Московский педагогический государственный университет
Педагогические воззрения на творческое восхождение Алексея Султанова к вершинам фортепинного исполнительства
Е.П. Красовская,
А.И. Николаева
г. Москва
Аннотация
В статье анализируется творческий путь ярчайшего пианиста современности - Алексея Султанова. Рассмотрены ключевые вехи его биографии и основные факторы, оказавшие решающее влияние на формирование личности музыканта. Показана исключительная роль семьи, а также значение занятий в музыкальной школе под руководством Т.А. Попович для развития феноменального дарования пианиста и кристаллизации его исполнительского мастерства. Особое внимание уделено анализу становления личности А. Султанова в период его обучения в Московской консерватории в классе Л.Н. Наумова. Напряжённый поиск собственного пути в музыкально-исполнительском искусстве способствовал формированию особой интерпретаторской манеры пианиста, отличающейся такими характерными чертами, как неистовый темперамент, высочайший психологический «вольтаж», предельная эмоциональность высказывания, эмпатийность, волевое начало, мощь, яркость, картинность музыкальных образов при сохранении классических канонов отношения к музыкальному содержанию, безупречная техничность. Изучение особенностей исполнительского стиля А. Султанова показало, что новаторский поиск пианиста находится в русле отечественной интерпретаторской традиции (в частности, традиции школы Г.Г. Нейгауза с её приоритетами поэзии, интеллектуальной воли, страсти и вдохновенной фантазии). Наряду с этим искусство музыканта являет собой яркий феномен современного масштабного романтического пианизма, синтезирующего лучшие традиции мировой фортепианной культуры. По мнению авторов статьи, ознакомление молодых исполнителей с творчеством А. Султанова открывает перед ними новые перспективы понимания и освоения музыкального содержания. Изучение творчества А. Султанова может обогатить теорию и методику преподавания в исполнительском классе, наметить пути решения проблем, которые встают на пути педагога, работающего с феноменально одарёнными личностями.
Ключевые слова: Алексей Султанов, жизненный путь, творческие достижения, фортепианное исполнительство, педагогика музыкального образования, талант, методическая система Т.А. Попович, школа Г.Г. Нейгауза, педагогика Л.Н. Наумова, исполнительский стиль, самобытность интерпретации, масштабный романтический пианизм, экспрессия исполнения, особенности обучения одарённой личности.
Abstract
Pedagogical views on creative ascension by Alexey Sultanov to tops of piano performing
Elena P. Krasovskaya,
Anna I. Nikolaeva,
Moscow Pedagogical State University (MPGU),
Moscow, Russian Federation,
In article Alexey Sultanov's creative way of the brightest pianist our day is analyzed. The key milestones of his biography and main factors which had a decisive impact on formation of his musician identity are considered. The exclusive role of family and also importance of studies at music school under the direction by T.A. Popovich for development of phenomenal talent of the pianist and crystallization of his mastery are shown. Special attention is paid to the analysis of formation of A. Sultanov's identity in the period of training in the Moscow conservatory in L.N. Naumov's class. An intense search of own way in musical performing art promoted formation of the special interpretation manner of the pianist having such characteristic features as violent temperament, highest psychological «voltage», extreme emotionality of an expression, an empathy, strong-willed beginning, power, brightness, expressiveness of musical images while retaining the classical canons of the relationship to musical contents, perfect technicality. Studying of features of A. Sultanov's performing style showed that his innovative search was in the course of domestic interpretation tradition (in particular, traditions of school by G.G. Neygauz with its priorities of poetry, intellectual will, passion and inspirational fantasy). In addition the musician art is a bright phenomenon of the modern extensive romantic pianism which collects the best traditions of world piano culture. According to authors of article the introduction of young performers to A. Sultanov's creativity offers them new prospects of understanding and development of musical contents. Studying of A. Sultanov's creativity can enrich the theory and a technique of teaching in a performing class and suggests possible solutions of problems which get in the way of the teacher working with phenomenally gifted persons.
Keywords: Alexey Sultanov, course of life, creative achievements, piano performance, pedagogy of music education, talent, methodological system by T.A. Popovich, G.G. Neygauz's school, L.N. Naumov's pedagogy, performing style, identity of interpretation, extensive romantic pianism, expression of performing, features of education of the gifted personality.
Введение
А страсть - стихия, выжжет всё дотла,
Но без неё ты не познаешь счастья…
А. Орлов [1, с. 7]
Появление на музыкальном небосклоне новой яркой звезды всегда приковывает внимание специалистов и любителей искусства. У рядовых слушателей встреча с неординарной личностью пробуждает интерес к биографии, концертной деятельности, записям исполнителя. У профессионалов - вызывает желание не только оценить степень одарённости музыканта и спрогнозировать его будущее, но также разобраться в том, каковы типология и пути развития талантов? Какие условия являются предпосылкой достижения ими высоких результатов деятельности и возможно ли использовать накопленный в этой области педагогический опыт в современной практике подготовки молодых музыкантов? Попробуем найти ответы на эти вопросы применительно к ярчайшему пианисту современности - 112 Алексею Султанову (1969-2005).
С первых шагов появления на музыкальной сцене его имя сопровождалось такими эпитетами, как «вундеркинд», «ярчайшее дарование», «неординарная личность», «талант», «гений». Пианистический взлёт музыканта был стремительным. В одиннадцать лет, одержав победу в международном радиоконкурсе «Концертино-Прага», Алёша Султанов начал выступать не только с сольными программами, но и с симфоническими оркестрами под управлением знаменитых дирижёров, ведя интенсивную гастрольную деятельность в городах СССР и за рубежом. В четырнадцатилетнем возрасте его называли «пианистом высокого класса, которому предстоит большая артистическая карьера» [2].
На самые высокие оценки его сверхвиртуозной и предельно эмоциональной игры не скупились поклонники исполнительского искусства Алексея и в период его творческой зрелости. Вместе с тем в среде музыкальной критики достижения молодого пианиста, находящегося в зените славы (дававшего ежегодно до двухсот (!) концертов по всему миру), воспринимались более сдержанно. В чём заключалась причина неоднозначной оценки его творчества современниками? Какие уроки можно извлечь из яркой судьбы Алексея Султанова для педагогики музыкального образования?
Чтобы понять масштаб дарования яркого музыканта и оценить вклад в музыкально-исполнительское искусство, рассмотрим ключевые вехи становления его творческой биографии. Основными факторами, оказавшими решающее влияние на формирование пианиста, явились семья, обучение в музыкальной школе в классе Т.А. Попович, занятия в Московской консерватории у Л.Н. Наумова и стремление к напряжённому поиску собственного пути.
Первые проявления творческой одарённости Алёши Султанова, которые не могли остаться незамеченными Алексей Султанов родился 7 августа 1969 года в Ташкенте в семье известных музыкантов - виолончелиста Файзулхака Абдулхаковича Султанова и скрипачки Наталии Михайловны Погореловой, преподавателей кафедры струнных инструментов Ташкентской консерватории. Его бабушкой по линии отца была знаменитая актриса драматического театра, народная артистка Узбекской ССР Замира Хидоятова.
Феноменальная музыкальная одарённость ребёнка проявилась очень рано. В шестимесячном возрасте он мог в точности повторить голосом мелодии, напеваемые родителями, в два года - с удовольствием музицировал на домашнем пианино «Красный Октябрь», вызывая удивление у членов семьи и друзей. С трёх лет родители, следуя «настоятельным требованиям» малыша, начали обучать его основам фортепианной игры. Через некоторое время у мальчика был выявлен абсолютный слух. Самостоятельно выучив ноты, он начал сочинять музыку. Среди произведений юного автора, зафиксированных им в нотной тетради детским почерком, можно было встретить не только оригинальные мелодичные пьесы, но и собственные транскрипции (!) камерных сочинений Бетховена. Столь раннее проявление уникального дарования ребёнка предопределило выбор его профессионального пути - поступление в Республиканскую музыкальную школу имени В.А. Успенского. Блестяще справившись со всеми заданиями вступительного испытания, юный пианист в заключение экзамена восхитил членов комиссии - выступил в качестве концертмейстера своего отца, проаккомпанировав на слух виолончельную сонату С. Прокофьева и концерт П. Хиндемита. Так состоялось подлинно триумфальное зачисление Алёши Султанова в главную музыкальную школу республики, в класс Тамары Афанасьевны Попович [3].
Особенности раскрытия творческого дарования юного музыканта в классе специального фортепиано Т.А. Попович
Имя этой легендарной личности, воспитавшей целую плеяду великолепных пианистов, по праву вписано золотыми буквами в историю становления и развития узбекской национальной пианистической школы. Уроженка Ленинграда, заслуженный учитель Узбекистана, почётный профессор Ташкентской консерватории, Тамара Афанасьевна Попович (1926-2010) была одним из самых опытных и авторитетных в республике преподавателей специального фортепиано, посвятив педагогической работе в РСМАЛ имени В.А. Успенского почти 50 лет своей жизни.
Класс Т.А. Попович являл собой «интереснейшую творческую лабораторию, своеобразный инкубатор юных дарований», способствовавший стремительному росту учеников [4, с. 125]. Исполнительский уровень учащихся был настолько высок, что позволял большинству из них по окончании школы продолжить своё обучение в лучших музыкальных вузах Советского Союза. Шестнадцать выпускников Попович стали студентами Московской консерватории и ГМПИ имени Гнесиных. Среди них - Анна Маликова, Бекзод Абдураимов, Улугбек Палванов, Лола Астанова и многие другие. Получив великолепную исполнительскую подготовку на начальной ступени обучения, они начинали самостоятельное творческое восхождение, становясь впоследствии лауреатами престижных международных конкурсов, завоёвывая признание авторитетных специалистов и слушательской аудитории.
Попав в класс Тамары Афанасьевны с характеристикой «отличные данные, пианистичен, эстраден» [3], Алёша Султанов сразу стал одним из любимых её учеников, причём «она не только учила его музыке… но и заботилась о нём по-матерински, переживала все его победы и поражения, мысленно находясь рядом и поддерживая» [5]. Интенсивное развитие юного пианиста, как и других учеников класса, осуществлялось на основе созданной Попович уникальной авторской методики обучения игре на фортепиано. Несмотря на то что имя Т.А. Попович широко известно в музыкальных кругах, в опубликованных источниках весьма скупо освещены её педагогические подходы. В этой связи рассмотрим их более подробно.
Методическая система Тамары Афанасьевны всегда была ориентирована на высокий конечный результат - достижение безупречной исполнительской интерпретации. Одна из ключевых задач, выдвигаемых педагогом на уроке, заключалась в необходимости «познать, принять, пропустить сквозь сердце музыкальное пространство иного времени. сделать «чужую» музыку своей и вернуть слушателю.» [Там же]. Её решение требовало от учащихся максимальной самоотдачи. Отбирая в класс наиболее одарённых и талантливых детей, Попович достаточно легко расставалась с теми учениками, которые не соответствовали её представлениям о трудоспособности и прилежании. Занятия под руководством Тамары Афанасьевны с раннего возраста формировали в учениках чувство ответственности, вырабатывали строжайшую дисциплину и критическое отношение к себе.
По воспоминаниям старшего брата Алексея Султанова - Сергея, «всем своим ученикам Т.А. Попович стремилась дать, в первую очередь, прочную техническую основу. У неё был главный принцип, согласно которому каждый из питомцев, независимо от возраста, должен был уметь играть произведения любой степени сложности. Для достижения этого значительное количество учебного времени посвящалось воспитанию надёжного пианистического аппарата. Его формирование не ограничивалось овладением отдельными техническими формулами и приёмами исполнения, а подразумевало налаживание работы всего организма с целью достижения координации между психическими особенностями и физическими возможностями ребёнка.
Начиная с организации посадки ученика, процесс формирования аппарата включал выработку профессиональных игровых движений («постановку рук»), освоение техники педали, воспитание культуры звукоизвлечения - ассимиляции учащимся разнообразных приёмов туше для передачи многообразия оттенков фортепианной палитры. Интенсивное совершенствование двигательно-моторных умений и навыков позволяло обучающимся быстро и качественно овладевать обширным репертуаром. Достаточно сказать, что программа одного года обучения в классе Попович подразумевала освоение учеником значительного списка произведений: 12-14 этюдов, 5-6 полифонических произведений, 10-12 пьес, а также 4-5 сочинений крупной формы, включая концерт для фортепиано с оркестром.
Высочайшая требовательность нередко проявлялась в довольно жёстком отношении Тамары Афанасьевны к своим питомцам. Например, первокласснику вменялось в обязанность ежедневно проводить за инструментом как минимум три часа. Результаты времени домашней работы должны были фиксироваться родителями в специальной тетради - обязательном атрибуте самостоятельных занятий. В случае невыполнения требований временной «долг» обучающегося переходил на следующий день. Будучи не удовлетворённой работой ученика на уроке, Попович могла по окончании занятия запереть его в соседнем классе, где учащемуся предстояло самостоятельно поработать ещё несколько часов (заметим, что некоторые дети при этом иногда засыпали). Затем шла проверка выученного задания. Если результат не устраивал педагога, то, попрощавшись со своим питомцем, Попович звонила родителям с выдвижением следующего требования: «Ваше сокровище должно мне ещё два (или три, или пять) часа!» Получив соответствующую установку, ребёнок смиренно шёл к роялю «расплачиваться за содеянное», дабы избежать попадания в разряд «задолжников».