Организация сакрального ландшафта и архитектурной планировки народов Океании
Кирилл В. Бабаев
Аннотация
Статья посвящена описанию и анализу методов и форм организации сакрального ландшафта и религиозной архитектуры автохтонных народов Тихого океана, подлежащих сопоставлению с древнейшими формами архитектурного творчества народов и цивилизаций Евразии и Австралии. В частности, анализируются такие элементы религиозной архитектуры народов Полинезии, как общинные дома маори в Новой Зеландии, мегалитические сооружения острова Пасхи, а также площадки мараэ для проведения ритуальных церемоний на островах Полинезии. В работе выдвигается гипотеза, что некоторые из элементов древнейшего сакрального ландшафта региона могут считаться универсальными для развития человеческой духовной культуры. В частности, подобные формы могли послужить прообразом древнейших сакральных сооружений и архитектуры поселений народов Евразии.
Ключевые слова: история архитектуры, религиозная архитектура, ландшафтный дизайн, сакральный ландшафт, искусство народов Океании, традиционное искусство, сравнительно-исторический метод
Abstract
Organization of sacred landscape and architectural planning of Oceanic Peoples
Kirill V. Babaev
The paper is about the description and analysis of methods and forms of organization of sacred landscape and religious architecture of the autochthonous people of the Pacific, to be compared to the first primitive forms of architectural art in Eurasia and Australia. The article discusses such elements of religious architecture of Polynesian peoples as the communal houses of the Maori of New Zealand, megalithic structures of Easter (Rapa Nui) island, as well as the marae ritual areas in Polynesia. A hypothesis is discussed that some of the elements of the most ancient sacred landscape of the Pacific may be considered universal for the development of human culture and spirituality. Similar forms could be considered as prototypes of the ancient sacred constructions and settlement architecture of Eurasia.
Keywords: history of architecture, religious architecture, landscape design, sacred landscape, Oceanic art, Maori art, traditional art, historical comparison method
Материальная и духовная культура жителей островов Тихого океана начала формироваться в эпоху палеолита - первые волны заселения островов Меланезии относят к периоду 30 тыс. лет назад, источником миграции при этом, согласно современным представлениям, являлся остров Новая Гвинея [Finney 1977]. Первыми жителями Меланезии были представители австралоидного антропологического типа, составляющие и сегодня большинство жителей о. Новая Гвинея и многих прилегающих к нему меланезийских островов (в том числе о.Бугенвиль и Соломоновых островов). О древней культуре первых поселенцев в Меланезии мы знаем крайне мало, однако, вероятнее всего, она мало отличалась от той, что описана первыми европейскими исследователями этих мест в XVIII-XIX вв. и представляла собой по хозяйственному типу культуру рыбаков, собирателей и ранних земледельцев, схожую с культурой сегодняшних жителей ряда внутренних районов Новой Гвинеи.
Рис. 1. Субрегионы Океании
Вторая волна переселенцев, затронувшая уже не только острова Меланезии, но и более удаленные от материка Микронезию и Полинезию (см. карту на рис. 1), началась примерно 5 000 лет назад. Мигрантами, заселившими гигантские пространства Тихого океана, стали народы австронезийского происхождения, чьей прародиной считается остров Тайвань [Сирк 2008]. Именно отсюда носители австронезийских языков начали свое великое путешествие - одну из самых масштабных миграций в истории человечества, в результате которой были заселены острова на огромном пространстве от Мадагаскара до острова Пасхи (Рапа-Нуи) и Гавайев. Эта миграция завершилась ок. XIII в. с заселением Новой Зеландии - последних крупных тихоокеанских островов, остававшихся необитаемыми. С освоением Новой Зеландии этнокультурная карта Океании приобрела в целом современные очертания, и культуры жителей тихоокеанских островов лишь незначительно изменились вплоть до открытия их европейцами в XVI-XIX вв.
В отличие от меланезийцев, австронезийские поселенцы в Океании принадлежат к монголоидному антропологическому типу, а по хозяйственно-культурной типологии относились не к охотникам- собирателям, а к земледельцам и скотоводам. К освоению новых островов они приступали, перевозя с собой с одного острова на другой плоды ряда культурных растений (хлебное дерево, банан, другие фрукты), а также домашних животных: как правило, кур, свиней и собак, если их всех удавалось доставить на новую родину, часто лежавшую в сотнях километров от исходной точки путешествия. Таким образом, культура австронезийцев Тихого океана находится на более высоком цивилизационном уровне, чем более древние культуры региона - аборигенов Австралии, Новой Гвинеи и других островов Меланезии, что, разумеется, отражается и на религиозных воззрениях, и на архитектуре народов этой части света.
Целью настоящей работы является краткое описание и анализ некоторых методов и форм организации культового ландшафта и архитектуры народов Океании, подлежащих сопоставлению с древнейшими формами ландшафтного творчества народов и цивилизаций других регионов - как менее развитых, например австралийских аборигенов, так и более развитых народов Старого Света.
Такое сопоставление является вполне актуальным для современного искусствоведения, поскольку будет способствовать совершенствованию методов «архитектурной антропологии», т. е. дисциплины, изучающей простейшие формы архитектуры традиционных обществ [Memmoth, Keys 2017, р. 2]. Сравнение такого рода играет важную роль в анализе истории мировой ландшафтной архитектуры, выделению в ней наиболее архаичных элементов и форм, восстановлению путей складывания основных закономерностей архитектурных форм и традиций, ландшафтного искусства народов Европы и Азии.
Эти вопросы лежат на стыке культурной антропологии (или этнографии, как эту науку принято называть в российской литературе) и собственно искусствоведения, а потому весьма актуальны, особенно в условиях нарастающей тенденции к интегрированию традиционных, архаичных форм искусства в современные художественные направления. Вопрос диахронического развития различных форм рукотворного ландшафта, происхождения тех или иных базовых понятий ландшафтной архитектуры волнует в последние годы многих исследователей [Turner 2005], что делает тему настоящей работы вполне актуальной. Привлечение к анализу материала по изучению культур Океании призвано расширить спектр источников для исследования этих вопросов.
Цель работы планируется достичь посредством решения двух задач. Во-первых, будут кратко описаны воззрения и метафизические представления народов Океании, имеющие большие сходства по всему региону от Гавайских островов до Французской Полинезии. Во-вторых, будут проанализированы формы и принципы сооружения традиционных, наиболее типовых объектов сакральной архитектуры указанных народов.
В качестве основы методологии исследования выбран сравнительно-исторический метод, позволяющий на основании сопоставления исторически засвидетельствованного или современного материала сделать выводы о более древних стадиях развития такого сложного феномена, как рукотворный сакральный ландшафт сообществ, находящихся на низких ступенях цивилизационного развития. Учитывая, что памятники архитектуры такого рода сохраняются слабо, фрагментарно, подвержены эрозии из-за примитивных материалов и конструкций, именно сравнительно-исторический метод является наиболее надежным инструментом воссоздания реальной картины, существовавшей на этапе независимого развития (т. е. до появления европейцев) сообществ аборигенов Австралии. Методика сравнения исторических свидетельств, сохранившихся архитектурных памятников континента с простейшими формами сакральной архитектуры народов других регионов мира также дает хорошие результаты, что позволило утвердиться в мировой науке такой поддисциплине, как сравнительная археология [Smith 2011].
Сегодня острова Тихого океана населяет не менее 1100 этнических групп, говорящих на более чем 600 языках. Только одна океанийская семья австронезийских языков насчитывает не менее 450 независимых языков, принадлежащих примерно такому же количеству этнических групп [Guerin 2017]. Часто группы формировались на отдельных островах или группах островов в изоляции от своих соседей. Разумеется, каждая этническая группа обладает своими характерными особенностями культуры, в том числе и религиозной. В этой связи перед нами не стоит задача описания или анализа форм и разновидностей сакральной архитектуры всех или даже большинства народов Океании. В качестве объектов исследования в настоящей работе выбраны три типа сооружений, характерных для трех субрегионов Океании, каждому из которых будет посвящен отдельный раздел:
площадки для общественных церемоний на островах Центральной Полинезии;
каменные платформы и статуи острова Пасхи;
общинные дома социально-религиозного предназначения Новой Зеландии.
Эти три разновидности объектов рукотворного культового ландшафта выбраны нами не случайно. Они представляют собой три последовательных хронологических стадии развития сакральной архитектуры на островах Тихого океана. Круглый участок расчищенной земли вокруг священного камня или каменного возвышения, который представляют собой церемониальные площадки на островах Полинезии, является простейшим вариантом рукотворного ландшафта для сбора членов общины, совершения общественных церемоний и проведения межобщинных мероприятий. Этот тип сооружений характерен для небольших общин и свидетельствует, как правило, об отсутствии сложной социальнополитической структуры общества [Trigger 1990].
Вероятно, уже в самое раннее время его украшали столбами или деревянными статуями. Впоследствии такие статуи получают особый акцент, становятся фундаментальными, увеличиваются в размерах и начинают строиться из камня - это произошло на острове Пасхи. Существовало и другое направление развития культовых церемониальных площадок - возведение на них каменных платформ в несколько этажей на ряде островов Французской Полинезии.
Наконец, на более позднем этапе на священном участке земли или рядом с ним начинается возведение постоянных деревянных или частично каменных построек в виде общинных домов, имевших, помимо общественной, еще и храмовую функцию. Так происходит на Гавайях, островах Самоа, но наиболее завершенные формы эта конструкция приняла в Новой Зеландии, где общинные дома продолжают сохраняться и возводиться до сегодняшнего дня.
Таким образом, настоящая работа позволяет кратко проследить основные этапы развития сакральной архитектуры народов Тихого океана от ее простейших форм, присущих народам на относительно низкой ступени материальной культуры, до вполне развитых технологий крупных земледельческих общин, сравнимых с храмовым строительством в других районах земного шара.
Три группы островов - Гавайи, Новая Зеландия и остров Пасхи - представляют собой вершины так называемого полинезийского треугольника - условных географических границ обширного полинезийского региона [Sumarlim 2010, p. 3] (рис. 1).
В числе наиболее характерных верований коренных жителей островов Полинезии следует назвать прежде всего веру в мана и практику табу [Можайская 2021]. Оба этих термина, прочно вошедшие в современный язык религиоведческих исследований, происходят из языков аборигенов Океании: мана - из языка народа маори, населяющего острова Новой Зеландии, а табу (варианты: тапу, капу) - из одного из полинезийских языков. Феномен мана впервые описал в научной литературе британский исследователь Р. Кодрингтон в 1878 г., который в одном из писем описывал ее так:
Религия меланезийцев... состоит в убеждении, что всюду существует сверхъестественная сила, принадлежащая к области невидимого; а в смысле практики - в употреблении средств для обращения этой силы в свою пользу. Есть вера в силу, которая отличается от физической силы и действует самыми различными путями для добра и зла; и обладать ею или направлять ее - величайшее преимущество. Это есть мана. Вся меланезийская религия состоит по существу в приобретении этой мана для себя или в использовании ее для своей выгоды... [Токарев 1965, с. 86].
Мана представляет собой некоторое сверхъестественное качество объектов, духов или людей, которое сообщает им особенную силу и способность производить некоторые исключительные действия. Довольно часто европейские исследователи вольно или невольно сближали мана с понятием энергии. Особенно усиливало эту аналогию то обстоятельство, что мана как бы обладает свойством текучести: она способна передаваться от одного объекта или человека к другому, увеличиваться или уменьшаться, накапливаться и расходоваться в подходящий момент; объекты могут заряжаться ею друг от друга и т. д. Однако понимание мана как некоего аналога энергетической субстанции имело и своих противников. Так, М. Элиаде считал, что мана - не более чем качество, даруемое людям и предметам высшими существами и связанное прежде всего с социальным успехом и великими свершениями Элиаде М, Кулиано И. Словарь религий, обрядов и верований. М.: Академический проект, 2019. С. 236..
Понятие табу тесно связано с мана и означает способность объектов и людей оказывать прежде всего негативное, опасное воздействие, вследствие чего их приходится опасаться, и на контакты с ними налагается запрет. Табу может быть постоянным или временным. Постоянным является табу вождей, составляющее важный элемент распространенного в Полинезии и юго-восточной части Меланезии культа вождей. Для рядового члена племени табуированы не только приближение и прикосновение к самому вождю, но даже опосредованные контакты с ним.
Иногда вожди даже избегают прикасаться ногами к земле и прибегают к услугам носильщиков, чтобы не сделать землю табуированной для соплеменников. На многих островах Полинезии сохраняются главные табу тотемизма (в Океании тотемистические верования сохранились у меланезийских и ряда полинезийских народов [Rivers 1909]) - не убивать и не есть мясо тотемных животных и сложная система запретов, которыми опутаны отношения между родственниками и представителями различных фратрий племени.