Статья: Лексическая номинация: ономасиологический и когнитивный подходы

Такие представители ономасиологического направления, как А.А. Уфимцева, Э.С. Азнаурова, Е.С. Кубрякова и В.Н. Телия справедливо отмечают, что номинация не сводится к одному лишь обозначению тех или иных реалий. Следовательно, языковая, или лексическая, номинация, будучи опосредованной мышлением, сопряжена с отражательной деятельностью человека и является средством материализации мышления, но не самим мышлением [14. С. 7, 19]. Этот тезис еще раз подчеркивает связь и взаимообусловленность традиционного взгляда на лексическую номинацию с парадигматикой когнитивного подхода к вопросу репрезентации смыслов посредством тех или иных языковых форм, в том числе и посредством прецизионных слов.

Прежде чем проиллюстрировать вышесказанное примерами номинации с прецизионной лексикой, имеет смысл определить содержание понятия "прецизионность". Феномен "прецизионность" трактуется в лексикологии весьма неоднозначно. К проблеме прецизионности слов обращаются такие лингвисты, как Р.К. Миньяр-Белоручев и Л.Л. Нелюбин, наделяя это понятие несколько противоречивым, на наш взгляд, содержанием. Под прецизионными словами вышеназванные авторы понимают однозначные, но, в отличие от терминов, общеупотребительные слова, не вызывающие, как правило, конкретных ассоциаций. При этом к прецизионным словам лингвисты относят "имена собственные, названия дней недели и месяцев, а также имена числительные" [15. С. 165]. Опираясь на настоящее определение, можно сделать первоначальный вывод о том, что прецизионная лексика, именуемая Р.К. Миньяр-Белоручевым и А.Л. Нелюбиным понятием "прецизионные слова", обладает такими свойствами, как однозначность, общеупотребительность и сложность при переводе. Однако в предлагаемой авторами дефиниции нами усматриваются некоторые противоречия. Во-первых, говоря об однозначности значения прецизионных слов, в первую очередь, имен числительных, лингвистами словно исключается возможность корреляции слова и контекста. Так, примеры (1) и (2) демонстрируют неоднозначность не только семантических характеристик числительного four, но и его функционального значения, в зависимости от контекстуального окружения слова.

1. Don't let this go further than these four walls. Значения: 1) room; 2) people in the room; 3) you and me only.

2. Our four almost sank when we crashed into the river bank. Значения:

1) boat; 2) a team of four people.

Компоненты значения four - number; group of people; a shot in cricket; team on a boat; a boat - иллюстрируют то, как, вопреки определению, данному Р.К. Миньяр-Белоручевым и Л.Л. Нелюбиным, именно неоднозначность и многообразие трактовки номинации могут стать причиной возникновения сложностей интерпретации, о которой заявляют ученые, определяя специфику прецизионных слов. Во-вторых, трудно согласиться с заявлением авторов об отсутствии конкретных ассоциаций с прецизионными словами, особенно если рассматривать данный вопрос в ключе когнитивной лингвистики. В этой связи под термином "прецизионная лексика" в настоящей статье условимся понимать номинативные единицы, представленные числительными, именами собственными и названиями дней недели и месяцев, как общеупотребительные языковые единицы, точно определяющие некоторый ментальный образ.

Возвращаясь к вопросу номинации, стоит отметить еще одну особенность номинативных знаков. Известно, что слова не обязательно предстают в своем первичном значении, особенно если они выступают в их взаимодействии с некоторым контекстом. Как утверждает В. Эванс [16. С. 492], этот факт определяется тем, что значение, ассоциируемое с тем или иным словом, взаимодействующим с контекстом определенного высказывания, частично зависит от функциональных интенций данного высказывания. Сравним, к примеру, следующие три контекста с прецизионным словом six, в составе идиоматического выражения six feet under, общеупотребительного в дискурсе как американского, так и британского английского.

3. OUR PRICES ARE SIX FEET UNDER EVERYBODY ELSE'S (The five gates of hell. Thomson, Rupert).

4. More than six feet under', Richmann continued, and slipped off the safety catch (White darkness. McIntee, D.).

5. Saul could have reported us, but now he's six feet under, so we're safe as houses,' concluded Josh (Flood water. Ling, P.).

В каждом из примеров лексическая номинация является языковой репрезентацией разных мысленных образов: низкие цены (3), а также образ мертвого и погребенного (4), (5). Однако в первом случае для понимания номинации следует помнить о дискурсе, а именно о том, что значение "низкие цены" относится к ритуальным услугам и является игрой слов, основанной на ассоциации с первичным значением номинации six feet under "погребенный". Отсюда следует, что акт вербализации данной номинации и дальнейшей ее интерпретации базируется на основе определенного когнитивного опыта (знания первичного значения языковой репрезентации) участников дискурса.

Описывая номинативные процессы, В.Н. Телия делает акцент на то, что изначальные, или первичные, процессы номинации считаются крайне редким явлением в современных языках, поскольку номинатив ный инвентарь языка в основном пополняется за счет заимствований, словообразования или вторичной номинации с ее новыми коннотациями. При этом под вторичной номинацией автор понимает "использование в акте номинации фонетического облика уже существующей единицы языка в качестве имени для нового обозначаемого" [2. С. 336]. Как замечает лингвист, результаты первичной номинации осознаются носителями языка как первообразные, или, другими словами, как мотивированная номинация, производность которой если и имеет место быть, то может быть раскрыта лишь в ходе исторического или этимологического анализа, в то время как результаты вторичной номинации воспринимаются как производные по морфологическому составу и смыслу. В этой связи и ономасиология, и когнитивная лингвистика в унисон отмечают значимость изучения мотивированности языковых единиц [17].

При изучении вторичной лексической номинации в фокусе ономасиологии возникают вопросы о характере номинации и способности языкового знака являть собой самостоятельную номинативную единицу. Согласно концепции, выдвигаемой В.Н. Телия, по характеру указания именем на действительность следует выделять два типа вторичной номинации: автономную и неавтономную. В соответствии с теорией автора, автономная номинация протекает на базе одного слова и, приобретая самостоятельную номинативную функцию, может "автономно" указывать на действительность. Неавтономная номинация отличается тем, что в процессе формирования новой языковой единицы ей присуща комбинаторная техника, т.е. способность указывать на определенную действительность лишь в сочетании с конкретными лексическими единицами в конкретном контекстуальном окружении [2].

Так, например, прецизионное слово "dozen" не указывает автономно на значение "тринадцать", а приобретает подобные коннотации лишь в сочетаниях с определенными словами. В словосочетании а baker's dozen (или: a great dozen / a long dozen / devil's dozen) лексема dozen уже не имеет своего первичного значения "двенадцать", поскольку связывается с информацией, которая стоит за дискурсом сочетаемых с ним слов. В научной статье о "номинации" В.Н. Телия утверждает, что в основе всех видов вторичной номинации лежит ассоциативный характер мышления человека, о котором уже велось рассуждение немногим ранее, что вновь подчеркивает неразрывную связь номинативного акта с когнитивными процессами.

С принципами когнитивного подхода в отношении изучения языка и языковых явлений сопряжено, по сути, все языкознание, в том числе и ономасиология. Тем не менее, когнитивный подход, рассматривающий язык как инструмент организации, порождения и передачи информации (см. работы Дж. Лакоффа, Р. Лангакра, Л. Тэлми, Д. Гираэртса, Х. Кай кенса и др.), сосредоточен больше на изучении когнитивной функции языка в целом и номинации в частности [5; 17. С. 147], нежели на закономерности "обозначения" предметов и выражения понятий лексическими и лексико-фразеологическими средствами, как то происходит в ономасио-логическом ракурсе исследований [18].

С точки зрения когнитивной лингвистики в номинативном акте естественного языка осуществляется поиск именования для некоторого результата познания. В представлении Е.С. Кубряковой [10. С. 43], любая форма познания мира происходит в ходе определенного вида деятельности, так или иначе опосредованного языком, будь то чувственное восприятие действительности, предметная или практическая деятельность. В языке результатом репрезентации такого познания окружающей действительности становятся языковые номинации. В подобном ключе рассуждает и Г.П. Щедровицкий. По его мнению, номинацию, с одной стороны, можно расценивать как аккумулированное мышление, доступное восприятию, но, с другой стороны, описание знаковой формы не являет собой описание языкового мышления в целом [19. С. 24-25].

Ученые сходятся во мнениях о том, что исследование ментальных особенностей языковой деятельности невозможно безоговорочно приравнивать к изучению языковых выражений как формы вербализации мышления лишь потому, что когнитивные процессы не доступны нашему наблюдению в прямом смысле. Тем не менее нельзя и вовсе отбросить в сторону исследования когнитивных аспектов номинации за неимением возможности их непосредственного изучения. В этой связи Н. Хомский приводит убедительное сравнение: "Мы не можем просто сказать, что магнитной силы не существует, если мы не в состоянии объяснить природу этой силы с помощью тех средств и методов, что известны традиционной физике" [20. С. 81]. Отсюда следует сделать вывод о том, что языковое выражение может служить в когнитивной лингвистике только исходным материалом для исследования когнитивных процессов, происходящих в ходе номинации, поскольку принимается, что ментальные процессы не только базируются на репрезентациях, но и соответствуют определенным "когнитивным вычислениям" (К. Эшенбах и др.).

Взаимообусловленность ментальных и языковых процессов и возможность их изучения в рамках когнитивно-ономасиологического подхода порождают необходимость возникновения новых методов и принципов исследования акта номинации. Так появляются направления в изучении когнитивной семантики слова (cognitive semantics), когнитивной грамматики (cognitive approach to grammar), а также затрагиваются вопросы репрезентации знания (conceptual structure), концептуализации значения номинации (conceptualization) как ключевых аспектов совре менного когнитивно-направленного языкознания (см. работы У. Крофт, A. Круз, В. Эванс, Дж. Лакоффа).

Трудно не согласиться с тем, что языковая картина мира строится в ходе номинативной деятельности [10. C. 64]. Однако Г.П. Щедровицкий [19. С. 26] подчеркивает, что не каждый номинативный знак можно в полной мере отнести к языковым выражениям, понимаемым автором как некая форма проявления мышления, поскольку таковым его (знак) можно назвать лишь в случае, если он выражает определенные мысли и служит коммуникативной цели. Поскольку коммуникативной цели могут служить как отдельные слова, так и словосочетания и предложения, то стоит рассматривать номинацию разного порядка. В поддержку данной гипотезы выступает Е.С. Кубрякова [21. C. 7], отмечая при этом нетождественность номинативной функции различных языковых единиц, понимаемых вслед за Г.В. Колшанским как соотношение единицы языка и реального предмета. Так, предложение или словосочетание именует фрагменты действительности иначе, нежели обособленные лексические единицы вне контекста, поскольку в первом случае именуются предметы, явления и события в их взаимосвязи.

Полагая, что за каждым именованием стоит понятие, которое формируется на основе совокупности суждений, следует признать, что за каждой номинацией стоит мотивирующее его суждение [21. C. 7-11]. В этом случае имеет место пропозиционная номинация, т.е. номинация на основе суждения [11]. Если же рассматривать феномен пропозиции в контексте когнитивного подхода, то здесь совокупность суждений каждой из языковых форм, входящих в состав номинации, рассматривается во взаимосвязи и представляет собой производное концептуализации мира в сознании человека. Пропозиционная номинация может считаться вербализованным показателем того, как наше сознание воспринимает действительность и каков алгоритм ее отражения в языковой репрезентации. Примером вербализации пропозиционной лексической номинации могут служить дефиниция (6) и ситуация (7).

6. The Old Thirteen is an old American flag that used to have 13 stars and 13 lines on it symbolising the original number of states.

7. - Hey, Bob. I'm tired. Can we take five?

- Sure, let's have a short rest.

Подчеркивая речемыслительный характер номинации, Е.С. Кубрякова приравнивает манипуляции со структурами познания в процессе мышления к манипуляциям с теми или иными символьными структурами, ведь лексическая номинация, рассматриваемая в ракурсе когнитивной лингвистики, есть не что иное, как "концепт, схваченный языковыми знаками" [10. C. 52]. В этом отношении основой когнитивного подхода к номинативному акту в языке становится попытка опре делить сущность лексической номинации, коррелирующей с некоторой ментальной сущностью. Лексическая номинация являет собой представление знания языковыми формами, а сам процесс номинации - концептуализацию знаний в процессе понимания и порождения языковых и речевых сообщений.

В данном исследовании ставятся вопрос о том, каким образом опыт познания мира отражен в лексической номинации посредством прецизионной лексики, а также проблема построения пропозиционной номинации на основе номинации с прецизионной лексикой. Это возможно только путем совмещения данных о языковых и ментальных формах репрезентации определенных структур знания. Следовательно, главным ориентиром в исследовании лексической номинации посредством прецизионных слов является изучение той ментальной (мыслительной) сущности, которая подлежит именованию и означиванию.