С помощью ЭЭГ измеряется активность мозга и во время медитации.
В большинстве медитативных практик ЭЭГ замедляется и альфа-волны возрастают как по количеству, так и по амплитуде. У более продвинутых практиков может иметь место большее замедление и появление тета-волн. Это согласуется с состоянием глубокой релаксации.
Волны мозга не только замедляются, но и показывают увеличение синхронизации или когерентности между различными областями коры головного мозга. Исследователи полагают, что это создает основу для повышения креативности и психологического роста.
В результате подробного исследования электрической активности мозга в процессе трансцендентальной медитации Т. М. Марютиной [36] выявлена следующая последовательность событий:
. В начале медитации возрастает амплитуда альфа-ритма, на этом фоне нередко возникает депрессия альфа-ритма.
. По мере углубления состояния возникают тета-разряды, часто перемежающиеся с альфа, особенно у индивидов с ярким медитативным опытом.
. В глубокой медитации (самадхи) наблюдаются высокочастотные бета-разряды 20-40 Гц.
. В конце медитации даже при открытых глазах доминирует альфа-ритм.
В 1963 докторами Акирой Каcаматсу и Томайо Хираи из факультета нейро-психиатрии, Токийского Университета был опубликован уникальный отчёт по исследованию эффекта дзэн-медитации. Он включал результаты десятилетнего исследования электроэнцефалограмм мозга практиков дзэн-медитации. Интересно, что полученная электроэнцефалограмма отличается от тех, которые характеризуют состояния сна, бодрствующего сознания и гипнотического транса. Он не характерен для людей, которые не имели медитативного опыта [43].
Исследования медитации с помощью электроэнцефалографии проводились и в отношении межполушарной асимметрии, что привело к появлению т.н. «правополушарной теории медитации». Согласно этой теории, процесс медитации изменяет состояния сознания тем, что затормаживает познавательные функции, связанные с доминантным (левым) полушарием, открывая большие возможности для правополушарных функций. Так, было показано, что начальная стадия медитации связана с большей дезактивацией левого полушария, чем правого, что предположительно связано с тем, что медитация «выключает» вербальные, логические мыслительные функции и чувство времени, присущие левому полушарию, а взамен начинает доминировать правое полушарие, ответственное за целостное восприятие окружающего, находящееся за пределами языка и логики [36].
Йоги и мастера дзен по-разному реагируют на сенсорную стимуляцию в соответствии с методами и целями их практики. Йогическая практика предполагает концентрацию на внутреннем и отвлечение внимания от внешнего мира ощущений, поэтому для йогов характерна незначительная ЭЭГ-реакция на повторяемые шумы.
Монахи дзен, чья практика предполагает открытую восприимчивость ко всем стимулам показывают постоянную ЭЭГ-реакцию на повторяющиеся звуки, в отличие от привыкания, которое было бы характерно для обычного человека.
Обычный человек с закрытыми глазами генерирует альфа-волны, которые отображаются электроэнцефалограммой. Стимуляция слуха, на пример, громким шумом обычно стирает альфа-волны примерно на семь секунд, и это называют альфа-блокировкой. У практика медитации Дзэн альфа-блокировка, вызванная первым звуком, длится только две секунды. Если звук повторяется с интервалом в 15 секунд, у обычного человека фактически никакой альфа-блокировки не наблюдается уже к пятому звуку. Это снижение альфа-блокировки называют привыканием, и наблюдается у обычных людей, пока звук регулярно появляется в краткие промежутки времени. У практика медитации Дзэн никакое привыкание не замечено. У него альфа-блокировка длится всего лишь две секунды при первом звуке, две секунды при пятом, и две секунды при двадцатом. Это указывает на то, что практик медитации имеет большее понимание окружающей среды, как парадоксальный результат медитативного сосредоточения [36, 43].
Подавление реакции блокады α-ритма у медитирующих йогов означает, что самые различные, а иногда сильнодействующие раздражения не влекут за собой какой-либо кортикальной реакции в противоположность корковым ответам на раздражения у тех же лиц до медитации или у контрольных лиц.
Такое функциональное прерывание афферентных связей, по-видимому, является характерной особенностью концентрирующей медитации (по Naranjo [18]), т.е. отключения от внешнего мира. Что же касается раскрывающих медитаций, где объект пассивной концентрации либо находится вовне (тратака, дзен), либо вообще не определяется (дза-дзен, «истинное внимание»), то внимание здесь просто повышено и одновременно направлено вовне. Наблюдаемый при этом α-ритм может быть блокирован, например, слуховыми раздражениями, поскольку отсутствовало функциональное прерывание афферентных связей. Тот факт, что в случае дза-дзен привыкание реакции «блокады α-ритма» к щелчкам оказалась менее выраженной, чем у контрольных лиц, свидетельствует в данном случае о непрерывном бодрствовании и доступности коры головного мозга для возбуждений, что можно рассматривать как признак «деавтоматизации сознания» [18].
Более того, отсутствие ЭЭГ-привыкания у монахов дзен подтверждено и другими сообщениями. Постоянная свежесть восприятия является характеристикой и самоактуализации А. Маслоу [37], и созерцательных практик, например буддийской «внимательности» или христианской «святости настоящего момента».
Функциональная специализация полушарий головного мозга
Наиболее важной и яркой ЭЭГ-характеристикой медитации является тенденция к внутри- и межполушарной синхронизации ЭЭГ. Более того, высокая степень согласованности билатеральной активности наблюдалась у медитирующих не только в течение самой медитации, но и как медитационный послеэффект. Причем ЭЭГ синхронизация в медитации существенно выше, чем в состоянии сна или дремоты, но в фазе быстрого сна ЭЭГ синхронизация столь же высока, как и при медитации [18].
В начале любой медитативной практики на ум спонтанно приходит множество мыслей, которые предписывается игнорировать. Как предполагают, левое полушарие, которое обслуживает доминирующее в нашей культуре понятийное и последовательное мышление, проявляет спонтанную активность в ситуациях покоя, т.е. господствует в переживании покоя. Медитация тогда, очевидно, нацелена на подавление этой доминантности. Медитативное предписание - не обращать внимание на мысли - представляет собой требование не использовать данный способ мышления.
Типичный для медитации пассивный характер сосредоточения также вписывается в эту концепцию. Ведь левое полушарие это инстанция, управляющая произвольной моторикой, т.е. «действием». Понятийное мышление есть тоже некоторое действие («пробное действие с малыми затратами энергии» - Фрейд). Избегание этого вида деятельности (релаксация и пассивная концентрация) могло бы стать первым шагом к подавлению доминирования левого полушария. На этот же эффект нацелены коаны, используемые в дзенской школе риндзай, - логические парадоксы, напряженные размышления над которыми приводят к «самоисчерпанию» мышления, пока, наконец, не будет признана его несостоятельность [49].
Смысл такого подавления на короткое время левосторонней доминантности можно увидеть в «очищении восприятия».
Восприятие без понятийных категорий представлено в раннем детском возрасте. Для младенцев окружающий мир - это «цветущая и жужжащая неразбериха» (по Ornstein [18]). Такое восприятие находится вне времени. Подлинно правостороннее, целостное восприятие встречается также и у взрослых. Например, неграмотные пастухи, умеющие считать только до 3, одним взглядом окидывают свое стадо и сразу замечают отсутствие особи.
Если медитация подавляет предполагаемую в таком виде доминантность левого полушария, то это может иметь своим следствием гармонизацию целостного и понятийного восприятия. В своих субъективных отчетах испытуемые, практикующие медитацию, фактически говорят о некотором «новом», более осознанном и более погруженном в настоящий момент восприятии окружающего мира, наступающем сразу после медитации. Ornstein называет это деавтоматизацией познания. Определенный тип медитативных практик (раскрывающие медитации по Naranjo) требует этого совершенно явно - предписывается непрерывное продолжительное направление внимания на то, что непосредственно происходит перед глазами. Деавтоматизация означает лишенное времени развертывание восприятия и наличие сознания в данный момент, полное «присутствие в настоящем». Но все это не является функцией левого полушария, поскольку операционный модус левого полушария, выявленный в опытах с расщепленным мозгом, состоит именно в отражении временных структур и логическом упорядочении событий во времени [18].
Роль объекта для концентрации заключается, по-видимому, в том, чтобы дать возможность интуитивному, неэгоцентрическому типу мышления (который соотносят с активностью неокортекста правого полушария) занять в сознании доминирующее место - место, которое обычно занимает аналитический эгоцентрический тип мышления (соотносимый с активностью левого полушария). Объект для концентрации обеспечивает, очевидно, возможность такого сдвига путем монополизации нервной активности левого полушария, что позволяет правому полушарию стать доминантным. Объект для концентрации может монополизировать активность левого полушария, вовлекая его в какую-либо монотонную деятельность (например сосредоточение на мантре, дыхании или на определенных позах). Кроме того, объект для концентрации может приводить в состояние перегруженности и фрустрации левого полушария. Это происходит в том случае, когда медитирующий размышляет над внешне парадоксальной проблемой (как в дзене) или когда он занят интенсивной физической деятельностью, как это практикуется суфистами («танцующими дервишами») [66].
Когда объект для концентрации используется эффективно, характер процесса обработки информации мозгом изменяется. «Когда рациональный (аналитический) ум затихает, интуитивный путь приводит к исключительному познанию» [66, с.112]. Это познание является целью всех медитативных методик, практикуемых их приверженцами.
Состояния самадхи, сатори могут представлять собой результат переключения в сторону доминирования правого полушария. Доминантность же левого полушария означает следующее: те образы и впечатления, которые восприняты или созданы при участии правого полушария, левое полушарие сортирует, проверяет, оценивает, отбирает и логически упорядочивает. Тем самым мир в представлении приобретает логически понятийную структуру. Только при наличии согласованности относительно общих понятий становится возможной коммуникация между индивидуумами, что в социуме является жизненно необходимым [18].
Для правополушарной доминанты отсутствует какая-либо психологическая модель, поскольку правое полушарие не располагает языком, способным адекватно передать что-нибудь из опыта целостного восприятия.
Как же следует называть то состояние, когда доминирует правое полушарие, функция которого состоит в том, чтобы привести все понятия и категории левого полушария в некоторую целостную взаимосвязь? Э. Дитрих считает, что такое «переживание единства» представлено в состоянии просветления [18].
С учетом асимметрии полушарий их взаимное уравновешивание выглядит как движение навстречу: более активное, доминантное полушарие снижает свою активность, противоположное же полушарие, ранее сравнительно пассивное, наоборот, активизируется. Как известно, при стрессе может возникать разобщенность полушарий мозга, когда они перестают согласовывать свои мнения и действия. От того-то в стрессовой обстановке человек действует зачастую импульсивно и необдуманно. Овладев техниками медитации, можно научиться регулировать активность полушарий мозга. Например, одним из способов уменьшить активность доминирующего полушария (у правшей - левого, «сознательного» полушария) является подавление его специфической функции - речи. Имеется в виду не просто обычное молчание, а молчание внутреннее - остановка привычных, словесно оформленных мыслей, прекращение постоянно протекающего внутри нас диалога, так называемая «ментальная пауза», или «внутренняя тишина».
В измененном состоянии сознания при глубокой медитации разница между полушариями - их асимметрия - выравнивается, исчезает. Тогда наступает для человека состояние без времени и пространства, состояние, в котором нет неразрешимых противоречий, когда совмещаются, интегрируются, казалось бы, диаметрально противоположные точки зрения, разрешаются внутренние проблемы организма - и физиологические, и психологические.
Отличие состояния медитации от сна и наркотического опьянения
Когда человек находится в состоянии медитации, кажется, будто он отстранен от внешнего мира; создается впечатление, что он как бы спит. Хотя практикующие, особенно начинающие, могут впадать в дрему, традиции созерцания рассматривают это как специфическую ловушку. Опыт медитации без дремы очень отличен от сна. Наконец, типовая ЭЭГ медитации совершенно отлична от типовой ЭЭГ сна [18].
По поводу сравнения медитации со сном можно указать на обстоятельную и выдающуюся работу Jovanović. Данные ЭЭГ при медитациях в йоге и дзен однозначно указывают на некоторое состояние бодрствования, которое полностью отличается от всех стадий сна и, равным образом, от всевозможных случаев нарушения сознания вследствие органических заболеваний мозга или иных психопатологических процессов [18].
Вообще говоря, данное состояние явственно отличается как от состояния сна (поскольку это состояние бодрствования), так и от бодрствования (поскольку относится к трофотропному состоянию).
Необходимо разъяснить принципиальное отличие
ярких эмоциональных переживаний при медитациях с состояниями наркотического
опьянения. Находясь в состоянии медитации, практикующий все время сохраняет
контроль над собой, в то время как при употреблении наркотиков имеет место
утрата самоконтроля вплоть до распада личности. Медитация, таким образом,
представляет собой также и тренировку стабильного осознания Я, которое могло бы
противостоять разрушительному действию бессознательных сил [18].
.3 Психологическое и психотерапевтическое воздействие практики медитации
Психологическое воздействие
Хотя представление о медитации просто как о релаксации является крайним упрощением, в ходе практики медитативные состояния начинают тяготеть к большему покою, положительным эмоциям, к большей чувствительности в восприятии и интроспекции. Переживания более опытных практиков включают глубокую умиротворенность, концентрацию и радость, сильные положительные эмоции любви и сострадания, глубокое проникновение в природу ума и различные трансцендентные состояния, охватывающие весь диапазон классического мистического опыта [13].
Медитация - способ налаживания диалога между сознанием и подсознанием. Во время медитации содержание подсознания «всплывает», проявляет себя в сознании. Медитативная практика способствует развитию интуиции, пробуждает ее, что может стать важным ресурсом в повседневной жизни, особенно при решении творческих, нестандартных задач.
Повышение способности восприятия дает возможность рассмотреть собственные психологические процессы и привычки. Одно из первых прозрений состоит в обнаружении того, насколько обычное состояние нашего ума бесконтрольно, бессознательно, непробуждённо и наполнено фантазиями. Классическое утверждение, что необученный ум подобен «буйной пьяной обезьяне» и что приручение ума - это «искусство искусств и наука наук», вскоре обретает для начинающего реальный смысл [38].
Интересно изучение (на основе теста Роршаха) восприятия людей, практикующих буддийскую медитацию, - от начинающих до просветлённых мастеров. Начинающие демонстрируют обычные реакции, в то время как испытуемые, обладающие большой степенью концентрации, видят на картах Роршаха не обычные образы животных и людей, а только светлые и темные узоры. Тот факт, что их ум менее склонен к преобразованию этих структур в организованные образы, соответствует утверждению, что концентрация фокусирует ум и уменьшает число ассоциаций.