Коррупция и противодействие коррупции в восприятии российской молодежи: опыт фокус-группового исследования
С.Г. Карепова, А.Н. Пинчук, С.В. Некрасов, Д.А. Тихомиров
Актуализируется изучение коррупции как воспринимаемого в пространстве личностных смыслов феномена. Представлены результаты социологического исследования особенностей повседневного восприятия и понимания коррупции современной российской молодежью. Выявлена рассогласованность основных полей осмысления различных сторон коррупции, показано, что основания легитимации коррупции артикулируются в плоскости «общественное-частное». Проанализированы, взгляды, и суждения молодых людей о проблеме борьбы, с коррупцией в России.
Ключевые слова: коррупция, противодействие коррупции, восприятие коррупции, молодежь, фокус-групповое исследование.
Svetlana G. Karepova, Institute of Socio-Political Research of the Russian Academy of Sciences (Moscow, Russian Federation).
Antonina N. Pinchuk, Institute of Socio-Political Research of the Russian Academy of Sciences (Moscow, Russian Federation).
Sergey V. Nekrasov, Institute of Socio-Political Research of the Russian Academy of Sciences (Moscow, Russian Federation).
Dmitry A Tikhomirov, Plekhanov Russian University of Economics (Moscow, Russian Federation).
Corruption and anti-corruption as perceived by the Russian youth: a focus-group research experience
Keywords: corruption; anti-corruption; perception of corruption; youth, focus-group research.
The article aims to analyze the content of the concept “corruption” used in the daily life of young people and the features of this phenomenon subjectively perceived by the youth. Considering educational activities within the anti-corruption policy, the authors point out that the legitimate attitude to corruption, endowing a corrupt official's image with positive features, tolerance to participants in corruption among the youth can significantly complicate the implementation of anti-corruption activities in the education of young people. Thus, the authors identify the significant features of understanding corruption by young people and their attitude to the problem of anti-corruption in Russia. The article uses the materials of focus groups conducted with the students of the Russian humanitarian universities. The research results show that the grounds for legitimizing corruption are actualized in the space of public and private interests rather than of moral norms. The authors conclude that the transition from the sphere of public interest to the sphere of private interest erodes a clear understanding of corruption as a socially dangerous phenomenon and forms an ambivalent attitude. A fight against corruption also articulates the distinction between the fields of public and private interests. The authors emphasize that young people determine the main area of actors' responsibility for the anti-corruption policy in the macro-context, actualizing the primary role of the state and society in eliminating corruption, which indicates a weak subjective responsibility. Modern students also show ethno-cultural features when perceiving corruption.
Введение
В условиях ускоренного развития и усложнения социальных отношений феномен коррупции приобретает новые характеристики, постепенно видоизменяясь в теневых практиках взаимодействия, латентно угнетающих стабильное функционирование социальных институтов. Борьба с таким явлением требует взвешенной государственной политики и обоснованных решений в выборе ключевых приоритетов и мер противодействия коррупции, среди которых особое значение приобретает антикоррупционная деятельность в сфере воспитания и образования, направленная на формирование антикоррупционного сознания молодого поколения.
Актуализируя роль воспитательно-образовательной антикоррупционной деятельности, следует учитывать одну важную особенность коррупции, которая присуща ей с давних времен и характеризует специфику ее проявления в различных странах. Как лаконично заметила С. Роуз-Аккерман, «то, что для одного взятка, для другого - подарок» [1. С. 5]. Иными словами, коррупция относится к тем редким социальным явлениям, отношение к которым достаточно противоречиво и неоднозначно в обществе, а придаваемые смыслы в повседневном понимании могут размываться в зависимости от контекста восприятия данного феномена представителями различных социальных групп. В данном случае существенной становится мысль Д. Тенцлера о том, что «коррупция - это прежде всего проблема определения, которая варьирует в зависимости от времени, места и даже между социальными группами отдельно взятого общества» [2. P. 4]. Именно поэтому в различных странах понятие «коррупция» может приобретать особую смысловую коннотацию, что расширяет ее понимание в публичном дискурсе и усложняет поиск консенсуса в теоретических дискуссиях об общепризнанной научной трактовке.
В этой связи следует отметить многоплановость интерпретации коррупции в рамках социально-гуманитарного знания [3]. Так, в научной литературе коррупция рассматривается как феномен, обладающий политическими [4-7], экономическими [1, 8-10], социально-культурными [11-14], социально-психологическими характеристиками [15, 16].
Необходимо уточнить, что развернутые концептуальные идеи о коррупции прежде всего оформились в рамках политико-правового и экономического направления научной мысли. В политическом контексте упор делается на сферу государственной власти, и коррупция определяется как злоупотребление должностными полномочиями ради незаконной личной (или групповой) выгоды [7, 17].
С экономической точки зрения коррупция представляет ценовой механизм, который может в форме взятки обеспечить ограниченные привилегии определенному кругу лиц, снизить издержки либо открыть доступ к налоговым льготам [1. С. 7-8]. В экономическом анализе коррупции важно учитывать три условия для ее появления и воспроизводства, на что указывает Т.С. Айдт [8]. В качестве оснований возникновения коррупции автор выделяет дискреционные полномочия, экономическую ренту и слабые социальные институты [Ibid. P. 633].
Вместе с тем современные специалисты считают, что комплексный характер коррупции требует учета социокультурных [13] и социально-психологических [18] особенностей, которые раскрывают данное явление с новой стороны и позволяют глубже понять его сущностные свойства. Так, анализируя коррупцию в социокультурном контексте, М.Ю. Попов обращает внимание на трансформацию в индивидуальном и массовом сознании [19]. В этом ракурсе возникновение коррупции рассматривается в процессе деформаций в экономической, социальной, политической сферах общества, которые приводят к сдвигу общечеловеческих норм и ценностей на периферию сознания, их замещению примитивными духовными и материальными потребностями и жизненными ориентирами [Там же. С. 25].
Акцентируя изменение ценностей в рамках модернизации, С. Хантингтон указывал на то, что коррупция является результатом не столько отклонения поведения от общепринятых норм, сколько отклонения норм от установившихся форм поведения, когда «...новые стандарты и критерии того, что хорошо и что плохо, ведут к осуждению по меньшей мере некоторых традиционных форм поведения как противозаконных» [4. С. 76].
Значимые идеи о сущности феномена коррупции оформились в психологических теориях. В частности, К. Дюпюи и С. Несет, исследуя коррупцию в рамках когнитивной психологии, отмечают, что люди склонны совершать коррупционные действия, когда они преследуют личную выгоду, имеют низкий уровень самоконтроля, осознают косвенный вред коррупции и работают в организациях, где неэтичное поведение не наказывается [20. P. 4].
Согласно психологической концепции личностных детерминант коррупционного поведения, предложенной О.В. Ванновской, склонность к коррупции определяют следующие свойства коррупциогенной личности: стремление к роскоши, неосознанная мотивация и недифференцированная структура установок поведения, негативная самооценка, низкий уровень удовлетворенности жизнью, экстернальный локус контроля и импульсивный тип реагирования [21].
Рассматривая комплексно социетальные и социально-психологические аспекты коррупции [22], ученые все больше внимания уделяют субъективному восприятию коррупционной среды в обществе, акцентируют необходимость изучения внутренних установок и диспозиций индивида в отношении к коррупции, которые в значительной степени определяют мотивацию к коррупционному поведению [23]. Как подчеркивают зарубежные авторы, представления о коррупции оказывают существенное влияние на осознание обществом этой проблемы и, следовательно, на успех предпринимаемых превентивных антикоррупционных мер [24. P. 4].
Следует уточнить, что в научной и аналитической практике исследования коррупции проблема неоднозначного понимания данного феномена в обыденной жизни рядовых граждан становится особым предметом анализа. Так, в международных научно-исследовательских разработках повседневное понимание и восприятие коррупции анализируется в тесной связи с этноцентризмом [25], с культурными диспозициями (cultural dispositions), рассмотренными в рамках релятивистской концепции (relativist concept) [2]. В ином аспекте раскрываются особенности восприятия коррупции в рамках подхода к общественным благам (public goods approach), исходя из которого утверждается, что коррупцию необходимо изучать как незаконное присваивание общественных благ, которые затем превращаются в частные блага [26. P. 7]. Контекстуальность восприятия и определения коррупции на обыденном уровне иллюстрируют результаты антропологических исследований Д. Холера, С. Шора, которые рассматривают представления о коррупции в повседневной реальности жителей различных стран [27].
Для России изучение восприятия коррупции в повседневной жизни чрезвычайно актуально, однако теоретическая база исследования данной проблематики недостаточно разработана. Следует отметить вклад в развитие этой области отечественных психологов, которые значительно углубляют понимание особенностей отношения к коррупции в российском обществе. Так, В.А. Соснин, Д.А. Китова фиксируют то, что изменения в отношении к проблеме коррупции в последние два десятилетия произошли в контексте столкновения западной цивилизационной парадигмы и коллективистической культуры России [28]. Ученые полагают, что западные жизненные ориентиры и ценности, которые нередко выдвигались в качестве приоритетов развития страны, не всегда соответствуют российскому культурному архетипу. Как заключают авторы, ориентации в пользу материальных, а не духовных ценностей, на которые молодые люди реагируют более позитивно, чем старшее поколение, «...неизбежно приводят (не обязательно явно и прямолинейно) к большей терпимости к коррупции» [Там же. С. 140].
Таким образом, восприятие коррупции как социально-дестабилизирующего и негативного явления может размываться в индивидуальном и массовом сознании, а ее определение в обыденном понимании может не совпадать с публичным дискурсом. В научной литературе утверждается, что коррупция не имеет устойчивых моральных оснований для субъективно-оценочных суждений, поэтому «чтение о морали или о высоких этических нормах - бесполезное средство для решения этой проблемы» [14. С. 135]. Это делает уязвимой антикоррупционную политику в молодежной среде. Серьезной проблемой для реализации антикоррупционной деятельности в этой сфере может стать легитимное отношение молодых людей к коррупции, наделение позитивными чертами образа коррупционера, толерантность к участникам коррупционных сделок. В контексте усиления образовательно-воспитательной деятельности в сфере антикоррупционной политики уделяется недостаточно внимания особенностям восприятия коррупции молодыми людьми. Более того, если учитывать, что именно молодое поколение является носителем будущего вектора общественного сознания, становится крайне актуальным изучение восприятия коррупции современной молодежью при рассмотрении дальнейших направлений развития антикоррупционной политики. В этом случае необходимы содержательная конкретика повседневного понимания явления коррупции молодыми людьми и выявление их отношения к нему в контексте личностных смыслов, что и является целью данной статьи.
Методы и информационная база исследования
С целью выявления особенностей повседневного понимания и восприятия коррупции молодым поколением было проведено социологическое исследование с опорой на качественную методологию. Необходимо заметить, что коррупция представляет сложный предмет анализа, так как затрагивает действия криминального характера, что может насторожить потенциальных респондентов и подтолкнуть их отвечать, исходя из общепринятых представлений. Количественные методы могут поверхностно отразить срез социальной реальности, показывая те варианты ответа, которые изначально были предложены респондентам, а в силу специфики предмета исследования повышается риск получить преимущественно социально одобряемые оценки. Качественные методы исследования, таким образом, становятся крайне значимым источником информации о реальных представлениях российской молодежи, взглядах, установках, ценностно-нормативных ориентациях, которые содержатся в высказываниях и рассуждениях молодых людей, выраженных своими словами, а не ограниченных заранее сформулированным перечнем вопросов. Поэтому для сбора эмпирических данных использовался метод фо- кус-группового интервью, поскольку он позволяет отразить многообразие существующих позиций и представлений в ходе дискуссии и при этом раскрыть мнение каждого респондента, получить информацию в качестве ответных комментариев и аргументов, а также спонтанные ответы [29].
Эмпирической базой исследования послужили материалы 12 фокус- групп, осуществленных в 2018 г. в трех гуманитарных московских вузах. Участниками исследования были молодые люди из разных российских городов, которые приехали на обучение в Москву. Всего в исследовании приняли участие 79 человек в возрасте от 17 до 21 года, обучающихся по программам бакалавриата по направлениям подготовки специалистов экономического и политического профиля, что обеспечивает вариативность мнений будущих сотрудников сферы политики, бизнеса и коммерческих структур, которые подвержены коррупционным рискам в дальнейшей профессиональной деятельности. В каждую фокус-группу входили от 5 до 7 студентов разных курсов обучения.
В центре проведенного социологического исследования находились не только особенности субъективного восприятия коррупции молодыми людьми, но также их возможное поведение в случае возникновения коррупционной ситуации при решении вопросов бытового характера. Еще одним аспектом исследования стали оценка и анализ мер борьбы с коррупцией в России, что особенно актуально в контексте усиления антикоррупционной политики по работе с молодежью.