Значение кодификации гражданского законодательства 1922 г. далеко выходит только за пределы территории РСФСР. По образцу Кодекса были приняты гражданские в других союзных республиках. Некоторые из союзных республик ввели Кодекс в действие на определенное время на своих территориях; в 1940 г. было разрешено временное применение этого кодекса на территории присоединившихся республик Прибалтики [Развитие кодификации советского законодательства, 1968, с. 110-111].
ГК РСФСР 1922 г. был документом, созданным ещё до образования Союза Советский Социалистических Республик (декабрь 1922, Союз ССР). В соответствии с первой Конституцией СССР (1924 г.) к ведению Союза ССР (п. «п» ст. 1) относилось установление основ гражданского законодательства. Это изменение, равно как и отношение к ГК РФСФСР как акту временному, который требовал пересмотра [Раевич, 1929, с. 100 и др.], вызвало необходимость обсуждения новой кодификации, а именно - создания основ союзного гражданского законодательства (о работе над этим документом, а также о дискуссиях, которые его сопровождали см.: [Гойхбарг, 1927, с. 1044-1046; Раевич, 1929, с. 100-102; Доклад тов. Стучка о выработке основ гражданского права Союза ССР и переработке ГК РСФСР, 1930, с. 20-22; Развитие кодификации советского законодательства, 1968, с. 111-114 и др. работы].
Работа над проектом основ гражданского законодательства велась с 1923 по 1931 гг. Проект был опубликован в 1931 г., он насчитывал 169 статей, в большинстве которых содержались нормы, непосредственно регулирующие имущественные отношения [Развитие кодификации советского законодательства, 1968, с. 111, 113]. По оценке А.Л. Маковского, «этот проект представлял собой попытку практического воплощения теории двухсекторного права П.И. Стучки, который в предисловии, определял гражданское право как «установленные формы для имущественных хозяйственных взаимоотношений, вытекающих из необходимого для существования товарообмена, т.е. обмена продуктов на основе права частной собственности». Поэтому в основном проект был рассчитан на регулирование отношений между «частными лицами» и между ними и социалистическими организациями» [Развитие кодификации советского законодательства, 1968, с. 113-114].
Конституционные изменения в 1930-е гг. (Конституция СССР 1936 г.) привели к изменению в кодификационных работах: была предпринята попытка разработки единого ГК СССР (об этой кодификации, дискуссиях, которые ее сопровождали см.: [Проект Гражданского кодекса Союза ССР, 1940, с. 1-2; Генкин, 1946, с. 30-34; Братусь, 1947, с. 47-51; Венедиктов, 1947, с. 7-11; Братусь, 1948, с. 10-23; Венедиктов, 1954, с. 26-40; Дозорцев, 1954, с. 104-108; Развитие кодификации советского законодательства, 1968, с. 114-116] и др. работы).
Подготовка такой кодификации была начата перед Великой Отечественной Войной в ВИЮН (Всесоюзном Институт Юридических наук (ныне - Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ)) в 1938 г., и уже к 1940 г. был подготовлен для обсуждения второй вариант, состоящий из 8 разделов (основной структурный элемент), 45 глав, объединявших 822 статьи, включая положения о браке и семье [Проект Гражданского кодекса Союза ССР (второй предварительный вариант), 1940]. Работу над этим документом прервала Великая Отечественная Война, после которой она была возобновлена и были подготовлены обновленные проекты кодекса в 1947, 1948 и 1951 гг. [Развитие кодификации советского законодательства, 1968, с. 115-116].
Идеи, заложенные при разработке этого проекта, предельно ясны из тех комментариев, которые давались его разработчиками: если ГК РСФСР был кодексом переходного периода (как и все подобные кодексы союзных республик), то этот кодекс должен был стать «кодексом победившего социализма» [Братусь, 1948, с. 10; Генкин, 1946, с. 30]. Эта кодификация осталась незавершенной, и единый союзный кодифицированный акт в области гражданского законодательства принят не был, хотя имеющиеся материалы послужили для следующих кодификационных проектов, которые были реализованы в 1960-е гг.
Кодификация гражданского законодательства 1960-х гг. представлена двумя документами - Основами гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1961 (Основы) и ГК РСФСР 1964 г. (об этом этапе кодификации отечественного гражданского законодательства см.: [Братусь, 1962, с. 8-23; Иоффе, Толстой, 1962; Иоффе, Толстой, 1965; Развитие кодификации советского законодательства, 1968, с. 116-141; Толстой, 1970; Иоффе, 1975; Маковский, 2010, с. 191-226 и др. работы]).
Основы были довольно компактным документом (129 статей в первоначальной редакции), в котором содержались основные нормы гражданского законодательства, единые для всего СССР, на основании которых в союзных республиках принимались собственные гражданские кодексы. ГК РСФСР 1964 г.
За принятием Основ гражданского законодательства последовало принятие ГК РСФСР 1964 г., состоящего из 8 разделов («Общие положения», «Право собственности», «Обязательственное право», «Авторское право», «Право на открытие», «Право на изобретение, рационализаторское предложение и промышленный образец», «Наследственное право», «Правоспособность иностранных граждан и лиц без гражданства. Применение гражданских законов иностранных государств и международных договоров»), объединяющих (первоначально) 569 статей.
Содержание ГК РСФСР 1964 г. интересно тем, что он не только включал результаты ранее состоявшихся работ по кодификации (проект ГК СССР), но и отражал результаты дискуссий о системе советского права и предмете регулирования гражданского права. Так, положительный итог первой из таких дискуссий (1938-1955) состоял в том, что при исследовании отраслей советского права (соответственно и при конструировании новых нормативных актов) необходимо различать предмет регулирования и метод регулирования [Иоффе, 1975, с. 59]. В ГК РСФСР 1964 г. был закреплен принцип единства гражданско-правового регулирования социалистических имущественных отношений вне зависимости от их субъектного состава [Иоффе, 1975, с. 88]. Таким образом при создании нового регулирования отказались от идеи дихотомии или дуализма в регулировании имущественных отношений (двухсекторная концепция), когда нормам гражданского кодекса было необходимо охватывать «только отношения между гражданами или с участием граждан» [Иоффе, 1975, С. 79], которую отстаивали сторонники хозяйственного права. В соответствии со ст. 2 ГК РСФСР 1964 г. кодекс регулировал отношения: государственных, кооперативных и других общественных организаций между собой; граждан с государственными, кооперативными и другими общественными организациями; граждан между собой. Как отмечал М.И. Брагинский, принятие ГК РСФСР 1964 г. можно рассматривать как «победу «монизма», т. е. взглядов тех ученых, которые выступали за единство гражданского права [Брагинский, 2000, с. 60, 62].
Особенностью Основ гражданского законодательства и ГК РСФСР 1964 г. было то, что они представляли собой уже не кодифицированный документ переходного периода, каким отчасти был ГК РСФСР 1922 г., а были нормативными актами, принимавшимися в условиях полного огосударствления экономики, что отразилось, к примеру, в развернутой и обстоятельной преамбуле Основ. В связи со спецификой условий принятия указанных документов исследователи обращают внимание на значительное «опрощение» и примитивизацию норм отечественного гражданского права [Маковский, 2010, с. 36-38]. В большей степени это были документы, рассчитанные на регулирование отношений между советскими гражданами, чем социалистическими организациями.
Кодификации 1990 гг
Эти кодификации представлены Основами гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. (ОГЗ СССР 1991 г.) и действующим Гражданским Кодексом Российской Федерации (ГК РФ).
Новые кодификации осуществлялись в условиях радикального изменения политических и экономических основ отечественной государственности. И если это ещё менее выражено применительно к условиям создания ОГЗ СССР 1991 г., то в полной мере относимо ко времени создания ГК РФ - первого кодифицированного документа постсоветской эпохи.
ОГЗ СССР 1991 г. создавался в условиях заявленного перехода к рыночной экономике, а также действия целого ряда нормативных актов, которыми были легализованы ранее невозможные формы частной экономической деятельности. Структурно Основы состояли из 7 разделов («Общие положения», «Право собственности. Другие вещные права», «Обязательственное право», «Авторское право. Право на изобретение и другие результаты творчества, используемые в производстве», «Наследственное право», «Правоспособность иностранных граждан и юридических лиц. Применение гражданских законов иностранных государств и международных договоров»), объединивших 170 статей.
Как отмечали исследователи, главное назначение Основ - «стать центром правовой регламентации складывающихся рыночных отношений» [Суханов, 2008, с. 74]. Однако таким центром указанный документ стал ненадолго и вовсе не по причинам качества самого документа, а в силу прекращения существования Советского Союза. ОГЗ СССР 1991 г. применялся лишь в тот период новейшей российской истории, пока не было создано новое российское гражданское законодательство.
Действующий ГК РФ принимался в очень непростых условиях постсоветского экономического развития начала 1990-х гг., который характеризовался полным распадом прежней экономической и социальной системы. Работа над проектом первой части Гражданского кодекса осуществлялась в период отказа от ведущей роли государства в экономике, «ухода» государства из целого ряда сфер, приватизации, признания частной собственности основой современной экономики.
Эта работа осуществлялась на фоне конституционного кризиса (закончившегося принятием Конституции Российской Федерации в 1993), а также отсутствия системного регулирования множества новых отношений. Часть таких отношений регулировалась новыми актами (нормативное регулирование приватизации, о предприятиях и предпринимательской деятельности, о собственности и др.); часть экономических отношений регулировалась указами Президента РФ (например, Указ Президента РФ от 7 октября 1993 г. № 1598 «О правовом регулировании в период поэтапной конституционной реформы в Российской Федерации»). Отдельные группы отношений регулировались актами бывшего
СССР (ГК РСФСР 1964 г., ОГЗ СССР 1991 г.), которые применялись на территории РФ с отдельными оговорками: нормы ОГЗ СССР 1991 г. применялись за исключением положений, устанавливающих полномочия Союза ССР в области гражданского законодательства, и в части, не противоречащей Конституции РФ и законодательным актам РФ, принятым после 12 июня 1990 г. (дата принятия Декларации Съезда Народных Депутатов РСФСР «О государственном суверенитете Российской Советской Федеративной Социалистической Республики»), а нормы ГК РСФСР 1964 г. применялись, если они не противоречили законодательным актам РФ, принятым после 12 июня 1990 г., и иным актам, действующим в установленном порядке на территории РФ (постановления Верховного Совета РФ: от 14 июля 1992 г. № 3301-1 «О регулировании гражданских правоотношений в период проведения экономической реформы» и от 3 марта 1993 г. № 4604-1 «О некоторых вопросах применения законодательства Союза ССР на территории Российской Федерации»).
Соответственно, встал вопрос о подготовке новой кодификации, которая, как справедливо указывал Е.А. Суханов, должна была «вобрать в себя и снова ввести в действие на российской территории все основные гражданско-правовые категории и конструкции, созданные для регулирования имущественного оборота, проверенные многолетней практикой и отвечающие здравому смыслу и мировому коммерческому опыту. Тем самым отпадет необходимость в ряде действующих законов-декретов «революционного типа» [Суханов, 2008, с. 89].
Проект первой части ГК РФ был подготовлен в Исследовательском центре с привлечением ведущих отечественных ученых (С.С. Алексеева, М.И. Брагинского, Г.Д. Голубова, Ю.Х. Калмыкова, А.Л. Маковского, Е.А. Суханова, С.А. Хохлова и др. [Гражданский кодекс Российской Федерации: Проект. Часть I, 1993, с. 2]). Такой подход - участие в разработке ведущих отечественных ученых-правоведов - был реализован и при создании проектов всех последующих частей ГК РФ.
Для понимания теоретических дискуссий, которые сопровождали разработку проекта части первой ГК РФ, весьма любопытны материалы Международной научнопрактической конференции «Гражданское законодательство Российской Федерации: состояние, проблемы, перспективы», организованной Высшим Арбитражным Судом РФ и Институтом законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, состоявшейся 17-19 мая 1994 г.; на этом мероприятии обсуждался целый ряд «развилок», которые предопределяли вид будущего ГК. Основная развилка, которая обсуждалась многими докладчиками - это необходимость отдельной кодификации норм предпринимательского и/или торгового права. Для такого обсуждения был не только исторические основания (известные дискуссии в части необходимости отдельной кодификации хозяйственного права в советский период), но и вполне явные политико-правовые предпосылки: во- первых, в Заявлении Правительства РФ и Банка России от 24 мая 1993 г. «Об экономической политике Правительства и Центрального Банка России» 1 в качестве базовых структурных изменений было заявлено, что Правительство РФ внесет в Верховный Совет РФ и новый Гражданский кодекс, и Торговый кодекс, «включающие усиление правовой защиты контрактов»; во-вторых, Основные направления исследовательской программы «Пути формы укрепления российского государства», утвержденные Указом Президента РФ от 29 апреля 1994 г. № 848 Российские вести, 1993. № 103. СЗ РФ. 1994. № 2. Ст. 84., предусматривали разработку и принятие и Гражданского кодекса, и Предпринимательского кодекса. По итогам обсуждения были приняты рекомендации, в которых было высказано отрицательное отношение к идее принятия Предпринимательского кодекса, поскольку «такой подход не позволит создать единую эффективную систему гражданского законодательства, приведет к дублированию одних и тех же положений в разных законах, значительно усложнит применение соответствующих норм права»; было отмечено, что принятие такого кодекса также «противоречит историческому опыту России и современным тенденциям развития правовых систем»; при этом в данных рекомендациях не исключалась «возможность подготовки Торгового (коммерческого) кодекса на основе Гражданского кодекса как акта, детализирующего и дополняющего его основные положения применительно к сфере коммерческих отношений» [Материалы Международной научно-практической конференции «Гражданское законодательство Российской Федерации: состояние, проблемы, перспективы», 1994, с. 146]. Однако реализации эта идея - отдельного торгового кодекса - не нашла (интересно, что целесообразность существования гражданского и торгового кодексов обсуждалась (как один из вопросов, на которые необходимо дать ответ при кодификации гражданского законодательства) еще в дореволюционный период [Шершеневич, 1898, с. 122]; имела место дискуссия и после революции (1920-е гг.) ). Когда позднее обсуждался документ с похожим названием, но применительно к регулированию торговых отношений на евразийском пространстве, было высказано мнение о нецелесообразности его принятия: как отмечено в заключении Совета при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства на проект торгового кодекса ЕврАзЭС, «традиция дуализма частного права не имела места ни в Российской империи, ни в СССР, ни в современной России. Исторических корней для признания или «восстановления» особого торгового (коммерческого) права у нас не существует. Особенностью российского государственнополитического строя всегда было отсутствие в нем сколько-нибудь серьезной сословной автономии. Поэтому дуализма частного права в России не существовало и до революции 1917 г.». Совет также отмечал «выявившуюся в XX в. в государствах с развитой рыночной экономикой тенденцию постепенного отказа от дуализма кодексов частного права (Швейцария, Италия, Нидерланды)» [Из практики Совета по кодификации, 2010, с. 174-181].