В XVIII начале XIX вв. считалось, что для защиты полевого укрепления солдат на банкете необходимо размещать так, чтобы между ними было расстояние в один шаг от 0,7 (при расстановке в 1 шеренгу) до 1,2 м (при 2 шеренгах) [Теляковский 1848, с. 13]. Около 1/5 всех обороняющихся выделялось в резерв. В таком случае по двум куртинам, не считая бастионов, должно было располагаться не менее 500-600 солдат. Конечно, в условиях борьбы с плохо вооруженными и слабо организованными кочевниками их могло быть и меньше.
Сведений о том, как располагались орудия в бастионах крепостей и фельдшанцев Новой Закамской линии, в архивных и опубликованных материалах не выявлено. Только по «земляному замку» Самары, очевидно за более ранний период, известно, что они размещались в 3 из 4 больверков, обращенных в сторону нападения противника. Эти больверки были укреплены бревенчатыми «струбами» щитов (казематов), где и стояли пушки [Дубман 2015, с. 154-156].
Во вновь выстроенных бастионных шанцах их, видимо, ставили по фланкам и фасам бастионов и по куртинам, обращенным в сторону нападения противника, на барбетах возвышениях из земли для размещения пушек.
Очевидно, что в данном случае наиболее приемлемым является способ размещения орудий, который описывает А.З. Теляковский. Для въезда на барбет устраивали пологие насыпи аппарели или въезды. На барбете, чтобы колеса орудий не продавливали грунт, укладывались деревянные щиты (помост или платформа из толстого бруса) [Теляковский 1848, с. 20-23].
Стрельба из пушек (вероятнее всего) велась через банк, т. е. поверх бруствера, что позволяло наводить их в любую сторону. Валганги насыпались из земли. К сожалению, сведений о размещении таких барбетов с орудиями (или их следов, которые можно выявить в ходе археологических исследований) внутри пространства Красноярской и Черемшанской крепостей, а также фельдшанцев не сохранилось.
Однако отчетность командования Закамской экспедиции свидетельствует, что при «внутренней крутости» Красноярской крепости было сделано 8 въездов для орудий (РГАДА. Ф. 248. Оп. 8. Д. 487. Л. 157) (рис. 3).
Рис. 3. Крепостные орудия. Стрельба через банк [Теляковский 1848. Черт. 8, 10]
В середине XIX в. осматривавший Красноярскую крепость в числе прочих оборонительных сооружений линии капитан Генерального штаба, будущий генерал-лейтенант и военный историк М.И. Иванин дал весьма квалифицированную оценку ее боевым возможностям: «Все укрепления эти хорошо применены к местности: ружейный и пушечный огонь везде почти обстреливает окрестность» [Иванин 1851, с. 73].
В самой крепости, как и в других бастионных шанцах и редутах Новой Закамской линии, гарнизон размещался только на время нападений противника. Никаких строений для постоянного проживания, казарм и т. д. внутри оборонительных сооружений этого типа не возводилось. Они предназначались только для обороны и размещения караулов.
В данной статье вследствие ее объема мы приводим самые общие сведения только о составе, количестве и размещении основных деревянных сооружений во внутренних полигонах Красноярской крепости и Кондурчинского фельдшанца, а также об общем количестве подобных строений на линии, не рассматривая специально их конструктивные особенности.
При строительстве Красноярской крепости, сезонные работники в 1734-1735 гг. возвели в ее внутреннем пространстве «деловой двор», где стояли изба, кузница, магазин для инструментов и материалов, сарай (РГАДА. Ф. 248. Оп. 8. Д. 487. Л. 7 об., 157). Очевидно, что это были временные сооружения, необходимые на период строительных работ. После их завершения на территории внутреннего крепостного полигона остались караульная изба «караульня», пороховой погреб и колодец. На плане проекта крепости они размещаются следующим образом: в западном бастионе при входе в него пороховой погреб (а); рядом с северным крепостным фронтом, обращенным в тыл, в сторону ландмилицкой слободы у единственного въезда в крепость «караульный дом» (б) и в центре внутреннего крепостного полигона колодец (в) [Ласковский 1865, с. 871] (Ласковский 1866. Л. 8, изобр. 3). Внутрь крепости можно было попасть через «палисадные» ворота северного крепостного фронта и подъемный мост (рис. 4).
Рис. 4. Красноярская крепость (Ласковский 1866. Л. 8)
Строения во внутреннем полигоне: а пороховой погреб; б «караульный дом»; в колодец; разрезы и профили укреплений по линиям 1, 2, 3 Fig. 4. Krasnoyarsk fortress (Laskovsky 1866. L. 8)
Все эти строения являлись обязательными для бастионных шанцев. Все они строились из бревен, заготавливаемых в соседних лесах (РГАДА. Ф. 248. Оп. 8. Д. 487. Л. 9 об.). Как правило, сохранившиеся источники не дают полного представления об их количестве; зачастую источники свидетельствуют об одной караульной избе, но, например, в Черемшанской крепости и в Шешминском фельдшанце их было по три да в крепости на Б. Черемшане располагался еще «магазин» (РГАДА. Ф. 248. Оп. 8. Д. 487. Л. 156-156 об.) [Дубман 2005, с. 88, 180]. Очевидно, что внутренний полигон, бастионы и равелин Красноярской крепости использовались только для размещения караулов и обороны во время нападения.
Т.В. Вавилонской в фондах РГВИА был выявлен план Кондурчинского фельдшанца с указанием внутренних деревянных сооружений в нем. Приведем его с нумерацией, проставленной нами (рис. 5).
Рис 5. План Кондурчинского фельдшанца (РГВИА. Ф. 349. Оп. 17. № 34132). 1. Пороховой погреб. 2. Артиллерийский цейхгауз. 3. Караульные будки (избы). 4. Колодец
Характерно, что линейная система «ров вал» соединялась с фельдшанцем по бастионам его западного бастионного фронта. Укрепления фельдшанца с одним равелином почти полностью были выдвинуты навстречу противнику, фактически опираясь своей западной куртиной на линию. Понятно, что пороховой погреб находился под защитой укреплений самого фельдшанца, так и линии ров вал, пожалуй, в самом защищенном месте в одном из бастионов. Во внутреннем полигоне фельдшанца почему-то нет караульных изб (их в 1735 г. было построено 2) (РГАДА. Ф. 248. Оп. 8. Д. 485. Л. 79), зато указан артиллерийский цейхгауз.
Заключение
Завершая данную работу, отметим, что при возведении Новой Закамской линии у столичного руководства и командования Закамской экспедиции нередко возникали спорные моменты. При этом в Военной коллегии и других центральных учреждениях зачастую соглашались с предложениями, поступавшими из Заволжья. Например, не однажды по инициативе руководства Закамской экспедиции вносились существенные коррективы в протяженность линии. Вместо двух крепостей на реках Шешме и Кичуй были возведены значительно меньшие по размеру фельдшанцы. Уже на последнем этапе строительства было принято решение селить ландмилицию не только при крепостях и фельдшанцах, но и при некоторых редутах.
Но в ряде случаев, в основном со стороны Военной коллегии и Канцелярии главной артиллерии и фортификации, выдвигались требования, которые в экспедиции выполнялись неукоснительно. Речь идет об исправлении конфигурации основных оборонительных сооружений, по которой до второй половины лета 1732 г. точных предписаний в Заволжье (как и на Украину) не поступало. Необходимо также упомянуть об отклонении предложения Ф.В. Наумова и И.А. Бибикова строить по правому северному берегу Сока только отдельные локальные укрепления. Вместо этого было указано провести непрерывную систему «ров вал» по южной прибрежной полосе реки. Протяженность ее составила около 70 км.
Следует вспомнить и проект командовавшего войсками на «Черемшанских форпостах» генерала В.П. Шереметева. Он предлагал значительно удешевить и упростить создание оборонительной линии. Шереметев считал, что вместо дорогой и чрезвычайно трудоемкой непрерывной системы укреплений следует возвести в дополнение к уже существовавшим редутам ряд новых и разместить при них драгунские полки. Однако в столице предложение генерала не приняли (РГАДА. Ф. 248. Оп. 8. Д. 478. Л. 234-236 об.).
Таким образом, очевидно, что для военного руководства страны в первой половине 1730-х гг. базовыми принципами при сооружении мощной оборонительной линии на европейском ЮгоВостоке являлись следование образцам западноевропейской фортификации и использование для защиты пограничных рубежей в Заволжье (как и на Украине) ландмилиции как основной военной силы.
Материалы исследования
АВИМАИВиВС Архив Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи.
Гукова 2009 Гукова Е.А. Оборона южных рубежей России в XVIII веке: Украинская линия и Украинский ландмилицкий корпус (17101780 гг.): дис. ... канд. ист. наук. Москва, 2009. 277 с.
Ласковский 1866 Ласковский Ф. Карты, планы и чертежи к III части материалов для истории инженерного искусства в России. Санкт-Петербург: Типография Императорской Академии Наук, 1866. 74 л.
РГАДА Российский государственный архив древних актов.
РГВИА Российский государственный военно-исторический архив.
Библиографический список
Багалей 1887 Багалей Д.И. Очерки из истории колонизации степной окраины Московского государства. Москва: Университетская типография, 1887. I-XVI, 614 с. URL: https://runivers.ru/lib/book4323/52917.
Байов 1909 Байов А. Курс истории Русского Военного Искусства. Выпуск III. Эпоха Миниха. (Царствование Императрицы Анны Иоанновны). Санкт-Петербург: Типография Гр. Скачков с С-ми. 1909. III-91 с. URL: new. runivers.ru>lib/book3106/9773.
Белецкая 1961 Белецкая Е., Крашенинникова Н., Чернозубова Л., Эрн И. «Образцовые» проекты в жилой застройке русских городов XVTII-XIX вв. Москва: Госстройиздат, 1961. 207 с. URL: https://vk.com/doc39003234_145349138?hash=23d2bcbf203d46a909.
Бенда 2016 Бенда В.Н. Зарождение и развитие научных основ инженерного дела в России в первой половине XVIII века // Современные проблемы гуманитарных и естественных наук: материалы XXX Международной научно-практической конференции 5-6 октября 2016 г. Москва: Институт стратегических исследований: Перо, 2016. С. 40-49. URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=27273247. EDN: https://elibrary.ru/wyvikj.
Вавилонская Т.В., Вавилонская М.А. 2021 Вавилонская Т.В., Вавилонская М.А. Графическая реконструкция крепости «Красный яр» в целях номинирования объекта в список всемирного наследия // Традиции и инновации в строительстве и архитектуре. Архитектура и градостроительство: сб. ст. 78-й Всероссийской научно-технической конференции. Самара: Самарский государственный технический университет, 2021. С. 622-630. URL: https:// elibrary.ru/item.asp?id=46369739. EDN: https://elibrary.ru/iqswxu.
Дубман 2015 Дубман Э.Л. Земляная крепость в Самаре и другие оборонительные сооружения региона в конце XVII начале XVIII в. // Самарский край в истории России. Вып. 5: материалы межрегиональной научной конференции, посвящ. 190-летию со дня рождения П.В. Алабина. Самара, 2015. С. 148-163. URL: https://www. elibrary.ru/item.asp?id=43095166. EDN: https://elibrary.ru/jlxbqq.
Дубман 2005 Дубман Э.Л. Новая Закамская линия: судьба, проект, строительство. 2-е изд., испр. и доп. Самара: Самарский университет, 2005. 196 с. URL: http://rushist.samsu.ru/books1/dubmane2005.pdf.
Дубман 2021 Дубман Э.Л. Особенности фортификационного строительства в лесостепном Заволжье первой трети XVIII в. // Вестник Самарского университета. История, педагогика, филология. 2021. Т 27, № 2. С. 17-26. DOI: http://doi.org/10.18287/2542-0445-2021-27-2-17-26. EDN: https://elibrary.ru/isactj.
Иванин 1851 Иванин М.И. Описание Закамских линий // Вестник императорского Русского географического общества. 1851. Ч. 1. Кн. 2. VI. География историческая. С. 57-72. URL: https://elib.rgo.ru/safeview/123456789/218957/1/UnVQUkxJQjEyMDQ3NjY2LnBkZg==.
Комолов 2009 Комолов Н.А. Царицынская линия во второй третьей четверти XVIII века // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: история, политология, социология. 2009. № 1. С. 11-19. URL: http://www. reenactor.ru/ARH/PDF/Komolov.pdf; https://elibrary.ru/item.asp?id=12579942. EDN: https://elibrary.ru/kphlvf.
Лавринова 1989 Лавринова Т.И. План защиты юго-восточной окраины России после сооружения Царицынской укрепленной линии начала XVIII века // Историческая география Черноземного центра России (дооктябрьский период): межвуз. сб. науч. тр. Воронеж: Изд-во Воронеж. ун-та, 1989. С. 79-89.
Лавринова 2012 Лавринова Т.И. Царицынская линия: история строительства в 1718-1720 и первые годы существования. Волгоград: Издатель, 2012. 95 с.: карты. URL: https://vk.com/wall-7319519_1112.
Ласковский 1865 Ласковский Ф. Материалы для истории инженерного искусства в России. Часть III. Опыт исследования инженерного искусства после императора Петра I до императрицы Екатерины II. Санкт-Петербург: Типография Императорской Академии Наук, 1865. 1016 с. URL: http://prussia.online/books/materiali-dlya-istoriiinzhenernogo-iskusstva-v-rossii-1-3.
Ожегов 1984 Ожегов С. С. Типовое и повторное строительство в России в XVIII-XIX веках. Москва: Стройиздат, 1984. 168 с. URL: https://dwg.ru/lib/2508.
Петрухинцев 2014 Петрухинцев Н.Н. Внутренняя политика Анны Иоанновны (1730-1740). Москва: РОССПЭН, 2014. 1062, [1] с.: табл. URL: https://www.elibrary.ru/item.asp?id=25885986. EDN: https://elibrary.ru/vumaul.
Полевая фортификация 1798 Полевая фортификация, или Искусство, каким образом строить шанцы и разныя укрепления... Москва: Унив. тип., у Хр. Ридигера и Хр. Клаудия, 1798. 100, [1] с., 7 л. черт. URL: http://tehne.com/ library/polevaya-fortifikaciya-ili-iskusstvo-kakim-obrazom-stroit-shancy-i-raznyya-ukrepleniya-moskva-1798?ysclid=l 5pjim1rql239432232.
Теляковский 1848 Теляковский А.З. Фортификация / сост. Лейб-гвардии сапер. батальона штабс-кап. Аркадий Теляковский. 2-е изд., испр. и доп. Ч. 1. Санкт-Петербург: Тип. И.И. Глазунова и К°, 1848. 225 с. ил., схемы. URL: http://militera.lib.ru/manuals/telyakovsky_az01/index.html.
Шемелина 2008 Шемелина Д.С. Вобан и Россия // Academia. Архитектура и строительство. 2008. № 4. C. 11-17. URL: https://elibrary.ru/item.asp?id=23076044. EDN: https://elibrary.ru/tkzhpn.