Поскольку лингвоправовой конфликт обладает двойственной природой, постольку основная схема его анализа взята нами из юридической конфликтологии и основана на различении его объективной и субъективной сторон. Конкретизируется она через структуру коммуникативной ситуации (в понимании Р.О. Якобсона), где все компоненты (адресант, адресат, сообщение, код, контакт, контекст) рассматриваются как конфликтогены. Вне зависимости от природы конфликтогена существенную роль в развитии любого конфликта играют когнитивные / интерпретативные механизмы [Кара- Мурза, 2010б].
Предмет лингвоконфликтологии составляют речеповеденческие и текстовые показатели разной знаковой природы (словесные, визуальные). Для лингвоправового конфликта это выявленные в лингвоэкспертологии параметры, которые коррелируют с признаками состава правонарушения или преступления, зафиксированными в диспозициях статей и в комментариях юристов. Материал ЛКЛ - конфликты, отображенные в таких источниках, как медиатексты, исковые заявления и «экстракты» лингвистических экспертиз.
Материалы для нашего исследования взяты из сетевых изданий; обстоятельства дела и должности фигурантов актуальны для описанной ситуации; тексты приведены в авторской редакции (см. развернутый вариант: [Кара-Мурза, 2011]).
Результаты и обсуждение
Анализ кейса многоэтапного конфликта с медийной составляющей описывается через следующие взаимодополнительные параметры: институциональность, профессионализм, нормативность, модус, материя, субъектность, хронотоп, масштаб, ресурсы, интересы участников, ценности, нормы , информационное воплощение. Рассмотрим их подробнее.
1. Институциональность (рече)деятель- ностной сферы анализируемой ситуации - спорт, конкретнее - футбол.
29 августа 2011 г. на футбольном матче «Спартак» - «ЦСКА» (это был отборочный этап внутрироссийского цикла) нападающий «Спартака» бразильский легионер Веллитон, имеющий репутацию «жесткого» игрока, налетел на И. Акинфеева, голкипера одновременно «ЦСКА» и сборной России, в результате чего тот получил травму, которая вывела его на много месяцев из строя незадолго до международных игр. Спартаковец был наказан - дисквалифицирован на несколько матчей, но ситуация оставалась острой.
Деятельностная фаза данного конфликта на этом фактически закончилась, а началась спортивно-коммуникативная: в спортивных изданиях и на сетевых ресурсах руководители «Спартака» и «ЦСКА» (традиционно соперничающих) и их болельщики продолжали обсуждать этот инцидент; спектр мнений демонстрировал стилистическую рефлексию и конфликт интерпретаций.
2. Профессиональные проблемы (неэффективность управленческих решений, неоптимальное выступление спортсменов, недостижение результата) стали поводом для высказываний.
3. Нормативность игрового взаимодействия футболистов стала центром внимания участников ситуации и фокусом обсуждения.
4. Модус социальных интеракций - «игровой». В конфликтологии различаются такие понятия, как «сражение», «игра» и «дебаты». Спорт по своей сути - это игра и сублимация инстинктов, спортивные конфликты имеют характер игровых, которые, однако, могут обостриться до степени «военных действий», сопровождаться травмами и драками, что и имело место в рассматриваемом примере.
5. Конфликты бывают разной материальной природы: телесные и орудийные (драки, войны, спортивные соревнования, особенно командные, в том числе игры с мячом) - и могут иметь физические последствия (спортивные травмы).
6. Субъектный параметр связан непосредственно с участниками спортивного конфликта - нападающим и вратарем. Соучастниками конфликта здесь становятся игроки команд. В коммуникативном конфликте субъекты инициальной и ответной реплики - функционеры и спортсмены; в фазе медиаконфликта появляется медиааудитория, в том числе болельщики-блогеры. В подобных ситуациях важна субъектная роль эксперта - знатока, и в этом конфликте таких экспертов было много среди спортсменов.
29 августа 2011 г. на портале www.evro- football.ru публикатор под никнеймом feodorШ14966 собрал мнения по поводу обсуждаемой ситуации, авторы которых разошлись в оценке причин и характера столкновения футболистов. Генеральный директор «Спартака» и его главный тренер В. Карпин защищали своего игрока с психологической стороны:
Со стороны Веллитона однозначно злого умысла не было. То, что вратарь сборной выбыл на пол-года, - это его проблемы. Что, медаль ему повесить? Не трогать теперь игроков сборной?
Известный арбитр С. Хусаинов (в тот момент уже пенсионер) в интервью «Советскому спорту» сказал:
Возможно, ЦСКА рисковал, выпуская на игру, как мне кажется, не совсем здорового Акинфеева. Армейцы должны были знать, в какой манере играет Веллитон. Он всегда идет до конца и не боится столкновений, которые могут привести к травме. Мне показалось, что он пошел на контакт, заведомо зная, что может нанести травму. Судьям нужно быть готовым к такому поведению бразильца и пресекать его действия на корню.
Бывший вратарь «Спартака» и «ЦСКА»
Р. Нигматуллин не винил в случившемся только нападающего:
Бразилец в данном моменте смотрел на мяч, и, на мой взгляд, не хотел травмировать Акинфеева. Просто после столкновения Игорь неудачно приземлился, и колено не выдержало. Конечно, многие, наверное, скажут, что вратарь упал из-за контакта с нападающим, но форвард ведь тоже упал.
Что касается роли арбитра - институционального участника, который уполномочен квалифицировать проступок и назначать наказание, то она проявилась и на спортивном этапе данного кейса (отстранение игро-ка Веллитона), и на коммуникативном этапе (отстранение журналиста Д. Губерниева от комментирования футбольных матчей). Однако в данной публикации эти роли не рассматриваются.
Как показывает анализ материалов, конфликтогенными являются личностные свойства конфликтантов: их психофизические качества, включая командную или персональную несовместимость, и профессиональные навыки. Обозреватель газеты «Советский спорт» Е. Ловчев в одном из сетевых изданий на вопрос о том, почему тяжелая травма вратаря «ЦСКА» и сборной России И. Акинфеева и вся эта история обсуждается больше, чем новости сборной, ответил:
Значит, у нас сборная такая. <...> Прочитал газеты, отклики футболистов-сборников и снова убедился, что там собрана компашка, которая оторвалась от жизни, считает себя исключительными. <...> А здесь все сошлось: дерби, вратарь сборной, накануне сборной... История раздута. Вопрос ставится уже так: вы за ЦСКА или за «Спартак»? Мне отвратительна такая постановка вопроса.
7. Хронотоп события задается конфлик- тогеном - невозможность для травмированного вратаря участвовать в приближающемся европейском футбольном чемпионате по
8. ставила под вопрос результативность игры российской сборной без опытного игрока.
9. Масштаб определяется как важность спортивного события, а именно крупное соревнование - чемпионат Европы по футболу. Достаточно большой масштаб события придал драматизма восприятию травмы И. Акинфеева на внутрироссийском соревновании.
10. Ресурсы понимаются как обеспечение потребностей и достижение необходимого результата. Конфликт возникает тогда, когда борьба ведется за реализацию витальных, статусных или творческих потреб-ностей, за восполнение недостатка дефицитного ресурса, на который претендуют обе стороны. В игровых видах спорта ресурс материальный, в футболе - это мяч; но настоящая борьба идет за получение соответ-ствующего качеству игры финансирования. Другие ресурсы нематериальны, но тоже добываются в борьбе: радость индивидуального достижения (гола), счастье командной победы, международный престиж страны, которую представляет команда-победительница.
11. Интересы участников, распоряжающихся ресурсом или желающих им завладеть, связаны со стремлением к личному успеху и победе команды, что заставляет игроков идти напролом, как это представлено в рассматриваемом игровом эпизоде.
12. Ценности - это идеальные конструкты: идеологические, патриотические, эстетические и др. Их фундаментальное членение на «свои» и «чужие» обусловлено социальным инстинктом. Конфликт ценностей - это оборотная сторона конфликта ресурсов. Непримиримость ценностных позиций - сильнейший конфликтоген, поэтому в лингвокон- фликтологии он, как правило, находится в центре внимания.
В мире спорта пристрастность и склонность к культивированию отдельных ценностей наиболее ярко проявляется в феномене фанатства: не только болельщики разных команд, но и игроки и даже функционеры демонизируют соперников, всячески умаляют их. См., например, высказывание главного тренера «Спартака» о травме вратаря соперничающей команды «ЦСКА», поражающее отсутствием сочувствия: То, что вратарь сборной выбыл на полгода, - это его проблемы. Что, медаль ему повесить? Не трогать теперь игроков сборной?
13. Нормы как деятельностные корреляты ценностей, регуляторы ценностно мотивированного поведения в спортивном конфликте имеют два измерения - техническое и содержательное (этическое): футболист Х правильно провел передачу - сработал технично; футболист Х правильно сделал, что извинился после инцидента - повел себя этично.
Нормативное измерение конфликта включает в себя минимум три слоя: наивноэтический, профессионально-этический и юридический (правовой).
14. Информационное воплощение, языковая материя текстов, код (стиль, дискурс, жанр) - это традиционные объекты лингвистики и, соответственно, лингвоконфликтологии.
Конфликт «Веллитон - Акинфеев» обсуждался спортивными руководителями, наблюдателями (в том числе бывшими спортсменами) и журналистами «на высоком градусе накала», эмоционально, с использованием бранной лексики. При этом оппонентам адресовались этические оценки - вплоть до намеков в речевом преступлении (в экстремизме); конфликт развертывался на грани лингвоправового. Так, в газете «Спорт-Экспресс» защитник «ЦСКА» В. Березуцкий (из команды потерпевшего) заявил:
Совершенно очевидно, что Веллитон сыграл очень некрасиво и грубо.
Тренер армейских вратарей, в прошлом знаменитый голкипер сборной СССР В. Чанов сформулировал свою оценку ситуации в онлайн-издании «Спорт сегодня»:
Веллитон совершил очередной хамский поступок. Подобное отношение к вратарям у этого футболиста проявляется регулярно, и все сходит с рук.
В интервью «Спорт-Экспрессу» генеральный директор «ЦСКА» Р. Бабаев высказался очень резко:
Веллитон - настоящий подонок. Он в который раз уже атакует исподтишка. Мы посмотрели повтор эпизода: Акинфеев был первый на мяче, так что любая борьба была бессмысленной. Но Веллитон умышленно его ударил. Некоторые болельщики уже обещают устроить возмездие. Мы не сто-ронники таких акций, но, тем не менее, пусть теперь осторожнее по улицам ходит.
Отметим в этих высказываниях парадокс: негативная оценка поведения спортсмена как неэтичного воплощена в форме грубой (Чанов: очередной хамский поступок) и даже оскорбительной (Бабаев: Веллитон - настоящий подонок). Эти конфликтогены провоцируют эскалацию конфликта и его трансформацию из спортивного в коммуникативный, то есть такой, где нарушены речеповеденческие нормы.
В интервью изданию «Советский спорт» гендиректор «Спартака» и его главный тренер В. Карпин отреагировал так:
Роман Бабаев - официальное лицо клуба. После подобного заявления занимать такие должности, как гендиректор клуба, в футболе он не может. Это призыв к насилию. Будем подавать заявление в прокуратуру. Мы что, хотим вторую Манежную площадь получить?
Здесь один высокопоставленный спортивный функционер обвиняет другого в призыве к экстремистскому насилию, напоминая о Манежной площади в Москве, где 12 декабря 2010 г. произошел митинг памяти бо-лельщика «Спартака» Е. Свиридова, убитого приезжими кавказцами.
Однако обвинение в экстремизме (ст. 282 УК РФ) было надуманным; нет также оснований для обвинения в угрозе жизни и здоровью (ст. 119 УК РФ). В таком случае говорят о ложном характере конфликта. С точки зрения лингвоконфликтологии имеются признаки, нарушающие этику коммуникации, и разрешать данный конфликт необходимо не на уровне права, а на уровне морали.
В ответ на уголовные обвинения на официальном сайте «ЦСКА» прозвучали ответные обвинения этического характера, они воспроизведены на портале «Вести.ру»:
ЦСКА крайне удивлен заявлением Валерия Карпина относительно высказывания генерального директора ЦСКА Романа Бабаева, касающегося грязного поступка игрока «Спартака» Веллитона против вратаря армейцев и сборной России Игоря Акинфеева. Узнав о реакции некоторых болельщи
ков на данный эпизод, Роман Юрьевич отметил, что «мы не сторонники таких акций». И Валерию Кар-пину, прежде чем делать подобные заявления, которые вполне можно расценить как провокацию, следовало бы более внимательно читать высказывания своих коллег.