УДК 94(47).05
Исторические науки и археология
Ленинградский государственный университет им. А. С. Пушкина bvn.1962@mail.ru
Предпосылки реформ в области артиллерии и инженерного искусства в начале XVIII в.
Бенда Владимир Николаевич, к.и.н., доцент
Аннотация
артиллерийский армия азовский обороноспособность
На основе синтеза архивных и других военно-исторических источников автор рассмотрел организацию артиллерийского и инженерного дела в русской армии в конце XVII - начале XVIII столетия. Существенное внимание в работе уделяется разбору причин неудач русской армии в Азовских походах и в сражении под Нарвой, которые послужили основанием для начала преобразований артиллерийского и инженерного дела и укрепления обороноспособности России в первой четверти XVIII в.
Ключевые слова и фразы: Петр I; конец XVII - начало XVIII в.; Азовские походы; артиллерийское и инженерное дело; бомбардирская рота; сражение под Нарвой.
Annotation
On the basis of the synthesis of archival and other military-historical sources the author considers the organization of artillery and engineering in the Russian army at the end of the XVII - the beginning of the XVIII century. Considerable attention is paid to the analysis of the causes of the Russian army failures in Azov campaigns and in the battle of Narva, which led to the beginning of artillery and engineering transformations and strengthening Russia's defence capacity in the first quarter of the XVIII century.
Key words and phrases: Peter I; end of the XVII - beginning of the XVIII century; Azov campaigns; artillery and engineering; bombardier's company; battle of Narva.
Одной из причин отставания России в социально-экономическом и военном развитии от западноевропейских стран в конце XVII в. была ограниченность российского государства в морских путях сношений с государствами Западной Европы. Крайне болезненно на экономическом и военном развитии России отражались утрата побережья Финского залива, отторгнутого Швецией, и отсутствие русских морских портов на черноморском побережье. У русского правительства было два пути решения этой проблемы: во-первых, приобретение выходов к Балтийскому морю, так как они обеспечивали наиболее удобный путь сообщения со странами Западной Европы, и, во-вторых, решение так называемого крымского и турецкого вопроса, без чего Россия не могла вести борьбу со Швецией за разрешение Балтийского вопроса. Вот эти две основные внешнеполитические задачи и необходимо было решить российскому государству на рубеже XVII-XVIII вв.
Нужно заметить, что для России главной задачей считалось приобретение выходов к Балтике, без которых она не могла полноценно развиваться. Выход же к Черному или Каспийскому морям не решал этой государственной задачи, т.к. ни Каспийское, ни Черное, ни Азовское моря не могли открыть России прямой выход в Европу. Только завоевание побережья Балтийского моря предоставляло российскому государству возможность установления связей с Западом без каких-либо посредников, а также способствовало укреплению военно-политического положения Росси в данной части Европы.
Несмотря на это, в конце XVII в. Россия предприняла попытку сначала решить турецкий и крымский вопрос. Это предопределялось следующими обстоятельствами.
К моменту полного сосредоточения власти в руках Петра I Россия со своими союзниками - Австрией и Польшей - находилась в состоянии войны с Турцией. Неудачные результаты Крымских походов подтолкнули союзников России к мирным переговорам с Турцией, при ведении которых ни Польша, ни Австрия никоим образом не учитывали интересы России. Россия в противостоянии с Турцией осталась одна. Петр I отчетливо осознавал значение Азова, завоевание которого давало российскому государству мощный козырь в войне с Турцией из-за Черного моря. Именно поэтому он и был выбран главной целью возобновившихся боевых действий России с Турцией и Крымским ханством.
Была и другая причина, из-за которой Петр Алексеевич решил первоначально сконцентрировать внимание на Азове. В Москве с основанием полагали, что ведение войны одновременно с двумя противниками является непосильным бременем для России. Момент возобновления войны России со Швецией определялся возможным поражением Оттоманской империи и ее вассала Крымского ханства в ходе войн (войны) России с ними или же, по крайней мере, достижением нейтралитета этих государств на время военного противостояния России и Швеции.
Следуя этому плану, Петр I, полагая, что боеготовность и боеспособность русской армии в конце XVII в. находились на необходимом уровне, предпринял попытку последовательного решения этих проблем.
В 1695-1696 гг. были осуществлены Азовские походы.
Не будем подробно останавливаться на анализе состояния российской армии того периода и на ходе боевых действий, тем более что уже ранее во многих работах фрагментарно, с разной степенью детализации и подробностей [4; 7-10; 21; 26; 31; 33; 34; 38] или же буквально несколькими строчками [22, с. 19; 24, с. 13; 39, с. 24-25] этот вопрос освещался.
Сосредоточим наше внимание на рассмотрении состава артиллерии, ее состояния в конце XVII в. и порядка её использования в ходе Азовских походов и в начале Северной войны.
Характеризуя общее состояние и состав русской артиллерии, развитие науки и техники, а также производства в области артиллерийского вооружения и боеприпасов в конце XVII в., отметим, что развитие отечественного литейного производства на протяжении XVI-XVII вв. способствовало значительному увеличению общего количества артиллерийских орудий. Например, в работе Н. Е. Брандербурга указано, что в середине XVII в. в России насчитывалось минимум 2730 орудий [13, с. 11]. Артиллерия активно применялась в ходе боевых действий, которые вела Россия в тот период.
Оценивая общее состояние артиллерии и ее тактико-технические характеристики того времени, следует заметить, что, конечно же, они были далеки от совершенства. Главной причиной этому служило то, что все, что касалось артиллерийского производства во второй половине XVII в., не основывалось на достижениях науки. На государственном уровне отсутствовала жесткая регламентация единых конструкторских особенностей тех или иных типов артиллерийских орудий. Каждый из мастеров литейно-пушечного производства при изготовлении артиллерийских орудий руководствовался собственным мнением и представлениями в определении длины, толщины, наружных очертаний, украшений для изготовляемых им изделий. Отсюда и всевозможные виды, наименования, размеры и калибры железных, чугунных и в большей степени медных орудий (пищалей - В. Б.).
Справедливости ради заметим, что в это же время состояние артиллерийского дела в Западной Европе представляется не в лучшем виде, чем в России. При конструировании и изготовлении артиллерийского вооружения там встречаются такой же произвол и хаотичность в калибрах, видах, конструктивных особенностях артиллерийских орудий, что и у российских.
Можно предположить, что по своим тактико-техническим возможностям русская артиллерия в XVII в. не уступала артиллерии Западной Европы и соответствовала уровню развития российской науки и техники, сложившемуся в области артиллерийского дела в конце XVII в. Более того, в некоторых вопросах применения новых технических и научных идей в развитии артиллерии Россия даже опережала Европу. Так, например, русским мастерам принадлежит идея заряжания артиллерийских орудий с казенной части, и в России первые образцы нарезных артиллерийских орудий появились в 1615 г., в то время как появление артиллерийских орудий подобного типа в Западной Европе произошло не ранее конца XVII в. [Там же, с. 14]. Более того, если в некоторых случаях русское артиллерийское искусство развивалось за счет собственного ума отечественных изобретателей и техников, то в других случаях они не чурались заимствовать у западных мастеров какие-либо передовые технические идеи в области конструирования и производства артиллерийских орудий. Это проявлялось в изготовлении и принятии на вооружение русской артиллерии некоторых западных образцов артиллерийских орудий, а также в выписке из-за границы различных предметов артиллерийского снаряжения и полных комплектов артиллерийских систем для ознакомления с ними. Идея организации полковой артиллерии в русской армии заимствована у шведского короля Густава II Адольфа, который принял на вооружение своей армии полковые пушки 3- и 4-фунтового калибра (соответствовали современным артиллерийским калибрам примерно 76 мм и 88 мм - В. Б.). В XVII в. на вооружении стрелецких и солдатских полков в каждом из них имелось от 6-ти до 8-ми пищалей. Кстати, Н. Е. Брандербург предполагает, что полковая артиллерия в русской армии появилась еще в XVI в., т.к. термин «пищаль или полковая пушка» нередко уже встречался в документах того периода [Там же, с. 16]. Кроме этой полковой артиллерии при так называемом «Разрядном шатре» состояло около 10-ти орудий 6- и 8-фунтового калибра. Все это называлось «большим полковым нарядом» [29, с. 10].
В других наших работах мы уже отмечали тот факт, что к концу XVII в. русская артиллерия прошла уже длинный и знатный путь развития и достигла довольно высокого уровня. Например, в сплавах, используемых для отливки артиллерийских орудий, в соответствующих пропорциях использовались медь, олово и латунь. Заметим, что отливка артиллерийских орудий велась уже с готовым каналом. При стрельбе из гаубиц вместо бросания камней стали использовать картечь. Улучшение артиллерийского вооружения и техники способствовало ускорению процесса организации артиллерии как рода войск. Совершенствование форм и способов боевого использования артиллерии способствовало увеличению огневой мощи артиллерии и усилению разрушительного действия ее огня [5, с. 13]. Оснащенность русских войск артиллерией значительно повысилась. Если максимальное количество орудий в войске в XVI в. (при взятии Казани) было около 150-ти, то под Смоленск в 1633 г. было направлено 256 пушек и пищалей, а в походе 1679 г. участвовало до 400-т осадных и полковых орудий [6, с. 50].
Для производства оружия в XVII в. характерно постепенное вытеснение железных орудий, изготовленных путем ковки, орудиями, вылитыми из меди и чугуна. Литье пушек удешевляло продукцию, сокращало время, нужное для их производства, и требовало большого числа квалифицированной рабочей силы. К концу XVII в. производство железных орудий прекратилось почти полностью. В России меднолитейное производство в XVII в. не получило широких размеров из-за отсутствия собственного сырья. Тем большее значение имело внедрение чугуна в производство пушечных ядер, а затем и орудий, чему способствовало появление в Русском государстве с 30-х годов XVII столетия чугунолитейных заводов. Применение чугуна в пушечном производстве позволило шире использовать порох. С середины XVII в. в числе орудийных снарядов появились пушечные гранаты. В 1668-1673 гг. правительство получило лишь с одних тульских заводов более 25 тыс. пушечных гранат. Иноземные послы, присутствовавшие на одном из смотров гранатной стрельбы в 1673 г., единодушно заявили, что таких больших гранат они никогда не видели [25, с. 452]. Все улучшения в вооружении русского войска были результатом достижений в промышленном производстве.
Артиллерия являлась одной из важных составных частей русской армии, но, по сути, еще не стала отдельным родом войск и далее продолжала хранить основные черты стародавнего ремесленного цехового устройства. Ее личный состав - пушкари, затинщики («затинщики при пищалях» обслуживали малокалиберные орудия, стрелявшие пулями. Во время стрельбы они находились за оборонительной оградой - «тыном» - В. Б.), воротники («воротники» обслуживали и охраняли городские ворота - В. Б.) - составляли своеобразное замкнутое сословие, в котором сохранялась наследственность при передаче прав и обязанностей от отца к сыну. Как правило, они проживали в Москве компактно в специальной Пушкарской слободе. Принимали в свой состав новых членов только после поручительства (или рекомендации - В. Б.) за них коголибо из своих старых товарищей. Вот, например, одно из таких поручительств, которое всегда было письменным и называлось «поручной записью»: «…служить Государеву пушкарскую службу всякую, походную и посылочную, и с Государевой службы не сбежать ни в Крым, ни в Литву, ни в Немцы, ни красть, ни играть, ни с ворами не знаться, ни над Государевой казной хитрости ни в чем не учинить» [13, с. 19].
Неся службу при орудиях и у городских ворот, пушкари привлекались к выполнению других работ и обязанностей. Так, например, они развозили порох, выполняли обязанности писарей в съезжих избах, также занимались другими различными делами, не связанными с обслуживанием артиллерии.
Непосредственное отношение к боевому обслуживанию артиллерии имели пушкари и затинщики. Кроме них в штате ведомства артиллерии числились разного рода работники «различных художеств», среди которых были мастера и подмастерья: пушечные, кузнечные, векошные, колокольные, плавильные, паникадильные, токарные, оружейного дела, меховые, шорные, пороховые, селитряные, котельные. К ним также принадлежали плотники, литцы, чертежники, паяльщики, станочники, резчики, столяры, плотники, печники, колодезники, плотильщики, фитильные варельщики, бочкари и др. В документах Архива Военноисторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи (Архив ВИМАИВ и ВС) имеется много перечневых ведомостей мастеровых людей пушкарского приказа, в которых указана величина годового жалования, получаемого ими [3, д. 32, л. 592-609; 12, с. 208, 450-453].
Система военного управления России находилась в ведении верховной власти. Главное военное управление было рассредоточено между многими приказами. Из-за недостатков в военном управлении правительство в начале 80-х годов попыталось сосредоточить все военное дело в таких важнейших приказах как Разрядный, Рейтарский и Стрелецкий, но эти меры носили незавершенный и ограниченный характер, и, как следствие, единства в центральном военном управлении не было до начала XVIII в. Военным делом на местах ведали съезжие, разрядные, стрелецкие и казачьи приказные избы [28, с. 283-285; 30, л. 126-128].
Ведомство артиллерии, которое именовалось до 1701 г. Пушкарским приказом (до 1627 г. «пушкарский приказ» именовался «пушечным приказом» - В. Б. [1, с. 379]), который с 26 мая 1701 г. стал именоваться «Приказом артиллерии» [18, с. 46] (здесь и далее полужирный курсив наш - В. Б.), по своей деятельности и многообразию функций было весьма сложным военным и административно-хозяйственным организмом. Перед приказом часто вставали сложные технические проблемы, решение которых требовало особых, специальных знаний, основывающихся на данных науки и, конечно, высококвалифицированного руководства. А между тем, во главе Пушкарского приказа стояли люди, которые ничего общего с артиллерийским делом не имели и занимали этот высокий пост в силу местничества, по родовому признаку. Например, среди лиц, начальствовавших Пушкарским приказом с 1611 по 1694 гг., были знатные боярские фамилии, такие как: