Материал: РавочкинНН МЕТАМОРФОЗЫ ИДЕОЛОГИИ

МЕТАМОРФОЗЫ ИДЕОЛОГИИ В РЕАЛИЯХ ПОСТСОВРЕМЕННОСТИ

обращаясь, например, к идеям И. Гофмана. Следовательно, индивиды будут реально стремиться к объективации тенденций воплощения и подтверждения, причем делая это на собственных примерах, используя общепринятые ценности для конкретно данного общества, нежели при неразделяемых с властными субъектами тех или иных идеологем158.

Выводом отсюда становится следующее положение. Индивиды,

вступающие с властью в «идеологический диалог» и разделяющие сообщаемые в идеологемах моральные ценности, будут представлять собой пример «идеализированных» личностей в сравнении с другими членами определенного общества. Властные акторы задают индивидам конкретные поведенческие нормы в контексте повседневности, что обусловливаетсся планомерным и настойчивым внедрением в сознание определенных идеологических постулатов, лозунгов и программ, приобретающих привычную форму и всеобщую ценность и в итоге способствующих оформлению определенного типа поведения в координатах повседневности.

Отмеченный перлокутивный эффект будет выражаться как результат,

отражающий процессы консолидации населения за счет аккумулирований их энергии, которая будет направлена в определенное, но не обязательно конструктивное русло. На наш взгляд, также справедливо полагать, что в рамках повседневности идеология при обретает для индивидов инструментальный характер, выступая средством самообъяснения совершаемых ими актов159.

Многочисленные группы вплетены в сеть социальных взаимодействий,

где каждая из них культивирует собственный идеологический стандарт,

который, в зависимости от преследуемых их представителями интенций,

может навязываться другим субъектам или нет. Наблюдаемый сегодня практически повсеместно плюрализм идеологий – глобальное отсутствие и

158 Гофман И. Представление себя другим в повседневной жизни. – М.: КАНОН-пресс-Ц, Кучково поле, 2000. – 304 с.

159 Щенников В.П., Равочкин Н.Н. Идеология как феномен современной повседневной жизни // Научное мнение. 2016. № 6-7. С. 34-37.

71

МЕТАМОРФОЗЫ ИДЕОЛОГИИ В РЕАЛИЯХ ПОСТСОВРЕМЕННОСТИ

принципиальная невозможность создания единой универсальной идеологии,

которая стала бы центром единого подхода к неугасающим в мире политическим проблемам. В данном контексте, целью государств становится баланс интересов социальных групп, а не следование единой идеологии,

построенной и тем более реализуемой на далеко небесспорных основаниях.

Философские воззрения на идеологию конца XX века ознаменованы рождением и ряда других концепций, связанных с трансформацией социалистической системы общества в СССР и странах ОВД в 80–90-х годах.

Вышеуказанные социальные трансформации послужили следствием рождения новых взглядов на сам феномен идеологии. Возникла острейшая необходимость в оперативном осмыслении того, почему это произошло и какие перспективы и новые вызовы ждут победителей в Холодной войне160.

Систематизация идеологий по основанию их включенности или невключенности в корпус интеллектуальных продуктов гражданского общества, предложенная В.Н. Кузнецовым, позволяет выделить глобальные,

региональные, национальные, корпоративные и партийные идеологии. В

свою очередь, к идеологиям «антигражданского общества» этот исследователь относит идеологии международного, регионального терроризма, а также организованной преступности161.

Подходы видных исследователей тематики идеологии Ф. Фукуямы и С.

Хантингтона являют собой концентрированное выражение тех ожиданий и опасений, которыми были охвачены не только академические круги, но и широкая общественность после завершения длительного противостояния США и СССР. Особую популярность приобрела позиция Ф. Фукуямы после появления работы «Конец истории?»162. Руководствуясь интерпретациями

«конца истории», предложенных еще Гегелем и Кожевым, он заключает, что либерализм и демократические институты (главенство закона,

160Равочкин Н.Н. Философские взгляды на идеологию в социально-исторической ретроспективе ХХ столетия // Вестник Костромского государственного университета им. Н.А. Некрасова. 2014. Т. 20. № 4. С.

125-128.

161Кузнецов, В.Н. Идеология: Социологический аспект. – М.: ИНФРА-М, 2005..

162Фукуяма Ф. Конец истории? // Вопросы философии. – 1990. – № 3. – С. 84-118.

72

МЕТАМОРФОЗЫ ИДЕОЛОГИИ В РЕАЛИЯХ ПОСТСОВРЕМЕННОСТИ

парламентаризм и рыночная экономика) приобретают значение социальных универсалий. На этом основании он выдвинул тезис о полном разрешении проблем «Холодной войны» как конфликта двух идеологий, коммунизма и либеральной демократии. Как известно, первая из них потерпела поражение,

что обусловило футурологические изыскания на предмет выявления новых перспектив по установлению, или, говоря другими словами, «экспорту»,

демократических принципов во всем мире.

В этом ключе представляет интерес его другая работа «Конец истории и последний человек»163. Данный труд можно воспринимать в качестве попытки развернутой критики коммунистического типа общества. Однако,

по нашему мнению, он становится демонстрацией полного спектра преимуществ демократического строя и либеральных идей, благодаря которым в странах бывшего социалистического лагеря впоследствии произошли социальные трансформации, что предопределило возможности для составления прогнозов их будущего развития.

Ф. Фукуяма – футуролог, который прогнозирует будущее после завершения «Холодной войны». Анализируя процессы реформ в СССР и КНР, а также изменения в интеллектуальном климате этих двух стран, он отмечает перемены, происходящие перемены регионах, резюмируя, что произошедшие трансформации не просто конец «Холодной войны» или завершение какого-либо послевоенного периода – наступает конец истории как таковой. Конец истории переходит в «окончание идеологической эволюции человечества и универсализацию западной либеральной демократии, как окончательной формы человеческого правления»164. В

соответствии с фукуямовской теорией, сообщества, не являющиеся западными, будут представлять собой лишь проекции либерально-

демократических ценностей.

163Фукуяма Ф. Конец истории и последний человек. – М.: АСТ, 2010.

164Фукуяма Ф. Конец истории? // Вопросы философии. – 1990. – № 3. – С. 84-118.

73

МЕТАМОРФОЗЫ ИДЕОЛОГИИ В РЕАЛИЯХ ПОСТСОВРЕМЕННОСТИ

Общеизвестно, что некоторый антагонизм сложился в Советском Союзе, где через тождество онтологического и политического начал в идеология получила доктринальный статус государственном устройстве, а,

следовательно, стала основой организации и структурирования политических процессов. С другой стороны, в СССР идеология выполняла и функции социального опосредования, поскольку в нем отсутствовал легитимный рынок, который бы регулировал процесс общественного производства,

распределения и потребления благ. То есть деньги, которые в западном социуме играли роль главного символического социального посредника,

были второстепенными по сравнению с идеологическими установками.

Вдобавок, в советском обществе отсутствовали и основные сферы, в которых осуществлялся процесс социального воспитания и самоутверждения западного человека165. При этих условиях советская идеология приобрела форму и значение грубой «власти-знания», которая структурировала пространство социально легитимного существования индивидов. Со временем она приобретала все более тотальный характер, охватывая новые локальные поля социального взаимодействия, изменяя их структуру и содержание166.

В работе С. Хантингтона «Столкновение цивилизаций»167 в фокусе также оказывается мировая политика, вступившая после «Холодной войны» в новую фазу, поэтому исследование сконцентрировано на том, какой облик она приобретет: будет ли это провозглашаемый Фукуямой «Конец истории» или же возврат к традиционному соперничеству между нациями-

государствами, упадок наций и государств под напором разнонаправленных тенденций, таких как глобализм и трайбализм, или вообще что-либо другое.

Основная идея хантингтоновской теории заключается в обозначении главенствующей роли не экономики или идеологии, но культуры как

165Щенников В.П., Равочкин Н.Н. Идеологический плюрализм как концептуальная основа устройства современного общества // Вестник Кемеровского государственного университета. 2014. № 4-2 (60). С. 210-

166Фуко, М. Слова и вещи. Археология гуманитарных наук. – СПб: A-cad, 1994.

167Хантингтон, С. Столкновение цивилизаций. – М.: АСТ, 2005.

74

МЕТАМОРФОЗЫ ИДЕОЛОГИИ В РЕАЛИЯХ ПОСТСОВРЕМЕННОСТИ

основного источника конфликтов. Доминирующим фактором мировой политики становится выделяемая этим автором «Столкновение цивилизаций», а образуемые между ними «разлома» – есть пунктирные границы будущих фронтов. Данные конфликты, по мнению Хантингтона,

неизбежны. В качестве аргументов он обращается к значению географических факторов и проблемам идентичности цивилизаций,

соседство которых и приводит к неизбежности их противостояний и будущих конфликтов, которые как раз и происходят на стыке или аморфно очерченных рубежах цивилизаций. По мнению С. Хантингтона, облик мира будет в значительной мере формироваться в ходе взаимодействия семи-

восьми крупных цивилизаций168.

Западная философия XX века вошла в историю с отличающим ее многообразием взглядов по поводу феномена идеологии. В основе этого плюрализма лежат знания, идеи, взгляды, ценности, нормы, идеалы, цели,

убеждения, которые могут быть рассмотрены с позиций различного научного знания (социологии, политологии, культурологии и целого ряда других, в том числе, междисциплинарных наук)169. Кроме уже обозначенных в настоящей монографии философских концепций постсовременного периода, свое развитие получили такие взгляды, как, например, неофрейдизм,

экзистенциализм, неотомизм и т.д.

Философское осмысление проблемы идеологии также содержится в трудах словенского интеллектуала фрейдомарксистского толка Славоя Жижека – это как раз тот случай, где еще одна антиномия, а именно, –

«некомпетентность философа в определенной области / ценность философских интуиций» – проявляет себя в полную силу. Жижек, например,

не является специалистом по исламу, что не мешает ему делать масштабные выводы или напоминать мусульманам суть тех или иных вещей: «Основным

168Хантингтон, С. Столкновение цивилизаций. – М.: АСТ, 2005.

169Равочкин Н.Н. Философские взгляды на идеологию в социально-исторической ретроспективе ХХ столетия // Вестник Костромского государственного университета им. Н.А. Некрасова. 2014. Т. 20. № 4. С.

125-128.

75