Крузенштерн весьма скептически относился к гипотезе о существовании свободного от льда пролива в Северном Ледовитом океане, делая ставку на отыскание прохода вдоль побережья Северной Америки со стороны Берингова пролива. И напрасно Барроу пытался посеять у него сомнения. «Я не уверен, -- писал он Ивану Фёдоровичу 3 ноября 1817 г., -- знакомы ли Вы с капитаном Берни, плававшим с Куком, который вбил себе в голову, что Берингова пролива не существует, а на его месте находится некий залив, на севере которого расположена суша, соединяющая два континента, Азию и Америку. По его утверждению, [Г.Ф.] Миллер неправильно понял Дежнёва, и офицер этот через пролив не проходил. Не знаю, откуда Берни всё это взял» РГАВМФ, ф. 14, оп. 1, д. 199, л. 86. О Берни и его теории см.: Burney J. A memoire on the geography of the north-eastern part of Asia, and on the question whether Asia and America are contiguous, or are separated by the sea // Philosophical Transactions of the Royal Society of London. № 108. L., 1817.PartI. P. 9--23..
Барроу ошибался -- Крузенштерн ещё в 1814--1815 гг., находясь в командировке в Великобритании, встречался в Лондоне с Дж. Берни, участвовавшим во втором и третьем плаваниях Кука и ставшим свидетелем смерти своего командира в феврале 1774 г. на Гавайских островахС февраля 1816 г. между ними шла дружеская переписка. О роли участников экспедиций Кука в русских географических открытиях см.: Копелев Д.Н. «Ветераны» Джемса Кука и российская геополитика на Тихом океане // Петербургский исторический журнал. 2020. № 2(26). С. 220--235.. После выхода в отставку он занялся литературным творчеством, изучал историю пиратства, географических открытий в Тихом океане и русских плаваний в северных морях, а также стал автором трактата об игре в вист Burney J.A Chronological History of the Voyages and Discoveries in the South Sea or Pacific Ocean. Vol. I--VI.L., 1803--1817; Burney J. A Chronological History of North-eastern Voyages of Discovery and of the Early Eastern Navigations of the Russians. L., 1819; Burney J.An Essay, by way of Lecture, on the Game of Whist.L., 1821.Некоторые из книг Берни находились в личной библиотеке Крузенштерна и хранятся теперь в Центральной военно-морской библиотеке в Петербурге.. При этом Крузенштерн был неприятно поражён тем, «что спутник Кука, следовательно, человек, известный своими путешествиями, а позже и своими научными трудами, не смог добиться чина адмирала» Цит. по: Крузенштерн Э. Иван Крузенштерн... С. 206. Лишь в июле 1821 г., после вмешательства лорда-адмирала герцога Кларенса (будущего Вильгельма IV), Берни получил чин контр-адмирала..
Тем не менее предположения Берни о «средиземном море» к северу от Берингова пролива представлялись Крузенштерну весьма спорными. Гораздо надёжнее были «отписки» Дежнёва, извлечённые из «портфелей» Миллера и, по-видимому, полученные мореплавателем от управляющего Московским архивом Коллегии иностранных дел А.Ф. Малиновского. Зная о содержании переписки Крузенштерна с Барроу, гр. Румянцев 31 декабря 1817 г. посоветовал Ивану Фёдоровичу передать второму секретарю Британского адмиралтейства бумаги о плавании Дежнёва, и сам написал об этом Малиновскому EAA, f. 1414, № 3, s. 23, l. 28..
Осенью 1818 г., после возвращения Коцебу «Рюрик» вернулся в Петербург 3 августа 1818 г., в распоряжении Крузенштерна оказались все материалы завершившейся экспедиции, позволившие сделать вывод, что суши севернее Берингова пролива не существует. В сентябре- октябре работа над этими документами отнимала у Крузенштерна всё время. Результатами плавания «Рюрика» интересовался император. А 20 сентября гр. Румянцев сообщил Ивану Фёдоровичу о визите министра морских сил маркиза И.И. де Траверсе, который «вчерась у меня обедал». Речь зашла о «путеводителе Рюриковом и его подчинённых», и выяснилось, что «маркиз де Траверсе собирается воздать у монаршего престола всю справедливость г-ну лейтенанту Коцебу» EAA, f. 1414, № 3, s. 46.. 10 октября канцлер уведомил Крузенштерна, что Александр I повелел «обратить особое внимание на Коцебу и его спутников», уволив их в отпуск на год с сохранением жалованья.
Вместе с тем гр. Румянцева беспокоила подготовка развёрнутого доклада о плавании на «Рюрике». 16 октября во время обеда сде Траверсе он получил отчёт, составленный Коцебу. «Я признаюсь Вам, -- писал граф Крузенштерну, -- что сам сужу, что записка г-на Коцебу краткостью и особливо сухостью своей не может произвесть в пользу сей экспедиции того впечатления и внимания, которого она открытиями и важными замечаниями заслуживает». По просьбе канцлера Крузенштерну пришлось незамедлительно переработать текст Коцебу для главы морского ведомства. 11 ноября гр. Румянцев с удовлетворением констатировал, что «министр, кажется, расположен хорошо» Ibid.,s. 58 об..
В этой сложной и насыщенной событиями атмосфере и зародилась идея комплексной русской экспедиции для изучения арктических и антарктических вод Тихого океана. Решение о её подготовке было принято в конце 1818 г., а финансирование осуществилось за счёт средств, вырученных от продажи Испании в 1817--1818 гг. пяти кораблей и трёх фрегатов Сычёв В.И. «Маркизова лужа». Легенды и правда о российском морском министре маркизе де Траверсе. СПб., 2014. С. 93. Судя по материалам финансовой отчётности, на экспедицию в общей сложности было израсходовано 591 570 руб. 42 С коп. серебром (РГА ВМФ, ф. 410, оп. 1, д. 1416, л. 13)..
План экспедиции разрабатывался крупнейшими отечественными знатоками гидрографии. Автором первого проекта, сохранившегося в двух редакциях, являлся выдающийся полярный исследователь, участник экспедиции под командованием Д. Биллингса, изучавшей Тихоокеанское побережье Российской империи, член Адмиралтейств-коллегии вице-адмирал Г.А. Сарычев О Сарычеве подробнее см.: Алексеев А.И. Гавриил Андреевич Сарычев (1763--1831). М., 1966; Пасецкий В.М. Арктические путешествия россиян. М., 1974.. Одна из редакций его проекта хранится среди бумаг маркиза де Траверсе «О морских плаваниях в Южном, Восточном и Северном океанах и кругом света». Она состоит из двух частей: «Начертание плаванию шлюпу, отправляющемуся в Южный и Восточный океаны» (далее -- С1) и «Расположение плавания втораго шлюпа по Западному, Южному и Восточному океанам» (далее -- С2) РГА ВМФ, ф. 25, оп. 1, д. 114, л. 27--32 (С1), 33--35 (С2).. Документ не датирован и не подписан, однако представляет собой единый текст, идентичный по формальным и структурным признакам другой редакции, также не датированной, того же проекта, в заголовке которой Сарычев назван автором. Во второй редакции также две части: «Проэкт Гав[риила] Андреевича] Сарычева о экспедиции к Южному полюсу и к Востоку» (далее -- С3) и «Расположение плавания экспедиции по Западному, Южному и Восточному океанам вице-адмирала Сарычева» (далее -- С4) Эта редакция находится в Коллекции «Материалы по истории Русского флота» в подборке «Проекты экспедиции к Южному полюсу» (РГА ВМФ, ф. 315, оп. 1, д. 476, л. 11--14). Вариант С3 (Там же, л. 11, 11 об., 14) с сокращениями опубликован под названием «Проект экспедиции к Южному полюсу вице-адмирала Г.А. Сарычева»: М.П. Лазарев. Документы. Т. 1 / Под ред. А.А. Самарова. М., 1952. С. 81, 82 (№ 19).. Данный текст написан практически без исправлений и помарок на плотной по фактуре бумаге серого цвета без водяных знаков и размещён на листе в левом столбце. Почерк представляет собой чёткую скоропись и явно принадлежит одному человеку, скорее всего писарю.
Рядом с ним, в правом столбце, приводится также недатированный текст проекта Крузенштерна, структурно разделённый на «Мнение кап[итан-]команд[ора] Крузенштерна о экспедиции к Южному полюсу» (далее -- К1) и «Мнение кап[итан-]команд[ора] Крузенштерна о экспедиции в Берингов пролив» (далее -- К2) Записка К1 (РГА ВМФ, ф. 315, оп. 1, д. 476, л. 11, 11 об., 14) опубликована под названием «Из замечаний капитан-командора И.Ф. Крузенштерна об организации экспедиции к Южному полюсу» с сокращениями: М.П. Лазарев. Документы. Т. 1. С. 81, 82. Готовя тексты С3 и К1, писарь нарушил порядок их размещения, ошибочно поместив их конечные листы после записок С4 и К2, которые также были расположены в двух параллельных столбцах (РГА ВМФ, ф. 315, оп. 1, д. 476, л. 12--13).. Очевидно, составители обоих проектов исходили из того, что в готовящейся экспедиции будут участвовать два отряда.
Крузенштерну принадлежат и более развёрнутые собственноручно написанные им «Примечания относительно имеющаго последовать путешествия для открытий» (далее -- К3) РГА ВМФ, ф. 25, оп. 1, д. 114, л. 6--21 об. «Примечания» дважды публиковались в советское время (М.П. Лазарев. Документы. Т. 1. С. 94--103; Российско-американская компания и изучение Тихоокеанского севера, 1815--1841 / Отв. ред. Н.Н. Болховитинов. М., 1989. С. 57--59), однако купюры, сделанные в них из политических соображений или в силу концептуальных особенностей документального сборника, существенно исказили взгляды автора на цели экспедиции.. Они датированы 31 марта 1819 г. и были созданы в родовом поместье Крузенштерна Асс в Эстляндии для маркиза де Траверсе, пожелавшего узнать мнение Ивана Фёдоровича Пасецкий В.М. Арктические путешествия... С. 225. О переписке Крузенштерна сде Траверсе см.: Сычёв В.И. Малоизвестные страницы переписки И.Ф. Крузенштерна с морским министром маркизом И.И. де Траверсе // I Крузенштернские чтения. Сборник материалов научной конференции, 22--23 октября 2014 года. СПб., 2015. С. 57--64..
К комплексу документов, появившихся в ходе подготовки к плаванию 1819 г., относится также копия с анонимного «Краткого обозрения плана предполагаемой экспедиции» (А1) РГА ВМФ, ф. 315, оп. 1, д. 476, л. 6--10. Опубликована: М.П. Лазарев. Документы. Т. 1. С. 82--87.. По мнению Е.Е. Шведе, его написал Коцебу См.: Шведе Е.Е. Первая русская Антарктическая экспедиция 1819--1821 гг. // Беллинсгаузен Ф.Ф. Двукратные изыскания в Южном Ледовитом океане и плавание вокруг света в продолжение 1819, 20 и 21 годов, совершённые на шлюпах «Восток» и «Мирный» / Под ред. Е.Е. Шведе. М., 1949. С. 9. С атрибуцией, предложенной Шведе, согласились составители сборника документов о деятельности Лазарева, в котором данный текст представлен как «План предполагаемых экспедиций к Южному полюсу и в Северный Ледовитый океан, составленный капитан-лейтенантом О.Е. Коцебу» (М.П. Лазарев. Документы. Т. 1. С. 82), а также В.М. Пасецкий (Пасецкий В.М. Иван Фёдорович Крузенштерн. М., 1974. С. 131).. Действительно, автор «Краткого обозрения» опирался прежде всего на личные впечатления и знания. Так, он рекомендовал в качестве «удобного места для запасения всех нужных жизненных запасов» остров Святой Екатерины, а не Рио-де-Жанейро, «где климат вредным образом действует на чужестранцев и всякого рода провизия дороже покупается». Размышляя о том, как лучше организовать питание на кораблях, он часто ссылался на опыт, полученный им во время плавания на «Рюрике»: хвалил достоинства белых сухарей, советовал для сохранения здоровья матросов почаще поить их чаем и английским пивом шпрус-бир, а при варке супа добавлять в него специальные бульонные кубики М.П. Лазарев. Документы. Т. 1. С. 83, 85.. Однако эстонские исследователи Э. Таммиксаар и Т. Киик, оспорив гипотезу Шведе, предположили, что «Краткое обозрение» принадлежит старшему офицеру «Рюрика» Г.С. Шишмарёву, принявшему вскоре командование над шлюпом «Благонамеренный» в составе «дивизии» Васильева Tammiksaar E., Kiik T. Origins of the Russian Antarctic Expedition... P. 185.. При этом текст А1 представляет собой стандартную писарскую копию, и лишь оставленная кем-то в верхней части первой страницы помета «Коцебу» может служить косвенным и крайне шатким подтверждением его авторства.
Что же предлагалось Сарычевым, Крузенштерном и Коцебу? За исключением отдельных стилистических поправок редакции С1/С2 отличаются от С3/С4 количеством кораблей, отправляемых в экспедицию. В первом случае речь идёт о самостоятельном плавании отдельных шлюпов по назначенному маршруту; во втором -- о двух кораблях в каждом из отрядов. По-видимому, редакции С1/С2 возникли раньше. Намеченный же в них путь принципиально не отличался, причём во всём, что касалось поисков Южного континента, программа Сарычева была предельно лаконична. И основная цель её лежала вовсе не в водах Антарктиды. Достигнув Бразилии, каждый из отрядов выходил на свой «маршрут».
Первый отряд (С1 и С3) направлялся к открытому Куком острову Георгия (ныне Южная Георгия) и к «Сандвичевой земле» (Южным Сандвичевым островам), южное и восточное побережье которой надлежало обследовать. Затем предписывалось двигаться к Южному полюсу, «сколько позволяют к тому плавающие льды, особливо в тех местах, которые капитан Кук оставил неосмотренными», после чего идти на восток. К середине февраля корабли должны были «удалиться от холодных сих стран», держа курс к «Ван-Дименской земле» (острову Тасмания). Сделав остановку в Порт-Джексоне, они через Каледонию, Соломоновы острова и остров Румянцева (ныне -- атолл Вотье, Маршалловы острова) достигали Камчатки. Основная цель Сарычева -- Берингов пролив, хотя по пути к нему предусматривалось «курсы располагать так, чтоб осмотрена была та часть моря, которая другими мореплавателями не была ещё обозрена». Взяв «чукоткого толмача», отряд «сколько можно далее» устремлялся бы на северо-восток вдоль побережья Аляски, по ходу описывая на байдарах открытый на «Рюрике» залив Коцебу, скорее всего, в надежде обнаружить проход из Тихого океана в Атлантический. В сентябре, с наступлением морозов, исследование переносилось на юг, в район Алеутских, Гавайских и Марианских островов, «располагая плавание по тем местам, где прежде мореплаватели ещё не проходили» РГА ВМФ, ф. 25, оп. 1, д. 114, л. 25, 27 об., 32 об.. Выполнив поставленную перед ними задачу, корабли, минуя мыс Горн, возвращались бы в Россию
Перед вторым отрядом (два шлюпа) Сарычев ставил совершенно иные задачи. Держась восточнее Фолклендских островов, им также следовало «плыть к югу, столь далеко, как позволят льды, потом поворотить на запад и обозревать те части Южнаго Ледовитаго океана, которые не осмотрены были капитаном Куком, приближаясь сколько возможно к Южному полюсу». Затем на 195° долготы от Гринвича корабли меняли бы курс и, повернув на север, заходили в Порт-Джексон, откуда, пополнив запасы, через Гавайские острова направлялись прямо к побережью Русской Америки, в Новоархангельск. «По прибытии туда, -- писал Сарычев, -- узнать от правления того селения, были ли им учинены поиски по предписанию Главнаго правления Российско-Американской компании около пролива Фука российских людей, оставленных, как полагать должно, капитаном Чириковым и открытых гишпанцами и ежели по сему не учинено, то постараться отыскать сих людей чрез разведывание в проливе Де Фука у живущих там американцов» Там же, л. 33--34.. В районе острова Ванкувера (между 47° и 48°), двигаясь на юг к истокам реки Колумбия, предполагалось искать удобную якорную стоянку, откуда можно было бы начать «штурм» легендарного пролива Аниан. Дальнейшие действия отряда связывались с исследованием Соломоновых островов и Тасмании. Обогнув её, путешественники возвратились бы в Россию, минуя мыс Доброй Надежды Помимо собственно гидрографических исследований программа Сарычева предусматривала широкий комплекс культурно-этнографических описаний и содержала целый перечень вопросов, которые, как полагал её составитель, представляют чрезвычайную важность: «Узнать число сего народа, богослужение, обряды, обычаи, нравы, образ жизни, одежду и собрать словарь их наречия» (Там же, л. 30 об.)..
При этом во всём, что касалось Южного материка, Сарычев был предельно лаконичен и большого значения навигации в районе Антарктиды не придавал, как, впрочем, и Крузенштерн, которому поиск «матёрой земли» в южных широтах представлялся занятием совершенно излишним и бесполезным. Не случайно в К1 он наметил в качестве главной цели «тропические страны» Океании: «архипелаг Опасных островов» (Туамоту), Маркизские острова, архипелаг Новые Гебриды и острова Фиджи. В отношении же антарктических вод Крузенштерн ограничился указанием, чтобы в первый год плавания командир двух судов продвигался «к югу далее, нежели что было возможно для Кука, достигшего 71°10', в западной долготе от Гринвича 106°54'» Там же, ф. 315, оп. 1, д. 476, л. 11., а на второй год (декабрь-февраль) совершил ещё одну попытку идти на юг «сколько возможно в дальнейшей широте к западу» Там же, ф. 25, оп. 1, д. 114, л. 11 об.. Тем не менее, заканчивая записку, прославленный мореплаватель всё же размышлял о том, «лучше ли, чтобы корабли... отправились опять к югу, дабы пройти неизследованные ещё пространства полярных стран, осмотреть острова Ауроры (ныне Маэво, архипелаг Новые Гибриды, Вануату. -- Д.К.), Новую Георгию (Нью-Джорджия -- западная провинция Соломоновых островов. -- Д.К.) и Сандвичеву землю, а оттуда по новой параллели достигнуть мыса Доброй Надежды», или продолжать плавания севернее и описывать Соломоновы острова, острова Луизиада, Новую Британию, Новую Гвинею и Молуккские острова. «Последний план» казался Крузенштерну «обещающим более приобретения для географии». Однако он понимал, что «решение сего вопроса зависит от вышней власти» Там же, д. 476, л. 11 об., 14..
Антарктида в редакции К2 не упоминалась вовсе. Цель, которую капитан-командор ставил перед экспедицией -- поиск прохода из Тихого океана в Атлантику. По мнению Крузенштерна, два судна экспедиции должны «идти прямо в открытый Котцебу залив» и продолжить начатое на «Рюрике» исследование побережья Аляски, чтобы «узнать, как далеко простирается Америка к северу и под каким градусом широты начинается направление ея к востоку», «преследовать ход до устья реки Макензи, которое находится почти под равною широтою с Куковым Льдяным мысом и с устьем Медной реки, открытой Горном, которыя реки, как известно, вливаются обе в Гиперборейское море» Гиперборейское море -- старинное, идущее от античности, определение морей, стран и народов, расположенных в полярных морях. В данном случае -- море Бофорта.. Он допускал, что где-то там удастся, наконец, обнаружить залив, соединяющийся с Баффиновым, или истоки «больших рек, из коих удобнее было бы дойти до залива Баффина или Репулса, нежели Беринговым проливом около Льдянаго мыса» РГА ВМФ, ф. 315, оп. 1, д. 476, л. 12, 12 об., 13.. В зимние же месяцы экспедиция перемещалась к югу для изучения Маршалловых, Гилбертовых и Каролингских островов.