Наибольшая эффективность пропаганды, ориентированной на профилактику преступлений террористической направленности, достигается, когда речь идет не о чуждости ценностей личности террориста для нормального человека, а о неполноценности личности рассматриваемого вида преступников.
Эффективна антитеррористическая пропаганда, опирающаяся на распространение информации о негативной составляющей личности террориста, о ее дефектности, неполноценности как психологической, так и биологической. Неполноценный неудачник не может быть образом антигероя и злодея для обывателя, в том числе предрасположенным к террористической деятельности.
В силу сказанного становится понятным, что ан- тикриминальная пропаганда террористической активности, которая в идеале должна быть стратегическим направлением профилактики рассматриваемого вида преступности в условиях современного общества либеральных ценностей, реализована быть не может, что актуализирует необходимость использования иных форм профилактики рассматриваемых преступлений.
Вывод. Антитеррористическая пропаганда, сводящаяся к воспеванию общечеловеческих нравственных ценностей, достаточно неэффективна. Антитеррори- стическая пропаганда, сводящаяся к высмеиванию образа личности террориста как неудачника, обладает профилактическим потенциалом выше среднего.
Виктимологическая профилактика террористической активности
Виктимологический аспект преступности - крайне проблемная исследовательская сфера. Результаты исследований отечественных криминологов в области исследования жертв терроризма невелики. Не то чтобы не имеют ценности утверждения о том, что «вик- тимологическая профилактика терроризма - это сложная и многоплановая деятельность, которая призвана обеспечить готовность противостоять терроризму на основе специальных мер воздействия на его потенциальных жертв» [4. С. 29], «террористическая виктимность - это объективная возможность или способность («предрасположенность») любого лица, в том числе и юридического, стать непосредственной или опосредованной жертвой терроризма или террористической деятельности» [5. С. 15] и т.п., скорее, проблема в том, что, как правило, дальше поиска методологических основ исследования не идут. А ведь можно утверждать, что именно виктимологический аспект в конечном счете определяет понимание населением степени страдания пережитого жертвами террористического акта, а следовательно, часто определяет саму эффективность этого террористического акта. Однако мало разработать правовые основы по оказанию обязательной государственной социальной, медицинской, психологической, правовой и иной защиты и помощи жертвам терроризма и террористической деятельности и реализовать их механизм на федеральном [6- 9] и региональном [10] уровнях. Необходимо определить адресный комплекс или хотя бы вектор воздействия на жертв террористических актов с целью виктимологической профилактики преступлений террористической направленности.
Адресность исключает общий подход, поэтому виктимологическая профилактика должна быть ориентирована на отдельные группы жертв преступлений террористической направленности. Использование типологического подхода и есть реализация идеи адресности виктимологической профилактики.
Наиболее целесообразной типологией жертв (Н. В. Ахмедшина, 2011) мы полагаем их деление на случайных и закономерных жертв с различными формами виктимности. Под виктимностью следует понимать свойство лица, формируемое в процессе социализации и детерминирующее повышенную степень вероятности претерпеть вред от преступных действий.
Виктимность в форме дезадаптации у закономерных пассивных жертв выступает при наличии у них нерациональных моделей поведения как результата особенностей воспитания либо переживаемого психотравмирующего событие.
Виктимность в форме анадаптации у закономерных пассивных жертв наблюдается в случае отсутствия у них каких бы то ни было сценариев реагирования на криминальную ситуацию.
Виктимность в форме легкомыслия наблюдается в тех случаях, когда лицо, переоценивая свои способности по урегулированию криминальной ситуации, тем не менее активно стимулирует ее возникновение и развитие, надеясь в любой момент по своему желанию справиться с потенциальными негативными последствиями. Носитель этой виктимности ошибается в своей способности не допустить виктимную ситуацию.
Виктимность в форме агрессии детерминирует криминальную ситуацию путем активного (агрессивно-наступательного) воздействия на преступника, осуществляемого без учета возможных последствий. Носитель этой виктимности ошибается в своей способности выйти из криминальной ситуации без потерь [11. С. 83-98].
На первый взгляд - так как террористический акт направлен на неопределенный круг лиц, именно этим создавая атмосферу страха - жертвы террористического акта в подавляющем большинстве своем относятся к группе случайных жертв. Профилактику случайной виктимности реализовывать трудно, так как ее границы установить можно только крайне приблизительно. Но это только на первый взгляд.
Действительно, террористический акт направлен на неопределенный круг лиц, но необходимо учитывать, что во времени террористический акт может быть представлен совершенно несхожими стадиями, такими как:
Стадия 1. Непосредственный террористический акт - взрыв, поджог, затопление, начальная стадия множественного убийства, захват заложников.
Стадия 2. Развитие негативных последствий террористического акта - распространение обрушений от взрыва, огня от пожара, ликвидация свидетелей массового убийства, взаимодействие террористов с заложниками.
На второй стадии уже можно говорить о закономерных жертвах последствий террористического акта, а значит, и о полноценной виктимологической профилактике террористической активности.
Виктимность в форме анадаптации в целом и случайная виктимность преодолевается информированием широкого круга лиц о наиболее выгодных и безопасных линиях поведения при пребывании в условиях непосредственной террористической угрозы. Государственные службы и работодатели должны обеспечить прохождение широким кругом лиц курсов повышения квалификации, направленных на преодоление или снижение виктимологических рисков в случае совершения террористического акта. Вот пример корпоративного задания для тематических антитеррори- стических курсов повышения квалификации: «Обучение действиям в рамках защиты от терроризма должно быть адресовано всем участникам на всех уровнях участия, поскольку эти люди являются членами скоординированного подразделения, в котором требуется командная работа. Фонд командной координации - это полное понимание индивидуальных заданий. Обучение поисковых команд может осуществляться без привлечения помощи специалистов; однако органы полиции, а также специализированные консультанты по вопросам безопасности могут оказывать помощь или провести дополнительное обучение. Тренировочные занятия должны включать полное объяснение плана действий как в теории, так и на практике, чтобы обеспечить его эффективность» [2. С. 41].
Отметим, что, в силу некоторой консервативности государственных органов, из-за свойственной им инерции-вялости или нежелания меняться, развиваться или действовать, нежелание многих учреждений принять более точную последовательность алгоритмов достижения цели является иллюстрацией этой инерции [12. С. 23]. Следовательно, повышение квалификации в плане ликвидации и недопущения последствий террористических актов широкого круга лиц должно инициативно исходить больше от общественных, чем от государственных организаций.
Отметим, что виктимность в форме анадаптации преодолевается преимущественно простым информированием об эффективных моделях поведения в условиях террористической активности.
Виктимность в форме дезадаптации проистекает из того, что имеющиеся модели поведения, как правило, из-за избыточной пассивности оказываются неэффективными в условиях террористического акта. Пусть учения, проводимые МЧС в нашей стране, и раздражают обывателей, но их бесспорную ценность могут подтвердить участники этих учений, сравнивающие эвакуацию из учреждения в первый раз и, скажем, в раз четвертый.
Навыки покидания опасного здания, в котором происходит чрезвычайное происшествие, алгоритм поведения под завалами, правила безопасности при обнаружении подозрительного предмета, правила поведения при химической и гидродинамической аварии, правила безопасного поведения в толпе, испытывающей страх, традиционно выступают целью преодоления виктимности в форме дезадаптации, а знания этих алгоритмов - виктимности в форме анадаптации.
Отметим, что виктимность в форме дезадаптации преодолевается преимущественно многократными повторениями в рамках учений, действий, направленных на минимизацию последствий террористической активности.
Виктимность в форме легкомыслия также свойственна преступлениям террористической направленности и проистекает, как правило, из двух ситуаций:
- Ситуации игнорирования правил безопасности первичного осмотра места происшествия, а именно игнорирования того обстоятельства, что «... сцена преступления может содержать вторичные взрывные устройства, установленные специально для того, чтобы уничтожать работников правоохранительных органов» [13. С. 16]. Каноническим примером выступает террористический акт, приведший к крушению скоростного фирменного поезда № 166 «Невский экспресс», следовавшего по маршруту Москва-Санкт-Петербург 27 ноября 2009 г. Второй взрыв произошел через 15 часов 30 минут. В непосредственной близости от второго взрыва находился председатель следственного комитета при прокуратуре, руководитель главного управления криминалистики следственного комитета, руководитель Московского межрегионального следственного управления на транспорте и другие сотрудники следственного комитета. По счастливой случайности перечисленные лица, нарушившие правила безопасности, не погибли. террористический преступление угроза цивилизация
- Ситуации игнорирования здравого смысла в силу желания получить больше информации о происходящем террористическом акте. Лица, желающие наблюдать происходящую картину террористического акта легко могут пополнить в списки его жертв - демонстрируя наличие виктимности в форме легкомыслия в чистом виде. То же самое касается жертв захвата заложников, активно разглядывающих террористов и пытающихся наладить с ними психологический контакт, не имея на то ни сформированных навыков ведения переговоров с террористами, ни даже общих познаний в экстремальной психологии.
Виктимность в форме агрессии наблюдается при попытке активно противостоять террористам. Так, во время террористического акта на Мюнхенской Олимпиаде 5 сентября 1872 г. представитель команды Израиля М. Вайнберг вступил в схватку с террористами, но, получив огнестрельное ранение, был нейтрализован, впоследствии раненый М. Вайнберг снова напал на террористов, дав возможность одному из заложников сбежать. М. Вайнберг нокаутировал одного из террористов и нанес ножевое повреждение другому ножом, после чего был террористами убит.
Не менее характерный случай произошел при захвате пассажирского самолета Ан-24Б рейса № 244 15 октября 1970 г. В ответ на усилия противодействия со стороны экипажа террористами было сделано более двух десятков выстрелов, убита бортпроводница, ранены командир экипажа, штурман и бортмеханик.
Агрессивная виктимность может быть и залогом успешного противодействия террористам, примером чего могут выступить действия Э. Бахшиняна, в результате героических действий которого 10 сентября 1961 г. была сорвана попытка захвата самолета Як-12М рейса № 44 348 Ереван-Ехегнадзор. Самолет разбился около города Еревана, при этом погиб один из угонщиков, а остальные были схвачены и осуждены.
Мы рассмотрели пусть и единичные случаи успешного сопротивления террористам, но встречающиеся в практике подобные противодействия случаются нечасто. В основном агрессивная вик- тимность проявляется в попытках прямого неподчинения террористам, критике их поведения в их присутствии. Неудивительно, что одной из наиболее известных рекомендаций взаимодействия гражданских лиц с террористами является рекомендация избегать конфликта, недопускать провокации, которые видятся террористами, находящимся в состоянии эмоционального взвода, почти в каждом активном поведенческом акте жертвы.
В целом же агрессивная виктимность для преступлений террористической направленности не свойственна.
В завершение отметим, что виктимологическая профилактика преступлений террористической направленности - это экономичный и эффективный комплекс приемов противодействия террористической активности.
Вывод. Виктимологическая профилактика наиболее эффективна на групповом уровне, базирующемся на типологии жертв выраженной прикладной направленности.
Разработка планов противодействия террористической активности на гражданских объектах
Рассматриваемая разработка планов противодействия террористической активности, в том числе стратегических, представляет из себя деятельность, направленную на планирование предотвращения террористического акта, и деятельность по ликвидации его последствий, если теракт произошел. «Планирование предстоящего инцидента предполагает подготовку в надежде, что событие никогда не произойдет. Планирование включает сбор информации, анализ рисков, организацию, обучение, определение логистических потребностей и получение необходимых материалов и оборудования. Последующая деятельность должна включать все, что необходимо для оказания помощи представителям уполномоченных органов при расследовании инцидента, а также в восстановлении до состояния, в котором будут возобновлен нормальный режим функционирования» [2. С. 34]. Познавательной основой разработки данных планов должен являться синтез двух ключевых элементов природы познания - интуиции и опыта [14. С. 103].