Проецируя на донорство представления о социальном институте и его становлении, разработчики включили в принципиальную схему института донорства следующие составляющие: органы власти, СПК, общественные организации, регулярные доноры, а также потенциальные участники института - первичные доноры и будущие потенциальные доноры. Чтобы понять, какие факторы могут влиять на принятие решения сдавать кровь, а также вписать институт донорства в культуру (социум), в принципиальной схеме были представлены и другие институты, а именно, СМИ, Бизнес, Образование, Религиозные конфессии, различные общественные (не донорские) объединения.
Следующей, уже теоретической задачей было понять, какие реальные связи могут существовать между основными элементами данной системы и каково содержание самих этих элементов, то есть, как превратить данную схему в настоящую модель [9]. Для этого сначала было проведено сравнение двух моделей (прототипов) социального института донорства - мобилизационной и общественной.
Для первой модели характерны следующие особенности. Весь процесс от пропаганды и рекрутирования до распределения по реципиентам полностью осуществляется государством в лице министерств и ведомств. Институт донорства регулируется законодательно и финансируется из бюджета. Государство проводит федеральные и региональные кампании по пропаганде, планирует деятельность всех участников и контролирует исполнение необходимых показателей. Такая модель имеет мобилизационный характер и часто основывается на идеологических либо политических установках. Донорская активность поддерживается периодическими кампаниями. Мобилизационная модель существовала в Советском Союзе до начала 90-х годов. Сегодня она действует в Китае, ОАЭ и некоторых других странах.
Теперь характеристики общественной модели. Основная работа по привлечению доноров осуществляется общественными организациями. Формы таких организаций могут быть самые разные, однако все они руководствуются общими правилами и тесно взаимодействуют между собой. Формируются такие организации или объединения, как правило, по территориальному признаку, другой вариант - вокруг крупных медицинских учреждений, потребляющих много донорской крови и ее компонентов. Государство задает «правила игры» для общественных организаций, оказывает им необходимое содействие на законодательном уровне. Потребности в донорской крови и ее компонентах формируются «на местах» клиниками и местной службой крови, обслуживающей данную клинику, либо несколько клиник. Планы заготовки согласовываются с местными отделениями общественных организаций, а те, в свою очередь, обеспечивают необходимое количество и качество «донаций» (процедур сдачи крови). Хорошо развита «донорская сеть». Донорские НКО понимают, что являются частью системы здравоохранения, поэтому должны обеспечивать эту систему кровью и ее компонентами «когда нужно и сколько нужно». НКО осознает свои обязанности по отношению к донорам, службе крови и всей социальной системе государства. Доноры осознают свои обязательства по отношению к больному и обществу. Доноры рассматривают регулярность сдачи крови, как гарантию качества и безопасности.
Девиз НКО - действовать в партнерстве с государством, при его поддержке, но самостоятельно и без ограничений со стороны государства. Основные функции НКО: призыв доноров, обучение доноров, информирование доноров, пропаганда донорства, организация сбора крови, управление донорами, информационное обеспечение, сотрудничество со службой крови в программировании (планировании) потребностей и обслуживания доноров, сотрудничество с клиниками в планировании потребностей, рекрутирование и организация работы волонтеров, разработка системы поощрения и стимулирования доноров и волонтеров, фондрайзинг. Данная модель распространена в Европе и успешно функционирует, например, в Италии.
Анализ современной российской ситуации, который провели разработчики проекта, показал, что в настоящее время донорскую реальность лучше всего описывает «смешанная модель». В данной модели участвуют и государство и общественные организации. Служба крови отвечает за общий «банк крови», распределяемый по лечебным учреждениям централизованно и без привязки к локальным клиникам. Сбором и заготовкой компонентов, а также привлечением доноров занимается служба крови. НКО помогают государству, как на национальном, так и на местном уровне. Сегодня в России получает развитие именно эта модель. В Европе похожая система работает в Великобритании. Именно смешанная модель была представлена в принципиальной схеме института донорства.
Построение принципиальной схемы института донорства было заслугой методологов. Именно они «положили», задали, как бы сказали проектировщики, исходный эскиз проектируемого социального объекта, в котором были воплощены ценности и идеалы разработчиков, а также первые характеристики будущего объекта (системы донорства). Теперь пришла очередь его конструктивизации, т.е. разработки и конкретизации. Стоит обратить внимание, что эскиз системы донорства описывал не характеристики улучшенной, но существовавшей ранее системы, а принципиально новой системы.
Действительно, реальная ситуация в России с донорством была весьма далека от желаемой, а существовавший в СССР институт, по сути, деградировал. Целью и проектирования и управления было создание нового института донорства, совмещающего в себе лучшие черты отечественного и западного опыта. Но анализ ситуации в 2008 году показал, что основные структурные элементы этого нового института донорства либо отсутствуют вовсе, либо не удовлетворяют в полной мере проектным требованиям. Поэтому была поставлена задача создания нового института донорства и сделаны первые шаги в этом направлении. При этом процесс институционализации (становления нового института), как показал опыт работы, включал в себя два основных звена: с одной стороны, конституирование социального института, с другой - процессы самоорганизации.
Что можно понимать под конституированием института донорства? Выявление в исследовании и практическое формирование основных единиц нового института и связей между ними. Дело в том, что приведенная выше схема института донорства - только схема, причем, так сказать, пустая. Её еще нужно было заполнить содержанием, причем содержанием реальным, то есть таким, которое можно было реализовать в жизни материально. Заполнение схемы начинается с задания содержания её «мест» (Различение «мест» структуры и их «наполнений», а также другие категории системно-структурного анализа подробно обсуждается в работах Г.П. Щедровицкого [10]). Например, наполнение «места» принципиальной схемы - «СПК» было конкретизировано следующим образом: «Изучение опыта СПК по работе с донорами. Интеграция с СПК на региональном уровне» ; наполнение «места» «регулярные доноры» - как «Исследование мотивации регулярных доноров, встречи. Формализация мотивации» ; наполнение «места» «Органы власти» - как «Методические рекомендации: взаимодействие с властью, база контактных лиц в регионах».
Следующий шаг - анализ содержаний «мест», который, в свою очередь, состоит из двух частей: исследования заданных феноменов (изучение опыта, исследование мотивации и др., причем даже там, где об исследованиях не упоминается, они имели место) и выделение определенных действий (интеграция, встречи и пр.). Понятно, что исследования позволяют получить знания, необходимые для правильных действий, позволяющих создать новые элементы и связи системы донорства.
Например, по статистике ВЦИОМ именно молодежь высказывает наибольшую готовность стать донорами (16-17 лет: 45%; 18-24 года: 43%; 25-34 года: 33%; 35-44 года: 27%; 45-54 года: 22%), и на основе этого знания составлялись соответствующие рекомендации.
Другой пример, исследование одного из механизмов социального влияния, позволяющего принимать решения (в данном случае решения сдавать кровь).
· выделение институционального образца (такой образец может браться как из современного, но другого общества, так и из прошлых общественных организованностей или даже из будущих, футурологически сконструированных);
· принятие этого образца узкой, элитной группой общества, которая знает, что надо делать и берет на себя ответственность за преобразования перед лицом остального общества;
· передача данного образца другой, менее элитной, но более массовой группе, которая закрепляет результаты начатых преобразований и обеспечивает самовоспроизводство института.
На основе этого исследования были разработаны программа и мероприятия работы со значимыми социальными персонами (известными государственными деятелями, политиками, артистами, ведущими ТВ и пр.), которые пропагандировали донорство и часто сами сдавали кровь.
В целом проведенные методологические и теоретические прикладные исследования позволили разработать и выполнить в 2008-2009 гг. следующие действия (мероприятия):
- детальное информирование населения России о базовой социальной потребности, которую удовлетворяет институт донорства, её масштабах и последствиях в случае невыполнения институтом донорства своих функций;
- формулирование и формирование ценностей института донорства (донорство - норма жизни, донорство - это полезно, донор - здоровый человек и т.п.);
- выявление основных участников института донорства, стимулирование их активности;
- создание стандартов и норм коммуникации, взаимодействия и поведения как внутри отдельных социальных организаций и позиций, так и между ними;
- создание символики и фирменного стиля Службы крови, с которым идентифицируется институт донорства в целом, проведение символических акций (Всероссийская видеоконференция, Форум службы крови, отдельные акции в регионах);
- формирование коммуникации и взаимодействия службы крови с другими социальными институтами, указанными на принципиальной схеме донорства.
- задание традиционных мероприятий для института донорства.
Стоит обратить внимание, что все эти действия реализовывались только в тех регионах, где к переменам была готова инфраструктура (было проведено соответствующее переоснащение станций переливания крови).
Разработка социального проекта включает в себя управление. Как известно, управление - это работа, не только связанная с организацией рабочего процесса (производства в широком понимании), но и с людьми. В последнем случае она в значительной степени сводится к организации, обучению и нужной управленцу настройке сознания специалистов и пользователей [11]. Все эти три вида управленческих воздействий после соответствующих исследований и были реализованы в проекте «Донор». Например, прошли переподготовку и обучение работники станций переливания крови и клиник, существенная работа была проведена с чиновниками органов власти, чтобы сформировать у них правильное отношение к донорству, практически со всеми участниками проекта шла организационная работа.
Теперь, что собой представляют процессы самоорганизации - второе звено и сторона процесса институционализации? Это различные изменения (процессы), в том числе встречная деятельность, происходящие в ответ на конституирование социального института (инициируемые конституированием). В данном случае можно указать на два важных процесса: подключении к процессу становления донорства других институтов, которые стали активно поставлять новых доноров или поддерживать начинание, и развертывание активности групп и сообществ самих доноров. Обычно становление нового социального института инициирует против него борьбу других институтов, идущую за власть и «социальную территорию» (распространение влияния на потенциальных пользователей). Но институт донорства совершенно особый: он не конкурирует с другими институтами, а напротив, оказался для них привлекательным, поскольку позволял им усиливать собственное социальное значение. Действительно, для бизнеса, СМИ, школы, церкви, ряда общественных объединений участие в донорской работе рассматривается как социальное и гуманитарное служение, усиливающее их собственную миссию.
И сами доноры оказались очень активными: они создавали объединения, пропагандировали донорство, общались на почве донорской практики. Организаторы проекта заложили трациционные мероприятия, такие как, например, «День донорского совершеннолетия»: в этот день в сентябре студенты второго курса (практически всем уже к этому моменту исполняется 18 лет, и они имеют право по законодательству сдавать кровь) по всей стране устраивали донорские акции у себя в вузах, по итогам таких акций сами студенты уже становились инициаторами продвижения донорства. Донорство для них становилось общим добрым делом, по поводу которого можно было создавать реальную полезную и результативную деятельность (неимитационную). Выяснилось, что многие россияне стремятся к осмысленной социальной деятельности, готовы к социальному служению. Именно этим, например, можно объяснить широкое участие в становлении донорства волонтеров. Многие из них по разным причинам сами не могли стать донорами, но, тем не менее, волонтеры помогали пропагандировать и организовывать сдачу крови.
Проект «Донор» можно считать успешным; россияне пошли сдавать кровь, и пошли хорошо. На втором году реализации проекта В. Уйба писал следующее. «Мы за полтора года сделали очень большой рывок. Если к 2008-му цифра по стандарту донора на тысячу населения в стране приближалась к 10, то за полтора года работы в тех субъектах, где мы полностью провели переоснащение учреждений Службы крови, а также работу по возобновлению массового донорства и создали единую информационную службу в учреждениях службы крови, планка поднялась до 40 человек» [12]. А вот что он пишет в конце четырехлетнего завершения программы. «Самое главное, мы сняли проблему потребности плазмы и крови в клинических учреждениях. За четыре года 87 учреждений службы крови во всех 83 регионах страны плюс 15 федеральных учреждений прошли полное переоснащение по медицинским технологиям и оборудованию. По объективным показателям: объем заготовки крови вырос на 7 %, плазмы - на 6 %. Колоссально вырос объем плазмы, заготовленной аппаратным методом - до 75 %. Понятно, что повышение объемов заготовки компонентов крови возможно только благодаря донорам. Соответственно увеличилось число доноров плазмы - на 11 %. Как следствие в лечебно-профилактических учреждениях по всей стране выросло и потребление плазмы (на 6%). Важным показателем следует считать и то, что сегодня у нас есть сведения по каждому субъекту о количестве и качестве заготовленных компонентов крови. В случае возникновения чрезвычайной ситуации, можем управлять этими запасами. За счет того, что мы хорошо изучили донорский потенциал в каждом субъекте, мы знаем, на какой резерв мы можем рассчитывать при расчете государственного задания. Это будет актуально, когда начнут работать линии по фракционированию плазмы, и когда запустится кировский завод «Росплазма<…> программа будет продолжаться. Донорство не терпит пустоты. Если мы остановим программу, то рано или поздно окажемся в той же ситуации, что сложилась к 2006-07 гг. На 2012 год из бюджета на программу выделяется 5 млрд. рублей. Мы по-прежнему будем переоснащать станции - в 2012 году их 19 (в 8 субъектах РФ). Эти же станции мы будем включать в единую информационную базу. Продолжаем мы и коммуникационную программу по развитию добровольного донорства» [13].