В основу решения вопроса о возрасте уголовной ответственности за преступления, посягающие на личную свободу лица, необходимо положить ряд факторов:
очевидность и доступность понимания для подростка общественной опасности рассматриваемых деяний и фактического характера совершаемых при этом действий;
степень общественной опасности каждого из рассматриваемых деяний;
уровень распространенности таких преступлений в подростковой среде.
При этом следует заметить, что именно первый из перечисленных факторов играет главную роль в решении вопроса о возрасте уголовной ответственности, и в частности вопроса о снижения возраста уголовной ответственности за преступления, предусмотренные ст. 127 УК РФ. Подросток в возрасте до 16 лет вряд ли способен воспринять и оценить определенный ряд правовых запретов, в том числе касающихся незаконного лишения личной свободы человека, поскольку в этом возрасте не сформировано само понимание личной свободы в том смысле, который заложен в это понятие уголовным законодательством.
Здесь же следует заметить, что большинство незаконных лишений свободы совершается лицами в возрасте 19-35 лет (88%). Кроме того, в числе лиц, привлеченных к уголовной ответственности по ст.ст. 126, 206 УК РФ, практически отсутствуют лица в возрасте 14-16 лет, и число несовершеннолетних лиц, привлекаемых по данным статьям УК РФ, очень мало. Поэтому вряд ли будет выглядеть целесообразным снижение возраста уголовной ответственности за преступления, предусмотренные ст. 127 УК РФ, которые предлагаются некоторыми исследователями. По мнению некоторых исследователей такие рекомендации отчасти носят популистский характер.
По нашему мнению возраст уголовной ответственности применительно к данному составу преступления снижать нецелесообразно.
Если незаконное лишение свободы осуществляют лица, то несут ответственность при наличии соответствующих обстоятельств за превышение должностных полномочий (ст. 286 УК РФ) или за преступления против правосудия - незаконное задержание, заключение под стражу или содержание под стражей (дознаватели, следователи) (ст. 301 УК РФ), вынесение незаконного приговора суда к лишению свободы (прокуроры и судьи) (ч. 2 ст. 305 УК РФ), врач-психиатр, заведующий отделением или один из руководителей психиатрического стационара, а также другое лицо, в силу своего служебного положения способное на принятие решения о незаконном помещении потерпевшего в психиатрический стационар - по ст. 128 УК РФ.
Мнение о том, что субъектом рассматриваемого преступления может быть любое лицо, не соответствует закону.
Субъективная сторона незаконного лишения свободы, учитывая конструкцию состава рассматриваемого преступления как формального, предполагает наличие только одной формы вины при его совершении - прямой умысел. Изучение судебной практики показало, что для незаконного лишения человека свободы характерны как внезапно возникший (67%), так и заранее обдуманный (33%) умысел.
Внезапно возникший умысел по изученным нами уголовным делам имел место в отношении случайных потерпевших. Как правило, в случаях незаконного лишения свободы, совершаемого с целью изнасилования или осуществления насильственных действий сексуального характера (24%), при хищении имущества (35%), вымогательстве (22%) и др. В результате такого рода незаконного лишения свободы нередки случаи последующих за этим убийств потерпевших (13%).
На заранее обдуманный умысел, как правило, оказывает влияние либо провоцирующая ситуация, либо возникший из сложившейся жизненной обстановки повод к совершению преступления. Иными словами, преступление совершается при любом "удобном случае".
Несмотря на то, что цели и мотивы незаконного лишения свободы, не являются обязательными признаками субъективной стороны состава, тем не менее их изучение и рассмотрение будет не менее важным, чем рассмотрение и изучение обязательных признаков состава изучаемого преступления.
При изучении нами уголовных дел было установлено, что основными мотивами незаконного лишения свободы потерпевшего являются месть за совершенные им ранее действия (42%), корысть (35%), ревность (13%), нередко встречаются и хулиганские мотивы (9%).
Такой анализ показал существование объективной необходимости включения в ч. 2 ст. 127 УК РФ такого квалифицирующего признака, как "из корыстных побуждений".
С точки зрения современной уголовно-правовой доктрины в рамках учения о составе преступления психическое (субъективное) отношение потерпевшего к обстоятельствам совершаемого преступления не учитывается.
В связи с этим было бы оправданным рассмотрение субъективной стороны преступления в широком смысле, куда необходимо включить такой факультативный признак, как субъективное восприятие, под которым понималось бы субъективное восприятие потерпевшего и третьих лиц.
Поскольку для признания факта незаконного лишения человека личной свободы необходимо осознание потерпевшим своего "лишенного" состояния, в рамках субъективной стороны незаконного лишения свободы можно выделить осознание потерпевшим ограничения в личной свободе, что, в свою очередь, может выступать одним из критериев фактического признания деяния преступным.
.3 Квалифицированные и особо квалифицированные признаки незаконного лишения свободы
Наиболее распространенными квалифицирующими (особо квалифицирующими) признаками незаконного лишения свободы, являются: незаконное лишение свободы, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья (35%); незаконное лишение свободы, совершенное группой лиц по предварительному сговору (32,5%), при этом в 83% случаев от этого числа имеет место форма простого соучастия (соисполнительство, совиновничество); незаконное лишение свободы, совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия (12,5%); незаконное лишение свободы, совершенное в отношении двух или более лиц (8%).
Остальные квалифицирующие и особо квалифицирующие признаки составляют каждый в отдельности не более 2%.
Незаконное лишение свободы, квалифицированное по п. "в" ч. 2 ст. 127 УК РФ, должно включать и случаи наступления предусмотренного законом физического вреда потерпевшему, и случаи использования виновным лицом опасного для жизни или здоровья потерпевшего способа насилия, совершенного над ним.
Вне зависимости от степени причиненного в результате применения ядовитых или отравляющих веществ фактического вреда, физическое насилие в виде применения таких веществ всегда опасно для жизни или здоровья потерпевшего. Однако не всегда опасным для жизни или здоровья является физическое насилие с применение одурманивающих веществ. В этих случаях следует учитывать количество и качество примененных одурманивающих или сильнодействующих веществ, а также наступившие последствия.
При квалификации содеянного виновным по п. "в" ч. 2 ст. 127 УК РФ необходимо учитывать не только опасность способа насилия, но и интенсивность и продолжительность действий, его составляющих. К обстоятельствам, характеризующим незаконное лишение свободы, совершенное способом, опасным для жизни или здоровья потерпевшего, следует отнести условия содержания последнего в месте удержания.
Отмечено, что одно и то же квалифицирующее обстоятельство изменяет характер общественной вредности (изменяет категорию преступления) как на одну, так и на две ступени. При этом преступления небольшой тяжести относим к преступлениям 1-й ступени, преступления средней тяжести - к преступлениям 2-й ступени, тяжкие преступления - к преступлениям 3-й ступени, особо тяжкие преступления - к преступлениям 4-й ступени. Так, если незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением (ч. 1 - без квалифицирующих обстоятельств), повлекло по неосторожности смерть потерпевшего (ч. 3), то у деяния повышается характер общественной вредности (категория преступления) на две ступени по сравнению с ч. 1, т. е. из разряда преступлений небольшой тяжести оно переходит в группу тяжких. В то время как тот же самый признак (смерть потерпевшего по неосторожности), являясь последствием ч. 2 указанной статьи (например, незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением, совершенное с применением оружия), повышает у подобного деяния (ч. 3 ст. 127 УК РФ) характер общественной вредности (категория преступления) на одну ступень по сравнению с ч. 2, т.е. из преступлений средней тяжести оно переходит в группу тяжких. Законодатель в ст. 127 УК РФ, как и в ряде иных статей УК РФ, нарушил логическое правило непрерывности, характерное для любой классификации.
Предлагается ввести в ст. 127 УК РФ примечание, изложенное в следующей редакции: "Лицу, добровольно освободившему потерпевшего до истечения вторых суток с момента незаконного лишения свободы, а равно активно способствовавшему освобождению потерпевшего, суд может назначить за данное преступление более мягкое наказание, чем предусмотрено законом или освободить его от уголовной ответственности за данное преступление, если потерпевший не будет возражать против прекращения уголовного преследования в отношении этого лица".
Предлагается также поддержать мнение ряда исследователей обосновывающих необходимость введения в ст. 127 УК РФ временного критерия, который, во-первых, позволит дифференцировать уголовную ответственность за незаконное лишение человека свободы в соответствии со временем содержания потерпевшего в неволе; во-вторых, предоставит возможность конкретизировать требования к случаям освобождения виновного от уголовной ответственности, согласно предлагаемому примечанию; в-третьих, позволит ввести в законодательство административную ответственность за незаконное лишение свободы в течение не более 3 часов. Так, ч. 1 ст. 127 УК РФ может предусматривать срок удержания потерпевшего, не превышающий двух суток (48 часов, предоставленные УПК РФ для решения вопроса об избрании меры пресечения подозреваемому); ч. 2 ст. 127 УК РФ может предусматривать срок удержания потерпевшего от двух до пяти суток (дополнительные к 48 часам 72 часа, предоставленные УПК РФ в случае продления судом срока задержании до решения вопроса об избрании меры пресечения подозреваемому); ч. 3 ст. 127 УК РФ может предусматривать срок удержания потерпевшего свыше пяти суток.
Степень опасности рассматриваемого преступления значительно повышается при наличии квалифицирующих обстоятельств. В ст. 127 УК РФ выделены две группы квалифицирующих признаков, перечисленных в ч. ч. 2 и 3 этой статьи.
Квалифицированный состав (ч. 2 ст. 127 УК РФ) - то же деяние, совершенное: 1) группой лиц по предварительному сговору (п. "а"); 2) с применением насилия, опасного для жизни и здоровья. При наличии отягчающих признаков (части 2, 3 ст. 111 УК РФ) деяния образуют совокупность по п. "в" ч. 2 ст. 127 и ч. 1 или ч. 2 ст. 111 УК РФ соответственно; 3) с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия (п. "г"), действия квалифицируются по ст. 222 УК РФ; 4) в отношении заведомо несовершеннолетнего, то есть виновный знал или сознательно допускал факт лишения свободы лица, не достигшего 18 лет (п. "д"); 5) в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, также предполагает, что виновный знал об этом обстоятельстве достоверно. Повышенная опасность состоит в том, что опасности подвергается как сама женщина, так и будущий ребенок (п. "д"); 6) в отношении двух или более лиц означает наличие умысла, направленного на одновременное (или через короткий промежуток времени) завладение не менее чем двумя человеками, (п. "ж").
Особо квалифицированный состав (ч. 3 ст. 127 УК) - деяние, предусмотренное ч. 1 или ч. 2 ст. 127 УК, если они совершены организованной группой (ст. 35 УК РФ) либо повлекли по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия, дополнительной квалификации по ст. 109 УК РФ не требуют. Однако если смерть по неосторожности наступила в результате причинения тяжкого вреда здоровью (ч. 4 ст. 111 УК РФ), то образуется совокупность ч. 3 ст. 127 и ч. 4 ст. 111 УК РФ.
Если при незаконном лишении свободы совершаются и другие преступления, то содеянное квалифицируется по совокупности. Например, если лишение свободы сопровождается вымогательством, то такие действия образуют совокупность преступлений, предусмотренных ст. ст. 127 и 163 УК РФ.
Материалами дела установлено, что Труняков Б. и Кудинов Д., предполагая, что С. и К. причастны к похищению автомобиля Трунякова Б., избили их, поместили в багажник автомобиля и увезли из кафе в дом Трунякова Б. В доме потерпевших поместили в подвальное помещение, и Труняков Б. сообщил своему сыну Трунякову Е. и сторожу Етчину Я. о цели и причине нахождения С. и К. в его доме.
Впоследствии Етчин Я. вместе с Труняковым Б. принимал участие в избиении потерпевших, в результате чего от полученных телесных повреждений С. скончался. По указанию Трунякова Б. Труняков Е. и Етчин Я. погрузили труп потерпевшего С. в багажник автомашины, а потерпевшего К. посадили в салон автомашины. В пути следования Труняков Б. вывел потерпевшего К. из автомашины и выстрелами в грудь и голову убил его. После этого соучастники спрятали трупы потерпевших.
Судом действия Трунякова Е. окончательно квалифицированы по п.п. "а", "ж" ч. 2 ст. 127 УК РФ, предусматривающую ответственность за незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением, совершенное группой лиц по предварительному сговору, в отношении двух лиц, а Етчина Я. - по ч. 4 ст. 111 УК РФ за причинение тяжкого вреда здоровью С., повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. Смерть потерпевшего наступила от действий Етчина, которые не были связаны с незаконным лишением свободы потерпевшего.
В подобном случае действия лица, непосредственно не похищавшего потерпевшего, но впоследствии удерживавшего его и лишившего его жизни по предварительному сговору с лицами, его похитившими, подлежат квалификации по совокупности ст. 127 УК РФ и п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
3. Совершенствование уголовного законодательства об ответственности за незаконное лишение свободы и практики его применения
.1 Совершенствование уголовного законодательства об ответственности за незаконное лишение свободы
Говоря о структуре преступных групп, в общем, и о лицах, участвующих в совершении незаконного лишения свободы, в частности, хотелось бы остановить свое внимание на сообщниках похитителей, которые своими действиями (бездействием) исключают возможность побега потерпевшего, в действиях, которых, по сути, усматривается соисполнительство.
Как правило, органами предварительного следствия действия данных лиц квалифицируются по ст. ст. 127 и 163 УК РФ (незаконное лишение свободы плюс вымогательство). Однако, как следует из материалов уголовных дел, установление соответствия между признаками совершенного деяния и признаками состава преступления по указанному примеру не всегда оправданно. На практике данное преступление, как правило, протекает поэтапно и имеет определенную периодику, которая заключается в захвате потерпевшего, его перевозке к месту заключения, содержании в неволе и предъявлении требований о выкупе родственникам похищенного.
Несмотря на жесткость санкции статьи УК РФ, предусматривающей наказание за совершение похищения человека, это, однако, не касается соучастников данного преступления в лице так называемых охранников, закон их обходит стороной. В чем же это выражается? По сложившейся следственной и судебной практике лица, причастные к похищению человека, за исключением преступников, в чьи обязанности входит захват потерпевшего, несут ответственность по ст. 127 УК РФ или по ст. 163 УК РФ, в то время как по обстоятельствам дела явно прослеживаются общая цель и мотив в достижении конечного результата преступления - похищение с целью получения выкупа.