На пути к изменению глобальной парадигмы: как преодолеть кризис либерального миропорядка
Сноуэр Деннис Дж. -- PhD, президент Global Solutions Initiative (GSI); 180 FriedrichstraBe, 10117, Berlin, Germany
Содержание статьи можно кратко изложить следующим образом. Во-первых, кризис либерального миропорядка возникает из-за несбалансированности наших областей деятельности в социальной, экономической и политической сферах, а также из-за возникающей вследствие этого дестабилизации нашей физической среды. Интеграция мировой экономики породила проблемы, которые выходят за пределы нынешних границ нашего социального и политического сотрудничества. Во-вторых, расширение нашего социального сотрудничества, на основе которого можно расширить и политическое сотрудничество, требует создания соответствующих моральных нарративов. Эти нарративы должны определять бизнес-стратегии, государственную политику и гражданскую деятельность. В-третьих, эти нарративы должны быть дополнены многоуровневыми структурами управления, которые решают проблемы в микро-, мезо- и макромасштабах. Наконец, опыт человечества в разработке моральных нарративов, поддерживаемых многоуровневыми структурами управления, позволяет сформировать руководящие принципы будущей формы многосторонности, которая позволит нам справиться с указанной проблемой.
Ключевые слова: мировой порядок; кризис
Вызов. Либеральный миропорядок находится в кризисе. Его симптомы распространены по всему миру: растущее разочарование либеральной демократией как инструментом выражения политических позиций, усиливающаяся критика капитализма как инструмента распределения и передачи ресурсов, усугубление экологических проблем, растущее недоверие к политическим и экономическим институтам (политические партии, национальные правительства, международные институты, корпорации, средства массовой информации и НПО), рост движений, основанных на идеологии национального и религиозного превосходства, усиление популизма и постепенный отказ от многосто-ронности.
Я утверждаю, что нынешний кризис мирового порядка является результатом столкновения парадигм в социальной, экономической и политической сферах человеческой деятельности, что имеет серьезные последствия для нашей физической среды. Преобладающая экономическая парадигма -- рыночная глобализация -- объединила мировую экономику, породив огромное материальное благосостояние, но и вместе с тем ряд сопутствующих проблем, от изменения климата до растущего неравенства и социальной напряженности. Напротив, преобладающие политические и социальные парадигмы, движимые национализмом, религиозной и этнической принадлежностью, фрагментируют наши лояльности.
Чтобы добиться прогресса в решении глобальных проблем, мы должны стремиться изменить наши социальные парадигмы в тех случаях, когда они дезадаптивны, а именно препятствуют нашему материальному и нематериальному процветанию, не позволяя решать проблемы, которые требуют социального сотрудничества в соответствующих масштабах. Затем мы должны стремиться привести экономические и политические парадигмы в гармонию с социальными парадигмами, способствующими процветанию.
Процветающие общества опираются на самоусиливающуюся социальную лояльность на различных уровнях: местном, региональном, национальном и транснациональном. Чтобы экономические и политические системы способствовали процветанию человечества, эти самоусиливающиеся социальные лояльности должны поддерживаться самоусиливающимися экономическими и политическими структурами во всех соответствующих масштабах, от локальных до глобальных. Другими словами, необходимое изменение парадигмы требует сопряжения экономической и политической сфер с хорошо функционирующей социальной сферой в соответствующих макро- и микромасштабах.
Эти цели основаны на хорошо известном понимании процесса многоуровневого отбора, который стимулирует эволюцию человеческих культур . Люди -- это успешный вид, поскольку они могут сотрудничать, чтобы приносить пользу друг другу, даже в ущерб индивидуальным интересам. В культурной эволюции процесс отбора воздействует не только на отдельных людей, но и на группы на разных уровнях. Группы, содержащие более высокую долю кооператоров, могут получить конкурентное преимущество перед группами эгоистичных индивидов, подобно тому, как успешно взаимодействуют группы клеток, составляющих организм. Принципиальное различие между культурным и биологическим отбором на разных уровнях заключается в том, что можно управлять идеями, правилами, нормами и ценностями, которые движут человеческими культурами. Это различие позволяет нам выполнить миссию по преобразованию социальной, экономической и политической сфер в целях содействия процветанию человечества.
Эта миссия имеет три далеко идущих последствия. Во-первых, в социальной сфере широко признается, что у всех нас есть несколько социальных лояльностей: к нашим семьям, друзьям, коллегам, согражданам, прихожанам той же церкви и т.д. Они позволяют нам сотрудничать друг с другом в нескольких сферах и вести насыщенную, многогранную жизнь. Новая парадигма поощряет гармонию между множеством лояльностей, которая позволяет нам сотрудничать в масштабах, соразмерных вызовам, которые предлагает нам жизнь. Эти взаимодополняющие лояльности обычно основываются на моральных нарративах, поддерживаемых институтами, что приводит к получению личностью прав и возможностей, формированию социальной принадлежности и справедливому распределению выгод. В случаях, когда проблемы являются транснациональными, лояльности также должны быть транснациональными, чтобы патриотизм не вступал в конфликт с космополитизмом.
Во-вторых, политические лояльности должны быть увязаны с социальными, которые способствуют процветанию. Согласно новой парадигме, национализм служит национальным целям, тогда как страны сотрудничают на многосторонней основе для обеспечения глобальных общественных благ и управления глобальным достоянием. Эта новая форма многосторонности должна рассматриваться как средство обеспечения просвещенного национализма. В том же духе новый национализм может стать средством поддержки просвещенного регионализма, локализма и индивидуализма. глобальный кризис либеральный миропорядок
В-третьих, в экономической сфере глобализация не должна осуществляться в ущерб местным сообществам. Новая парадигма должна побуждать нас к созданию сильной местной идентичности, в то же время позволяя пожинать плоды специализации и передачи знаний, которые обеспечивает глобализация. Это подразумевает, что ни централизованное экономическое планирование, ни чистая политика невмешательства, скорее всего, не являются парадигмами, которые могут обеспечить устойчивое, инклюзивное и справедливое процветание. Необходима согласованная экономическая политика на микро-, мезо- и макроуровнях, дополняемая усилиями в политической и социальной сферах.
Для этого лидеры бизнеса должны ставить перед собой более широкие задачи, чем максимизация акционерной стоимости, а лица, определяющие экономическую политику, должны измерять свой успех не только уровнем ВВП. Поскольку новая парадигма признает конечной целью бизнеса и политики содействие процветанию человечества, она предполагает нечто большее, чем достижение неких агрегированных экономических результатов (таких как высокие темпы экономического роста). Большее, чем обеспечение справедливого распределения выгод этих результатов между заинтересованными сторонами. Помимо этих целей, новая парадигма побуждает бизнес и политику к обеспечению индивидуальных прав и возможностей (потребность людей самостоятельно определять свою судьбу собственными усилиями) и социальной солидарности (потребность людей быть интегрированными в сообщества, в которых они ощущают свою принадлежность и заботу о себе).
В целом новая парадигма приводит нас к новому социальному контракту, в котором социальная, экономическая и политическая деятельность больше не следуют своей собственной логике, продиктованной существующими институтами, правилами и нормами, а скорее взаимодействуют, чтобы служить нашим основным потребностям на соответствующих уровнях.
Три тектонических плиты человеческих отношений. Мы являемся свидетелями столкновения между тремя тектоническими плитами, на которых основаны человеческие отношения: (1) экономическая сфера, управляющая производством и обменом товарами и услугами, (2) политическая сфера, организующая распределение власти, и (3) социальная сфера, регулирующая наши социальные взаимодействия. Человеческие дела процветают, а мы существуем в поддерживающих жизнь отношениях с нашей планетой, когда эти области находятся в гармонии, способствуя инклюзивному по отношению к человеку и устойчивому процветанию.
Это означает, во-первых, что границы общества должны в значительной степени совпадать с границами государства. Другими словами, каждой стране нужна достаточная социальная сплоченность для удовлетворения потребностей общества посредством политических процессов, отражающих интересы его членов. Только тогда граждане признают легитимность своих политических представителей. В странах с поляризованными обществами -- независимо от того, вызвана ли поляризация неравенством в доходах, благосостоянии и образовании или разной степенью открытости для иностранцев, или наличием враждующих групп -- становится трудно, а иногда невозможно установить легитимную власть. Социальная поляризация (измеряемая в терминах кластеров населения, когда люди, принадлежащие к одному кластеру, имеют сходные атрибуты, в то время как люди, принадлежащие к различным кластерам, имеют разные атрибуты) может привести к социальной напряженности и волнениям из-за несовпадения социальных и политических границ [Esteban, Ray, 1994].
Во-вторых, полезно, чтобы границы государственной политики в значительной степени совпадали с границами экономики. В таких условиях правительства могут контролировать правила, регулирующие экономическое взаимодействие, в соответствии с волей своих граждан. Когда границы экономики пересекают множество национальных границ, тогда и границы политики должны также пересекать их за счет многосторонних правил и норм. Иными словами, глобализация требует «полицентричного управления», то есть системы, в которой несколько органов управления взаимодействуют для выработки и обеспечения соблюдения правил, способствующих коллективным действиям [McGinnis, 1999; Carlisle, Gruby, 2017]. В противном случае неизбежно возникнут разногласия по вопросам регулирования экономической деятельности в отношении прав человека, прав трудящихся, вопросов окружающей среды, защиты потребителей и др.
Когда границы общества, государственной политики и экономики в целом совпадают, суверенитет индивида примиряется с суверенитетом экономики и суверенитетом нации (или другого политического образования). Эти вопросы суверенитета -- права и власти управляющего агента над собой, без вмешательства других агентов -- могут быть пояснены при помощи голосов. Например, демократическое государство работает по принципу «один человек -- один голос». Капиталистическая экономика работает по принципу «один доллар -- один голос» . Эти два принципа голосования могут быть согласованы друг с другом только в том случае, если избиратели в стране поддерживают экономическую систему, которая вознаграждает людей в соответствии с их покупательной способностью. В демократическом государстве это может произойти только тогда, когда экономическая мобильность достаточно высока, чтобы дать всем людям возможность достичь приемлемой покупательной способности. Если границы общества, государственной политики и экономики существенно различаются, то проблемы суверенитета становятся неразрешимыми, и рано или поздно возникает конфликт.
Как показано в новой обстоятельной книге П. Кольера [Collier, 2018], многие социальные противоречия в развитых западных странах обусловлены пространственным, образовательным и моральным разрывом, который проявляется в социальной, политической и экономической сферах. Во многих странах средний класс выступает якорем для пересекающихся социальных, политических и экономических идентичностей и, таким образом, смягчает социальную напряженность. Следовательно, сокращение среднего класса может усилить социальную и политическую напряженность .
Проблема. Кризис либерального миропорядка возник, потому что сместились три тектонических плиты человеческих отношений. Экономическая сфера объединила большую часть мира в единую интегрированную систему производства и обмена. Большинство товаров производится с участием нескольких стран. Глобализация производства сопровождается глобализацией рынков, что позволяет покупателям и продавцам связываться и конкурировать друг с другом по всему миру. По мере того как товары и услуги становятся все более взаимосвязанными, а последние еще и оказываются в электрон-ной форме, их производство и обмен также становятся глобальными. Сегодняшние фабрики и торговые площадки -- места, где производятся и обмениваются товары, -- простираются через многочисленные национальные границы. Посредством торговли, финансовых потоков и прямых иностранных инвестиций мировая экономика связывает производителей и потребителей в интегрированные сети глобальных цепочек добавленной стоимости. Более того, производство и распространение знаний в экономической сфере также приобрело глобальный характер. Международное движение товаров, услуг и идей, в свою очередь, способствовало международному перемещению людей, хотя миграционные потоки по-прежнему сильно ограничены вследствие нацио-нального миграционного контроля.