Автор много экспериментировал с составами исполнителей, отдавая предпочтение хору a capella, но выделяя при этом солирующие голоса и широко применяя divisi хоровых партий. В целом преобладают хоры, написанные для смешанного хорового состава (более половины сочинений). Очень разнообразно композитор пользуется техникой выделения солирующих голосов - от кратковременного звучания до целого сочинения. Двухорное изложение композитор, как правило, применяет либо при повторе слов, либо как средство динамизации, либо для усиления эмоционального напряжения. духовный музыка литургический богослужебный
В результате анализа предназначения духовных хоров Свиридова сделан вывод об осознании композитором непредназначенности своих сочинений для литургического использования. В оригинальной классификации Свиридова его хоры на тексты молитв можно отнести либо к музыке духовной, либо к «духовному искусству в светской форме», где, по словам автора, «царит высокоторжественный дух православного Богослужения».
В третьем разделе главы «Особенности трактовки богослужебных жанров и певческих стилей» при анализе духовных сочинений Георгия Свиридова совмещены жанровый и стилевой параметры, так как, во-первых, это задано обозначениями самого композитора; во-вторых, в творчестве Свиридова существует попытка создания моножанрового и моностилевого цикла; в-третьих, ни один из стилей не выдержан на протяжении всего цикла и даже часто на протяжении одного песнопения, а трактовка жанров весьма вариабельна.
В процессе исследования выявлены моножанровые и полижанровые циклы. Первые из них дополнительно разделены на два подвида:
1)цикл, в котором реально представлен один жанр. Например, цикл «Из Ветхого Завета», целиком основанный на жанре псалма;
2) цикл, в котором композитор подразумевает один жанр, но реально использует другие. Например, цикл «Три стихиры (монастырские) для мужского хора» включает не стихиры, а три разных жанра: тропарь, кондак и псалом.
Остальные три цикла («Неизреченное чудо», «Странное Рождество видевше», «Другие песни») являются полижанровыми.
Наиболее употребительными жанрами канонической традиции, обязательно входящими в каждое богослужение, являются тропарь, кондак, псалом и славословие. В духовных хорах Свиридова первостепенное значение уделено именно этим жанрам. Из 26-ти песнопений семь написаны в жанре тропаря, шесть в жанре кондака, созданы четыре псалма и четыре славословия. Кроме того, композитор ввел в свою литургическую музыку и такие жанры (по одному примеру), как возглас, гимн, ирмос канона, входное и прокимен. Очевидно, что сам перечень жанров свидетельствует о весьма серьезном изучении Свиридовым богослужебного пения.
Последовательно анализируются способы претворения всех певческих жанров. Так, из множества существующих тропарей композитор отобрал два тропаря Великого Четверга («Покаяние блудного сына» и «Предательство Иуды»), один тропарь на праздник Рождества Христова, тропарь из полунощницы («Се жених грядет во полунощи») и тропарь из службы на Преставление св. Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова. Кроме того, в «Заутренней песне» Свиридов соединил два тропаря: тропарь который звучит на Утрени ежедневно и Великопостный тропарь первого часа, шестого гласа, а также тропарь «Помилуй нас, Господи», который содержится среди начальных «молитв на сон грядущий».
В «Песнопениях и молитвах» композитор многообразно трактует жанр тропаря, моделируя как знаменный вариант тропаря (вступление к «Заутренней песни»), так и обиходный тип (тропарь Рождества в «Рождественской песни»). Однако в большинстве случаев автор значительно отступил от канонической трактовки: двухорное многоголосие (окончание хора «Предательство Иуды»); выделение солирующего голоса, как правило, верхнего голоса хоровой фактуры (например, в песнопении «Се Жених грядет во полунощи», соло сопрано в начале, затем соло тенора). Аналогичным образом прослежено претворение в Свиридовском творчестве кондака, псалма, славословия.
Ведущей стала модель концертного духовного прочтения канонического первоисточника, в которой просматривается ориентация на исполнение высокопрофессиональным хоровым коллективом. Кроме того, концертность сказывается в системе избранных средств - ярких технических приемов, порой явной виртуозности, в использовании чередований антифонного и респонсорного способов исполнения, а также solo и tutti, эффектности и броскости преподнесения вербального текста и многих других качествах музыки Свиридова, достаточно хорошо изученных по его светским произведениям, но актуальных и для литургической ветви творчества композитора.
По ряду признаков духовное творчество композитора может быть рассмотрено как своеобразный новый этап «Нового направления». Во-первых, музыка «Нового направления» выполнила своеобразную посредническую функцию между богослужебной практикой с её строгим каноном и светским искусством концертного предназначения. Музыка Свиридова тоже явилась своего рода посредником между храмовой музыкой, включенной в ритуал и способной воздействовать на прихожан, и всем убранством храма и музыкой концертной, доступной широкому кругу слушателей, часто весьма далеких от храма.
Во-вторых, движение композиторов «Нового направления» было откликом на утверждение национального приоритета профессионального искусства. Свиридову удалось создать уникальный пласт русской духовной музыки, тонко соединяющей многие лучшие достижения национальной культуры. В опоре на традиции знаменного распева, обиходных мелодий композитор смог направить слух современного слушателя к исконно национальной традиции.
В-третьих, в творчестве композиторов нового направления был возобновлен диалог русских музыкальных традиций древности и современности. Свиридову удалось обратить взоры слушателей к вечным темам бытия человека: его оторванности от Бога, несостоятельности духовного роста в угоду собственным страстям, неизбывного стремления к Богу и Царствию Небесному.
Роль прочих стилевых моделей жанра - знаменной, обиходной - менее значительна в количественном отношении, но чрезвычайно симптоматична. За каждой из них стоит не просто текст молитвы, но мощный культурный пласт, ассоциативный и символический ряд.
В «Песнопениях и молитвах» Свиридов дважды обратился к стилистике знаменного распева - в хоре «Заутренняя песнь» (II, 1) и в хоре «Кондак о мытаре и фарисее» (II, 2). Знаменный распев воспринимается автором как глубинное отражение национальных черт русского народа, его духовного строя, Православного вероисповедания и высоких нравственных ориентиров.
Хоровые песнопения, близкие обиходным, отличаются бережным отношением к «духу» напева. В таких песнопениях текст главенствует над музыкой, соответственно подчиняя музыкальный ритм словесному, все певцы одновременно произносят текст, исключено сольное пение, характерен умеренный темп, удаление из музыки внешних эффектов, достигаемых изысканной нюансировкой, красивыми пассажами и замысловатыми мелодическими фигурами отдельных голосов, простая, «удобопонятная и выразительная по отношению к тексту и религиозному чувству молящегося» гармония.
Четвертый раздел главы «Характерные черты стиля духовных хоров Свиридова» посвящен выявлению стилевых особенностей духовной музыки исследуемого автора. Следует отметить, что изучение феномена мелодики Свиридова заслуживает отдельного и объемного исследования. Поэтому в рамках данной диссертации мы ограничились рассмотрением отдельных типов мелодики, получивших наиболее широкое распространение в духовных сочинениях Свиридова.
Особенностью мелодики Свиридова является синкретичное взаимовлияние разных типов интонирования (кантиленного, декламационного, танцевального и сигнального; в том числе ариозно-романсового и фольклорного; псалмодического и мелизматического) и создание на базе соединения различных типов мелоса целостных высказываний.
Однако в духовных хорах Свиридова можно выделить два основных типа: декламационная мелодика и кантилена, в каждом из которых есть свои виды. В рамках декламационной мелодики можно выделить три характерных для композитора вида:
* воззвание, возглас;
* псалмодию;
* ораторскую речь, декламационные высказывания.
В рамках кантиленного типа наиболее важными для Свиридовского стиля духовных сочинений стали:
* мелодии с признаками знаменной мелодии;
* с чертами песенности;
* с чертами ариозности.
Поражает удивительная чуткость Свиридова к слову и умение выбрать единственно верный тип интонирования, который и расшифровывает многочисленные смысловые пласты и, одновременно, через мощные ассоциативные ряды с произведениями соответствующего жанра и стиля позволяет слушателю самому формировать семантические значения каждого высказывания.
В результате исследования сделан вывод об энциклопедичности в использовании средств музыкальной выразительности. Это проявляется в целом ряде факторов.
· Задействованы различные составы исполнителей: от сольных высказываний и унисонов хоровых партий, различных ансамблевых сочетаний до разнообразных хоровых составов (мужского, смешанного).
· Использовано значительное количество разнообразных жанров. При этом музыкально озвучены молитвословия и Божественной Литургии, и Всенощного бдения, служб праздников и великого поста, а также келейных молитв. Охвачен практически весь годовой круг, основные службы дневного круга, а также песнопения, входящие в основные богослужебные книги: Октоих, Триодь, Праздники, Часослов, Молитвослов.
· Стали объектом художественного моделирования многие ведущие певческие стили: от знаменного распева до концертного стиля «нового музыкального направления».
· Нашло отражение большинство ведущих мелодических типов: различные виды кантилены, декламации и даже элементы моторного и сигнального типов мелодики.
Таким образом, в духовном творчестве Свиридова складывается широчайшая панорама исторических типов духовной отечественной музыки, происходит ее антологизация.
При этом обращаясь к широкому кругу жанров, к различным областям поэзии (в том числе, и к духовной), к многообразным темам Свиридов всегда оставался верен собственному стилю. Яркий песенный мелодизм, ясность гармонической логики (при несомненном своеобразии трактовки функциональности), огромное значение мелодийности гармонии выделяет стиль Г. Свиридова среди современников.
Третья глава представляет собой «Аналитические этюды», в которых выявленные закономерности трактовки литургических традиций в сочинениях Свиридова рассматриваются на примере отдельных духовных хоров. По собственному признанию композитора, он не мог писать музыку вне определенного образа и сюжета. Именно поэтому в третьей главе песнопения объединены нами принадлежностью к единому образному миру: Евангельские, Богородичные и апостольские хоры.
1. «Евангельская проповедь». Центральное место в духовном творчестве Свиридова занимает образ Спасителя, который представлен у композитора не чередой ярких портретных характеристик, а множеством проповеднических хоров, раскрывающих догматические учение Господа, а через них и образ самого Иисуса Христа. Таковы: «Кондак о мытаре и фарисее» (II, 2), раскрывающий Евангельскую притчу об образе истинной молитвы - молитвы со смирением и покаянием; «Покаяние блудного сына» (III, 4), показывающее образ истинного покаяния грешного человека и милосердия Божия к нему; «Предательство Иуды» (V, 4), навсегда заклейменного как предателя; «Молитва слепаго» (V, 6), посвященная воспоминанию исцеления Господом Иисусом Христом родившегося слепым человека.
В этом разделе были отобраны четыре хора из разных циклов, дающие наиболее глубокое представление о претворении литургических традиций свиридовской «Теодицеи». Богословский аспект сошествия Господа Иисуса Христа на землю связан с призывом о покаянии и очищении. Именно поэтому большинство хоров Спасителю написано на тексты Страстной Седмицы и подготовительных к Великому посту недель.
Композитор остается верен собственному стилю работы с каноническим первоисточником. В основном изменения касаются окончаний некоторых слов, повтора наиболее значимых для Свиридова фраз и отдельных слов. Лишь в хоре «Странное Рождество видевше» композитор из краткой молитвенной формулы создает форму хорового концерта с яркими контрастами и хоровыми приемами.
В большинстве случаев Свиридов использует смешанный хоровой состав. И только в «Молитве слепаго» применен нехарактерный для канонической традиции состав - соло тенора звучит на фоне пения остальных голосов закрытым ртом, что больше напоминает ариозо, нежели православное церковное песнопение.
Если в Богородичных хорах Свиридов избегает яркого всплеска эмоций, переводя развитие во внутренний план выражения, то Господские хоры напротив, отличаются смелостью в использовании хоровых красок. Здесь и восторженное, экстатичное семиголосие (хор «Неизреченное чудо»), и торжественное, колокольно-ликующее двоехорие («Странное Рождество видевше»), и необыкновенно проникновенное соло с хором («Молитва слепаго»). В ладовом отношении преобладают минорные хоры, как отражение молитвенной сосредоточенности, отрешенности от внешнего мира вещей, попытки увидеть все изъяны собственной души. Но минор Свиридова не трагичен, он окрашен глубоким чувством покаяния, веры в свет пресветлый.