Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики»
Метаэтические основания аргументов от зла
Мишура Александр Сергеевич - кандидат философских наук, научный сотрудник
Цель статьи состоит в экспликации метаэтических допущений аргументов от зла против бытия Бога. В первой части предлагается краткое описание основных понятий в составе аргументов от зла: божественных атрибутов, понятий бессмысленного и чудовищного зла. Далее доказывается, что аргументы от зла предполагают метаэтический реализм, поскольку именно реализм дает возможность говорить об истинности посылок данных аргументов в релевантном смысле. Демонстрируется, что оптимальной для построения аргументов от зла формой реализма является метаэтический ноннатурализм. Во второй части работы анализируются предпосылки аргументов от зла в области моральной эпистемологии. Демонстрируется, что аргументы от зла исключают скептицизм в моральной эпистемологии. Далее доказывается, что когерентистские эпистемологические стратегии позволяют использовать аргументы от зла, однако нуждаются в дополнениях, поскольку не включают доводов в пользу невозможности пересмотра убеждений в существовании бессмысленного и чудовищного зла. Напротив, интуиционизм в моральной эпистемологии дает адекватное объяснение проблемам, с которыми сталкиваются теистические ответы на проблему зла, объясняя феноменальную очевидность зла. Третий раздел статьи посвящен вопросам моральной психологии. Доказывается, что аргументы от зла предполагают экстернализм в отношении связи моральных суждений и мотивов в пользу действия, поскольку включают в свой состав атрибут совершенной благости Бога. Далее демонстрируется, что валидность аргумента от зла предполагает необходимую связь моральных оснований и мотивов, поскольку в противном случае аргументы от зла могут быть легко опровергнуты контрпримерами.
Ключевые слова: аргументы от зла, метаэтика, проблема зла, философия религии, бытие Бога, теизм
Введение
Джон Мэки, сформулировавший знаменитый аргумент от зла против бытия Бога1, также сформулировал метаэтическую «теорию ошибочности» (error theory) Mackie J.L. Evil and Omnipotence // Mind. 1955. Vol. 64. No. 254. P. 200-212. Mackie J.L. Ethics: Inventing Right and Wrong. L., 1977.. Между тем, правильность теории ошибочности исключает истинность посылок логического аргумента от зла. Трудно опровергнуть существование всеблагого, всемогущего и всезнающего Бога существованием зла, если добра и зла вообще не существует Подробнее обсуждение этого противоречия во взглядах Мэки см.: Sturgeon N.L. Evil and Explanation // On The Relevance of Metaethics: New Essays on Metaethics. Calgary, 1995. P. 155-185; Carson T.L. Axiology, Realism and the Problem of Evil // Philosophy and Phe-nomenological Reseach. 2007. Vol. 74. P. 349-368. О возможностях построения совмести-мых с теорией ошибочности аргументов от зла см. также: Daly C. Moral Error Theory and the Problem of Evil // European Journal for Philosophy of Religion. 2009. Vol. 1. No. 2. P. 89-105..
Между тем, дискуссия о проблеме зла в философии религии во многом игнорирует метаэтический подход к исследованию морали В качестве исключений можно упомянуть давнюю работу Дж. Кинга (King J.T. The meta- ethical dimension of the problem of evil // The Journal of Value Inquiry. 1971. Vol. 5. P. 174-184.), упомянутую в сноске 2 дискуссию о теории ошибочности, работу Марка Нельсона о натурализме и аргументах от зла: Nelson M.T. Naturalistic Ethics and the Argument from Evil // Faith and Philosophy. 1991. Vol. 8. No. 3. P. 368-379. Обсуждение метаэтических до-пущений аргументов от зла также имеется в одной из статей Л. Загзебски (Zagzebski L. Good Persons, Good Aims, and the Problem of Evil // Ethics and the Problem of Evil. Indiana,
2017. P. 43-56).. Цель данной статьи - эксплицировать метаэтические допущения, лежащие в основе аргументов от зла против существования Бога Стоит подчеркнуть, что в данной статье я не стремлюсь опровергнуть или защитить аргу-менты от зла. Цель, как и было сказано, состоит в экспликации их допущений.. Возможность применения мета- этического понятийного инструментария к аргументам от зла обусловлена тем, что последние необходимо включают в себя понятие совершенной благости Бога, а также понятие зла, или конкретных видов зла. Интерпретация этих понятий определяет понимание конкретных посылок аргументов от зла. Я постараюсь показать, что принятие некоторых метаэтических теорий исключает валидность и даже осмысленность аргументов от зла.
Структура работы следует одному из возможных делений проблемного поля метаэтики. Любая метаэтическая теория должна дать ответы, по крайней мере, на три группы вопросов: метафизические, эпистемологические и вопросы моральной психологии. Данная статья разделена на три части, соответствующие данным разделам метаэтики.
Метафизическая проблематика метаэтики связана, в первую очередь, с вопросами онтологии и философии языка. Существуют ли некие особые этические свойства или факты? Если да, то какова их природа: могут ли они быть объектами естественнонаучного исследования, или они имеют сверхъестественную природу, или они обладают нередуцируемым своеобразием? Соответствующие онтологические вопросы можно также сформулировать в терминах философии языка, поставив вопрос о референции моральных категорий или о семантике и функциях предложений, включающих моральные категории. В данном разделе мы постараемся показать, что аргументы от зла против существования Бога предполагают ответы, по крайней мере, на некоторые из этих вопросов.
Основные элементы аргументов от зла
метаэтический зло бог
Аргументы от зла включают тезисы относительно трех атрибутов Бога: всемогущества, всезнания и совершенной благости, а также утверждение относительно наличия зла в мире. Разумеется, смысл каждого из атрибутов является предметом дискуссии в философии религии Подробнее про божественные атрибуты см.: Wierenga E. The Nature of God. Ithaca (N.Y.), 1989; Oppy G. Describing Gods: An Investigation of Divine Attributes. Cambridge, 2014., однако, в контексте аргументов от зла, атрибуты имеют достаточно конкретное значение В третьем разделе мы поясним роль отдельных атрибутов в аргументах от зла на основе юмианской теории мотивации.. Атрибут совершенной благости обозначает желание Бога искоренить зло. Всемогущество обозначает способность Бога искоренить зло. Атрибут всезнания обозначает наличие у Бога знания относительно фактов зла. Итак, всеблагой Бог должен хотеть, знать и мочь искоренить всякое зло, но мир полон зла. Это несоответствие может осмысляться как логическое противоречие, тогда речь идет о так называемых «логических» аргументах от зла Самый известный пример такого аргумента сформулировал уже упоминавшийся в этой работе Дж. Мэки (Mackie J.L. Evil and Omnipotence. P. 200-212). Обзор дискуссии вокруг логических аргументов см.: Howard-Snyder D. The Logical Problem of Evil: Mackie and Plantinga // The Blackwell Companion to the Problem of Evil. West Sussex, 2013. P. 19-33., или в терминах снижения вероятности Появление такого рода аргументов связывают с именем У. Роу (Rowe W The Problem of Evil and Some Varieties of Atheism // American Philosophical Quarterly. 1979. Vol. 16. P. 335-341). Подробное обсуждение данного типа аргументов см. в сборнике статей: The Evi-dential Argument from Evil. Bloomington, 1996.: существование зла служит свидетельством, которое снижает вероятность существования всеблагого, всемогущего и всезнающего Бога. В простейшей форме аргумент от зла может быть сформулирован следующим образом Tooley M. The Problem of Evil // The Stanford Encyclopedia of Philosophy (Spring 2019 Edi-tion). URL: https://plato.stanford.edu/entries/evil/ (дата обращения: 1.05.2020).:
Если Бог существует, то он всемогущ, всезнающ и совершенно благ.
Если Бог всемогущ, он может искоренить все зло.
Если Бог совершенно благ, он хочет искоренить зло.
Если Бог обладает всеведением, он знает обо всем зле в мире.
Если существует зло и существует Бог, то он либо не имеет сил искоренить все зло, либо не знает, что оно существует, либо не хочет его искоренить.
Зло существует.
Следовательно, Бог не существует.
Простейший ответ на аргументы от зла указывает на необходимую связь блага и зла: некоторое зло может оказаться необходимым условием большего блага. Поэтому, допуская зло, Бог, на самом деле, может иметь целью увеличение блага. Для того чтобы избежать этого контрдовода, сторонники аргумента от зла предложили обратить внимание на особые виды зла. Во-первых, это так называемое бессмысленное зло (gratuitous evil), т.е. зло, которое, по определению, не ведет к некоторому благу и не является для него необходимым. Парадигмальный пример такого рода зла представил У. Роу, придумавший историю про олененка, который несколько дней никем незамеченный мучительно умирает от ожогов, полученных во время лесного пожара11. Бессмысленное зло по определению не сопряжено с благом, поэтому всеблагое существо должно было бы его искоренить. Соответственно, наличие такого зла в мире может быть свидетельством против существования Бога Rowe W. The Problem of Evil and Some Varieties of Atheism. P. 337. В следующем разделе мы коснемся эпистемологических предпосылок понятия бессмыс-ленного зла..
Другой регулярно обсуждаемый вид зла именуется «чудовищным злом» (horrendous evil). Чудовищное зло характеризуется тем, что ставит под вопрос саму ценность жизни того, кто это зло совершает или претерпевает: является ли вообще благом жизнь данного человека, учитывая соответствующий факт зла? Подробнее о понятии чудовищного зла см.: Adams M. Horrendous Evils and the Goodness of God. N.Y., 2000. Примером такого рода зла являются жестокие убийства, сопровождающиеся издевательствами, пытками, изнасилованиями и другими формами исключительной жестокости.
Метаэтический антиреализм и аргументы от зла
Метаэтические теории можно разделить на реалистские и антиреалист- ские, хотя это деление и сталкивается с рядом затруднений В этой статье мы не можем обсудить вариативность понятия реализма в метаэтике и свя-занные с ним проблемы. Более подробное обсуждение вопросов о связи реализма и объ-ективности см. в: Dunaway B. Realism and objectivity // The Routledge Handbook of Meta-ethics. N.Y., 2018. P. 135-150.. В первую очередь мы постараемся показать, почему некоторые влиятельные в метаэтике антиреалистские стратегии не могут быть использованы для построения аргументов от зла.
Успешность аргументов от зла предполагает истинность их посылок: обоснованный (sound) аргумент не может иметь ложных посылок или посылок без истинностного значения. В контексте метаэтической проблематики это означает отказ от целой группы антиреалистских теорий, согласно которым этические суждения как таковые не могут быть оценены в категориях истинности и ложности. Такого рода теории, как правило, утверждают, что функция этических суждений состоит не в описании реальности, а в выражении отношения (attitude) к реальности или предписании некоторых действий Классическим примером здесь являются работы А. Айера (Ayer A.J. Language, Truth, and Logic. N.Y., 1952), Р. Хейра (Hare R.M. The Language of Morals. Oxford, 1952). Более со-временную защиту экспрессивизма см.: Gibbard A. Thinking How to Live. Cambridge (MA), 2003.. В терминах теории речевых актов этические высказывания истолковываются здесь как экспрессивы или императивы, но не как констативы. Так предложение «Убивать - плохо» может выражать неодобрение говорящего в отношении убийств или императив воздерживаться от убийств. Между тем, одобрение или неодобрение некоторого действия, а также запрет или повеление его совершить, вообще не могут быть оценены в категориях истинности (хотя и могут быть оценены в категориях моральной оправданности). Поскольку валидность аргумента предполагает наличие у его посылок истинностного значения, постольку аргументы от зла должны отвергать те формы антиреализма, которые исключают наличие истинностного значения у суждений, включающих моральные категории К. Дэйли в статье о теории ошибочности и аргументах от зла утверждает, что экспресси-визм совместим с построением аргументов от зла (Daly C. Moral Error Theory and the Problem of Evil. P. 92). Так он предлагает строить аргумент через утверждения об уста-новках Бога в отношении страдания. Бог имел бы негативное отношение к страда-нию и мог бы его прекратить, поскольку страдание есть, постольку нет Бога. Однако этот ход, как представляется, мало убедителен, т.к. он либо предполагает, что страдание явля-ется злом и тогда становится формой метаэтического реализма натуралистического тол-ка, а вовсе не экспрессивизмом, либо не предполагает, что страдание является злом, то-гда не обоснованным становится утверждение о том, что всеблагой Бог должен иметь негативные установки в отношении страдания..
Кроме того, истинность посылки о существовании зла исключает теорию ошибочности Дж. Мэки и ее современные аналоги См., к примеру: Olson J. Moral error theory: History, critique, defence. Oxford, 2014.. Данная теория утверждает, что, хотя этические суждения имеют целью описание реальности, а не выражение некоторых установок или эмоций, они основаны на ошибочных онтологических допущениях и потому всегда ложны. В частности, этические суждения и язык морали на уровне необходимых допущений предполагают существование особых этических свойств, а эти свойства не существуют. Соответственно, этические суждения всегда ошибочно описывают мир. Принятие теории ошибочности также означает, что посылка о существовании зла ложна Стоит отметить, что сторонники теории ошибочности могут разниться в понимании ис-тинностного статуса моральных суждений (см.: van Roojen M. A Contemporary Introduc-tion to Metaethics. N.Y., 2015. P. 75). Так некоторые могут утверждать, что все суждения ложны, другие, что ложны только утвердительные суждения, третьи, что такие суждения в принципе нельзя оценить в категориях истинности или ложности. В каждом из этих случаев посылка о существовании зла из состава аргументов от зла теряет статус истинной, соответственно, не может быть использована для построения обоснованного аргумента.. Валидная форма аргумента гарантирует, что при истинности посылок заключение также будет истинно. Если хотя бы одна из посылок аргумента ложна, то валидная форма не гарантирует ни истинности, ни ложности заключения. Соответственно, аргумент от зла с ложной посылкой становится не обоснованным (sound).
Схожую аргументацию можно воспроизвести в отношении различных форм фикционализма Подробнее о фикционализме см.: Kalderon M. Moral fictionalism. Oxford, 2005; Joyce R. The myth of morality. Cambridge, 2001., которые также исключают буквальную истинность посылки о существовании зла в мире. Частные виды фикционализма будут по-разному истолковывать природу речевых актов, осуществляемых при вынесении этических суждений, однако все они будут исключать необходимые для построения аргументов от зла онтологические обязательства в отношении существования зла.
Метаэтический реализм и аргументы от зла
Исключая экспрессивизм, теорию ошибочности и фикционализм, аргументы от зла скорее предполагают когнитивистские и реалистские метаэти- ческие допущения. Когнитивизм позволяет истолковать этические суждения в терминах убеждений относительно реальности. Если мы говорим, что кто- то добр, мы выражаем убеждение в том, что человеку присущи некоторые реальные качества. Реализм в отношении существования такого рода этических качеств позволяет утверждать, что подобные суждения, по крайней мере иногда, истинны.