Но вот они обе заснули.
Что до влюбленных, то они, освободившись от лишних одежд, взошли на ложе, чтобы предаться радостям любви. Поначалу Жемчужина чувствовала некоторое неудобство, но скоро смирилась, вспомнив слова, которые она услышала днем. Что поделаешь, за удовольствие приходится расплачиваться! Ради него можно немного и потерпеть. Делать нечего! Придется стиснуть зубы, отражая яростные атаки. И тут она вдруг почувствовала, что оружие воина с каждым мгновением растет и крепнет и будто наполняется жаром. Словно громадный рог, оно проникает в глубь ее чрева, обжигая жарким огнем. Но странно, она испытывала от этого блаженство, которое не исчезло даже тогда, когда чудовищный «рог» находился в спокойствии. Невольно вспомнились слова подруги. «Да, она не зря болтала! Поистине “редкая драгоценность”! — подумала она. — Это — самое подходящее название!»
—Милый! — прошептала она, прижавшись к Вэйяну. — Какой ты красавчик. Но это не самое главное твое качество, ты обладаешь другими прекрасными достоинствами, от которых женщины, наверное, просто без ума. Видно, они помирают от страсти!
—Пускай помирают! Только лучше не от страсти, а от чего-то другого! Скажи, душа моя, а ты хотела бы расстаться с жизнью?
—Разве можно думать о жизни, коли на твоей дороге повстречался этакий супротивник?… Да, я согласилась бы на такую кончину, причем с большой охотой, но только перед смертью мне хотелось бы еще раз испытать счастье. С первого раза мне помирать как-то не очень хочется!
Услышав эти слова, Вэйян перешел в наступление. Казалось, само Небо вот-вот обрушится сейчас на Землю…
Вместилище мрака бездонно, но сердцевина цветка лежит у самого входа, на расстоянии цун или два цуня. Каждый укол для него не остается безответным, он вызывает в цветке беспокойство. А если подобных уколов с полтысячи?
—Ах, душа моя, кажется, наступила моя смерть! — вскричала Жемчужина. Она и впрямь не знала, жива она или уже умерла. — Пощади!
Но Вэйян, решив показать все свое умение, сделал вид что не слышит жалобных криков. Натиск его не ослабел. Между тем время уже подошло ко второй страже… И вдруг наш воин заметил, что конечности подруги будто потеряли живую упругость, а от ее уст исходит холодное дыхание. «Вот так противник! Дохлятина!» — подумал Полуночник. Он заключил Жемчужину в объятия, и они уснули. Через какое-то время Жемчужина пробудилась.
—Ах, милый! Ты мастер высочайшего класса!.. Ну а теперь иди к моей младшей сестрице. Наверное, она заждалась!
—Экая темень! Как найти мне дорогу?
—Я позову служанку! Она тебя проводит!
Служанка взяла гостя за руку. Надо вам знать, ей в ту пору было лет этак пятнадцать — шестнадцать. Доносившиеся из спальни звуки (ей сначала показалось, что там обрушились горы) привели ее в крайнее возбуждение. Все внутри у нее зудело, чесалось, ее разрывало желание. Служанка потянула Вэйяна в укромное место.
—Господин, проявите милость! Подарите мне хоть частицу той радости, которую вы доставили моей госпоже. — Она прижалась к Полуночнику и стала торопливо расстегивать его пояс. Смог ли Вэйян устоять перед столь настойчивой просьбой? Он велел ей лечь на скамью, которая по счастливой случайности оказалась рядом. Неискушенная в редкостных пиршествах, служанка полагала, что сейчас вкусит волшебный нектар, и досадовала на молодого гостя: почему он медлит. Экая досада! И тут ее пронзила острая боль. Она завыла в голос. Полуночник, понятно, тут же смекнул, что перед ним нетронутый плод, и решил, как мог, спасти положенье.
—Ах, господин, больше не надо! Будет! — верещала служанка. — Мне совсем это неприятно! Странное дело, почему хозяйка осталась довольна?
Наш воин постарался ей объяснить, что первая битва всегда ведет к кровавым ранам, а радость сраженья приходит спустя некоторое время — после многих боев. Заодно он поведал
осекретах своих достоинств, которые могут выдержать далеко не все.
—Есть у меня слуга по имени Шусы, — сказал он служанке. — Он силою послабее. Завтра я приведу его с собой. Поиграй с ним несколько раз, а потом скажешь мне… Торопиться не стоит! Время терпит!
Служанка горячо поблагодарила Вэйяна и, приведя в порядок свою одежду, повела его к другой молодой хозяйке — Благовещей Яшме. В домике мерцал огонек светильника: Вэйяна ждали. Едва он подошел к дому, двери сразу же распахнулись. Служанка пропустила его в комнату.
—Ах, дорогая, прости, пожалуйста, я, кажется, немного опоздал.
Полуночник приблизился к ложу. Быстро сняв одежду, он откинул одеяло и прильнул к подруге. Подобно сестре, Благовещая Яшма испытала и боль и радость. В какое-то мгновенье ей показалось даже, что она умирает. Однако ее поведенье отличалось от манеры сестры, и Вэйян даже немного пожалел. Вы спросите почему? Да потому, что Благовещая Яшма была моложе сестры года на три или четыре, а потому телом немного нежнее. Казалось, ее способен сдуть любой порыв ветра, едва она выйдет за дверь. А если сядет на стул, с двух сторон ее надобно придерживать, иначе она упадет. Ясно, что страшная сеча ей была не по плечу. И вправду, после непрерывных атак воина звезды-очи померкли, алые губы сомкнулись. Хочет сказать слово — не может, с уст не слетает ни единого звука. Ее слабая плоть не выдержала испытания, душа вот-вот готова была разорваться на части. Продолжение битвы могло лишить ее жизни.
—Ах, душа моя, мне кажется, ты любить меня боле не можешь! — В голосе Полуночника слышалась жалость.
Благовещая Яшма молча кивнула. Полуночник смирился. Пускай переведет дух и немного отдышится. Но что делать дальше? Продолжать сраженье она больше не в силах. Неужели кончать? Жаль лишать ее всех удовольствий! Вэйян обнял Жуйюй, положил ее голову к себе на грудь, и они уснули…
Сянъюнь и Жуйчжу встали пораньше: надо было обсудить план долговременных действий. Пришли в комнату Жуйюй, откинули полог. И что же они видят? Любовники сладко спят. Но как? Благовещая Яшма распласталась сверху, а Вэйян под нею. Женщины, рассмеявшись, их разбудили.
—Кажется, нынешней ночью свечей не понадобится! Светильник будет гореть сам собой! — заметила одна из женщин, и все рассмеялись. А потом они вчетвером принялись обсуждать дальнейшие планы. Сянъюнь сказала Вэйяну:
—Если ты будешь покидать свой дом так поздно, тебя непременно заметят соседи, а коли будешь уходить ночью — догадаются наши родственники. Возникнут подозрения, и нашу тайну раскроют, а это опасно! Поэтому лучше оставайся-ка ты у нас и поживи здесь несколько дней… Вовсе не обязательно заниматься любовью. Мы можем играть в шахматы, сочинять стихи или просто болтать, рассказывая забавные истории. Разве плохо? По-моему, просто прекрасно! Что ты на это скажешь?
—Есть у меня один превосходный план, который я, кажется, продумал до мелочей.
—Какой план? — закричали подруги.
—Моя наложница ждет ребенка, а потому к себе не подпускает. Давеча я ей сказал, что, если так обстоит дело, я покамест съезжу на родину — месяца на три. Проведаю родных, которых уже давно не видел, и вернусь к родам. Иначе мне придется ехать после рождения ребенка, а это негоже. Она возражать не стала… В общем, я решил, что сегодня сложу свои пожитки — и за дверь, уезжаю-де в родные места. А на самом деле иду прямехонько к вам и живу здесь целых три месяца. У нас вполне хватит времени и на стихи,
ина шахматы, и на занимательные беседы, и на всякие забавные пьески, которые я непременно хочу с вами разыграть!
—Чудесный план! — закричали молодые женщины. Их радость, казалось, не знала
границ.
—Есть только одно обстоятельство, которое меня беспокоит. Хочу его обсудить вместе с вами, — продолжал Вэйян. — У меня служат два парня, правда, один из них остался дома, но второго я взял с собой. Порядочный, надо заметить, шельмец и нравом весь в своего хозяина. Так вот, его надобно как-то задобрить. Если этого не сделать, он непременно разболтает. Не знаю, что с ним делать?
—Это уладить совсем нетрудно! — проговорила Благовещая Жемчужина. — У нас в доме много молоденьких служанок. Пусть пока с ними порезвится. Вот и все дела! Мы не только взнуздаем парня, но и заткнем рот нашим домашним. Ведь и они могут наболтать лишнего, когда вернутся наши мужья.
—Очень разумно! — согласился Полуночник.
Они обо всем договорились, и Вэйян отправился домой, но к вечеру снова вернулся — с вещами. С этого дня Полуночник стал жить в их доме. Сейчас он напоминал того любителя цветов, который, проникнув в прекрасный сад, ошалел от их аромата. Молоденький слуга тоже получил свою долю удовольствий от соседства с нежными созданиями. Но увы! В старом саду весенние краски однажды поблекли, а листва цветов облетела. Всякий, кто помнил былую картину, исторгнет вздох огорченья!
В заключение мы скажем:
«Сянъюнь не проявила чувства ревности к тем, с кем заключила союз, и дала свое согласие разделить удовольствия с возлюбленным. Понятно, что такое решение исходило вовсе не из добрых помыслов, однако ее поступок привел к укреплению дружбы. А ведь таких отношений, поверьте, добиться совсем не просто! В нынешнем мире чаще бывает другое: планы союзников определяются не благими побуждениями, но завистью, которая раздирает их грудь. И эти недобрые чувства куда сильнее тех, которые кипят в сердцах людей, не заключивших союза побратимства. Что сие означает? То, что, по счастию, мужчина родился на этом свете именно таким, каков есть, но не девой. Если бы он родился женщиной, то распутство в Поднебесной не знало бы границ!»
Глава шестнадцатая
Лишь только обозначены прекрасные деянья, как вдруг на полдороге происходит встреча с демонами; живой чертог весны со всеми сундуками разграблен и разорен в одно мгновенье
Есть такие стихи:
В растенье, что цветы душистые раскрыло, Ударило лучом весеннее светило.
Нить в павильоне чудную сыскали И нежный полог из нее соткали. Как уток-неразлучниц вышивали, Так невзначай иголку поломали, Добродеяния на всей картине множа,
Как же с нее убрать нам демонские рожи?
Итак, Полуночник спрятался в доме женщин, и они теперь проводили с ним все ночи напролет. О порядке любовных свиданий они договорились заранее: каждой деве — одна ночь. Через несколько дней Вэйян предложил иной распорядок после трех ночей раздельных свиданий устраивается общая встреча, во время которой любовные радости вкушают все участники сразу, после чего снова следуют три дня раздельного веселья. Для осуществления
этого плана надобно, понятно, расширить ложе, выстегать большое одеяло (никак не меньше восьми квадратов) да сделать подушку длиною в пять чи. В дни совместных встреч они лежали все вместе, голова к голове, но Вэйян мало лежал на циновке — ему приходилось то и дело перекатываться поверх дев, меняя одно место на другое. О, какой восторг испытывали молодые дамы от этих любовных игрищ! Жаль только, что не все обладали могучей силой страсти. Одна теряла силы уже после двух-трех сотен ударов оружия, вторая не выдерживала даже такой натиск. Вот почему Полуночнику приходилось кататься от одной к другой, слева направо, а потом справа налево. Он сражался порой не час и не два, а гораздо дольше, а потом переходил к нежным ласкам и сладким поцелуям. Как говорится: «Устами оценил сладость плода и его аромат».
Как-то раз Сянъюнь тихонько шепнула подружке слева, так, чтобы Вэйян не услышал:
—Какое же счастье, что нам встретился этот небожитель! Он не только красавчик, но к тому же и обладатель редкостного дара. В любое время мы можем воспользоваться нашей драгоценностью… Однако испокон веков было так, что добрые деяния всегда сопровождает туча демонов. Одним словом, развлекаясь с нашим небожителем, мы должны помнить об осторожности, чтобы не совершить какой-нибудь промах. Главное, чтобы никто не пронюхал про нашу тайну, чтобы не поползли грязные слухи. Если пойдут сплетни, он у нас остаться не сможет!
—Откуда соседям знать о наших любовных секретах? — возразила Жемчужина. — Дом наш, как говорится, глухой — никто из чужих к нам не заходит! Даже слуге-управляющему не велено входить во внутренние покои. Он обычно стоит возле вторых ворот… Бояться надо не слуг, а прежде всего бабьей сплетни. Вот если пронюхает кто-то из женщин, счастью нашему придет конец!
—Кого ты имеешь в виду? — спросила Сянъюнь.
—Ясно кого — нашу тетушку Чэнь! Сами знаете, эта сластолюбивая особа только делает вид, что соблюдает обет вдовства, на уме же у нее одни мужчины, лишь о них и мечтает! Помните, в день богомолья она едва не рехнулась, когда увидела нашего Вэйяна, который отвешивал нам поклоны. Чуть было не грохнулась наземь — так ей хотелось ответить на его приветствие. Но, как видно, застеснялась! А когда мы вернулись домой, она долго расхваливала прекрасный облик незнакомца и страшно досадовала, что ей не пришлось с ним познакомиться. Если тетка узнает, кто он и где находится сейчас, она, конечно, постарается не выпустить его из своих лап. В общем, если до нее дойдет слух, что красавчик прячется у нас, она умрет от зависти или непременно придумает какую-нибудь каверзу и пакость! И тогда быть беде! Она обрушится на нас нежданно-негаданно! Все наши радости разом кончатся!
—Это ты верно сказала о ее распутстве. Надо ее остерегаться!
—Поначалу я опасалась за служанку — как бы не сболтнула чего лишнего. Но, на счастье, появился этот парень, Шусы, и рот ее мигом замкнулся. Сейчас ничего лишнего она уже болтать не станет! Самое страшное, если вдруг неожиданно к нам пожалует тетка, явится без лишнего звука и шума — это ее обычная привычка. Проскользнет в дом и начнет шнырять глазами: туда-сюда, туда-сюда, будто крыса, что нацелилась на кусок сала… Все-то она подозревает — как бы от нее чего не скрыли! Одним словом, для нас сейчас главное — это уберечься от тетки, а потому надо сказать служанке, чтобы она постоянно сторожила дверь и смотрела бы в оба. Как только тетка появится у ворот, девчонка должна немедленно подать тайный знак скажем, кашлянуть или пискнуть. Нам же за это время надо успеть спрятать нашего красавца. Поэтому мы должны заранее найти для него укромное местечко, чтобы его никто не нашел, не увидел случайно!
—Где же мы его спрячем? — В голосе Благовещей Яшмы слышалось огорчение. Женщины принялись спорить. Одна предлагала схоронить Вэйяна за дверью, вторая —
под ложем.
— Глупости все это! — воскликнула Жемчужина. — У нашей тетки воровской глаз. Спрячем ли мы его за дверью или под ложем, она сразу же заметит или догадается. Сами это
знаете! — Она на минуту задумалась. Тут ее взгляд упал на бамбуковый сундучок, в который обычно складывали картины и свитки. Вместилище вполне подходящее: шесть чи длиной, два чи шириной. Изнутри сундучок был отделан тонкой планкой. Жуйчжу показала на сундучок: — Превосходное убежище! Как раз для него. Только надо вытащить старые картины! В случае опасности мы быстро спрячем сюда дорогого гостя, и тетка ни за что не догадается! Плохо лишь, что в этом коробе можно задохнуться, поэтому надобно загодя вынуть снизу несколько планок!
—Отличная мысль! — воскликнули подруги. Одна из них приказала служанкам по очереди стоять возле входа и быть начеку. Вторая принялась вытаскивать планки, а третья позвала Вэйяна и ему наказала: если вдруг появится гостья, тут же лезть в сундучок. Замри и ни гугу! Они сделали все это весьма кстати, так как гостья не замедлила явиться. Служанка все же успела дать знак, и Вэйян мигом шмыгнул в сундучок. С этого дня тетушка Чэнь заходила к ним не раз и не два, но ничего подозрительного не обнаружила.
Как-то раз три подруги, весело болтая о том о сем, решили осмотреть шкатулку Вэйяна. Открыли и видят там книжицу, а в ней имена многочисленных женщин. Возле каждого имени стоит значок, отмечающий качества той или иной дамы. Рядом — замечания автора, понятно, сделанные его же рукой.
—Зачем ты завел эту книжицу? — поинтересовалась одна из женщин.
—Когда я жил в храме, то решил брать на заметку всех женщин, которых встречал. Я мечтал, если мне повезет, подобрать нескольких учениц с перстами, как бамбуковый побег, и выезжать с ними в другие места. С их помощью в домах казенных я налажу персиковые связи. Понятно, что эти росточки бамбука надобно вовремя поливать и всячески лелеять. Вот что означают эти тайные знаки!
—А как сейчас с этими «нефритовыми побегами»? Где они, твои ученики, вернее, — ученицы? Отвечай!
—Они здесь со мной! Это вы трое! — рассмеялся Вэйян.
Подруги расхохотались.
—Не верим, не верим! Разве мы достойны такой высокой оценки?
—Совершенно напрасно сомневаетесь! — вскричал Полуночник и принялся старательно объяснять смысл оценок в своих заметках.
Подруги внимательно слушали. По их лицам можно было понять, что они очень довольны. Вэйян, однако, схитрил. Значки возле имени Сянъюнь говорили о весьма скромной оценке ее качеств по сравнению с двумя остальными. Женщина могла, конечно, догадаться и огорчиться, а то и совсем пасть духом. Вэйян незаметно подрисовал к двум кружкам еще один, что означало высочайшую похвалу, и показал оценку Сянъюнь, которая никаких ущемлений не заметила и осталась довольна тем, что оказалась вровень с двумя остальными: не выше и не ниже. Бедная Сянъюнь не заметила лукавства Вэйяна, который на самом деле весьма скромно оценил ее достоинства.
Полистав книжицу, одна из подруг вдруг обнаружила имя неведомой Темной девы. Возле имени стояли значки, сходные с теми, что украшали имена двух сестер.
—Это еще кто такая? — заинтересовалась одна из подруг, в ее голосе слышалось недоумение и будто бы даже испуг. — Кто эта красотка?
—О, разве вы забыли? Она же была вместе с вами в тот памятный день!
Сестры зафыркали:
—Ах, это наша старушенция! Неужели она способна сравниться с нами? Ее возраст, наружность!.. — вскричала одна из них. — Ты присвоил ей такой же высокий разряд! Это несправедливо!
—Выходит, в состязании красоты мы оказались не только самыми недостойными, но превратились в объект оскорбительных насмешек! — бросила Сянъюнь. — Какой смысл в этих крючках? Немедленно зачеркни!
Вэйян пытался что-то объяснить, стараясь разубедить взволнованных женщин, приводил всяческие доводы, но те стояли на своем. Они возмущенно галдели, мешая Вэйяну