Поездка подьячего Никиты Алексеева в Швецию и Данию в 1682 г.
The trip of pod'iachy Nikita Alexeyev to Sweden and Denmark in 1682
Глеб Казаков
Gleb Kazakov
(Albert Ludwig University of Freiburg,
Freiburg im Breisgau, Baden-Wtirttemberg, Germany)
Дипломатическая документация русских послов XVI--XVII вв. -- прежде всего посольские списки и книги -- является важным источником по истории России Раннего Нового времени. Хорошо сохранившиеся документы из архива Посольского приказа предоставляют исследователю ценные сведения не только о внешней политике Московского государства, но и о культурной практике и церемониале дипломатических переговоров, а также об информационной политике московского правительства. Многочисленные гонцы и посланники выступали зачастую как важные информаторы и собиратели новостей, а их отписки из- за рубежа и составленные после возвращения в Россию обстоятельные доклады (статейные списки) содержали «дайджест» наиболее важных собранных внешнеполитических вестей© 2018 г. Г.М. Казаков О внешнеполитических новостях в составе посольских списков см. подробнее работы: Алпа-тов М.А. Что знал Посольский приказ о Западной Европе во второй половине XVII в.? // История и историки. Историография всеобщей истории. Сборник статей. М., 1966. С. 89--129; Рогожин Н.М. Дела посольские // «Око всей великой России». Об истории русской дипломатической службы XVI-- XVII веков / Под ред. Е.В. Чистяковой, сост. Н.М. Рогожин. М., 1989. С. 34--53. Автор выражает благодарность за ценные комментарии С.М. Шамину, В.Е. Борисову и А.В. Топычканову.. Можно с уверенностью сказать, что отчёты послов служили для московского правительства, наряду с переводами иностранной прессы О переводах иностранных газет (курантах) в Посольском приказе в XVII в. см.: Шамин С.М. Куранты XVII столетия. Европейская пресса в России и возникновение русской периодической пе-чати. М.; СПб., 2011., основным источником информации об окружающем мире.
Однако лишь малая часть посольской документации издана, и далеко не все посольские списки и книги обстоятельно изучены историками. В начатой в XIX в. серии публикаций «Сношения России с державами иностранными» изданы лишь документы по дипломатическим отношениям России с Австрией, Ватиканом и итальянскими государствами Памятники дипломатических сношений древней России с державами иностранными. СПб., 1851-1871 (далее - ПДСДР).. В XX в. были опубликованы наиболее любопытные статейные списки послов, изданы отдельные посольские книги О статейных списках московских послов в Европу в XVII в. см.: Путешествия русских по-слов XVI--XVII вв. Статейные списки. М.; Л., 1954; Рогинский З.И. Поездка гонца Герасима Се-мёновича Дохтурова в Англию в 1645--1646 гг. Ярославль, 1959; Казакова Н.А. А.А. Виниус и ста-тейный список его посольства в Англию, Францию и Испанию в 1672--1674 гг. // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы РАН (Пушкинский Дом). Т. 39. Л., 1985.
С. 348--364. Примеры издания посольских книг: Посольская книга по связям России с Англией, 1614--1617 гг. / Под ред. Н.М. Рогожина, сост. Д.В. Лисейцев. М., 2006; Россия и Пруссия в середи-не XVII века. Т. 1. Посольская книга по связям России с Бранденбургско-Прусским государством, 1649--1671 гг. / Сост. П.И. Прудовский. М., 2013..
Вместе с тем вниманием были обделены сношения России со Швецией, несмотря на весьма тесные дипломатические контакты между этими странами на протяжении XVII в. О дипломатических отношениях России и Швеции во второй половине XVII в. см.: Zemack К. Studien zu den schwedisch-mssisclien Beziehungen in der 2. Halfte des 17. Jahrhunderts. Teil I: die diplomatischen Beziehungen zwischen Schwedenund Moskau von 1675 bis 1689. GieBen, 1958; Кобзарева Е.И. Россия и Швеция в системе международных отношений в 1672--1681 гг. М., 2017. Часть диплома-тических документов по русско-шведским отношениям издана: Русско-шведские экономические отношения в XVII веке. Сборник документов. М.; Л., 1960; Экономические связи между Россией и Швецией в XVII веке. М.; Стокгольм, 1978.
В данной статье анализируются сведения, собранные подьячим Посольского приказа Никитой Алексеевым во время его поездки в Швецию и Данию в 1682 г. О биографии Алексеева известно не так уж и много. Он начал посольскую службу в 1666 г., а в 1673 г. его взяли штат Посольского приказа, в 1674 г. тайно отправили в Краков для получения сведений о коронации Яна Собеского. В 1675/76 г. он ездил с грамотой к персидскому шаху, в 1680 г. -- в Польшу. В 1683--1684 гг. Алексеев участвовал в размежевании русско-польской границы. В 1685 г. он был отправлен с грамотами к турецкому султану и константинопольскому патриарху, был по дороге задержан в Крыму, находился в заточении, но сумел в итоге вывести из Крыма группу выкупленных им пленников Веселовский С.Б. Дьяки и подьячиеXV--XVII вв. М., 1975. С. 18; Демидова Н.Ф. Служилая бю-рократия в России XVII в. и её роль в формировании абсолютизма. М., 1987. С. 183.. Таким образом, для дипломатической миссии к королям Швеции и Дании (извещение о кончине царя Фёдора Алексеевича) в 1682 г. был выбран опытный служащий Посольского приказа. В начале мая в качестве гонцов кроме него поехали Никифор Венюков (к королю Польши и германскому императору); Дмитрий Симоновский (к курфюрсту Бранденбургскому, голландским Штатам и английскому королю); Исай Силин (к персидскому шаху) ПДСДР. Т. VI. Стб. 1. О Никите Алексееве см. также: Бантыш-Каменский Н.Н. Обзор внешних сношений России (по 1800 год). Ч. 4. Пруссия, Франция и Швеция. М., 1902. С. 198.. Примечательно, что в первом варианте наказа гонцам от 9 мая в грамотах упоминалось лишь имя Петра Алексеевича, ведь до стрелецкого восстания 15 мая именно он был единственным правящим царём ПДСДР. Т. VI. Стб. 1, 10. Интересно, что даже в памяти в Ямской приказ о подводах для гон-цов от 25 мая всё ещё упоминается только имя Петра Алексеевича.. Однако вследствие стрелецкого мятежа и неразберихи в правительстве отправление гонцов было отложено. В новых дипломатических грамотах, подготовленных в начале июня, упоминались оба царя -- Пётр и Иван. алексеев подьячий посол дипломатический
Миссия Никиты Алексеева, как и других гонцов, носила исключительно уведомительный характер -- ему предписывалось просто вручить грамоту с извещением о смерти Фёдора и изъявлением дружественных намерений новых царей правителям Швеции и Дании. Однако к этому в посольском наказе добавлялась ещё одна важная задача -- сбор иностранных ведомостей: «А будучи ему, Ми ките, в Свейской и в Датцкой землях, проведывать про всякие тамошние вести, с кем у тех государей ссылки и дружбы, и нет ли у них меж собою войны, и буде есть, кто кому силен, и где были какие бои, морем или сухим путем, и чего меж- до ими впредь чают, да что он проведает, и то ему все написать в статейной список имянно без прибавки, и приехав к Москве самому ему явитись и статейной свой список подать в Посолском приказе боярину князю Василью Васильевичу Голицыну с товарищи» Там же. Стб. 154--155.. Сбор новостей, прежде всего внешнейолитических, традиционно являлся одним из заданий посольских миссий, поэтому неудивительно, что схожие поручения получили все отправленные в 1682 г. гонцы Ср., например, наказ Никифору Венюкову: «И что каких вестей проведает, и ему то все за-писывать имянно в статейной список» (Там же. Стб. 33); наказ Дмитрию Симоновскому: «И будучи ему, Дмитрею, у курфистра Брандебургского и дорогою едучи, проведывати всяких вестей, что у них делается и писати имянно в статейной список в дестовые тетради» (Там же. Стб. 166).. Статейные списки Симоновского и Венюкова, однако, не сохранились Исключение составляют несколько листов из статейного списка Никифора Венюкова, со-хранившиеся в составе дела о его отправлении, о них см. подробнее ниже., из-за чего анализ документации о поездке Никиты Алексеева оказывается единственной возможностью проследить, как именно поставленная задача была выполнена на практике.
Документация о поездке Алексеева сохранилась как в виде дела о его отправлении (столбцы), так и в виде чистового статейного списка (в тетради) РГАДА, ф. 96, on. 1, д. 2 (1682 г.); д. 110.. Столбцы содержат информацию об отправлении Никиты в гонцах, включая наказ, а также ряд его отписок из-за рубежа. Ему предписывалось послать отписку о новостях, разведанных в Нарве, обратно с новгородскими стрельцами-провожаты- ми, «а отписку велеть им вести бережно, чтоб про те вести иноземцом неведомо». Из Стокгольма же о ведомостях сообщить нужно было уже через почту ПДСДР. Т. VI. Стб. 146, 150.. Именно эти сведения попали в столбцы. Тетрадь же представляет собой поданный в Посольском приказе после окончания всей поездки официальный статейный список. Ведомости из Нарвы и Стокгольма, попавшие в дело об отправлении, повторяются в статейном списке с незначительными уточнениями и дополнениями. Примечательно, что часть информации о миссии Никиты Алексеева (видимо, в виде сделанных в Посольском приказе копий) попала впоследствии в фонд 32 «Сношения России с Австрией» в дело об отправлении в гонцах Никифора Венюкова РГАДА, ф. 32, on. 1, д. 29. и была позднее опубликована. В публикацию вошли записи об отправлении и наказ подьячему, а также первые присланные им из Новгорода и Нарвы отписки ПДСДР. Т. VI. Стб. 190-191.. Однако новости, собранные в Стокгольме и далее, сохранились только в виде описанных выше архивных документов в составе фонда 96 РГАДА.
Никита Алексеев был у руки государей 8 июня и выехал из Москвы 16 числа того же месяца. 30 июня он прибыл в Новгород, из которого 4 июля отправился дальше к «свейскому рубежу» и деревне Муравейне. На границе произошла заминка -- с 10 по 17 июля гонцу пришлось ждать, пока за ним вышлет эскорт нар- вский комендант. Только через месяц после выезда из столицы, 18 июля, Алексеев прибыл в Нарву и здесь начал записывать свои первые ведомости Примечательно, что в своём статейном списке он датировал собранные нарвские известия также 18 июля, т.е. первым днём своего пребывания в городе.. В городе Никита отметил начавшееся строительство новой крепостной стены, «вышиною на сажень или малым чем болыпи, а толщиною сажени в две или в полтретьи» РГАДА, ф. 96, on. 1, д. 2 (1682 г.), стб. 43.. Другие наблюдения касались политики. В соответствии с предписанием разведать шведские в н е ш н е п о л и т и ч е с к и е новости Никита докладывал: «У свейского короля ни с которыми окрестными государи войны нет, только ведомость есть, что датцкой король готовит воинские корабли многие, а на ково войною намерение, того неведомо. И для опасения король свейской велел своим воинским кораблем быть готовым. И стоят ныне те свейские корабли у города Убсалия». Не укрылось от Никиты и передвижение шведских войск из Нарвы в Юрьев и Ригу: «А те войска посланы в прибавку к прежнему войску для остерегания по границе стороны великих государей, а у них ведомость есть, что совершенно войска великих государей идет ко Пскову» Там же, стб. 42..
Внимание Алексеева привлекли и новости о внутриполитической обстановке в Швеции. Подьячий отметил недовольство шведского дворянства королевской политикой редукции (возвращением государству земель, ранее переданных в пользование дворянам), проводившейся с 1680 г.: «Свейский король живет ныне в Стеколне во опасении и из двора своего мало выезжает для того, что начальные люди и шляхта хотят ево убить за то, что он у них отнял многие маетности, которые даны им были при королеве Христине, и многих думных людей хотят убить ж, а иных дву человек из думных и убили. Толко немочно было проведать, хто имяны убиты, по том заказ в Ругодиве о том под смертною казнию» Там же..
Рассказ об опасностях, угрожающих королевским особам, Никита продолжил новостями из Англии: «Агличанин -- торговый человек -- сказывал, как он поехал из Аглинской земли из города Лондона, тому ныне два месяца. И при нем в Лондоне многие агличане всяких чинов люди придумали, что короля аглинско- го убить, а учинить у себя такую ж вольность как и в Галанской земле. А та-де дума была еще зимою, только при посланниках при Петре Потемкине не учинили тово, а ныне чает он, что короля убили» Там же, стб. 43..
Не исключено, что слухи о заговорах и готовящихся бунтах Алексеев фиксировал под впечатлением от произошедших в Москве незадолго до его отправления трагических событиях стрелецкого восстания, также угрожавших жизни членов царской семьи. Статейный список даёт уточнения, от кого именно Никита получил данные «ведомости». В качестве шведского информатора указан некий «торговый человек Густав», а новости из Лондона сообщил «англичанин торговый человек Гебдон» Там же, д. 110, л. 4--6 об. Англичанин Иван (Джон) Гебдон приехал в Россию в 1647 г. и в дальнейшем на протяжении 1650--1660-х гг. выполнял различные дипломатические и торговые поручения московского правительства в Западной Европе. В 1677--1678 гг. в Москву из Англии при-езжал в статусе чрезвычайного английского посланника Иван Гедбон-младший. Известен ещё один представитель семьи Гебдонов -- купец Томас Гебдон, который в июне 1671 г. находился в Москве и присутствовал при казни Степана Разина. Кого именно из Гебдонов Никита Алексеев встретил в Нарве, установить затруднительно.. Весьма вероятно, что разговор с купцами в Нарве происходил на русском языке. Никита вряд ли знал немецкий язык -- lingua franca балтийского региона XVII в. -- к тому же известно, что в поездке его сопровождал толмач Тимофей Мейснер. Балтийские же купцы, ведшие торговлю в том числе с Новгородом и Псковом, вполне могли знать в какой-то мере русский. Известно, что отписку с ведомостями Никита отправил из Нарвы с провожавшими его новгородскими стрельцами 24 июля, а царям и боярам она была зачитана 12 августа ПДСДР. Т. VI. Стб. 144, 190..
Следующая порция новостей была собрана в Стокгольме, куда Никита Алексеев приехал 3 сентября. Как раз в ту же осень в шведской столице заседал риксдаг, причём особо остро на повестке дня стоял уже упоминавшийся вопрос о редукции поместий. Особо следует, пожалуй, отметить интерес подьячего к судьбе шведского королевского фаворита Магнуса Делагарди, попавшего в немилость при Карле XI: «В Стеколне зачался сем валной о маетностех, которые многим думным людем и дворяном городовым розданы были при королеве Христине в Лифлянтах и в Ыжерской земле, и в иных местех. И те маетности король у них отнял, и многие шляхта городовые для того съехались в Стеколно и кричат во многие голосы, естли то у них отнять, и им было заплачено из казны королевской за служеные годы, а иные говорят, что естли сведутца все дворяне городовые и чтоб от того чему не учинилось какова убийства. У графа Магнуса Деле- гардия король отнял все маетности и двор ево, которой имянуетца Карл Белл, от Стеколна в дву верстах, для того, как он король был в малых летех, а тот Магнус Делегарди владел Свейским государством, и на нево начтена многая казна» РГАДА, ф. 96, on. 1, д. 2 (1682 г.), стб. 47..