До недавнего времени у мордвы сохранялись воспоминания о воздушном способе захоронения - умерших хоронили в лесу. Если человек умирал зимой или ранней весной, когда земля была еще мерзлая или не было переправы через Суру (лес был за речкой), то покойника в гробу из двух выдолбленных колод подвешивали на деревьях, а позже, когда оттаивала земля, его хоронили в могиле (село Налитове Дубенского района Мордовии).
Обычай «воздушного захоронения» по-разному объясняется учеными. Одни считают, что он основан на вере в то, что души умерших перевоплощаются в деревья. Другие связывают этот обычай с воззрением на деревья как на божества плодовитости, из которых произошли все существа, а раз люди родились на деревьях, то и хоронить их надо там же. Третьи предполагают, что захоронение на дереве вызвано тем, что душа покойника принимает образ птицы и ей легче навещать свое прежнее местопребывание, если его тело помещено на дереве или специальном помосте.
Возможно, что у мордвы какие-то из этих представлений имели место.
Высказывались предположения и о том, что у мордвы в прошлом существовало и надземное захоронение. Упоминание об этом встречается в мордовском фольклоре, например, в сказке «Дуболго Пичай».
Кое-где у мордвы долгое время сохранялись пережитки обычая имитации свадьбы во время похорон. В случае смерти взрослых незамужних девушек или неженатых парней выбирали заместителей умершего или умершей. Для него или нее подбирали пару и устраивали нечто вроде свадьбы. Это, однако, не накладывало никаких обязательств на жениха, невесту или родственников. Не везде избирали заместителя умершего или умершей, иногда покойницу просто одевали в свадебное платье, гроб с ее телом на кладбище несли подруги, которые исполняли не похоронные, а свадебные причитания. В похоронной процессии принимали участие два парня, которые назывались урьвалят (свадебные персонажи). После погребения подруги девушки становились около могилы и исполняли хороводную песню. В некоторых местах на похороны девушки, как на свадьбу, ее родственницы приносили кашу. Иногда в доме умершей развешивали всю ее одежду, которую после похорон преподносили подругам, девочкам, как и во время свадьбы, родственница покойной раздавала в подарок ленточки.
Женитьба в глазах крестьян была естественной и необходимой. Поэтому они считали нужным устроить свадьбу во время похорон тем, кто при жизни не успел жениться или выйти замуж.
Анализ современного погребального обряда выявляет устойчивую живучесть ряда его архаических черт. Основные моменты похоронной обрядности, описанные выше, соблюдаются и сейчас.
Умирающего человека, как и раньше, кладут на лавку в передний угол, а на окно около него ставят стакан с водой. Сохраняется представление о том, что душа, выйдя из тела, окунается в ней или утоляет жажду. Эту воду называют ойме лись-ма ведь (ойме - душа, лисьма - источник, ведь -вода). Однако сейчас не все представляют смысл этого обычая. Эту воду выливают в некоторых местах сразу после похорон, в других - она стоит до сороковин.
После смерти человека на стол ставят хлеб и соль, на стену над покойником вешают полотенце. В некоторых местах около стакана с водой кладут монету. Это делается для того, чтобы душа, которая, по представлениям мордвы, 40 дней бывает дома, не страдала от голода и жажды. На полотенце душа якобы отдыхает. После 40 дней его дарят первому человеку, пришедшему на поминки, или его берет кто-то из ближайших родственников покойного.
Вскоре после смерти тело умершего обмывают. Для этого приглашают специальных людей экшилицят (э.), эшеляйхть (м.) (обмывальщиков), которым готовят особые подарки и которых обязательно приглашают на все поминки. Обычно обмывалыщиками бывают пожилые люди. Согласно традиционным воззрениям, молодые люди не должны заниматься этим из-за опасности соприкосновения со смертью. Обмывают покойного из ведра или корыта. В некоторых местах существует поверье, что во время обмывания покойного нужно израсходовать всю воду и не добавлять ее, иначе в доме еще кто-нибудь умрет. Там, где этот обычай не соблюдают, оставшуюся после обмывания воду выливают в чистое место- сад, огород или в «божий угол». Посуду, из которой обмывали покойника, сейчас уже не выбрасывают, как это делали раньше. Это говорит о том, что чувство страха перед вещами, связанными с покойником, становится менее острым. После обмывания покойника обмывают.
Женщины-мордовки с 50-60 лет готовят одежду «на смерть» себе и своему мужу. Можно проследить различия в похоронной одежде пожилых и молодых девушек и женщин. В тех районах, где еще бытует народная одежда или она вышла из употребления сравнительно недавно, пожилых женщин хоронят в национальном костюме. На голову пожилой женщине надевают два платка : один небольшой белый - концами назад, другой побольше темный -завязывают под подбородком. На ноги им часто надевают лапти, хотя повседневно их уже не носят, их плетут специально «на смерть». Таким образом, в похоронной одежде пожилых мордовок сохраняются такие элементы костюма, которые уже вышли из повседневного употребления. Молодых женщин и девушек хоронят в городской одежде, на ноги им обычно надевают покупную обувь, чаще тапочки.
Мужская похоронная одежда более однообразна, чем женская. Мужчин у мордвы везде хоронят в нижнем белье, брюках, рубашке, иногда в костюме. На ноги надевают тапки или лапти. На голову чаще всего ничего не надевают, иногда лишь делают тюрюк - кулек из холста.
«На смерть» готовят обычно и покрывало - савон, которым накрывают умершего, холст, которым покрывают гроб, а также полотенца и платки для раздачи пришедшим на похороны.
Таких подарков готовят иногда до 100 штук, так как на похороны у мордвы приходят все, даже самые дальние родственники, живущие в данном селении.
Хоронят обычно на третий день после смерти. Ночью, пока покойник находится в доме, читают над ним Псалтырь. Родственники умершего ночью обычно не уходят, чтобы показать, что они жалеют умершего. Одна из ближних родственниц-лапши (э.), олькси (м.) - причитает над покойным.
Все женщины, приходящие проститься с умершим, обязательно приносят так называемую поноску. В день смерти это обычно сырые продукты: мука, крупа, яйца, а на другой день - лепешки, пироги, яичница.
Приносят и деньги, которые идут читальщицам.
Поминки совершались в 3-й, 9-й, 20-й, 40-й дни, через полгода и в каждую годовщину смерти.
На поминки приходили родственники умершего, принося с собой что-нибудь съестное. На них «приглашали» и покойного, а также всех ранее умерших родственников. Для этого ехали на кладбище, захватив с собой вино, брагу и другие припасы. Немного из них съедали, положив прежде несколько кусочков на могильный холм. Туда же лили вина и брагу. Затем обходили могилы всех родственников, приглашая их в гости. Недавно усопшего звали и самого приехать в гости и пригласить других умерших родственников.
У мордвы существовал обычай выбирать заместителя поминаемого покойника- вастозай (м.), эземозай (э.). Им бывал обычно родственник умершего, более всех похожий на него. Иногда заместителя выбирали еще при жизни. По некоторым сведениям, выбирали не только заместителя покойного, но и его жены или мужа (в зависимости от того, кто умирал). Если муж или жена умершего были живы, то они не садились за стол с заместителем умершего. Оба лица были обязательно посторонними.
Им оказывали всяческое почтение : сажали в передний угол на разостланную постель, угощали, выслушивали рассказы об их жизни в потустороннем мире и жизни других умерших родственников, а при прощании падали перед ними ниц. Совершив поминальный обряд в доме покойного, ехали провожать его душу на кладбище. Здесь на могиле раскладывали различную снедь. С кладбища возвращались с песнями и весельем.
Особое значение придавали поминкам на 40-й день после смерти. Их называли большими. Они были как бы окончательными проводами усопшего в потусторонний мир. Поэтому заместителя умершего чаще всего назначали именно в день больших поминок, когда как бы пополнялись запасы одежды, питания и всего прочего, необходимого покойному в загробном мире. С этой целью закалывали животное : для умершего мужчины -- быка или лошадь, для женщины - корову или овцу. Мясо животного варили и съедали во время поминальной трапезы, а кровь по частям разливали в каждое блюдо и использовали для приготовления поминальных блинов. Голову, кожу и ноги убитого животного зарывали в могилу. Заботились также и об одежде для покойника: около его заместителя клали подушку, новую рубаху, сапоги или новые лапти с оборами, пояс или белый балахон. Имитировалось и заготовление дров дли умершего. Во время больших поминок во дворе разводили костер, иногда даже разводили небольшой костер в избе. Как уже отмечалось, таким образом старались защититься от смерти, которая «приходит» в дом вместе с покойником.
По окончании поминок заместителя умершего провожали с громогласным
поминальным плачем. «Моли авась калмонть лангс. пры калмонть троке, карми лайшеме:«Теперь более уже к нам не ходи, твой пир уже прошел. Ступай живи в своем месте ! Когда еще будет у нас праздник, тогда милости просим к нам в гости на время праздника. Ну, прощай !».
В конце XIX в. большие поминки уже не везде устраивали во всей полноте. Обычай выбирать заместителя умершего стал исчезать. В ряде мест стали просто раскладывать одежду покойного на лавке, где он умер, или на его могиле. В других делали куклу, изображавшую усопшего, которую одевали в его одежду и прикрепляли к ней зажженную свечку.
Своеобразные поминки совершались в год смерти после окончания жатвы. Когда убирали хлеб, лен или коноплю, то на долю покойного отделяли небольшой участок жатвы. Души всех умерших приглашали в дом поминаемого человека, где собирались его родственники с пивом, медовым квасом и съестными припасами. Здесь они поминали покойника, затем, захватив с собой питье и воду, отправлялись в поле. Участок поля, который оставался неубранным, был обычно небольшим, но уборка его продолжалась долго, так как срезали по одной соломинке и дергали по одному стеблю.
Помимо поминок, связанных со смертью одного из сородичей, у мордвы устраивались общеродовые поминки по всем умершим родственникам. В конце XIX века они приурочивались к церковным праздникам и совершались весной- перед Пасхой и на Фоминой неделе, на Троицу и осенью. Во многих местах на Страстной неделе топили баню для поминаемых покойников. На полок ставили для них корытце с водой, горшок с кашей и приглашали умерших предков прийти попариться. В этой же бане парились и сами. В Великий четверг для покойников устраивали угощение - резали быка или свинью, на их крови пекли блины, накрывали стол, ставили на него чашки и ложки, в некоторых местах развешивали на стене для умерших женщин украшения, а для умерших мужчин кафтаны. Над головой зарезанного быка вечером совершали поминальное моление. На пороге зажигали свечи, над порогом ставили горшок с кашей, яйцами, поставку с брагой, ветчину. Предков приглашали в избу : «Приходите те, которых мы знаеем и которых не знаем, у кого нет сродников, кому мы сделали зло, просим не одни мы, а все старики». Члены семьи «встречали» души умерших на пороге избы. Когда начиналось поминовение, на долю усопших кидали за порог крошки хлеба, а на стол клали 2-3 лишние ложки и ставили полный стакан браги. Помянув усопших в одном месте, ходили по домам родственников. «Угощение» покойников продолжалось до Пасхи.
Во вторник, а в некоторых местах и в первый день Пасхи, вся родня собиралась в доме старейшины. Вот как описывает эти поминки в деревне Кардафлей Пензенской губернии М.Е.Евсевьев: «В Великую субботу в каждом доме пекут блины, на передней лавке приготавливают постель для покойников - стелят войлок, кладут подушки, на подушку - белый платок-утиральник. Накрывают стол: на стол ставят ведро браги, горшок каши, кучу блинов, перед иконами зажигают свечку, все семейные становятся в ряд, хозяин и хозяйка дома выступают немного вперед и начинают молиться - звать предков на праздник. «Прадеды, прабабушки, услышьте нас, отряхните с себя земную пыль, приходите к нам на праздник, на ваше имя блины пекли, брагу варили; соберите всех своих родных и приходите; может быть, между вами есть безродные, которых некому пригласить, вы и их возьмите с собой, чтобы и они не остались без праздника. У нас всего вдоволь - всем хватит». Потом хозяйка дома указывает на постель: «Вот вам для отдыха место мы приготовили, после обеда отдыхайте тут».
Затем все садятся за стол и начинают, есть блины и пить пиво.
В Великую субботу приготовляется в очередном доме родни по мужской линии в складчину на все родство медовый квас, который называется атянь пуре - квас предков. В этом доме, в первый день Пасхи, собирается весь род, исключая молодушек, которые вошли в семью в этом году, - молить медовый квас предков. В доме накрывали два стола : по правую сторону - для прадедов, по левую - для прабабушек; около постели, приготовленной для предков, зажигали атянь штатол - свечу предков. В каждом роду была своя свеча предков. Ее зажигали только раз в год - в первый день Пасхи. Хранили эту свечу по году в каждой семье рода. У кого хранилась эта свеча, у того готовили и медовый квас предков и происходили общие поминки. Во время поминок все присутствующие отвешивали поклон в сторону стола прадедов, а затем - в сторону стола прабабушек.
Поминать садились мужчины за стол, приготовленный для прадедов, женщины -за стол прабабушек. Поминки совершали поочередно в каждом доме рода. При этом участники их, переходя из дома в дом, переносили с собой и штатол, который всегда ставили у постели, приготовленной для предков, предполагалось, что предки ходят вместе с участниками поминок. У мордвы-мокши во время пасхальных поминок члены семьи покойника, умершего последним в этом роду, несли с собой его вещи в знак того, что он ходит вместе с ними. Завершались поминки в этом же доме, откуда они начинались. Из него «провожали» покойников на кладбище, где их просили не приходить до тех пор, пока их снова не пригласят.