ПОНЯТИЕ «СЕРОЙ ЗОНЫ» И ПРОБЛЕМЫ ЕЕ ОТРАЖЕНИЯ В МЕХАНИЗМЕ ПРАВОВОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ МЕЖДУНАРОДНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ (ПО МАТЕРИАЛАМ «БЕЛОЙ КНИГИ» КОМАНДОВАНИЯ СПЕЦИАЛЬНЫХ ОПЕРАЦИЙ США, 2016 Г.)
Старцун Виктор Николаевич
доктор юридических наук, профессор
Институт государства и права
Российской академии наук,
Балканов Илья Владимирович
кандидат филологических наук
Военный университет
Министерства обороны Российской Федерации
В статье приводится анализ взглядов ученых США на понятие «серой зоны», охватывающее функциональные области политического и правового регулирования применения силы в диапазоне между войной и миром, исследуется американское видение проблем, связанных с данным феноменом.
Неоднозначность статей? Устава ООН и меняющаяся сущность угроз международному правопорядку привели к образованию так называемой серои? зоны в правовом регулировании применения силы в международных отношениях. Данная зона достаточно четко демонстрирует расхождение между «идеальными» положениями Устава ООН и практикои? его применения, т. е. «правомерным» и «неправомерным» обращением к силе [2; 3]. Упреждающие и превентивные, но различающиеся по объекту действия, о которых с использованием сходных терминов международного права говорят в своих публичных выступлениях политические деятели, очевидно, находятся в той зоне действия международного права, которая требует особо тонкого толкования и применения в ходе деятельности по защите национальных интересов.
Однако проблемы безопасности, которые возникают в «серой зоне», существующей между традиционным состоянием войны и мира, представляют собой современные вызовы внешней политике не только в США, но и в других развитых странах, возлагающих на себя ответственность за обеспечение международного мира и безопасности.
В настоящее время выработаны глоссарии, доктрины и ментальные модели, позволяющие описать войну и мир, в то время как многочисленные проблемы «серой зоны» практически не имеют никакой категоризации и правового оформления.
Наиболее проработанным является понятие «серой зоны», которое содержится в доктринальных документах военной направленности США. Так, в «Белой книге» командования специальных операций США проблемы «серой зоны» определяются как конкурентные взаимодействия между государственными и негосударственными субъектами и внутри этих субъектов, которые осуществляются между традиционными состояниями войны и мира [4]. Они характеризуются неоднозначностью относительно природы конфликта, непрозрачностью состава и структуры вовлеченных сторон и неопределенностью проводимой в их отношении политики и применяемой нормативноправовой базы.
Таким образом, проблемы «серой зоны» можно понимать как объединение проблем различных конфликтов, обладающих общими характеристиками. Однако это не предполагает единого рецепта их решения, так как каждая проблемная ситуация содержит уникальный набор действующих лиц и характеристик. В целом, по мнению американских экспертов, следует рассматривать проблемы «серой зоны» на уровне, стоящем над ситуацией нормального повседневного геополитического соперничества мирного времени, считать их зависящими от конкретного восприятия и неоднозначными по своей природе.
В основу подходов к пониманию проблем международной безопасности, сформулированных в доктринальных документах ведущих мировых держав, заложены прежде всего национальные интересы. В процессе их реализации возникают многочисленные обстоятельства, значительная часть из которых подпадают под определение «проблемы серой зоны». При этом ряд названных проблем не связаны с действиями развитых стран и не требуют вмешательства с их стороны (к примеру, гражданские конфликты в Африке). Необходимо отметить, что понимание проблематики «серой зоны» учеными и разработчиками доктринальных документов в первую очередь сосредоточено на тех проблемах, которые непосредственно затрагивают интересы в области национальной безопасности и являются в настоящее время наиболее актуальными. Для США, например, в качестве таковых проблем называются действия России в восточной части Украины и активизация ДАИШ (ИГИЛ).
В современных международных актах часто отмечается, что правительства могут улучшить свою способность эффективно работать в находящейся между войной и миром «серой зоне» путем изменения своих интеллектуальных, организационных и институциональных моделей, так как обычное военное превосходство и статус ведущих государств нередко способствуют не решению проблем, а подталкиванию враждующих сторон к противостоянию с целью свести на нет военное преимущество неприятеля. Констатируется, что современное международное право хотя и содержит инструменты, которые дают определенные преимущества при работе в «серой зоне», однако пришло время «научиться думать и действовать подругому».
Следует отметить, что «серая зона» не является чемто новым. В прошлом для описания этого явления использовались такие понятия, как «нерегулярная война», «конфликт низкой интенсивности», «асимметричная война», «военная операция, проводимая вне условий войны», «малая война». Президент Кеннеди говорил о «серой зоне» еще во время своего обращения к выпускникам ВестПойнта 6 июня 1962 г.: «Это просто еще один тип войны - новый по своей интенсивности, но старый по своему происхождению - война, которую ведут партизаны, диверсанты, повстанцы, убийцы; война из засады, а не на поле боя; инфильтрация, а не агрессия; война, когда победа достигается тем, что вы подрываете силы врага и изнуряете его, а не сходитесь с ним в открытом бою» [1].
Обширные инвестиции в технологии и уникальный опыт ведения боевых действий в сочетании с возможностями новых систем вооружения создали ситуацию обычного военного господства США и других развитых стран, с которой мир не сталкивался со времен Римской империи. Тем не менее, это утверждение справедливо только для конфликтов типа «государство против государства», которые характеризуются преобладанием традиционных вооруженных сил, сражающихся друг с другом за превосходство на поле боя. История показывает, что такое понимание войны является точным лишь в некоторых исключительных обстоятельствах.
Так, рассматривая последние 100 лет военной истории Америки, можно отметить, что на протяжении ХХ в. численность регулярных вооруженных сил США колебалась от нескольких сотен тысяч в начале 1900х гг. до пикового значения в 11 миллионов во время Второй мировой войны и затем постепенно снижалась до своего современного состояния в 1,4 миллиона человек. В течение прошлого столетия произошло всего пять военных конфликтов с участием США, соответствующих традиционному понятию «война»: это Первая и Вторая мировые войны, войны в Корее, Вьетнаме и операция «Буря в пустыне». В данных конфликтах участвовало большое количество военнослужащих, противостоящих друг другу от имени своих государств в открытом бою. В то же время в ХХ в. имели место около 57 случаев проведения Соединенными Штатами военных операций за рубежом. Точное количество указанных операций может варьироваться в зависимости от критериев, используемых для определения понятия «военная операция за рубежом», но в целом все эти случаи дают общее представление о проблемах «серой зоны», связанных с операциями, проводимыми без официального объявления войны, но достаточно важными для того, чтобы задействовать в них американских военнослужащих.
Таким образом, исходя из вышесказанного, традиционную войну можно назвать доминирующей парадигмой ведения войны, а «серую зону» - ее нормой.
Последний раз США официально объявляли войну более 70 лет назад - 5 июня 1942 г. (в этот день президент Рузвельт подписал постановление об официальном объявлении войны Болгарии, Венгрии и Румынии). Однако можно насчитать десятки случаев, когда американские военные осуществляли развертывание или участвовали в боевых действиях на территориях других стран в ситуациях возможного объявления войны. Например, в 1965-1966 гг. более 40 000 американских военнослужащих приняли участие в длившейся четырнадцать месяцев оккупации Доминиканской республики, чтобы предотвратить ее «переход к коммунизму». Об этом вторжении редко вспоминают, когда речь идет о военных операциях, проведенных одной из самых мощных армий мира, хотя именно такой тип военных действий намного более характерен для США, чем традиционный крупномасштабный вооруженный конфликт: на каждую традиционную войну приходятся десятки случаев военных операций, проведенных американцами в «серой зоне».
По мнению специалистов, ключевым фактором, определяющим переход из «белой зоны» (мирное время) к «серой зоне», является определенный уровень агрессии. Безусловно, государства чаще всего стремятся решать конфликтные ситуации дипломатическим путем, однако всегда оставляют за собой право предпринимать военные меры для защиты своих национальных интересов и применяют воинские формирования порой вопреки мнению мирового сообщества и давлению с его стороны.
«Мы принимаем законы, проводим политику и создаем органы и механизмы для урегулирования разногласий путем переговоров в мирное время, так как государства получают наибольшую выгоду от упорядоченности мирового порядка, в котором все стороны играют по известным правилам», - комментируется в литературе [2].
На практике США предпринимают настойчивые попытки трансформировать систему международных отношений, сложившуюся после окончания Второй мировой войны, в целях реализации своих глобалистских интересов. Ряд государственных и негосударственных субъектов активно выступают против такого международного порядка, созданного американцами, но при этом многие из них предпринимают действия, которые не отвечают общепризнанным критериям традиционной войны. Иными словами, в настоящее время есть понимание того, что представляют собой состояния войны и мира и как необходимо действовать в данных состояниях, однако между этими ясными и понятными полюсами возник целый ряд конфликтов, на которые нужно эффективно реагировать.
Еще одной важной характеристикой «серой зоны» следует считать ее зависимость от той или иной точки зрения. К примеру, США, Россия и Украина поразному понимают конфликт на востоке Украины. С точки зрения США ситуация находится ближе к «белой зоне» и здесь, по мнению американцев, целесообразнее действовать с помощью экономических санкций и дипломатического давления. Позицию России иностранные ученые видят как более близкую к «черной зоне» (ситуации войны в традиционном понимании этого понятия). Украина рассматривает указанную ситуацию как прямую угрозу своему суверенитету, чем оправдывает национальную мобилизацию - действие, которое по своей природе относится исключительно к «черной зоне».
Очевидно, что данная характеристика подводит к следующему выводу: правильная оценка точек зрения разных сторон, интересы которых пересекаются в «серой зоне», имеет решающее значение для понимания уровня обязательств каждой из них и того, как далеко та или иная сторона готова зайти для достижения своих целей.
И, наконец, еще одной характеристикой «серой зоны» следует считать неопределенность относительно характера конфликта, участвующих в нем сторон, проводимой политики и применяемой нормативно-правовой базы. По своему определению, «серая зона» является чем-то неоднозначным и непрозрачным, и эта непрозрачность - результат как устоявшихся организационных принципов, так и целенаправленных действий противников. Определенные проблемы возникают в тот момент, когда порядок их решения не вписывается в традиционные модели. Так, например, западными политиками отмечается, что «ни одна организация в правительстве не имеет определенного алгоритма для работы в “серой зоне”, поэтому неудивительно, что нашим действиям не хватает как единства усилий, так и единоначалия». Как правило, противники часто хорошо осведомлены о недостатках работы государственных структур в «серой зоне» и целенаправленно действуют для того, чтобы максимизировать неопределенность той или иной ситуации. В качестве примера таких действий западными источниками приводится факт отправки Россией оборудования и людей для помощи «сепаратистам» в Украине, который, по мнению западных журналистов, «широко известен и подтверждается многочисленными документами, но официальные опровержения со стороны российского правительства создают степень неопределенности, достаточную для того, чтобы притупить ответную реакцию западных стран» [2; 3].
Конкретные методы создания неопределенности варьируются в зависимости от ситуации, но даже в эпоху глобализации информационного пространства противники могут эффективно использовать двусмысленность и неопределенность ситуации для того, чтобы уклониться от ответственности за свои действия.
В настоящее время международный порядок в значительной степени определяется Вестфальской системой, направленной на защиту прав человека, свободной рыночной экономики, государственного суверенитета, законно избранного правительства и права на самоопределение. Однако негосударственные и протогосударственные организации, такие как Аль-Каида и ИГИЛ, имеют необходимое количество ресурсов и объединяют достаточное количество ранее разрозненных лиц, чтобы представлять угрозу, которую нельзя игнорировать.
Возлагая на себя статус мировых лидеров, ведущие державы констатируют неизбежность ситуаций, для преодоления которых придется постоянно решать многочисленные проблемы «серой зоны». Как отмечалось, национальные интересы США в области безопасности распространяются по всему миру, где существует множество государств-изгоев и различных негосударственных субъектов, которые, по крайней мере, частично, находятся в оппозиции к традиционным западным ценностям. Так, США допускают возможность выборочно уклониться от решения некоторых проблем «серой зоны», но не предполагают игнорировать все указанные проблемы. Например, размах террористической атаки, совершенной Аль-Каидой 11 сентября 2001 г., поставил правительство США в ситуацию, в которой оно обязано было дать жесткий и решительный отпор терроризму. В то же время действия террористической группировки Джемаа Исламия в Юго-Восточной Азии не угрожают национальным интересам США напрямую, а следовательно, не требуют особого внимания со стороны правительства США.