Большая честь для вчерашнего студента устроиться в "Donka Hospital" в Конакри, - говорит Ибраим. - Наверное, это единственная больница, которая может позволить себе отправлять персонал в другие страны для обмена опытом.
В марте 2016 года самолет из столицы Гвинеи, на борту которого была делегация Ибраима, с пересадкой в Париже приземлился в Санкт-Петербурге. Две недели они учились у российских специалистов-реаниматологов. Когда пришло время возвращаться домой, в аэропорту врачи "Donka Hospital" не досчитались одного человека. Ибраим уже был на пути в Москву.
Во время этих курсов в Петербурге я понял, что не гожусь в хирурге, что мне нужно учиться, - вспоминает гвинеец, - мы даже аппендицит удаляем хуже русских докторов. Только здесь я могу научиться, потому я решил остаться.
Для получения образования нужны деньги, для заработка нужна работа, для работы нужно быть "нечерным". Такова правда жизни в Москве, о которой говорил почти каждый африканский нелегал. Осознавая, "в каком дерьме оказался", Ибраим до сих пор не дошел до отчаяния. В его планах заработать две тысячи долларов к сентябрю и заплатить их за первый семестр в любом медицинском вузе столицы. Проводя на улицах почти каждый день с оранжевым щитом на груди и стопкой листовок в руках, за год он достиг суммы 600$.
Мне рано ехать домой, эти деньги на образование, - отвечает Ибраим на мой намек, что именно столько стоит билет до Конакри, - я не собираюсь сдаваться. Я не хочу, чтобы люди умирали из-за моих ошибок во время операций.
Во время первой встречи Ибраим не разговаривал ни по-русски, ни даже по-английски. Но за 12 месяцев он стабильно зарабатывал больше 32 тысяч рублей, чем не может похвастать большинство нелегалов. Сейчас он снимает однокомнатную квартиру с бенинцем и двумя ивуарийцами. Старается не общаться с одноклассниками, которые уехали из Гвинеи, потому что "его жизнь хуже". По этой причине пришлось удалить страницу на Facebook. "Может глупо, но у нас в классе принято красоваться", - оправдывается Ибраим.
Мы встретились на Маросейке в декабре прошлого года. На слове "интервью" он выкатил глаза и заговорил по-французски, давая понять невозможность нашей беседы. Когда я привел переводчика Аню, он влюбился в нее. Увы, не взаимно. Однако с этим светлым чувством к Ибраиму пришел дар разговаривать по-русски.
ПОТОК АФРИКАНЦЕВ В РОССИЮ БУДЕТ РАСТИ
Интервью с членом-корреспондентом РАН, заместителем директора Института Африки РАН Дмитрием Бондаренко
В. Добрый день, Дмитрий Михайлович!
О. Здравствуйте!
В. Почему африканцы никогда не приходят вовремя?
О. Суть в том, что они африканцы. Даже в Африке можно договариваться с человеком, но часто складываются анекдотические ситуации. Например, назначили место и время. Приходишь - никого нет. Через три дня он звонит и спрашивает: "Ты где был? Я ждал тебя вчера". Оказывается, из контекста разговора африканец просто не понял точную дату и решил поступить на свое усмотрение. И ему абсолютно не важно, что вы его ждали в другой день в течение четырех часов.
У африканцев в культуре заложено особое понимание времени, которое принципиально отличается от нашего, европейского. Африканское представление о времени - циклическое. А мы воспринимаем время линейно, как нечто физическое: каждая секунда равна предыдущей, и каждая прошедшая секунда никогда не повторяется.
Для африканцев важно не столько само время, сколько связанные с ним события. Это хорошо проявляется в исторических традициях. В традиционной африканской культуре нет летоисчислений, время привязано к циклам хозяйственной деятельности, климатическим сезонам, которые год за годом меняют друг друга. Потому каждая минута, прожитая жителем черного континента, не уникальна, а значит, он не обязан явиться именно в ничем не примечательные 16:00 часов. Если что, он сделает это в другой день, часов в 20:00.
В. Мой опыт общения с африканцами в Москве доходил до абсурда. Совсем недавно позвонил Джону из Камеруна за 40 минут до встречи, чтобы узнать, все ли в силе. Он подтвердил желание со мной встретиться именно через 40 минут. Я приехал - никого нет. Когда я ему позвонил, Джон просто сказал: "Я собирался, это правда, но в итоге не поехал". Все. Как же тогда договариваться с африканцами?
О. Нужно принимать их. Если это раздражает, то нужно адаптироваться к вечным опозданиям. Бывают разные люди. Например, у меня есть друг бенинец, который прожил здесь 13 лет, но он всегда опаздывает как минимум на 50 минут. Это следствие неспособности рассчитать время, хотя на его руке всегда часы. Он не понимает, сколько времени ему нужно на путь до метро, в самом метро и на дорогу до места встречи. Это почти невозможно исправить.
В. Почему африканцы выбирают Москву?
О. Они ее не выбирают.
В. Тогда почему они здесь живут?
О. Существует две принципиально разные категории африканцев, живущих в России.
Первая. Это африканцы, которые живут в России очень давно. Это выпускники российских и даже еще советских вузов. Они женаты на русских женщинах, пользуются поддержкой родственников жены. У них огромное количество русских друзей, они отлично знают русский язык, они хорошо устроились. Это бизнесмены, врачи, переводчики, преподаватели - люди с приличным социальным статусом. Практически все такие африканцы изначально приехали в Россию за образованием, но потом здесь остались.
Вторая категория - это люди совершенно иного уровня. Они оказались в России значительно позже, в постсоветские годы, когда стало проще пересекать границу. Когда смягчился миграционный закон, когда стало больше бардака, когда многие люди даже из Африки попадали в Россию вообще без виз. Это началось в 1990-х.
Конечно, к нам и сейчас приезжают люди, относящиеся к первой категории, но их стало меньше по простой причине - у нас стало меньше иностранных студентов, нежели было в Советское время.
В. А какова динамика сейчас? Число студентов уменьшается?
О. Сейчас, наоборот, число иностранцев растет. Но это несравнимо с тем, что было в СССР.
Вернемся к той категории людей, которых в советские годы вообще не было. В основном, это нелегалы, хотя некоторые стараются не нарушать визовый режим. Такие африканцы не говорят хорошо по-русски, зачастую вообще не знают ни слова. У них нет квалификации, которая могла бы позволить найти хорошую работу. Им не на кого опереться, кроме как на таких же, как они сами.
Вы можете встретить таких африканцев на улице, они раздают листовки возле метро. Примечательно, что это единственная этническая несоциальная группа, которая настолько массово проникла в эту профессию. Например, мигранты из ближнего зарубежья почти не занимаются этим делом. В основном, его оккупировали либо африканцы, либо россияне из социально ущемленных групп, иначе говоря, пенсионеров.
Поверьте мне, 90 процентов нелегалов с черного континента не хотят жить в России. Это люди с трагическими судьбами. Они пытались оказаться западнее, но застряли здесь. Зачастую их просто обманули.
В. Каким образом их обманули?
О. Известные аферы, каких уже немало раскрыли полицейские. Обычно группа русских договаривается с африканцами здесь, что те по возвращении домой будут рассказывать, что наша страна - это Запад. Что здесь как в Европе. Африканцы очень мало знают о России, особенно тот социальный класс, о котором мы говорим сейчас. Однако, они знакомы с некоторыми стереотипами. Например, они воспринимают Запад как золотую жилу. Для них попасть в Европу или США - значит разбогатеть.
Этой неосведомленностью пользуются мошенники. Завербованные африканцы на родине предлагают своим соотечественникам отправиться в Россию, откуда запросто можно перебраться в любую благополучную страну, скажем во Францию или Великобританию. За поездку в рай требуется заплатить всего 1000 долларов.
Обычно у таких людей не бывает тысячи долларов. Зато есть многочисленные родственные связи. У африканцев родство - это сакральная вещь. Вся родня, деревня, квартал скидываются и посылают человека в Россию в надежде, что он устроится на работу и будет присылать им деньги. В будущем он может помочь им переехать в другой мир. У африканцев взаимопомощь - это святое.
Когда счастливый африканец прилетает в Москву, он не получает ничего из обещанного. Он попадает в западню. Чтобы поехать в Европу, у африканца нет денег и соответствующих виз. Чтобы вернуть домой, нужны средства и мужество. Не забывайте о тех родственниках, которые всей деревней вложились в его будущее. Он не сможет рассчитаться с долгами, он потеряет уважение общества. Потому состояние нелегалов из Африки в Москве можно описать одним слово - застряли. Их правовой статус сохраняется до истечения срока визы. Их жизнь в России идет до первого рейда по нелегалам. Дальше - депортация.
Первая категория, куда входят образованные африканцы, нашедшие свою любовь в России, никогда не захотят уехать даже на Запад. Россия - это в том числе их страна. Вторая категория мечтает всеми силами убраться отсюда, но не может.
В. Почему миграционные службы не могут пресечь нелегальную миграцию из Африки? Их же можно выделить по цвету кожи?
О. Легко сказать, попробуйте, поймайте! Думаю, Вы сами понимаете, почему африканцев пачками не депортируют. Могу рассказать историю. Однажды на улице передо мной шел мигрант из ближнего зарубежья. Как только на горизонте показался полицейский, этот молодой человек полез в карман. Его еще даже не остановили, а он уже готовит откуп. Само собой полицейским неудобно отказывать.
В. А если говорить в масштабах государства? Неужели не хотят урегулировать поток мигрантов?
О. Регулировать ситуацию с мигрантами в стране и как-то бороться с коррупцией наши власти, само собой, пытаются. Но в России, как нигде, очень трудно получить статус беженца или политическое убежище. Особенно африканцам. В прошлом году это удалось лишь десяти мигрантам.
В: К слову, существует ли достоверная официальная статистика? В открытом доступе цифры на порядок разнятся.
О: Никто не сможет точно сказать, сколько нелегалов из Африки сейчас в России. Думаю, не больше 30 тысяч человек.
В: В основном все мигранты, с которыми я общался, говорят, что сталкиваются с проявлениями расизма, особенно от пожилых людей. Когда, по вашему мнению, темнокожих будут воспринимать как полноправных членов общества, не как экзотику, а как равных себе?
О: Этот вопрос я задаю в своих статьях. Нескоро. А их будет становиться все больше. Проблема в том, что наши люди не готовы воспринимать их как само собой разумеющееся, хотя это соответствует мировым тенденциям. Одно дело с расизмом как открытым неприятием, мордобоем, убийствами в 90-х начале 2000-х годах. Но бывает расизм бытовой, когда он открыто даже не проявляется. Когда человек не хочет сидеть рядом, потому что темнокожий почему-то просто противен и неприятен. А есть и другое - экзотизация. Когда люди еще не привыкли воспринимать как норму наличие этих людей на улице. Они воспринимаются как экзотика. Они для тебя заведомо чужие. Не путайте с расизмом.
В: Все говорят, что в Москве им становится все лучше и лучше
О: В том смысле, что стали меньше бить морду?
В. И обзываться...
О: Да, открытых проявлений расизма становится меньше. Это где-то с конца 2000-х годов. И не только в Москве, но и в России в целом. Но это не снимает проблемы принятия этих людей как членов своего общества, как равных.
В: Много есть стереотипов о темнокожих людях, что они наркоманы, например. Они оправданы в отношении людей, приехавших из Африки ?
О: Что такое стереотип? Любой стереотип - это гиперболизация чего-то реально существующего, того, чего не находишь в самом себе. Когда мы говорим, что немцы педантичные, мы невольно говорим, что мы сами не педантичные. Это в немцах удивляет и становится основой стереотипа о немцах, но это не значит, что каждый немец педантичен. Это и есть стереотип. То же самое касается африканцев. Разумеется, среди них есть наркоманы. Я абсолютно не берусь судить о процентах наркомании у них. Но я точно знаю, что подавляющее большинство ими не является, то же самое касается и любого другого стереотипа.
В: Насколько дисциплинированно они себя ведут в Москве и в России?
О: Любое обобщение относительно такой большой массы людей абсолютно не правильно. НЕ являются они большой криминальной угрозой для россиян, это уж точно, если речь идет о насильственных преступлениях, это уж точно. То, что может быть, это черный рынок, перепродажа. Это было всегда, этим иностранные студенты все советские годы занимались.
Бордель на Таганке года три назад накрыли, там были темнокожие девушки. Пожалуй, это самые серьезные проступки, которые могут совершить мигранты из Африки. Толкают на правонарушения темнокожих ребят обстоятельства, которые от них не зависят. Им не платят стипендии, правительства не поддерживают, посольства не принимают участия в их жизни. Что же делать? - Рассчитывать на себя. В основном, они совершенно законопослушные ребята.
В. Почему африканцы покидают свои страны и переезжают?
О. Я бы не обобщал всю Африку…
В. Но все-таки, каковы главные причины?
О. Сегодня в Африке, особенно в черной Африке, жить стало намного лучше, чем было в 80-е годы. Но лучше не значит хорошо. В этом регионе уровень жизни в миллион раз хуже любой среднестатистической европейской страны. Потому африканцы уезжали, уезжают и будут уезжать. Людям свойственно искать что-то лучшее.
Чтобы Вы понимали масштаб явления. Сегодня в США работают больше докторов из Ганы и Нигерии, чем в самих Гане и Нигерии. К слову, в этих двух странах колоссальная нехватка врачей. Просто и Гана, и Нигерия не могут обеспечить врачам тот уровень жизни, который бы соответствовал их образованию и квалификации. А в США могут. В Англии больше медсестер из Сьерра-Леоне, чем в самой Сьерра-Леоне.
В. А как можно решить проблему оттока населения из черного континента?
О. Теоретически есть два варианта. Первый - создать политическую ситуацию, при которой сбежать из страны будет просто невозможно. Такой режим создать, как при советской власти. Второй - создать достойный уровень жизни, при котором люди сами не захотят уезжать. Но этого не произойдет в обозримом будущем. Пока поток не остановят насильно, он будет только расти.
Есть образ престижа белого мира, куда входит и Россия. Для африканца любой белый, даже студент с рюкзаком за спиной - миллионер. Для них даже черный американец тоже миллионер.
В. Что Вы посоветуете делать нелегалам, чтобы улучшить свою жизнь?
О. Укрепить свои правовые основания на пребывание в России - получить или статус беженца, или политическое убежище. Как показывает практика, обе процедуры проходят единицы африканцев, они не могут грамотно обосновать свое желание.
Можно попытаться уехать на Запад и искать счастья там. Думаю, обратный путь - самый худший. Как я уже сказал, нельзя обобщать всех африканцев, ведь существует и другая их группа - живущая на легальных основаниях, и ни за что не желающая уехать из России. Парадокс в том, что здесь нелегалы зарабатывают раза в два больше, чем в Африке, даже раздавая листовки.
В. Спасибо Вам!
О. Спасибо!
ДОМОЙ ПОД КОНВОЕМ
Первое правило африканских студентов - всегда продлевай визу вовремя. Иначе придет ОМОН
Мы не встретились с Томми. Пять лет назад его выдворили из Москвы в Нигерию. Еще столько же будет действовать запрет на въезд в Россию. Он скучает по студенческим годам в РУДН, последний курс которого не закончил из-за маленького казуса - ОМОНа и просроченной на три дня визы.