Перевес деструктивных или конструктивных последствий в наибольшей степени зависит от стратегий поведения в конкретной сложившейся конфликтной ситуации, выбираемых ее участниками.
Активные стратегии несут конструктивный характер в случае стиля "сотрудничество" или "компромисс" - повышение уровня поисковой деятельности, расширение спектра возможных вариантов решения проблемы, мобилизация сил на решение задачи, и деструктивный в случае стиля "соперничество" - дезорганизация деятельности, спонтанные и импульсивные поиски выхода, разрушительные действия по отношению к другому или к самому себе и т.д.
В свою очередь пассивные стратегии поведения, деятельности и общения в конфликтной ситуации также могут быть реализованы в двух формах: приспособление - рассматривается как отказ от отстаивания интересов и целей, снижение уровня претензий, уступка обстоятельствам, и уход от конфликтной ситуации - избегание взаимодействия, отказ от выполнения задачи, употребление алкоголя, наркотиков и. т.д.
Большинство конфликтных подростков (участвующие в инцидентах с неконструктивным исходом) выбирают стратегию соперничества. Они активно стремятся защищать свои позиции, игнорируют интересы других, проявляют эмоциональность и агрессивность в общении, ведут себя импульсивно. Такая стратегия предполагает уважительное отношение к себе, собственным планам, эмоциональное принятие себя, недостаточную самокритичность и некоторое самодовольство при оценке собственных поступков, а также отсутствие тенденции к переосмыслению собственных качеств, невыраженность установки на самоизменение. Можно считать, что для них характерна целостность и устойчивость образа Я, удовлетворенность им, определяющие эгоизм, самодостаточность, стремление к лидерству без боязни вызвать чувство отчуждения. Таким образом, подростки, опирающиеся на соперничество, в конфликте чаще прибегают к активному способу поведения, они не склонны к осмыслению причин, вызывающих противоречия, к поиску путей для их конструктивного решения. Агрессивность, свойственная им при защите своих интересов, провоцирует эскалацию конфликта и мешает конструктивному решению проблемы [15, 59].
Подростки, предпочитающие сотрудничество, проявляют общительность и доброжелательность в отношениях, желание взаимодействовать в целях устранения конфликта, высокую активность, демонстрируют способность брать на себя ответственность за взаимоотношения. Защищая свои интересы, они тоже бывают агрессивны, но импульсивное поведение в конфликте у них встречается реже. Скорее преобладают попытки сформулировать цели взаимодействия с учетом возможностей реализации своих интересов и организации совместной деятельности. Возможность реализации интересов других признается как гарантия сохранения дружественных взаимоотношений. Пытаясь реализовать стратегию сотрудничества, они предъявляют повышенные требования к личным качествам в себе и других, именно в недостатках людей видят причины возникающих противоречий (нечестность, предательство, обман, лицемерие и пр.). Путь борьбы в конфликте отвергается как неконструктивный, вместе с тем налицо следование своим интересам [29, 106].
Подростки, предпочитающие компромисс, общительны, нацелены на совместную деятельность, в которой стремятся удовлетворить интересы всех сторон. Они хотя и принимают себя со всеми достоинствами и недостатками, но ожидают, что окружающие испытывают к ним отрицательное отношение. Тревожность и напряженность мешают им верно прогнозировать ход событий, а неудачи отрицательно влияют на самооценку. В целом, они очень противоречивы в своих поступках, но не склонны переосмысливать свои качества, не имеют установки на самоизменение. В целом, данная категория подростков тяготеет к предрешенной идентичности. Они производят впечатление ориентированных на человеческие отношения, но искреннего признания права на существование интересов другого в конфликте не наблюдается. Скорее, имеет место принятие интересов другого, как социально нормативное поведение, но тогда приходится поступаться собственными. Осознание собственных целей не столь выражено, чтобы предпринять активные усилия для их реализации, ценность человеческих отношений принимается ими скорее на декларативном уровне [29, 107].
Подростки, чаще других использующие избегание, стремятся как можно скорее устранить конфликтную ситуацию, поэтому отказываются от реализации собственных интересов, не участвуют в принятии решения. Они предпочитают не высказывать свою точку зрения из-за опасения быть непонятыми или осмеянными, не осознают себя участниками взаимодействия в семье, школе, не видят своей роли в разрешении противоречий. Как правило, они испытывают сомнения в понимании себя, занижают свои возможности, поэтому уходят от принятия ответственности за решения, не стремясь удовлетворить ни свои интересы, ни интересы другого.
У подростков, предпочитающих приспособление, особенности самооценки выражаются в безразличии к собственному Я, тенденции недооценивать свою духовность, сомнениях, непонимании себя, чувстве вины, неустойчивости образа Я. Ввиду заниженной самооценки они занижают, что окружающие будут воспринимать их негативно, в первую очередь замечая недостатки, а не достоинства. Поэтому, выбирая приспособление, они действуют совместно с другими и не пытаются отстаивать собственными интересы. Опираясь на данную стратегию, подростки далеко не всегда искренне принимают интересы другой стороны. Однако стереотип отношений, когда взрослый берет ответственность на себя, настолько силен, что сами подростки не пытаются что-либо изменить, ожидая справедливость со стороны взрослых. Причины конфликта они склонны искать в себе самих, в своем неправильном поведении или неумении объяснить, доказать правомерность своих интересов [33, 172].
Исследователями было выделено шесть уровней конфликтности старших школьников:
Элементарный уровень конфликтности характеризуется отсутствием у подростка каких-либо знаний о конфликте и способах взаимодействия в нем. Для него конфликт - это ссора, порождающая отчуждение, противоборство, а во многих случаях полный разрыв отношений и вражду между сторонами - участниками конфликта. Подросток не считает нужным анализировать причины конфликта и его последствия. Он демонстрирует подчеркнуто ироничное отношение к оппоненту, не проявляет сочувствия и сопереживания к нему. При этом не дифференцирует сферу возникновения конфликта и противостояние, возникшее в одной сфере отношений, переносит на остальные. Психологически подавляя партнера, он снижает его социальный статус. Он не способен рефлексировать собственные поступки, самоконтроль и самокритичность у него отсутствуют; не хочет и не умеет переоценивать свою систему ценностей.
Формальный уровень конфликтности указывает на наличие некоторых знаний о природе конфликта, его видах, возможных причинах и способах разрешения, но эти знания носят формальный характер. Возможность сохранения отношений после конфликта представляется маловероятной. Подросток излишне критичен и насмешлив в отношении оппонента, вместе с тем испытывает желание быть признанным и оцененным окружающими. Способность рефлексировать собственные действия слабо развита. Старший школьник способствует разрастанию конфликта, пытаясь вовлечь в его орбиту других.
Конформный уровень конфликтности предполагает наличие системных знаний о природе конфликта, его возможных причинах и способах разрешения, но подросток не применяет их на практике, сознательно отдавая предпочтение безоговорочным уступкам или компромиссу; не пытается критически осмыслить сложившуюся ситуацию в конфликтном взаимодействии. Подросток осознанно отказывается от выбора поступка по внутреннему убеждению и избегает риска, связанного с принятием решений [12, 206].
Уровень соблюдения нейтралитета указывает на то, что подросток имеет систему представлений о природе конфликта, его возможных причинах и способах конструктивного разрешения. Но эти знания не побуждают его к позитивному разрешению конфликтов - предпочтительнее нейтралитет. Находясь в кофликтном взаимодействии, испытывает неуверенность в себе, страх и, как следствие, желание во что бы то ни стало выйти из конфликта. Подросток пассивно принимает нормы поведения, навязываемые другими. Он стремится к личностной автономии, даже в ущерб собственным интересам, и не использует приобретенный в конфликте опыт.
Достаточный уровень конфликтности характерен для подростков, обладающих целостной системой знаний о природе конфликта, его динамике, видах, возможных причинах и эффективных способах его разрешения. Он осознает необходимость умения находить и применять конструктивные способы разрешения конфликта; использует имеющиеся знания для прогнозирования, предупреждения и успешного разрешения конфликтов. В поиске конструктивных решений занимает активную позицию; рефлексирует чувства и установки оппонента. При благоприятном разрешении конфликта испытывает положительные эмоции и впоследствии успешно использует приобретенный опыт [31, 154].
Оптимальный уровень конфликтности является отличительной чертой подростка со сформированной системой знаний о природе конфликта, его динамике, видах, возможных причинах и эффективных способах разрешения. Эти знания позволяют не только успешно разрешать межличностные конфликты и анализировать их последствия, но и предупреждать их. Подросток осознает невозможность бесконфликтного существования и признает умение находить оптимальные способы разрешения конфликта. Чувство собственного достоинства и способность уважать оппонента обеспечивают благоприятное эмоциональное состояние во время конструктивного разрешения конфликта. Подросток стремится к цивилизованному взаимодействию в конфликте, создает и поддерживает атмосферу партнерства, рефлексируя установки и чувства оппонента. Он становится способным противостоять чужому влиянию, отстаивать свои интересы и, не унижая оппонента, сознательно избегать постконфликтного противостояния.
При переходе на оптимальный уровень формируется конфликная компетентность, которая позволяет своевременно предупреждать и конструктивно разрешать конфликты в соответствии с собственными целями, ценностными ориентациями и конкретными социально-коммуникативными условиями.
Таким образом, можно выделить следующие особенности конфликтного поведения в подростковом возрасте: во-первых, конфликты являются неизбежным порождением кризиса подросткового возраста. Разрешение кризиса невозможно в старой системе отношений и поэтому обязательно должно идти через конфликт, который в данном случае имеет положительное значение, он освобождает место для нового и направлен на разрушение старой системы отношений с миром; во-вторых, конфликтные ситуации возникают, прежде всего, в ближайшем социальном окружении; в-третьих, психосоциальные конфликты в этом возрасте распространены настолько широко, что их можно рассматривать как норму; в-четвертых, на уровень и характер конфликтности подростков существенно влияют особенности семейного воспитания.
поведение подросток воспитание конфликтный
1.3 Психологическая характеристика особенностей личности подростков из
неполных семей
А.И. Антонов дает следующее определение: "Семья - это основанная на единой общесемейной деятельности общность людей, связанных узами супружества-родительства-родства, и тем самым осуществляющая воспроизводство населения и преемственность семейных поколений, а также социализацию детей и поддержание существования членов семьи" [2]. В этом определении делается строгий акцент на социальных функциях семьи. В нем ничего не говорится о семье как особой психологической единице. Такой акцент делают представители подхода системной семейной психотерапии. Так, А.Я. Варга определяет семью следующим образом: "Семейная система - это группа людей, связанных общим местом проживания, совместным хозяйством, а главное - взаимоотношениями" [6]. Но даже в этом определении первостепенное внимание отдано хозяйственной функции семьи. Структура семьи, в которой мужчина добывает пропитание, а женщина делает ежедневную домашнюю работу и заботится о детях, сохранялась примерно до начала XX в., и именно для нее характерны приведенные определения. В первую очередь семья существовала для реализации хозяйственных функций. Отсутствие в семье большого количества членов и единоначалия неминуемо привело бы к физической гибели. В наше время семья во многом уже теряет свою хозяйственную и социализирующую составляющую. Современные международные социологические исследования указывают, что семья как социальный институт прекращает свое существование. Несмотря на то, что наша страна находится в русле мировых тенденций (число разводов и гражданских браков крайне высоко), семья является значимой и стабильной ценностью для россиян. Что именно будет называться "семьей" в XXI в., пока сложно сказать. Однако представляется необходимым подчеркнуть важность исследований, направленных на изучение именно психологических составляющих семейных отношений, т.к. они остаются несомненны в любой форме существования семьи [17].
Неполная семья - группа ближайших родственников, состоящая из одного родителя с одним или несколькими несовершеннолетними детьми. Возникает в силу разных причин: рождения ребенка вне брака, смерти одного из родителей, расторжения брака либо раздельного проживания родителей; соответственно выделяются основные типы неполной семьи: внебрачная, осиротевшая, разведенная, распавшаяся. Различают также отцовскую и материнскую семьи; последние составляют абсолютное большинство среди неполных семей.
Воспитание детей в неполной семье обладает рядом особенностей. Вследствие отсутствия одного из родителей, оставшемуся приходится брать на себя решение всех материальных и бытовых проблем семьи. При этом ему необходимо также восполнять возникший дефицит воспитательного влияния на детей. Совмещения всех этих задач весьма затруднительно. Поэтому большинство неполных семей испытывают материально-бытовые трудности и сталкиваются с педагогическими проблемами.
Психологический климат неполной семьи во многом определяется болезненными переживаниями, возникшими вследствие утраты одного из родителей. Большинство неполных семей возникают по причине ухода отца. Матери редко удается сдерживать и скрывать свое раздражение по отношению к нему; ее разочарование и недовольство нередко бессознательно проецируется на их общего ребенка. Возможна и иная ситуация, когда мать подчеркивает роль безвинной жертвы, в которой оказался ребенок. При этом она стремится с избытком восполнить недостаток родительской заботы и переходит все разумные пределы: окружает ребенка атмосферой приторной ласки и чрезмерной опеки. Во всех подобных случаях воспитательная атмосфера семьи искажается и отрицательно сказывается на становлении личности ребенка [19].
Статистические исследования свидетельствуют, что в силу названных причин дети из неполных семей, по сравнению со сверстниками из полных семей, имеют более низкую школьную успеваемость, более склонны к невротическим нарушениям и девиантному поведению.
Американские ученые Б. Артур и М. Кемме отмечают у детей, потерявших одного из родителей эмоциональные трудности. Среди эмоциональных проблем отмечаются различные расстройства и реакции: фобии, нарушения сна и сны с тяжелыми сновидениями, признаки выраженной печали после события. Внутренний мир таких детей - чувство одиночества, утраты и эмоциональной пустоты. Таким образом, Б. Артур и М. Кемме пришли к выводу, что потеря родителя в детском возрасте существенно влияет на развитие личности и является фактором, вызывающим патологию у взрослого человека [4].
Дети из неполных семей замкнуты, застенчивы, менее эмоциональны, они не уверены в своих силах, а некоторые даже не верят в свои возможности. Они очень часто пребывают в одиночестве, и их это устраивает. Дети из неполных семей раньше становятся самостоятельными. В первое время после ухода одного из родителей у детей чаще всего наблюдается сильный страх разлуки со взрослыми, у них могут быть проблемы со сном, агрессивность, раздражительность или другой тип деструктивного поведения, привлекающий к себе внимание, замкнутость и стремление к изоляции, печаль, тоска, чувство потери, мучительные воспоминания и фантазии [19].