Воображение ассоциируется с фантазиями, грезами и удовольствием. Но, мы видим, что интенсивное воображение неприятно. Если человек находит причину поддерживать эту интенсивность, то может достичь предела этого поиска, дальше которого двигаться в том же направлении нельзя. В этой точке воображение «накалено добела», а организм испытывает исключительно негативные эффекты этого процесса, и поэтому начинает сопротивляться. Здесь бездна начинает смотреть в тебя, потому что ты слишком долго смотрел в нее, а рациональность уступает биологическим потребностям.
В данной статье мы говорим о метафизике как актуализации этого механизма. Но вместе с тем, этот путь есть чистое творчество, которое приводит человека к пределу, в котором и достигает своего пика - это апофеоз способности воображения - творческий максимум.
Хайдеггер понимал, что творчество, страх и потребность в ответах тесно связаны: «Ужас, сопутствующий дерзанию, не требует никакого противополагания себя ни радости, ни уютному самодовольству мирных занятий. Он состоит - по сю сторону подобных противоположений - в тайном союзе с окрыленностью и смирением творческой тоски» [14, с. 34].
И не важно, насколько рационален человек. Не имеет значения, насколько холоден его рассудок. Если он способен поставить вопрос о своих основаниях и ответ является для него абсолютной ценностью, то поиск ответа приведет к крайне неприятным переживаниями. А затем к созданию метафизической ценности, то есть изощренного самообмана, который позволит отказаться от бессмысленной с точки зрения биологии игры сознания.
Как метафору интенсивной работы воображения можно использовать образ кипящего котла. Чем сильнее работает моделирующая функция сознания, тем сильнее кипение. Когда достигнута максимальная точка кипения, расплавленное содержимое заливается в готовую форму понятий и создается фигурка. Это изделие может иметь разные формы и названия: бытие, сверхчеловек, абсолютный дух и т. д. Этот процесс является метафорой создания метафизической системы. Кипение вещества-сознания поддерживается необходимостью поиска ответов на вопросы, которых сознание не может избежать. Значит, метафизика будет существовать до тех пор, пока у человека есть вопросы, заставляющие сознание «кипеть». И закончится она тогда, когда исчезнут ценности, влекущие за собой потребность задавать вопросы и раскалять воображение. Существование таких ценностей - основное условие возможности метафизики. Метафизика закончится не со смертью бога и даже не со смертью субъекта, но с исчезновением ценностей, заставляющих сознание «кипеть».
Результатом разворачивания метафизики становится то, что мы назвали «творческим максимумом» - это состояние, при котором отрицательные эмоции, вызванные интенсивной работой моделирующего сознания, достигают предела. Достижение субъектом этой границы влечет за собой создание спекулятивной системы, что связано с поиском удовлетворяющих человека оснований. Иначе говоря, метафизика может быть определена как поиск рациональных оснований для субъективных переживаний, вызванных усиленной работой сознания.
Если воображение - это основание творчества, то оно и основание искусства. Разумеется, искусство можно определять по-разному. Например, Рамачандран рассматривает искусство с точки зрения психофизиологии [10, с. 50-71]. Согласно Рамачандрану, искусство усиливает некоторый образ. Например, скульптура богини Паравати имеет нарочито усиленный образ женщины: у нее широкие бедра, большая грудь и узкая талия. Эта фигура неправильна с точи зрения анатомии, но при этом она настолько усиливает образ, что воспринимается как эталон женственности. Подобное усиление Рамачандран называет искусством. Основание искусства можно искать и в потребности коммуникации, или в потребности демонстрации социального положения, или в политическом протесте. Произведением искусства можно назвать то, что специалист в теории искусства назовет искусством. А можно назвать то, что вызывает эмоцию.
Но если определять искусство через основание творчества, то есть через способность человека создавать в сознании новый продукт, то в этом случае метафизика - это искусство в его ультимативной форме, потому что именно в процессе разворачивания метафизики основание творчества, то есть воображение, достигает своего максимума.
В этом случае примерами абсолютного творчества, актуализацией сущности искусства являются не столько картины и скульптуры великих мастеров прошлого и настоящего, сколько толстые и обычно скучные книги по философии, которые создавались по следам, оставленным сознанием на самом себе, когда оно находилось в точке творческого максимума. Если бы не было состояния, вызванного чрезмерным усилием сознания, то не было бы философии и ценностей, которые суть результат попытки организма прекратить страдания, а были бы лишь наука и суррогат настоящего искусства, вызванный к жизни приятной, но пресной мечтательностью или, что еще хуже, чистой физиологией.
Трудная проблема сознания
В этой статье мы хотели продемонстрировать на близких философам примерах простую, но обычно недостаточно актуализированную в их исследовательской работе мысль: наше мышление не является свободным и независимым в своем существовании процессом, но тесно связано с биологическими механизмами. Вопрос в том, насколько это связь тесна, и можно ли говорить об абсолютной детерминированности нашего мышления биологией.
На наш взгляд, любопытным является приведенный пример механизма интенсивной работы моделирующей функции сознания. Было указано, что при наличии существенных оснований процесс моделирования может протекать крайне интенсивно вопреки биологической потребности организма снизить или свести к минимуму интенсивность этого процесса. Представляется важным именно то, что этот механизм запускается и развивается вопреки биологическим потребностям организма.
Трудная проблема сознания - это вопрос о причинах и способе существования субъективных переживаний [18]. Сегодня мы вынуждены констатировать, что не знаем, зачем вообще нам нужно сознание, если подавляющее число исследованных процессов происходит без участия сознания и лишь сопровождается им. Нет никаких сколь-либо общепринятых представлений и о том, как сознание возможно в мире исключительно физических взаимодействий. Важно отдавать себе отчет в том, что проблема взаимодействия ментального и физического пока решена быть не может. Это значит, что любая попытка указать на функцию сознания является принципиально спекулятивной. Однако мы можем попытаться найти функцию сознания по тому возмущению, которое оно оказывает на наше поведение. Это напоминает поиск астрономами черных дыр, которые обнаруживаются благодаря их влиянию на соседние объекты.
Одной из наиболее вероятных функций сознания является способность человека моделировать действие или ситуацию в сознании, то есть воображение. Деннет предлагает эксперимент: «Пожалуйста, представьте себе, достаточно детально, человека в белом халате, который взбирается вверх по веревке, держа в зубах красное пластмассовое ведро. Вам будет несложно это представить» [4, с. 161]. Человек обладает способностью моделировать ситуацию, которая непосредственно не связана с актуальным настоящим. Деннет продолжает свой эксперимент: «Может ли шимпанзе выполнить такое же мысленное задание? Не знаю». Бергсон по этому поводу также высказывает сомнения: «Чтобы вызвать прошлое в форме образа, надо иметь способность отвлекаться от настоящего действия, надо уметь придавать цену бесполезному, нужна воля к грезам. Возможно, что один только человек способен к усилию этого рода» [1, с. 247]. Воображение - это способность создавать модель из субъективного материала, которая не связана с актуальной ситуацией. Этой способности у животных может не быть.
Кант советовал ложиться спать раньше, чтобы не попасть под действие воображения: «Воображение грезит в том, кто работает в тишине ночи, или ведет спор со своим воображаемым противником, или строит воздушные замки, шагая в своей комнате. Однако с течением времени человек чувствует от этой дурной привычки ослабление своих душевных сил» [6, с. 948], - еще одно указание на негативное следствие воображения. Человек может ходить по комнате и реагировать на воздушные замки, построенные им из квалитативного материала. Способно ли демонстрировать подобное поведение животное? А «философский зомби» из известного мысленного эксперимента? Может ли зомби мечтать?
У моделируемой ситуации всегда есть переживаемый субъективно результат. Но если мы чувствуем, например, удовольствие от воображаемой ситуации, то должны ясно понимать, что причиной удовольствия является биохимическая реакция в мозге. Вопрос в том, что послужило причиной этой реакции, если в актуальной ситуации очевидных причин для нее нет? И может ли воображение вступать в конфликт с организмом, заставляя его делать то, что ему не выгодно, то есть существовать по небиологическим принципам? Можно ли описать реакцию на моделируемую ситуацию на языке биологических потребностей и эволюционной целесообразности, не прибегая к идее функциональной состоятельности сознания?
В данном тексте нас интересовали механизм интенсивной работы воображения, его причины и следствия. На наш взгляд наиболее любопытным является то, что этот механизм запускается без очевидных биологически оправданных причин и приводит к негативным для организма следствиям. Возможно, этот механизм является примером актуализации сознания. А это значит, что, двигаясь в направлении, которое задает исследование этого механизма, мы получаем шанс найти важные элементы головоломки, которой является природа субъективного опыта, а также варианты решения трудной проблемы сознания.
Несмотря на то, что указанная проблема и ее возможные решения находятся, прежде всего, в пространстве строгой когнитивистики, которая предельно далека от спекулятивных построений, мы в этой статье попытались продемонстрировать механизм интенсивной работы моделирующей функции сознания как раз на примере создания спекулятивной системы. Мы хотели показать, что метафизика является результатом интенсивной работы сознания, которая совершается, если перед субъектом возникают неразрешимые противоречия, решение которых становится для него абсолютной потребностью, которая выходит за рамки актуальных биологических потребностей. Это движение сознания влечет за собой негативное эмоциональное состояние. Раздражение себя воображением в попытке найти основания себя, помноженное на невозможность остановиться, с необходимостью приводит к состоянию, которое Ницше поэтично назвал «божественным страданием», а мы - творческим максимумом - это плата за максимальное использование сущностной черты человека. То есть, человек, который возвел свою человечность в абсолют, будет стоять на вершине «бесплодной скалы» и играть в гляделки с бездной.
В заключение заметим, что классическая идея о связи сознания и воображения не потеряла своей актуальности: где-то здесь прячутся ответы на наши самые важные вопросы.
Но вопрос остается: почему все-таки не все дети думают о бесконечной Вселенной?
Библиография
1. Бергсон А. Два вида памяти // Психология памяти. М.: АСТ: Астрель. 2008. С. 247.
2. Васильев В.В. Неизвестный Юм // Вопросы философии. 2014. №1. С. 127-139
3. Гиппенрейтер Ю.Б. Введение в общую психологию: курс лекций. М.: АСТ, 2016. С. 77.
4. Делёз Ж., Гваттари Ф. Что такое философия? / Спб.: Алетейя, 1998. С. 18.
5. Деннет Д. Виды психики: На пути к пониманию сознания. - М.: Идея-Пресс, 2004. С. 161.
6. Кант И. Антропология с прагматической точки зрения // Кант И. Критика чистого разума; [пер. с нем., предисл. И. Евлампиева]. - М.: Эксмо; СПб.: Мидгард, 2007. С. 948.
7. Кант И. Критика чистого разума // Кант И. Критика чистого разума; [пер. с нем., предисл. И. Евлампиева]. - М.: Эксмо; СПб.: Мидгард, 2007. С. 27.
8. Мамардашвили М. Как я понимаю философию // Вестник высшей школы. 1989. № 2. С. 80-87.
9. Ницше Ф. Так говорил Заратустра. Спб.: Азбука-классика. 2008. С. 137-217.
10. Рамачандран В. Рождение разума. Загадки нашего сознания. - М.: ЗАО «Олимп - Бизнес», 2006. С. 50-71
11. Савельев С.В. Изменчивость и гениальность. -- М.: ВЕДИ, 2012. С. 25.
12. Савельев С.В. Структурно-морфологические основы когнитивных способностей // Когнитивные исследования: Проблема развития. № 3, М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2009. С. 179.
13. Хайдеггер М. Кто такой Заратустра у Ницше // Топос. 2000. №1. С. 50-65.
14. Хайдеггер М. Что такое метафизика? // Время и бытие: Статьи и выступления. - СПб.: Наука, 2007. С. 34.
15. Эдмонс Д., Айдиноу Д. Кочерга Витгенштейна. М.: НЛО. 2004. С. 27.
16. Юм Д. Трактат о человеческой природе / Юм Д. Трактат о человеческой природе. М. - «Попурри», 1998. С. 308-326.
17. Ясперс К. Философская вера / Ясперс К. Смысл и назначение истории. М.: Политиздат, 1991. С. 501.
18. Chalmers, D. J. Facing Up to the Problem of Consciousness, in Shear.J., (ed.), Explaining Consciousness - The Hard Problem. The MIT Press, Cambridge, Massachusetts, 1997. PP. 9-29.
Аннотация
В статье рассматривается процесс создания метафизической системы в контексте влияния идеального объекта на поведение человека. Автор сосредотачивает внимание на том, что основным элементом создания спекулятивной системы является моделирующая функция сознания, то есть воображение. В тексте исследуется механизм интенсивной работы воображения, причины и следствия его функционирования, а также возможная связь реакции на представляемый объект с "трудной проблемой сознания" и проблемой влияния субъективных переживаний на поведение человека. Продемонстрирован механизм интенсивной работы моделирующей функции сознания на примере создания спекулятивной системы. На примере текстов Ницше и Юма показано, что метафизика является результатом интенсивной работы моделирующей функции в условиях появления неразрешимых противоречий. Выводом является представление о том, что механизм интенсивной работы воображения запускается без очевидных биологически оправданных причин и приводит к негативным для организма следствиям. Возможно, этот механизм является примером актуализации сознания. Двигаясь в направлении, которое задает исследование этого механизма, мы получаем возможность обнаружить важные элементы головоломки, которой является природа субъективного опыта, а также варианты решения "трудной проблемы сознания".