Наконец, в-третьих, указывалось, что следование методологии упомяну-того выше английского перевода, рас-считанного на носителей еврейской культуры, вряд ли целесообразно в тек-сте, предназначенном для аудитории, к ним не относящейся: «для того, чтобы понимать подобный переводъ, нужно быть хорошо знакомымъ съ духомъ ев- рейскаго языка. Такой переводъ хорошъ для евреевъ нов®йшаго времени; но для европейскихъ народовъ, языкъ кото- рыхъ слишкомъ далекъ отъ еврейскихъ идютизмовъ1, многія, буквально пере- данныя вьіраженія еврейскія останутся непонятными» [2]. В принципе, это мож-но отнести и к воспроизведению соб-ственных имён: звучание, естественное для представителя иудейской культуры, может вызвать отторжение у тех, кто к ней не принадлежит.
Достаточно негативную оценку по-лучил перевод В. И. Кельсиева и в боль-шинстве современных исследований, в том числе при рассмотрении вопроса о передаче антропонимов и топонимов, где в его подходе усматривали непоследова-тельность и половинчатость, указывая, что, отвергнув сложившуюся ещё в сла-вянском переводе традицию, он, по суще-ству, не дал и точной фонетической пере-дачи, «так как в этом случае ему пришлось бы применять систему транскрибирова-ния семитских языков, употребляемую в научных изданиях. А так как заявленной целью перевода было ознакомление с би-блейским текстом широких масс, то нере-шенность этого вопроса в переводе В.И. Кельсиева очевидна. Более того, она под-черкивает оправданность использования в СП1 привычных имен библейских пер-сонажей и географических названий» [13, с. 190]. Примечательно, что большинство новых переводов Священного Писания, созданных за последние десятилетия и вызывавших порой довольно острые дискуссии, в тех случаях, когда они были предназначены именно для представи-телей русской культурной традиции, не выполнено в соответствие с установками В. И. Кельсиева.
Танах в переводе Д. Йосифона: версия для русскоязычных иудеев
В одной из относительно недавних монографий, посвящённых истории Из-раиля отмечается, что при цитировании фрагментов Библии «текст самих цитат был уточнен на основе новых и более со-вершенных переводов древнееврейских текстов Ветхого Завета», в том числе в версии под редакцией Д. Йосифона и П. Гиля. При этом подчёркивается, что: «Серьезным уточнениям подлежит и перевод библейских имен и названий ... многие из которых утратили всякую связь с их древнееврейскими оригина-лами и звучат неузнаваемо. ... Особенно далеки имена и топонимы из Библии от своих древнееврейских оригиналов в рус-ском каноническом переводе полутора-вековой давности» [9, с. 10-11].
Оба перевода выполнялись (в отличие о версии В. И. Кельсиева) приверженца-ми иудейской религиозно-культурной традиции, для которых «гебраизация» была основной стратегией. Анализируя деятельность предшественников Д. Йо- сифона, автор предисловия к названной версии, бывший в те годы министром по делам религии, отмечал: «Ведь по сей день не было еще полного перевода на русский язык всего Танаха, который был бы сделан евреями: переведены лишь от-дельные его книги. Сделанный О. Штейн-бергом перевод Торы и нескольких книг первых пророков считается в основном верным, но и он, к сожалению, не ли-шен недостатков: вслед за христиански-ми переводами в нем были искажены до неузнаваемости названия местностей и собственные имена ...».
Характерно, что даже названия со-ставляющих Ветхий Завет книг представ-ляют собой транслитерацию с иврита: Берейшис (Бытие), Шмойс (Исход) и др. Гебраизированы и имена собственные: Хавва (Ева), Моше (Моисей), географи-ческие наименования: Бавэл (Вавилон), некоторые реалии: Паро (фараон - ана-логично переводу В. И. Кельсиева) и т. д.
Однако аудитория, находящаяся вне иудейской традиции, не воспринимала подобный текст, о чём писали критики кельсиевского перевода, возникало то, что можно назвать «лингвокультурным отторжением». Примечательно, что ав-тор приведённого выше утверждения о наличии «более новых и более совер-шенных переводов древнееврейских тек-стов», выполненных «группой высоко-классных специалистов-переводчиков в 70-90-е гг. ХХ столетия в Израиле», не стал полностью следовать системе пере-дачи, представленной в них: «Решая во-прос о том, какой вариант персональных имён и географических названий ис-пользовать ... автор руководствовался принципом целесообразности. Библей-ские имена, прочно вошедшие в русский язык, оставлены без изменений, как бы сильно они не отличались от своих древ-нееврейских оригиналов. В то же время малоизвестные для русскоязычного чита-теля имена используются в изначальной форме . при первом упоминании древ-нееврейских имён и названий в скобках даются их эквиваленты в русском кано-ническом (Синодальном) переводе» [9, с. 11-12].
Разумеется, выбирать тот или иной путь подачи рассматриваемого лексиче-ского пласта - право переводчика. Одна-ко, деление лексем по принципу «знаком-ства» аудитории с тем или иным именем неизбежно окрашено субъективизмом, а система «двойной репрезентации» исхо-дит из того, что читатель будет помнить приведённое переводчиком соотношение на протяжении всего текста, хотя встре-чаться «малознакомые» библейские пер-сонажи могут на значительном отдале-нии друг от друга.
В заключение раздела отметим, что, несмотря на то, что версии, о которых шла речь, предназначены адресату, име-ющему хотя бы поверхностное знаком-ство с иудейской культурой, некоторые специалисты, их критиковали за то же, за что и перевод В. И. Кельсиева, выполнен-ный на полтора столетия ранее: «Мно-гие годы русскоязычные читатели-евреи существовали в культурном и религиоз-ном пространстве Ветхого Завета, пред-ставленного Синодальным переводом Библии. Соответственно, они привыкли и к именам библейских персонажей, и им нелегко привыкать к транслитерирован-ным именам, к тому же зачастую произ-вольным, в силу фонетического несовпа-дения обоих языков»[14].
The complete Jewish Bible: гебраизация Нового Завета
Если В. И. Кельсиев стремился соз-дать полный перевод Библии с еврейско-го языка, включающий Ветхий и Новый Заветы (что вызывало жёсткую критику), но сумел перевести только часть перво-го, а русские переводы Библии, выпол-ненные в рамках иудейской традиции, по понятным причинам, Нового Завета не касались (как и большинство созданных её представителями переводов на другие языки), то с так называемой «Полной ев-рейской Библией» (The Complete Jewish Bi-ble) дело обстояло по-иному. Выпуская её в свет в конце прошлого века, создатель названной версии Д. Стерн подчёркивал, что не только Ветхий, но и Новый Завет являются по своему характеру еврейски-ми: “The Complete Jewish Bible is the only English version of the Bible fully Jewish in style and presentation that includes both the Tanakh (“Old Testament”) and the B'rit Ha- dashah (New Covenant, “NewTestament”). Even its title, the Complete Jewish Bible, challenges both Jews and Christians to see that the whole Bible is Jewish, the B'rit Ha- dashah as well as the Tanakh”.
Не касаясь религиозной составляю-щей этого утверждения, отметим, что оно обосновывало гебраизацию обоих Заветов. По отношению к Ветхому За-вету особой новизны подобный подход не содержал, текст в версии Д. Стерна во многом представлял собой парафраз од-ного из таких переводов начала прошло-го столетия (изданного в 1917 г. Jewish Publication Society of America Version), хотя в специальной литературе отмечалось, что в некоторых случаях передача осу-ществлялась непосредственно с еврей-ского подлинника. В то время как Новый Завет представляет собой оригинальную версию, переведённую с греческого язы-ка, но с репрезентацией имён в соответ-ствии с их еврейским произношением (Jesus - Yeshua, John-Yochanan и т. п.).
Здесь целесообразно вновь обратить-ся к фрагменту Евангелия от Иоанна (Ин. 1.43), с которого мы начали нашу статью. В рассматриваемом переводе он выглядит следующим образом: ““You are Shim'on Bar-Yochanan; you will be known as Ксіа.” (The name means “rock.”).”
Таким образом, «гебраизуя» име-на собственные, переводчик вынужден отказаться от воспроизведения сти-листического приёма, применённого в греческом подлиннике и отражённого практически во всех переводах: двойной актуализации лексемы Петров - как на-рицательного существительного, пояс-няющего семантику имени Кцфй^, и как антропонима - сохранив только первый момент (характерно, что слово rock напи-сано со строчной буквы). Думается, что такое опущение несколько спорно.
С другой стороны, если при «гебра- изированной» передаче ветхозаветных имён речь идёт именно о следовании ев-рейскому оригиналу, то применительно к Новому Завету, реального подлинни-ка, кроме греческого, не имеющего, при-ходится говорить уже о реконструкции имён собственных. Насколько последняя целесообразна, тем более, применитель-но к тексту такого характера, имеющему за собой двухтысячелетнюю традицию - вопрос, на наш взгляд, спорный.
Примечательно, что проводя в тексте последовательную гебраизцию, в назва-ниях соответствующих книг обоих За-ветов и предисловиях к ним переводчик пользуется традиционными для англий-ской лингвокультуры средствами: Samuel (Sh'mu'el), Job (Iyov, как это имя передаёт-ся и в русской традиции), Peter (Kefa) и др.
Отметим, что подобными приёмами передачи отмечены и в некоторых других англоязычных версиях Священного Пи-сания, включая даже преобразованную в этом духе Библию короля Иакова, од-нако вряд ли между ними есть принци-пиальная разница в интересующем нас аспекте.
Можно добавить к сказанному, что ру-сифицированный вариант перевода Но-вого Завета Д. Стерна использован при создании ещё одной «гебраизированной» версии Нового Завета (Брит Хадаша) на русском языке [12] (ветхозаветная часть опирается на перевод Д. Йосифона).
Заключение
Подводя итог нашему рассмотрению, заметим следующее:
1. Стремление «выправить» правопи-сание собственных имён путём прибли-жения их к звучанию на иврите, проявив-шееся в относящемся к середине XIX в. переводе В. И. Кельсиева, практически не нашло продолжения в собственно рус-ской традиции, складывавшейся под вли-янием греческой Септуагинты. При этом указывалось, что такого рода отход мог привести как к затруднению понимания текста, так и к его неприятию по лингво-культурным соображениям.
2. Хотя протестантские переводы на европейские языки выполнялись с еврей-ского текста, ко времени их создания уже существовали принятые формы библей-ских имён собственных, полный отказ от которых также представлялся нецелесоо-бразным.
3. В переводах, предназначенных для аудитории, исповедовавшей иудаизм, шире использовалась гебраизация, од-нако они подвергались критике, их упре-кали в ограниченности такой передачи, обусловленной несходством фонетиче-ского строя исходного и переводного языков, в том, что и для многих её пред-ставителей более привычными являются формы, принятые в соответствующих культурах.
4. Гебраизация характерна и для не-которых версий Нового Завета, перевод-чики которых подчёркивали, что не толь-ко Ветхий, но и Новый Завет являются произведениями еврейской культуры. Однако то обстоятельство, что исходным языком новозаветных текстов является греческий, могло привести к утрате неко-торых стилистических моментов, связан-ных с двойной актуализацией греческой и еврейской антропонимики.
Литература
1. Алексеева И. С. Введение в переводоведение. СПб.: Филологический факультет СПбГУ; М.: Академия, 2004. 352 с.
2. Боголюбский М. Объ изданіи Библіи въ русскомъ перевод® въ Лондон® [В. Кельсіевьім®] (Письмо изъза-границы) (ист. Журналъ «Православное обозр®ніе». М.: Въ типографіи Каткова и К°. I860 г. Ноябрь. С. 381-391) [Электронный ресурс] // Русская Библия : [сайт]. URL: http:// biblia.russportal.ru/index.php?id=history.bogolyubsky01 (дата обращения: 07.07.2021).
3. Виноградов В. С. Введение в переводоведение. Общие и лексические вопросы. М.: Издатель-ство института общего среднего образования РАО, 2001. 224 с.
4. Виноградов В. С. Лексические вопросы перевода художественной прозы. М.: Издательство МГУ, 1978. 174 с.
5. Влахов С., Флорин С. Непереводимое в переводе. М.: Высшая школа, 1986. 416 с.
6. Десницкий А. С. Современный библейский перевод: теория и методология. М.: Издательство ПСТГУ 2015. 432 с.
7. Ермолович Д. И. Имена собственные на стыке языков и культур. М.: Р. Валент, 2001. 200 с.
8. Корсунский И. Н. О подвигах Филарета, митрополита Московского, в деле перевода Библии на русский язык. Историко-критическое исследование. М.: Типография Л. Ф. Снигирева, 1883. 455 с.
9. Липовский И. П. Библейский Израиль: История двух народов. СПб.: ИЦ «Гуманитарная Ака-демия», 2010. 576 с.
10. Муретов М. Д. Древнееврейские молитвы с именем ап. Петра (ист.: Богословский вестник 1904. Т 3. № 9. С. 130-186. (Начало) / Богословский вестник 1904. Т 3. № 10. С. 213-238 (Окон-чание)) [Электронный ресурс] // Азбука веры : [сайт]. URL: https://azbyka.ru/otechnik/Mitrofan_ Muretov/drevneevrejskie-molitvy-s-imenem-ap-petra/ (дата обращения: 07.07.2021).
11. Прошина З. Г. Теория перевода (на английском языке). М.: Издательство Юрайт, 2019. 329 с.
12. Стерн Д. Еврейский Новый Завет / пер. с английского Долбин А., Долбина В. Финляндия: Из-дательская группа «Шамаш», 2013. 456 с.