Дипломная работа: Изменения во внешней политике авторитарного государства в условиях санкций: кросс-национальный анализ

Одним из факторов, который повлиял на увеличение Индекса Экономической Глобализации, является уровень зарубежных инвестиций в Россию. Исследование Д. Лектциана и Г. Биглайзера, направленное на изучение уровня инвестиций в странах, которые оказываются под санкционными ограничениями со стороны Запада, пришли к выводу, что после введения санкций случается парадоксальное увеличение показателя инвестиции вместо его логического падения. Lektzian D., Biglaiser G. Op.cit. P. 65. Это объясняется тем, что когда с рынка страны уходит ключевой игрок, то взамен приходит не один, а несколько инвесторов из разных стран, которые по тем или иным причинам не желали на тот период инвестировать в рынок данной страны. Такая же ситуация происходит и в России, находящейся под ограничениями. В представленной ниже таблице видно, как увеличился уровень инвестиций в России с периода за год до введения ограничительных мер по 2017 год.

Таблица 15. Инвестиции в основной капитал России с 2013 года по 2017 год

Увеличение объема зарубежных инвестиций доказывает, что санкционные ограничения оказывают влияние на внешнюю политику государства, так как, во-первых, для России санкционные условия сменили зарубежных инвесторов, которые вкладывают свои средства в российский рынок, а во-вторых, за счет увеличения количества инвестиций в период введенных санкций, Индекс Экономической Глобализации данной страны увеличился.

Одним из последствий санкций во внешних индексах страны также считается изменения в основных экономических показателях страны, таких как ВВП, его рост и уровень инфляции. Из-за ограничений в банковской сфере, торговле, изменений в тарифах замедляется ежегодный рост ВВП, поднимаются цены на товары и услуги. Mau V. Russia's economic policy in 2015-2016: the imperative of structural reform //Post-Soviet Affairs. 2017. Vol. 33. №. 1. P. 63-83. Если проследить за уровнем ежегодного роста ВВП России за год до санкций и в последующие года, то можно заключить, что в первые годы после введения санкций рост ВВП резко замедлился и пришел к своему минимуму в кризисный 2015 год, в первую очередь, из-за резкого снижения международного товарооборота с основными Западными партнерами страны (сам ВВП упал на 3.7-3.9%) Ibid. P. 65-66.. Однако после налаживания торговых отношений со странами, не поддерживающими ограничительные меры, после увеличения внутреннего оборота торговли, привлечения новых инвесторов, страна смогла увеличить рост ВВП и уже в 2017 году вышла к досанкционному уровню.

Таблица 16. Рост ВВП России с 2013 по 2017 года Inflation, GDP deflator (annual %)…

Уровень инфляции России с начала введения ограничительных мер также понес изменения в своих показателях. Это связывают с тем, что, во-первых, из-за торговых потерь, в следствие введения санкционных экономических ограничений, в России выросли цены на товары и услуги, во-вторых, повышение уровня инфляции связывают с резким ослаблением рубля относительно мировых валют и, в-третьих, в связи с экономическими трудностями в первые годы введения ограничений, произошло замедление роста ВВП и уменьшение его показателя относительно предыдущих лет, что повлияло на рост государственной инфляции. Tuzova Y., Qayum F. Global oil glut and sanctions: The impact on Putin's Russia // Energy Policy. 2016. Vol. 90. P. 141. Но, как и с остальными внешнеэкономическими показателями страны, Россия выровняла ситуацию с уровнем инфляции и, благодаря привлечению новых финансовых и экономических партнеров взамен тех, кто ввел ограничения и перестал вести тесную торгово-экономическую связь со страной, смогла постепенно уменьшить уровень инфляции после кризисных 2014-2015 годов, где уровень инфляции резко увеличился до 15.5. Inflation, consumer prices (annual %)… После приспособления страны к санкционным условиям и постепенного восстановления российской экономики, уровень инфляции уже в 2017 году достиг своего исторического минимума - 2.5.124 Инфляция в 2017 году оказалась самой низкой в истории России [Электронный ресурс] // Ведомости. URL: https://www.vedomosti.ru/economics/articles/2018/01/10/747381-inflyatsiya-2017-okazalas-nizkoi-rossii (дата обращения: 06.04.2019)

Данные показатели доказывают, что санкции, подразумевающие экономические и финансовые ограничения и запреты, оказывают влияние, даже если оно кратковременное, на изменения во внешнеэкономических индексах государства, что в целом привносит не только изменение в показателе внешней политики государства, но и меняет ключевых экономических партнеров государства и принципы их взаимодействия для экономической «выживаемости» государства.

Кейс России в период экономических и политических запретов и ограничений доказывает, что внешняя политика государства модифицируется под санкционным зарубежным давлением. Так, с начала введения ограничений Россия претерпела некоторые изменения: страна наладила политическое и экономическое взаимодействие со странами, не поддерживающими ограничительные меры, но которые помогли внешнеэкономическим и политическим индексам России выйти на досанкционный уровень, и даже в некоторых случаях увеличить показатели, характеризующие внешнюю политику страны. Стоит отметить, что санкции и запреты, которые они подразумевают, изменяют не только количественно показатели внешней политики, но и меняют ключевых партнеров государства, принципы их взаимодействия. Поэтому, что касается России, оказавшейся с 2014 года под большим блоком санкционных мер, то ее внешняя политика значительно модифицировалась в этот период: налаживание новых торговых связей, создание новой международной организации и увеличение политического и экономического сотрудничества внутри межгосударственных объединений, не поддерживающих санкции, замена иностранных товаров своими за счет программы импортазамещения.

Заключение

Государства, оказывающие по тем или иным причинам под санкционными мерами, в независимости от успеха ограничений, претерпевают изменения как во внутри-, так и во внешнеполитических показателях.

Влияние санкций на изменения во внешней политике делятся на 2 основных блока: экономические и политические. Первые изменения происходят в следствие запретов и ограничений на осуществляемую ранее торговлю, финансовое взаимодействие, экономическое сотрудничество. Поэтому изменения заключаются, в первую очередь, в прерывании прежних связей, а во-вторых, в поиске и привлечении к экономическому сотрудничеству других стран, не поддерживающих санкционные ограничения. Политические меры, заключающиеся в ограничении участия в международных организациях и дипломатических миссиях, приводят к изменениям в международном политическом сотрудничестве конкретной страны в условиях санкций, меняют дипломатические связи, происходят модификации во взаимодействии государств в рамках международных организаций. Существует большое количество экономических и политических факторов и условий, которые могут влиять на степень изменения во внешней политике авторитарных государств, находящихся в условиях санкционных ограничений. В экономический блок входят такие индикаторы, как уровень роста ВВП и инфляции страны, характеризующие стабильность государства, размер экономики на момент введения ограничительных мер, уровень вовлеченности в международную торговлю. Политические условия заключаются в индексе политической стабильности государства на момент введения санкций, показывающие, насколько страна сможет выдержать новые условия и «выжить» политически, что важно не только для лидера недемократического государства, но и для страны в целом.

Проведя качественный сравнительный анализ (QCA) на основе 7 недемократических государств, находящихся под ограничительными мерами, было выявлено, что такие условия как высокий уровень политической стабильности и поддержание стабильного уровня международной торговли, а также высокий показатель ежегодного роста ВВП и инфляции ведут к значительному изменению во внешней политике авторитарного государства, выраженной в данном исследовании Индексом Политической и Экономической Глобализации. Размер экономики авторитарного государства, отмеченный в теоретической части работы как фактор, потенциально влияющий на изменение во внешней политике, не является значимым фактором для значительного изменения как внешнеэкономического, так и внешнеполитического показателя ни для одного исследуемого государства.

Следует отметить, что данное исследование, включающее в себя использование метода QCA, имеет некоторые ограничения, связанные, в первую очередь, с тем, что пришлось исключить некоторые государства, находящиеся под санкциями, из-за некоторых пробелов в ключевых для данной работы данных. Возможно, что включение еще нескольких государств со своими количественными показателями изменило бы выводы, полученные в ходе проведения анализа QCA, и была ба выявлена значимость других переменных. Однако, по объективным причинам набор исследуемых государств был ограничен, но полученные результаты не противоречат теоретическому материалу и считаются релевантными.

Также данное исследование, одной из задач которого было сконцентрироваться на изменениях во внешней политике России в условиях санкций, выявляет основные модификации страны по экономическим и политическим переменным. Во-первых, с начала введения ограничений в России произошел блок политических изменений - это ослабление тесных связей с прежними партнерами в рамках международных организаций и усиление политического взаимодействия со странами, не поддерживающими санкции и создание новой организации (ЕАЭС) для поддержания Индекса Политической Глобализации, который с начала введения ограничений количественно практически не изменился за счет создания новых партнерств. Во-вторых, в стране произошли внешнеэкономические модификации - смена торговых партнеров, привлечение новых инвесторов, экономическое и финансовое взаимодействие с теми, кто не поддерживает санкции, но которые посредством тесного взаимодействия способны помочь России «выжить» в экономическом плане. Как показало QCA, Индекс Экономической Глобализации государства во времена ограничительных мер претерпел не только значимое количественное изменение, но и поменяло свои ориентиры, партнерство и т.д., а Индекс Политической Глобализации России в условиях санкций количественно не претерпел значимых изменений, однако благодаря case-study в исследовании показано, что во внешней политике страна понесла изменения в период введенных экономических и политических запретов и ограничений.

Выводом проведенного исследования также служит то, что в независимости от того, изменились ли в большой степени внешнеполитические показатели государства под санкциями или же нет, любая страна под ограничениями будет нести изменения в своей внешней политике. Во-первых, только по тому, что будут с международного взаимодействия уходить страны из-за вводимых ограничений и запретов экономического и политического характера. Во-вторых, страна будет пытаться находить новые политические и экономические связи и партнерства для поддержания индексов страны и для ее «выживаемости» в санкционных условиях в целом. Данное исследование посвящено выявлению факторов и условий, при которых во внешней политике авторитарных государств будут происходить значительные изменения в период санкционных ограничений, поэтому «заделом» для будущего исследования считается выявление факторов и условий, которые будут отрицательно или положительно влиять на изменения во внешней политике авторитарных государств.

Библиографический список

I. Книги и статьи

1) Aalto P., Forsberg T. The structuration of Russia's geo-economy under economic sanctions // Asia Europe Journal. 2016. Vol. 14. №. 2. P. 221-237.

2) Allen S. H. The domestic political costs of economic sanctions // Journal of Conflict Resolution. 2008. Vol. 52. №. 6. P. 916-944.

3) Amuzegar J. Adjusting the Sanctions // Foreign Aff. 1997. Vol. 76.

4) Amuzegar J. Iran's Economy and the US Sanctions // The Middle East Journal. 1997. P. 185-199.

5) Bagheri S., Akbarpour H. R. Reinvestigation of the West's Sanctions against Russia in the Crisis of Ukraine and Russia's Reaction // Procedia Economics and Finance. 2016. Vol. 36. P. 89-95.

6) Bertocchi G., Spagat M. The politics of co-optation // Journal of Comparative Economics. 2001. Vol. 29. №. 4. P. 591-607.

7) Bove V., Platteau J. P., Sekeris P. G. Political repression in autocratic regimes // Journal of Comparative Economics. 2017. Vol. 45. №. 2.

8) Brough W. T., Kimenyi M. S. On the inefficient extraction of rents by dictators // Public Choice. 1986. Vol. 48. №. 1. P. 37-48.

9) Dashti-Gibson J., Davis P., Radcliff B. On the determinants of the success of economic sanctions: An empirical analysis // American Journal of Political Science. 1997. P. 608-618.

10) Davis S. J., Murphy K. M., Topel R. H. War in Iraq versus containment // National Bureau of Economic Research, 2006. №. w12092.

11) Drury A. C. Revisiting economic sanctions reconsidered // Journal of Peace Research. 1998. Vol. 35. №. 4. P. 497-509.

12) Early B. R. Alliances and trade with sanctioned states: A study of US economic sanctions, 1950-2000 // Journal of Conflict Resolution. 2012. Vol. 56. №. 3. P. 547-572.

13) Early B. R., Jadoon A. Do sanctions always stigmatize? The effects of economic sanctions on foreign aid // International Interactions. 2016. Vol. 42. №. 2. P. 217-243.

14) Early B. R. Unmasking the black knights: Sanctions busters and their effects on the success of economic sanctions // Foreign Policy Analysis. 2011. Vol. 7. №. 4. P. 381-402.

15) Erokhin V. Contemporary Reshaping of Eurasian Integration: Russia's Policies and their Implication for the EU and EurAsEC // Procedia Economics and Finance. 2015. Vol. 22. P. 402-411.

16) Escribа-Folch A. Authoritarian responses to foreign pressure: Spending, repression, and sanctions // Comparative Political Studies. 2012. Vol. 45. №. 6. P. 683-713.

17) Escribа-Folch A., Wright J. Dealing with tyranny: International sanctions and the survival of authoritarian rulers // International Studies Quarterly. 2010. Vol. 54. №. 2. P. 335-359.

18) Gerschewski J. The three pillars of stability: legitimation, repression, and co-optation in autocratic regimes // Democratization. 2013. Vol. 20. №. 1. P. 13-38.

19) Grauvogel J., Von Soest C. Claims to legitimacy count: Why sanctions fail to instigate democratisation in authoritarian regimes //European Journal of Political Research. 2014. Vol. 53. №. 4. P. 635-653.

20) Heine-Ellison S. The impact and effectiveness of multilateral economic sanctions: A comparative study // The International Journal of Human Rights. 2001. Vol. 5. №. 1. P. 81-112.

21) Hufbauer G. C. et al. Economic Sanctions Reconsidered. Washington, DC: Peter G // Peterson Institute for International Economics. 2007

22) Jones L., Portela C. Evaluating the “Success” of International Economic Sanctions: Multiple Goals, Interpretive Methods and Critique. 2014.

23) Konrad K. A., Skaperdas S. Succession rules and leadership rents //Journal of Conflict Resolution. 2007. Vol. 51. №. 4. P. 622-645.

24) Korhonen I. et al. Sanctions, counter-sanctions and Russia: Effects on economy, trade and finance. 2018.

25) Lektzian D., Biglaiser G. Investment, opportunity, and risk: Do US sanctions deter or encourage global investment? // International Studies Quarterly. 2013. Vol. 57. №. 1. P. 65-78.

26) Levitt M. Foreign Fighters and Their Economic Impact: A Case Study of Syria and al-Qaeda in Iraq (AQI) // Perspectives on Terrorism. 2009. Vol. 3. №. 3. P. 14-24.

27) Looney R. Economic consequences of conflict: The rise of Iraq's informal economy // Journal of Economic Issues. 2006. Vol. 40. №. 4. P. 991-1007.

28) Mack A., Khan A. The efficacy of UN sanctions // Security Dialogue. 2000. Vol. 31. №. 3. P. 279-292.