше, достигнув самого низкого уровня в марте, когда для большинства людей началась самоизоляция и оставался сниженными в течение нескольких месяцев, что указывает на то, что пандемия заставила людей мыслить более непосредственно и менее аналитически. Так же обнаружены изменения в социальных связях людей и чувстве общности.
Описанные типы методологий исследования имеют ограничения, т. к. всем им присуща некоторая уплощенность взгляда на сущность психологических переживаний вирусной угрозы. Так, в рамках первого подхода, описывая представления людей о вирусной угрозе и тех переживаниях, которые она вызывает посредством открытых вопросов, мы получаем имплицитные представления, которые не позволяют выстроить эксплицитные концепции из-за нехватки эмпирического материала психометрических методик. Второй подход, где в центре внимания негативные психопатологические состояния (страх, тревога, стресс и пр.), также теряют в информативности из-за отсутствия данных о более широкой картине психологического переживания опыта пандемии. Третий тип исследований зависит от того алфавита слов, которые оцениваются автором как проявление того или иного психологического конструкта, и в этом состоит его субъективность и как следствие ограничения использования. Несмотря на распространение опросниковых методик за рубежом, можно отметить необходимость расширения теоретических моделей для оценки комплексного ответа психики на вирусную угрозу.
Нами был разработан опросник переживания вирусной угрозы. Под переживанием вирусной угрозы (ПВУ) мы понимаем отношение субъекта к изменениям в собственной жизни и жизни общества в связи с вирусной угрозой, включающее его чувства, мнения о масштабе угрозы, суждения о правительственных инициативах и появление новых форм поведения. Таким образом переживание вирусной угрозы рассматривается нами как многомерный конструкт. Анализ работ, посвященных переживанию вирусной и других типов угроз, позволил теоретически выделить следующие аспекты:
1 аспект -- интерес к информации о вирусной угрозе.
Содержание утверждений должно быть направлено на оценку потребности в информации о вирусе и наличие изменений в поведении по поиску информации о COVID-19: насколько сильно выражен интерес людей к информации о вирусе и через какие коммуникативные каналы они получают эту информацию (обсуждение данной темы с близкими и коллегами, специальное отслеживание данных о вирусе в сми и из официальных источников). Oosterhoff указывает на то, что видение человеком ситуации пандемии влияет на его информационную активность, что, в свою очередь, может приводить к закреплению или формированию неадекватных представлений о пандемии [18]. По данным исследования Журавлева А.Л. и Китовой Д.А. приоритеты пользователей интернета в поиске информации в ситуации пандемии COVID-19 представлены следующим образом: (1) новостная информация; (2) клиническая картина заболевания и возможные сценарии его распознания; (3) прогнозы развития и предполагаемая широта охвата пандемией различных территорий; (4) ограничительные меры по преодолению пандемии; (5) поиск официальных или специализированных сайтов, посвященных вопросам, связанным с пандемией; (6) социальные проблемы и ситуации, которые регулируются государством с целью сдерживания пандемии; (7) некоторые частные, не вызывающие массового интереса, темы, связанные с пандемией [19].
2 аспект -- оценка социально-экономических последствий вирусной угрозы.
По оценкам специалистов попытки населения осмыслить масштаб социальнопсихологических последствий вирусной угрозы будут находить выражение в сформировании многочисленных, во многом противоречивых типах отношения к данному событию (например, катастрофизация, отрицание) [20].
3 аспект -- доверие правительственным инициативам.
Утверждения этого раздела должны позволить оценить степень доверия правительственным институтам относительно их возможности снизить вирусную угрозу. По данным международного исследования среди 28 стран, участвовавших в опросе 2021 г., Россия по уровню доверия государственным организациям заняла последнее место: лишь 31 % (30 % в 2020 г.) опрошенных россиян доверяют социальным институтам -- государству, СМИ, бизнесу и НКО [21].
4 аспект -- готовность к решениям и действиям в условиях вирусной угрозы.
Содержание этой группы утверждений должно быть направлено на оценку растерянности, непонимания ситуации, вследствие, возможно, сильного волнения или высокой степени неопределенности ситуации. О подобных типах реагирования указывают Ковалева Ю.В. и Журавлев А.Л., изучая возможные варианты реагирования сетевого сообщества на ситуацию с СОУГО-19. Автор отмечает, что одна часть сообщества готова к борьбе с угрозой, а другая выражает неготовность или противодействие такой позиции. Автор указывает, что нельзя исключать, что эти процессы являются «нормальными», т. е. соответствуют ситуациям с высокой степенью новизны и неопределенности, которые актуализируют только некоторые стороны опыта и не соответствуют ему в полной мере, каковой, собственно, и является ситуация с новым вирусом COVID-19 [22].
5 аспект -- эмоциональные оценки опасности вируса.
Пункты этого аспекта переживания вирусной угрозы описывают эмоции (страх, вина, радость) и эмоциональные состояния (тревога, уверенность, спокойствие), которые вызваны ситуацией с распространением вируса. Популяционные исследования в Китае в декабре 2019 г. и в Европе в феврале 2020 г. указывают на резкий рост страха и беспокойства по поводу коронавируса [23; 24]. В опросе 44 000 участников, проведенном в Бельгии в начале апреля 2020 г., число людей, сообщивших о тревоге -- 20 %, депрессивном расстройстве -- 16 %, что значительно выше данных за 2018 г. [25].
6 аспект -- личная значимость события.
Люди по-разному оценивают влияние ситуации на состояние их психики, силу переживаемого ими стресса и сложность в контроле над ситуацией. Так в исследовании Одинцовой М.А. с коллегами получены данные о том, женщины более эмоциональны и ответственны в отношении к опасностям по сравнению с мужчинами [26], что согласуется с данными, полученными в Испании, Израиле, Венгрии. Содержание утверждений должно позволять оценить субъективные оценки рисков вирусной угрозы для индивида. Т. е. того, как люди оценивают последствия вирусной угрозы для своей личной жизни.
7 аспект -- изменения обычных форм поведения, возникающих вследствие переживания опасности заразиться. Согласно некоторым результатам исследований потрясения, которые разрушают личную жизнь людей, снижают аналитическое мышление [27] и нарушают связанные с этим модели поведения, например, такие как академическая успеваемость [28].
8 аспект -- изменения в социальном взаимодействии вследствие вирусной угрозы.
В исследовании Ашоккумара и Пеннебейкера показано, что распространение COVID-19 изменило связи людей с четырьмя социальными группами -- семьей, друзьями, городом и страной. Так данные исследования свидетельствуют, что вспышка COVID-19 заставила людей чувствовать себя более связанными со своими семьями, но менее связанными с тремя другими группами (друзья, город и страна). Возросшая связь с семьей объясняется не только тем, что большинство людей жили со своими семьями. Респонденты опроса, которые сообщили, что живут одни или живут с друзьями или соседями по комнате, также чувствовали себя немного более связанными, чем раньше, с семьей и менее связанными со своими друзьями и другими группами. Полученные данные свидетельствуют о том, что вспышка эпидемии нарушила более широкие социальные связи людей, выходящие за рамки их семей [29].
Материалы и методы исследования
Для оценки интенсивности переживания вирусной угрозы нами был разработан опросник переживания вирусной угрозы (ОПВУ). Первоначально был составлен список пар прямых и обратных утверждений, соответствие которых содержанию тому или иному аспекту ПВУ было подтверждено экспертной оценкой (8 экспертов-психологов). Далее была проведена рандомизация пунктов и в бланк опросника вошло только одно из пары прямое-обратное утверждение. В итоге, был сформирован список из 35 утверждений.
Для оценки степени согласия с утверждениями респондентам предлагалась 5-ти бальная шкала Лайкерта: 1 -- совершенно верно, 2 -- верно, 3 -- до некоторой степени верно, 4 -- неверно, 5 -- совершенно неверно.
Дополнительно респондентам были заданы следующие вопросы:
Есть ли у Вас родственники или знакомые, которые заразились коронавирусной инфекцией?
Являетесь ли Вы сотрудником помогающих профессий (врач, полицейский и т. д.)?
Заразились ли Вы сами коронавирусной инфекцией?
Принадлежите ли вы сами или кто-либо из вашего ближайшего окружения к группам риска заражения коронавирусом?
Повлияла ли ситуация эпидемии на ваше финансовое положение?
Выборка: в исследовании приняли участие 235 человек: 204 женщины и 31 мужчина в возрасте от 19 до 69 лет (M = 39,96 лет; SD = 10,276), проживающих в Москве, московской области и других городах РФ и Зарубежья (США, Великобритания, Германия, Израиль, Ирландия, Канада, Молдова, Прибалтика: N = 12). Исследование проводилось с 20.04.2020 г. по 21.06.2020 г.
Таблица 1
Распределение частот по социально-демографическим характеристикам респондентов
|
Социально-демографические параметры |
Кол-во людей |
Доля респондентов (%) |
|
|
Возраст |
|||
|
19-20 |
5 |
2,128 % |
|
|
21-30 |
39 |
16,596 % |
|
|
31-40 |
97 |
41,277 % |
|
|
41-50 |
59 |
25,106 % |
|
|
51-60 |
25 |
10,638 % |
|
|
61-70 |
10 |
4,255 % |
|
|
Семейный статус |
|||
|
В зарегистрированном браке |
112 |
47,66 % |
|
|
Не состоят в отношениях |
49 |
20,85 % |
|
|
В разводе |
33 |
14 % |
|
|
Гражданский брак |
27 |
11,5 % |
|
|
Состоят в отношениях |
14 |
5,96 % |
|
|
Уровень образования |
|||
|
Высшее |
214 |
91,06 % |
|
|
Неоконченное высшее |
18 |
7,66 % |
|
|
Среднее специальное |
3 |
1,28 % |
|
|
Собственный статус COVID-19 на момент обследования |
|||
|
Да |
1 |
0,42 % |
|
|
Нет |
234 |
99,5 % |
|
|
Социально-демографические параметры |
Кол-во людей |
Доля респондентов (%) |
|
|
Наличие диагноза коронавируса у родственников /друзей/знакомых |
|||
|
Да |
106 |
45,1 % |
|
|
Нет |
129 |
54,89 % |
|
|
Влияние ситуации с коронавирусом на финансовое благополучие |
|||
|
Ухудшилось |
121 |
51,49 % |
|
|
Не изменилось |
114 |
28,51 % |
Составлено автором
Методики
1. Опросник переживания вирусной угрозы (ОПВУ) (Быховец, 2020).
2. Опросник выраженности психопатологической симптоматики (Symptom Check List-90-Revised -- SCL-90-R) (L.R. Derogatis et al., 1974; в адаптации Н.В. Тарабриной с соавт., 2001) включает в себя следующие шкалы: соматизация, межличностная сензитивность, обсессивно-компульсивное расстройство, депрессия, тревожность, враждебность, фобическая тревожность, паранойяльность, психотизм, а также индексы: «Общий индекс тяжести симптомов (GSI), общее число утвердительных ответов (PSI) и индекс наличного симптоматического дистресса (PSDI).
3. Новый опросник толерантности/интолерантности к неопределенности (Корнилова, 2009). Опросник состоит из 33 пунктов, которые представляют три шкалы -- толерантность к неопределенности (ТН), интолерантность к неопределенности (ИТН), межличностная интолерантность к неопределенности (МИТН).
Все методики были переведены в электронную форму и размещены онлайн на платформе google. Респонденты для этого исследования были набраны с помощью онлайн-рекламы с использованием социальных сетей (например, Facebook, Instagram, Vkontakte). Участие в исследовании было добровольным. Во вступительной части -- обращении -- респондентам кратко разъяснялась направленность исследования, гарантировалась конфиденциальность и давалась инструкция по участию в исследовании. Всем участникам предлагалось анонимно заполнить анкету, а затем ответить на вопросы предлагаемых методик. Все респонденты заполняли электронное информированное согласие перед участием. Участие в онлайн-опросе занимало у респондентов 30 минут.
Результаты психометрической проверки опросника переживания вирусной угрозы Описательная статистика.
Проверка распределения на нормальность была осуществлена с помощью критерия Колмогорова-Смирнова. Полученные данные свидетельствуют об отсутствии статистически значимого отличия от нормального распределения общего балла ОПВУ (z = 0,901; р = 0,391).
Дискриминативность.
Для проверки дискриминативности заданий был рассчитан коэффициент корреляции Спирмена каждого утверждения с общим баллом ОПВУ (табл. 2).
Значения коэффициента корреляции Спирмена между каждым пунктом ОПВУ и общим баллом (N = 235)
|
Номер утверждения |
Rs |
P |
Номер утверждения |
Rs |
P |
|
|
Пункт 1 |
0,425 |
0,000 |
Пункт 19 |
0,302 |
0,000 |
|
|
Пункт 2 |
0,364 |
0,000 |
Пункт 20 |
0,570 |
0,000 |
|
|
Пункт 3 |
0,531 |
0,000 |
Пункт 21 |
0,375 |
0,000 |
|
|
Пункт 4 |
0,491 |
0,000 |
Пункт 22 |
0,430 |
0,000 |
|
|
Пункт 5 |
0,206 |
0,000 |
Пункт 23 |
0,135 |
0,039 |
|
|
Пункт 6 |
0,470 |
0,000 |
Пункт 24 |
0,321 |
0,000 |
|
|
Пункт 7 |
0,403 |
0,000 |
Пункт 25 |
0,241 |
0,000 |
|
|
Пункт 8 |
0,612 |
0,000 |
Пункт 26 |
0,322 |
0,000 |
|
|
Пункт 9 |
0,462 |
0,000 |
Пункт 27 |
0,295 |
0,000 |
|
|
Пункт 10 |
0,085 |
0,193 |
Пункт 28 |
0,276 |
0,000 |
|
|
Пункт 11 |
0,205 |
0,000 |
Пункт 29 |
0,268 |
0,000 |
|
|
Пункт 12 |
0,554 |
0,000 |
Пункт 30 |
0,239 |
0,000 |
|
|
Пункт 13 |
0,409 |
0,000 |
Пункт 31 |
0,398 |
0,005 |
|
|
Пункт 14 |
0,417 |
0,000 |
Пункт 32 |
0,182 |
0,005 |
|
|
Пункт 15 |
0,334 |
0,000 |
Пункт 33 |
0,049 |
0,451 |
|
|
Пункт 16 |
0,200 |
0,002 |
Пункт 34 |
0,295 |
0,000 |
|
|
Пункт 17 |
0,291 |
0,000 |
Пункт 35 |
0,302 |
0,000 |
|
|
Пункт 18 |
0,450 |
0,000 |