Институт экономики, финансов и бизнеса, Башкирский государственный университет
Институт экономики и управления, Уфимский государственный авиационный технический университет
НЕРАВЕНСТВО ВОЗМОЖНОСТЕЙ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА ИЗМЕРЕНИЯ НА МИКРОДАННЫХ RLMS-HSE
Зульфия Фануровна Ибрагимова -- кандидат экономических наук,
доцент кафедры инновационной экономики
Марина Валерьевна Франц -- кандидат технических наук,
доцент кафедры экономики предпринимательства
Уфа
Аннотация
неравенство доход непараметрический возможность
В настоящем исследовании оценивается неравенство возможностей в Российской Федерации. Оценка сделана с применением непараметрического подхода. Анализ базируется на данных двадцатой волны Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения НИУ ВШЭ, представляющего собой серию ежегодных общенациональных репрезентативных опросов. Пол, образование родителей и тип населенного пункта, где родился индивид, были отобраны в качестве факторов-обстоятельств. Доход и заработная плата применялись как измерители индивидуальных достижений. Сформированная в работе выборка ограничивалась индивидами в возрасте 26-60 лет в силу их активности на рынке труда преимущественно в этом возрастном интервале. Расчеты выполнялись на основе двух разновидностей непараметрического подхода -- упреждающего (ex-ante), основанного на критерии «минимум среди средних», и постфактумного (ex-post), базирующегося на критерии «средний по минимумам». Для оценки устойчивости результатов к выбору индекса неравенства использовались L-индекс Тейла, T-индекс Тейла и индексы Аткинсона A(1) и А(2). Установлено, что при применении L-индекса Тейла в качестве меры неравенства вклад неравенства возможностей в неравенство заработной платы составляет 18-24%, а в неравенство индивидуального дохода -- 12-21% (в зависимости от особенностей процедуры оценивания). Оценки, полученные с использованием ex-post подхода, выше, чем с использованием ex-ante подхода. Поскольку в исследовании учитывалось ограниченное число факторов-обстоятельств, следует считать, что проведенный анализ позволил оценить нижнюю границу вклада неравенства возможностей в неравенство доходов и заработной платы в Российской Федерации.
Ключевые слова: неравенство возможностей, неравенство индивидуальных достижений, факторы-усилия, факторы-обстоятельства.
Annotation
Zulfiya F. IBRAGIMOVA, Cand. Sci. (Econ.). Institute of Economics, Finance and Business, Bashkir State University (Ufa, Russian Federation).
Marina V. FRANTS, Cand. Sci. (Tech.). Institute of Economics and Management, Ufa State Aviation Technical University (Russian Federation).
Inequality of Opportunity: Theory and Practice of Measurement Using rLmS-HSE Microdata
This paper measures the opportunity inequality in the Russian Federation using a non-parametric approach. The paper uses data from the 20th round of the Russian Longitudinal Monitoring Survey -- Higher School of Economics, which is a series of annual nation-wide representative surveys. Gender; type of township where the respondent was born; and educational status of the respondent's parents were used as circumstance factors. The respondent's income and earnings were chosen as the individual achievements. Calculations were made using two versions of the non-parametric approach: ex-ante, based on the “Min of Means” criterion, and ex-post, based on the “Mean of Mins” criterion. Several inequality indices, including Theil L index, Theil T index, and Atkinson's A(1) and A(2) indices, were used in order to test the measurement reliability. According to the results obtained by our research team, in Russia, the contribution of opportunity inequality to earnings inequality is 18-24%, depending on the measurement procedure. The contribution of opportunity inequality to income inequality is somewhat less, 12-21%. The estimates obtained using the ex-post approach are higher than those using the ex-ante approach. Given that a limited number of circumstance factors were used in the research, it should be considered that the analysis performed allowed us to estimate the lower bound of the contribution of inequality of opportunities to the inequality of income and earnings in the Russian Federation.
Keywords: inequality of opportunity, inequality of individual achievements, effort factors, circumstance factors.
Введение
Проблема экономического неравенства сегодня находится в фокусе общественного внимания во многих странах. По данным социологических опросов Global Attitudes, проводимых исследовательским центром Pew Research Center более чем в тридцати странах мира, в США и большинстве европейских стран именно проблема растущего разрыва между богатыми и бедными воспринимается как самая большая угроза современному миру -- более значимая, чем распространение ядерного оружия, религиозная и этническая ненависть, СПИД и другие инфекционные заболевания, загрязнение окружающей среды.
В России, по данным опроса 2014 года, который проводился в условиях внешнеполитического кризиса, проблема растущего экономического неравенства заняла третье место -- 19% респондентов отметили ее как самую большую угрозу миру. На первом месте -- проблема распространения ядерного оружия (29%), на втором -- рост религиозной и этнической ненависти (27%).
В опросе, проведенном тем же Pew Research Center в России в 2007 году, распределение было совершенно иным: именно проблема растущего разрыва между богатыми и бедными наиболее часто отмечалась как самая большая угроза (27% респондентов ставили ее на первое место). На втором месте была проблема загрязнения окружающей среды (20%), остальные три набрали по 16-17% Middle Easterners See Religious and Ethnic Hatred as Top Global Threat. Pew Research Center. https://www.pewresearch.org/global/2014/10/16/middle-easterners-see-religious-and-ethnic-hatred-as- top-global-threat/..
В экономической науке проблематика экономического неравенства и взаимосвязи между распределением доходов и ресурсов оставалась на обочине практически до 1990-х годов [Аткинсон, 2018]. В отношении важности этой тематики среди экономистов и сейчас существуют различные точки зрения.
Так, лауреат Нобелевской премии Роберт Лукас писал, что «из тенденций, вредных для здравой экономической теории, самой обманчивой и -- на мой взгляд -- самой пагубной является чрезмерное внимание к вопросам распределения... Возможность улучшить жизнь бедняков посредством различных способов распределения уже имеющейся продукции -- ничто по сравнению с представляющимся безграничным потенциалом увеличения объемов производства» [Lucas, 2003. P. 8].
Энтони Аткинсон, напротив, считал, что вопросы распределения имеют огромное значение для понимания функционирования экономики [Аткинсон, 2018], а лауреат Нобелевской премии Джозеф Стиглиц в работе «Цена неравенства» утверждал, что увеличение экономического неравенства является причиной целого ряда общественных проблем. В их числе Стиглиц называл дефицит социальной сплоченности, рост преступности, ухудшение здоровья населения, подростковая беременность, ожирение, которые в свою очередь негативно влияют на экономическую эффективность [Стиглиц, 2017].
Концепция равенства возможностей берет свое начало в работе Ричарда Тоуни (1880-1962), который утверждал, что каждому должно быть «позволено в равной степени извлекать максимум выгоды из тех достоинств, которыми он обладает» [Tawney, 1964. P. 46-47]. В дальнейшем эта идея была развита в работах Джона Ролза (1921-2002) [Rawls, 1958; 1971]. Для него благосостояние измерялось как степень, в которой человек выполняет свой жизненный план. Он рассматривал выбор жизненного плана как исключительно индивидуальное решение. Первичные блага считаются теми входными ресурсами, которые необходимы для успеха любого жизненного плана, и поэтому выравнивание доступа индивидов к первичным благам является способом их привлечения к ответственности за выбор жизненного плана.
Позднее Рональд Дворкин опубликовал две статьи [Dworkin, 1981a; 1981b], в которых рассматривались проблемы в аргументации Ролза. Дворкин пытался определить концепцию равенства, которая была бы этически обоснованной. В первой из этих статей он утверждал, что «равенство благосостояния» не является внятным и привлекательным идеалом прежде всего потому, что не предполагает ответственности людей за их предпочтения. Во второй статье Дворкин приводил доводы в пользу «равенства ресурсов», при котором ресурсы включают аспекты физической и биологической среды человека, за которые он не должен нести ответственность. Дворкин возлагал на людей ответственность за их предпочтения, в частности за предпочтения в отношении риска.
Позднее в работах исследователей [Arneson, 1989; 1990; Cohen, 1989] было предложено заменить неравенство ресурсов на неравенство возможностей. Авторы предложили два способа определить нормативный идеал равенства возможностей: «мы должны... компенсировать только то неравенство, которое не связано с индивидуальным выбором» [Cohen, 1989. P. 914]; «перераспределительная политика не должна корректировать неравенство, возникающее вследствие свободного выбора или ошибки того, кто достиг меньшего, так как инди-
вид должен нести ответственность за свой выбор или свое неправильное поведение, которое привело к возникновению неравенства» [Arneson, 1990. P. 176].
Важность этих определений состоит в том, что, несмотря на сходство, они формируют два разных принципа в теории неравенства возможностей: принцип компенсации, утверждающий, что неравенство, не связанное с индивидуальным выбором, должно компенсироваться; и принцип естественной награды, утверждающий, что неравенство, возникающее вследствие свободного выбора индивидом своих действий, не должно затрагиваться перераспределительными механизмами. Как мы увидим далее, эти принципы не тождественны и формируют разные подходы, в том числе к измерению неравенства возможностей.
Значительный вклад в теорию неравенства возможностей внесли работы Джона Ромера [Roemer, 1993; 1998]. Он предложил разделять детерминанты индивидуальных достижений на две категории -- обстоятельства, не зависящие от индивида (например, место рождения, пол, образование и доходы семьи, в которой индивид родился и рос), и усилия, ответственность за которые несет сам индивид. Ромер предложил считать, что равенство возможностей достигается тогда, когда обстоятельства не влияют на индивидуальное достижение, или, на математическом языке, когда условное распределение достижения при любом фиксированном наборе обстоятельств совпадает с его безусловным распределением. Эта математическая формализация равенства возможностей имела важное значение, поскольку открыла путь к разработке методов практической оценки неравенства возможностей и их апробации на микроданных различных стран.
На сегодня сложились два основных подхода к измерению неравенства возможностей -- параметрический и непараметрический.
Параметрический подход, впервые предложенный в работе [Bourguignon et al., 2007], основан на сравнении фактического неравенства достижений с неравенством контрфактических достижений, то есть достижений, которые могли быть, если бы обстоятельства, не контролируемые индивидом, не оказывали влияния на его достижения. Этот подход был использован для оценки неравенства возможностей в различных странах, в том числе в России. Подробно методика параметрического подхода и результаты ее использования на микроданных различных стран, в том числе и на российских, описываются в работе [Ибрагимова, Франц, 2019].
Непараметрический подход, который будет использоваться в настоящем исследовании, впервые предложен в работе [Checchi, Peragine, 2010]. Этот подход основан на разделении совокупности индивидов на несколько однородных групп.
Существуют две разновидности непараметрического подхода: в первой индивиды делятся на группы, однородные с точки зрения обстоятельств, во второй -- с точки зрения усилий. В случае непараметрического подхода с использованием групп, однородных по усилиям, внутригрупповая вариация является мерой неравенства возможностей. В случае непараметрического подхода с использованием групп, однородных по обстоятельствам, наоборот, межгрупповой компонент вариации дает оценку неравенства возможностей.
Непараметрический подход имеет некоторые преимущества по сравнению с параметрическим -- простоту вычислений и отсутствие необходимости в уравнении, описывающем связь факторов с достижением. Недостаток этого подхода в том, что на практике возможен лишь весьма ограниченный учет факторов- обстоятельств.
В работе [Checchi, Peragine, 2010] оценка неравенства возможностей выполнена с использованием непараметрического подхода на микроданных обследования доходов и благосостояния итальянских домохозяйств. В качестве фактора-обстоятельства использовался наиболее высокий уровень образования родителей индивида, в качестве измерителя индивидуального достижения -- годовая начисленная заработная плата. Показано, что неравенство возможностей обуславливает около 20% неравенства заработной платы в Италии.
В эмпирических работах, посвященных неравенству возможностей, нередко используются оба подхода с последующим сравнением полученных результатов. Так, в работе [Ferreira, Gignoux, 2011] исследуется неравенство возможностей в шести латиноамериканских странах -- Бразилии, Колумбии, Эквадоре, Гватемале, Панаме и Перу. В качестве измерителей индивидуального достижения применяются среднедушевой эквивалентный доход и среднедушевое эквивалентное потребление домохозяйства, к которому принадлежит индивид. В качестве факторов-обстоятельств отобраны образование отца и матери, профессия отца, национальность или расовая принадлежность и место рождения.
Авторы установили, что вклад названных факторов-обстоятельств в неравенство потребления составляет 25-50% в зависимости от страны, и он достоверно выше, чем их вклад в неравенство дохода (от 22 до 32% в зависимости от страны). Кроме того, показано, что оценки, полученные с использованием обоих подходов, весьма близки.