Московский государственный институт международных отношений (МГИМО)
Moscow State Institute of International Relations (MGIMO University)
Общество восстановления православного христианства на Кавказе: между миссионерством и цивилизаторством (1860-1885)
Society for the Restoration of Orthodox Christianity in the Caucasus: between missionary work and civilization (1860--1885)
Михаил Волхонский (Mikhail Volkhonskiy)
Россия (Russia)
Общество восстановления православного христианства на Кавказе не раз привлекало внимание как дореволюционных Лилов А.И. Деятельность Общества восстановления православного христианства на Кавказе в 1860--1870 гг. Тифлис, 1872; Беляев И. Русские миссии на окраинах. Историко-этнографический очерк. СПб., 1900; Кирион (Садзаглишвили), еп. Краткий очерк истории Грузинской церкви и эк-зархата за XIX столетие. Тифлис, 1901; Батуев А. Христианство в Осетии. Исторический очерк. Владикавказ, 1901; Попов И.Г. Преосвященный Иосиф, епископ Владикавказский (1821--1890 гг.). Историко-биографический очерк жизни и деятельности «апостола Осетии» и первого архипастыря Владикавказской епархии. Киев, 1902; ЕЕштонов А. Обзор деятельности общества восстановления православного христианства на Кавказе за 1860--1910 гг. Тифлис, 1910., так и современных историков Гедеон (Докукин), митр. История христианства на Северном Кавказе до и после присоедине-ния его к России. М.; Пятигорск, 1992; Андрей (Мороз), игум. История Владикавказской епархии. Элиста, 2006; Наскидаева Е.Х. Строительство храмов как основа церковно-практической деятель-ности российских православных миссий на Кавказе // Материалы международной юбилейной на-учной конференции «Россия и Кавказ». 6--7 октября 2009 г. Владикавказ, 2010; Савенко Е.А. Состав членов Общества восстановления православного христианства на Кавказе как отражение уровня и динамики его социальной поддержки // Вестник Пятигорского государственного лингвистическо-го университета. 2011. № 3; Клычников М.В., Савенко Е.А. Общество восстановления православного христианства на Кавказе (К 150-летию основания) // Ставропольский хронограф на 2010 год. Краеведческий сборник. Ставрополь, 2010; Остапенко Р.А. Православная миссия среди адыгов Северо-Западного Кавказа (1864--1917 гг.). Краснодар, 2012; Дзанагова Л.В., Кесаева Р.Э. Роль Общества восстановления православного христианства в развитии школы и просвещении народов Центрального Кавказа. Владикавказ, 2013; Туаева Б.В. Образовательная миссия Общества восста-новления православного христианства на Кавказе в XIX веке // Православная церковь в социаль-но-культурных процессах России: история и современность. Материалы I всероссийской науч-но-практической конференции (23--24 мая 2012 года). Владикавказ, 2013; Савенко Е.А. К вопросу об учреждении «Общества из духовных особ для проповедования греко-российской веры на Кавказе» // Научные проблемы гуманитарных исследований. 2011. Вып. 11; Савенко Е.А., Савенко С.Н. Вопросы историографии восстановления православного христианства на Северном Кавказе в се-редине XVIII -- начале XX в. Ставрополь, 2013; Муханов В.М. Проекты создания миссионерского общества на Кавказе: от А.П. Ермолова до князя А.И. Барятинского // Российская история. 2016. № 3.. Ими детально рассматривалось создание данной организации, исследовалась социальная опора её деятельности, указывалось, сколько в результате неё было восстановлено и построено храмов, открыто приходских школ, переведено на местные языки (грузинский, осетинский, абхазский и др.) богослужебных и религиозных книг. Достаточно подробно изучена роль Общества в формировании осетинской интеллигенцииТаказова З.С. Апостол Осетии -- Иосиф Владикавказский // Осетинская филология. История и современность. Вып. 3. Владикавказ, 1999; Кайтукова З.М., Хатаев Е.Е. Аксо Колиев и проблемы женского образования на Северном Кавказе (начало XIX в. -- 1917 г.). Владикавказ, 2000; Бирагова Ф.Р. Культурно-просветительская деятельность осетинских священнослужителей // Ритмы истории. Сборник научных трудов. Владикавказ, 2003; Бекоева Е.Д. Просветительская дея-тельность епископа Иосифа Чепиговского // Бюллетень Владикавказского института управления. Владикавказ, 2009. №31; Гостиева Л.К. Православие в Осетии: очерки о православном духовенстве второй половины XIX -- начала XX в. Владикавказ, 2014..
Между тем почти никто не пытался выяснить: почему в 1885 г. понадобилось реформировать общество? Современные исследователи либо просто констатируют факт его реорганизации, либо ссылаются на «Обзор» А.И. Платонова, в котором отмечалось, что «дело о преобразовании Общества началось в 1882 году», а «ближайшим поводом к возникновению его послужили сведения, полученные обер-прокурором Св[ятейшего] Синода о неудовлетворительном положении православных приходов в Северной Осетии». По словам Платонова, «причинами, вызвавшими преобразование, были: 1) несогласная с коренным характером общества, преследующего преимущественно православно-церковные цели, обособленность и независимость его от высшего в государстве православно-духовного правительства -- Св[ятейшего] Синода; 2) финансовые затруднения Общества, возникшие вследствие больших денежных затрат на устройство ирригационного канала для орошения высочайше пожертвованной обществу Караязской степи... и имевшие своим последствием неудовлетворительное содержание обществом за последние годы подведомых ему причтов, школ и церквей»4 ЕЕштонов А. Указ. соч. С. 132--133.. православный осетия кавказ вера миссионерский
Однако каким образом миссионерское общество оказалось втянутым в ирригационные работы? И как собственно «обособленность» от Синода негативно сказывалась на делах? А.И. Лилов, А.И. Платонов, епископ Кирион (Садзаг- лишвили), конечно, указывали, что председателем Общества был наместник на Кавказе, тогда как экзарх Грузии являлся вице-председателем. Но ведь более 20 лет эта система не вызывала возражений и только в 1882 г. подверглась острой критике со стороны синодального обер-прокурора. Следовало ли её менять, если Общество действовало столь успешно, как это обычно изображается? И почему тогда К.П. Победоносцев в 1882 г. утверждал, что оно, обособившись от церковной власти, не выполняет своих прямых задач?
Интерес к деятельности Общества у Победоносцева возник в связи с устройством Владикавказской епархии. В 1880 г. экзарх Грузии Иоанникий (Руднев) представил в Синод записку о необходимости «образовать в Грузинском экзархате епархию для осетин, занимающих весь северный скат Кавказа и южный скат оного в Горийском и Душетском уездах с кафедрой в городе Владикавказе, предоставив настоящему Владикавказскому викарию права епархиального архиерея». Эту просьбу поддержал митрополит Новгородский, Санкт-Петербургский и Финляндский Исидор (Никольский), предложивший передать в состав новой епархии как осетинские приходы, так и все «церкви и причты Владикавказского округа и Терской области, станичные, крепостные и осетинские со включением города Моздока». 15 февраля 1882 г. Синод постановил приступить к образованию Владикавказской епархии РГИА, ф. 797, оп. 52, д. 102, л. 1--1г.. Тем не менее передача ей церквей и причтов затянулась на несколько лет. Только 23 апреля 1885 г. Александр III утвердил представление Синода об учреждении новой кафедры Андрей (Мороз), игум. История Владикавказской епархии. С. 30..
Тем временем 16 февраля 1882 г. Победоносцев запросил у епископа Владикавказского Иосифа (Чепиговского) подробные сведения об осетинских приходах. В конце февраля он получил от владыки обстоятельный очерк «состояния православия в Северной Осетии». Описывая борьбу местного духовенства с пережитками язычества и «ренегатством» (переходом крещёных осетин в ислам), преосвященный Иосиф критиковал «Общество восстановления православного христианства на Кавказе», которое, по его мнению, недостаточно заботилось о строительстве новых церквей, с 1871 г. отказывалось печатать переведённые на осетинский язык богослужебные книги, а также неправильно вело дело преподавания в школах, учреждённых в горских приходах РГИА, ф. 797, оп. 52, д. 102, л. 1е-1е об., 6-9 об.. Опираясь на эту записку, дополненную собственными соображениями, обер-прокурор 22 апреля констатировал в письме к главноначальствующему гражданской частью на Кавказе кн. А.М. Дондукову-Корсакову, что «первейшая обязанность общества в течение 20-летнего периода времени остаётся не выполненной», а само оно «поставлено вне всякого отношения к высшей духовной власти» Там же, ф. 932, on. 1, д. 415, л. 10--10 об..
Как же получилось, что миссионерское общество оказалось вне юрисдикции Синода? Со времён А.П. Ермолова миссионерская деятельность в крае рассматривалась русской администрацией как один из инструментов ограничения влияния ислама на горцев, их умиротворения и «приобщения к цивилизации». Действовавшая на Северном Кавказе с 1745 г. Осетинская духовная миссия то упразднялась, то снова восстанавливалась, но вызывала много нареканий со стороны местных властей. Поэтому в 1827 г. Ермолов предложил подчинить её «особому обществу для проповедования греко-российской веры». Идею в Петербурге одобрили, и 13 апреля 1829 г. Николай I подписал указ Святейшему Синоду «Об учреждении Общества из духовных особ для проповедования греко-российской веры на Кавказе». Но в силу разных причин реализация его затянулась. Кавказское начальство, как духовное, так и светское, упорно искало оптимальную форму подобной организации Зиссерман А.А. Фельдмаршал князь Александр Иванович Барятинский 1815--1879. Т. 3. М., 1891. С. 100--101; Савенко Е.А. К вопросу об учреждении... С. 56--60; Муханов В.М. Проекты создания миссионерского общества... С. 61--67..
Завершились эти поиски только при кн. А.И. Барятинском, в самом конце Кавказской войны. Составленный им проект, сильно отличавшийся от тех, что обсуждались ранее, предусматривал, что общество должно будет заниматься только «восстановлением православного христианства» среди горцев, чьи предки когда-то являлись христианами, возглавить его следовало не экзарху, а наместнику, а финансирование обеспечивалось с помощью членских взносов, которые, как ожидалось, начнут массово поступать со всей России Зиссерман АЛ. Указ. соч. С. 107--110.. Ведь, как утверждал князь в представленной императору в 1857 г. записке, «дело идёт о вопросах, к которым Россия не может оставаться равнодушной: о религиозном просвещении меньших её братьев, ежегодно отрываемых мусульманской проповедью от лона святой Церкви Христовой» Кавказ и Российская империя: проекты, идеи, иллюзии и реальность. Начало XIX -- XX вв. СПб., 2005. С. 413.. Поясняя свою позицию, в декабре того же года наместник писал управляющему делами Комитета министров и Кавказского комитета В.П. Буткову: «Для полного умиротворения Закавказского края и окончательного слияния его с государством в равной степени необходимы военные меры, развитие гражданского его благоустройства и влияние на туземные племена христианских начал. Все эти способы должны действовать одновременно и совокупно и взаимно помогать один другому. Действие военной силы, равно как и всяких гражданских успехов, будет не полно, если оно не будет подкреплено действием христианских начал, первое проявление которых должно заключаться в смягчении и улучшении диких нравов, отличающих горские племена» Зиссерман АЛ. Указ. соч. С. 113.. И поскольку «действие христианских начал» становилось частью общей политики «умиротворения», руководство создаваемым миссионерским обществом целесообразно было поручить наместнику.
Конечно, логике кн. Барятинского сочувствовали не все архиереи, привлечённые в 1858 г. к обсуждению проекта. Если экзарх Грузии Евсевий (Ильинский) и митрополит Киевский и Галицкий Исидор (Никольский) поддержали наместника, то митрополит Московский и Коломенский Филарет (Дроздов) в записке, поданной в Кавказский комитет, указывал, что «когда общество имеет предметом дело, по божественному установлению, принадлежащее церковной иерархии, то председателем или первенствующим членом такого общества прилично быть члену иерархии» Там же. С. 116, 121-123.. Но наместник настоял на своём, и учреждённое 9 июня 1860 г. «Общество восстановления православного христианства на Кавказе» стало единственной в Российской империи миссионерской структурой, напрямую подчинённой не духовной, а светской власти.
Разумеется, само по себе это не объясняло последующих неудач. В первые два года своего существования Общество полностью сосредоточилось на решении поставленных в уставе миссионерских задач: «1) сооружать и содержать церкви и их принты в тех местах, где в настоящее время возможно восстановление христианской веры, распространяя впоследствии, по мере средств своих и степени успехов действий миссионеров, круг своей деятельности и на другие места; 2) учреждать школы для православного христианского образования детей горских семейств первоначально в тех аулах, где находятся уже церкви и священники; 3) учреждать особые классы при семинариях для преподавания языков горских и вообще для образования духовных лиц, предназначенных для проповеди Слова Божия в горах; 4) отправлять миссионеров для распространения в горах христианства; 5) переводить книги Священного Писания и богослужебные на туземные горские языки и наречия» О действиях высочайше учреждённого Общества восстановления православного христианства на Кавказе. СПб., 1862. С. 10..
Всё это требовало немалых средств. Поэтому временный комитет, созданный наместником для управления Обществом, в сентябре 1860 г. обратился к своей покровительнице -- императрице Марии Александровне с ходатайством о передаче ему дел и средств Осетинской духовной комиссии, которую предлагалось упразднить (она также находилась под покровительством супруги Александра II). В Кавказском комитете прошение одобрили, после чего царь его утвердил. В результате Общество получило ежегодное содержание и запасной капитал Комиссии, составлявший 231 174 руб. Со своей стороны императрица пожертвовала 120 758 руб. Кроме того, по высочайшему повелению «повсеместно во всех церквах» империи устанавливались «особые кружки для пожертвования на восстановление православия на Кавказе». Кружечный сбор в первые два года составил 31 876 руб., членские взносы дали 7 788 руб., а иные пожертвования -- 2 837 руб. Таким образом, в 1862 г. в распоряжении комитета оказалась весьма солидная сумма -- 401 435 руб.Платонов А. Указ. соч. С. 118--120.
На первых заседаниях комитет решил сосредоточить свои усилия в Самурзакани, Сванетии, Южной Осетии и Тушино-Пшаво-Хевсурском округе, рассчитывая, что в дальнейшем удастся перенести проповедь из Самурзакани -- в Абхазию, из Сванетии -- к балкарцам и карачаевцам, из Южной Осетии -- в Северную, а из Тушетии -- к кисгинам и другим чеченским племенам О действиях высочайше учреждённого Общества... С. 11--12..
В полной мере этот план реализован не был, но уже «в 1867 г. в ведении Общества находилась территория в 20 897 вёрст с населением в 256 057 душ», а с 1860 по 1880 г., как говорилось в отчёте, «Общество восстановления христианства, избрав для своей первоначальной деятельности территории, населённые племенами осетинским, абхазским, самурзаканским, сванетским и тушино-пшаво-хевсурским, распространило затем свои действия как на подпавших влиянию мусульманства ингилойцев Закатальского округа и грузин Ахалцихского уезда, так и на удин и айсоров, выходцев из Азиатской Турции, поселившихся в Эриванской губернии и недавно обращённых из несторианской секты в православие» ГА РФ, ф. 678, on. 1, д. 680, л. 9-9 об..
Определяя приоритеты, во временном комитете решили: для того «чтобы установить и утвердить на прочных основаниях между горцами христианство, необходимо, прежде всего, сделать доступным для них Слово Божие и назначить к ним священнослужителей, достойных и способных проповедовать его». Следовало незамедлительно заняться разработкой письменности для тех племён, у которых её не имелось, а также переводом «на осетинский, абхазский, сванетский и кисгинский языки священных и богослужебных книг». Специальной комиссии под председательством генерал-майора И.А. Бартоломея поручалось создать письменность для абхазского, сванетского и кистинского языков, после чего приступить к переводу на них духовной литературы. На осетинский язык их надлежало переводить во Владикавказе, где этот труд возложили на комиссию во главе с управляющим осетинскими приходами архимандритом Иосифом (Чепиговским) О действиях высочайше учреждённого Общества... С. 12; Зиссерман А.А. Указ. соч. С. 139..
Не менее важной и сложной задачей являлась подготовка «класса просвещённых и истинно полезных для дела Господня священнослужителей». Для этого комитет постановил открыть при Тифлисской и Ставропольской семинариях особые классы, в которых преподавались бы горские языки и обучались миссионеры, и оказать финансовую помощь Владикавказскому духовному четырёх класс н о м у училищу.