Независимость эллинских полисов азиатского Боспора и наличие собственной хоры косвенно подтверждается тем, что многие из них выпускали свою монету, по крайней мере, в V в. до н.э., а Фанагория в начале IV в. до н.э. Свои монеты в 490-470 гг. до н.э. чеканила также Гермонасса (Сапрыкин С.Ю., 2006. С. 175).Монеты всегда являлись индикатором самостоятельности гражданской общины, а поскольку эта самостоятельность обусловливалась собственностью коллектива граждан на землю, то они служат косвенным признаком наличия полисной хоры. После подчинения сначала Нимфея, а позднее Феодосии и открытой экспансии Спартокидов при Левконе I на Азиатский Боспор, когда он приступил к подчинению Синдики. Это могло быть вызвано возросшей агрессивностью меотов и синдов, проявившейся в конце правления Сатира, когда обозначилось стремление новой династии закрепиться на обеих сторонах пролива.В таком случае уже к началу правления Левкона I и, видимо, до окончательного подчинения Феодосии в 60-х годах IV в. до н.э. греческие полисы на Тамани могли признать власть Спартокидов, что согласуется с датой прекращения чекана автономной монеты Фанагорией (Сапрыкин С. Ю., 2006. С. 176).
В своей диссертации С. Н. Прокопенко рассматривает эволюцию хоры городов Боспора и ее хозяйственное функционирование в VI-1-ой четверти III вв. до н.э. именно об этом периоде сохранилась большая часть сведений античных письменных источников, содержащих важные сведения об устройстве сельскохозяйственной территории и экспорте хлеба. Это свидетельства Полиена об управляющих селами, Диодора о размежевании царем Евмелом земли и выделении тысячи наделов каллатийцев (Диодор XX, 25), Демосфена и Страбона - о вывозе хлеба боспорскими царями в Афины (Демосфен 32, Страбон VII, 4, 6). С. Н. Прокопенко выделяет три этапа развития хоры: - 1-я четвертьV в. до н.э. - период автономного существования апойкий и обособление территории для хозяйственных нужд в пределах естественных микрозон, с иррегулярной системой межевания земли на участки (от 2,5 до 7,5 га), слабо развитой инфраструктурой и небольшим количеством поселений;
-я четверть V- 1-я четверть IV до н.э. - происходит процесс оформления надполисного государства, усложняется организация хоры, появляется дорожная инфраструктура, увеличивается количество поселений;
-я четверть IV- 1-я четверть III в. до н.э. - хора европейского Боспора развивается экстенсивным путем, а азиатская часть переходит к освоению земель интенсивным путем, наблюдается резкий скачок в межевании заранее освоенных пространств.
Кроме того в этот период доминирует мелкое землевладение, а размещение поселений на хоре выглядит как: а)кустарно-групповое размещение поселений, б)размещение поселений по периметру хоры (Прокопенко С. Н., 2008. С. 18-20).
Будучи надполисной структурой Боспорское царство непременно должно было иметь собственную хозяйственную основу. Такой могли стать: монополия центральной власти на хлебный экспорт; прибавочный продукт, получаемый внеэкономическими принуждениями или форма землевладения (Масленников А.А., Супренков А.А., 2009. С. 272).
Проблема состоит в том, что все исторические моделирования имеют несколько приблизительный характер, так как сельские памятники Таманского полуострова изучены недостаточно и неравномерно. Раскопками изучены лишь очень немногие из них. Единственной систематической работой, опирающейся на материалы составленной исследователем археологической карты Таманского полуострова (комплексный анализ данных картографии, топографии, аэрофотосъемки и поверхностных подъемных сборов), явилось исследование Я.М. Паромова (Паромов Я.М., 1992). Ярким свидетельством того, что данное направление весьма перспективно и продуктивно, является тот очевидный факт, что без выводов, полученных в названной работе автора (и в серии других, особенно - написанной в соавторстве с А.П. Абрамовым (Абрамов А. П., Паромов Я.М., 1993), не обходится ни одно обобщающее исследование по истории Боспора (Гарбузов Г.П., Завойкин А.А., 2009. С. 148).
Одним из способов, позволяющим ответить на эти вопросы и уточнить существующие представления об античных поселенческих системах Боспора в условиях дефицита раскопочной информации, является использование интенсивной археологической съемки античной сельскохозяйственной территории на современных технических и методических уровнях. Общепринятой практической реализацией интенсивной археологической съемки является обследование с помощью групп пеших наблюдателей, которые последовательно обходят всю территорию по множеству близко расположенных параллельных маршрутов-сечений (интервал между маршрутами не более 10-15 м в зонах с низкой плотностью артефактов, с уменьшением интервала до 5 м и менее при съемке насыщенных артефактами участков), при этом производится первичная классификация и регистрация (подсчет, сбор, фиксация местоположения) замеченных артефактов и других важных признаков (Гарбузов Г.П., 2008).
Цель такой съемки - выделение всех без исключения областей повышенной концентрации археологического материала (сайтов) и их описание (классификация) на основе единой формальной методики (Гарбузов Г.П., 2008).
Г.П. Гарбузов видит некоторые исследовательские естественные ограничения: во-первых, на практике надежно выявляются лишь те сайты, которые связаны с археологическими культурными слоями, разрушенными в ходе распашки (верхний пахотный горизонт глубиной максимум до 80 см при специальной плантажной вспашке), во-вторых, результаты съемки сильно зависят от множества обстоятельств - заметности археологического материала, реального покрытия съемкой, опыта наблюдателей и т.д. (Гарбузов Г.П., 2008).
В сочетании со сборами датирующих материалов это дает возможность в определенных условиях относительно быстро и эффективно получить подробное целостное описание структуры античного культурного ландшафта на обширной территории, базирующееся на понятных и объективных критериях (Гарбузов Г.П., 2003. С. 63). В целом на Таманском полуострове античные сельские поселения в течение многих лет подвергаются регулярной распашке, в том числе практически все они неоднократно распахивались плантажным плугом. В итоге значительная часть культурного слоя сельских поселений существует в пахотном слое (Гарбузов Г.П., 2003. С. 63).
Можно предположить, что экспонируемые на поверхности пашни случайные выборки археологического материала достаточно объективно, с учетом небольшой мощности культурных отложений на античных сельских поселениях и их многолетним перемешиванием, представляют все хронологические этапы формирования соответствующих культурных слоев (Гарбузов Г.П., Завойкин А.А., 2009. С. 152). Хотя, безусловно, для правильного истолкования построений, полученных таким образом, необходимо привлечение данных раскопок. Этот важный этап работы наиболее рационально проводить по схеме, предложенной В. Д. Блаватским: исследование античной хоры осуществляется выборочным способом, сочетающим разведку - в нашем случае интенсивную съемку - с раскопками типичных для каждой части хоры поселений (Блаватский В. Д. 1967. С. 180). При этом, в связи со сложностью интерпретации материалов раскопок сельских памятников Таманского полуострова, представляется необходимым проводить раскопки некоторых «эталонных» памятников максимально широкими площадями. Немаловажное значение для анализа результатов выполненных съемок может иметь также привлечение материалов проведенных ранее раскопок античных сельских поселений (Гарбузов Г.П., Завойкин А.А., 2009. С. 157).
Полученные в результате съемок оценки плотности пространственного распределения археологического материала позволяют выделить ряд обособленных областей с повышенной плотностью керамики (сайтов) на изученных участках, причем каждый такой сайт выделяется на основе объективного критерия (порогового значения плотности керамики) и характеризуется набором количественных показателей, таких, например, как площадь, среднее и максимальное значение плотности керамики (Гарбузов Г.П., Завойкин А.А., 2009. С. 153).Наиболее корректно эта задача может быть решена с помощью сплошного систематического обследования всей территории, в ходе которого с определенным шагом проводится зондирование верхних почвенных горизонтов на предмет наличия признаков культурных отложений (Гарбузов Г.П., 2008).
Характерная особенность полученных при обследовании выборок подъемного материала - датировка подавляющей части фрагментов керамики может быть дана лишь в широком хронологическом диапазоне. Это приводит к тому, что при построении частотных таблиц (гистограмм) датированной керамики для относительно узких хронологических интервалов, один и тот же датированный фрагмент должен учитываться сразу в нескольких временных диапазонах. Кроме того, рассмотрение в рамках одной выборки фрагментов с разными размахами датировок искажает действительные хронологические распределения (Гарбузов Г.П., Завойкин А.А., 2009. С. 158).
Я.М. Паромов выделяет шесть периодов роста числа поселений на сельской округе Боспора:
раннеантичный период (середина VI - конец V вв. до н.э.)
Подразделяется на пять этапов, которые характеризуются сначала интенсивным ростом численности поселений (до 64 к началу V в. до н.э.), затем некоторым замедлением этого процесса (на этапе 3, вторая четверть V в. до н.э., - 82 поселения), наконец, - его стабилизацией (4-5-й этапы, вторая половина V в. до н.э., - 84 поселения) (Абрамов А. П., Паромов Я. М., 1993. С. 71-79). «В историческом плане первый и второй хронологические этапы связаны с временем, предшествующим образованию Боспорского царства, весь третий и первая половина четвертого этапа относятся ко времени правления легендарных Археанактидов, наконец, конец четвертого и пятый этапы приходятся на время правления первых Спартокидов»(АбрамовА. П., Паромов Я.М., 1993. С. 78).
период поздней классики и раннего эллинизма (IV - начало III вв. до н.э.)
Общее число поселений более чем удвоилось (185 против 84), «античная система расселения на территории Таманской полинезии вплотную приблизилась к своему наивысшему расцвету»; «...Значительный подъем в развитии системы расселения на землях Таманского полуострова в рассматриваемое время представляется не только как результат ее естественного развития, но, в какой-то мере, и как результат государственной политики» (Паромов Я. М., 1994. С. 8, 9).
эллинистический период (вторая четверть III - начало I вв. до н.э.);
«В этот период античная система расселения... достигла максимума своего развития, хотя общий рост ее в это время был сравнительно невелик. Число поселений в данный период достигло 203...». «С точки зрения развития системы расселения, два последних периода следует рассматривать как единый этап ее эволюции, когда на протяжении трех с четвертью веков античная система расселения на землях Таманского полуострова переживала время своего наивысшего подъема и развития» (Паромов Я. М., 1994. С. 9,10).
раннеримский период (начало второй четверти I в. до н.э. - середина I в. н.э.) «... Античная система расселения переживала деградацию, выражающуюся в значительных количественных и качественных изменениях. Общее число поселений уменьшилось почти вдвое - с 203 до 104, на ряде поселений Киммерийского острова были возведены крепости - «батарейки», образовавшие единую систему обороны острова» (Паромов Я. М., 1994. С. 12).
римский период (середина I - середина III вв. н.э.);
Время «ренессанса или второго расцвета сельских поселений Таманского полуострова. Хотя общее число поселений возросло сравнительно незначительно, со 104 до 121, перемены и процессы, связанные с переустройством системы расселения были очень велики» (в первую очередь отмечено возрождение жизни на опустевших в предыдущее время поселениях; в меньшей мере - возникновение новых, а также - прекращение жизни на ряде поселений) (Паромов Я. М., 1994. С . 12-13).
) позднеримский период (середина III - конец третьей четверти IV в. н.э.). Характеризуется как время «второй, и окончательной катастрофы, связанной с целой чередой опустошительных грабительских войн и походов середины III в. разновременных варварских союзов, во главе которых стояли готские родоплеменные объединения... Число поселений в рассматриваемое время уменьшилось до 35... окончательный слом произошел в конце рассматриваемого периода, как результат нашествия гуннов, после которого жизнь продолжалась лишь на 22 поселениях...» (Паромов Я.М., 1994. С. 13).
Существует и другая периодизация, которую предложил Г.П. Гарбузов в развитии локальной системы расселения на сельской территории Фанагории. Он выделяет следующие периоды:
Раннеантичный период: характеризуется крайне слабым характером освоения участка;
Период поздней классики и раннего эллинизма: быстрое развитие локальной поселенческой системы;
Эллинистический период: максимальное развитие локальной поселенческой системы при заметном изменении ее структуры;
Раннеримский период: некоторая редукция и дальнейшее изменение структуры (крайняя централизация) локальной поселенческой системы;
Римский период: падение «интенсивности потребления», деградация поселенческой системы;
Позднеримский период: полный упадок.
В своих работах А.А. Масленников и А. А. Супренков пишут о более разнообразной форме собственности на землю, существовавшей на Боспоре, нежели в Ольвии или в Херсонесе. Вне связи с предпочтительной доминантой размеров землевладения допускалось наличие каких-то форм коллективных общинных отношений как в сфере полисных структур, так и в подчиненно-варварской среде. Прямое эпиграфическое свидетельство (фанагорийская надпись 151 г. до н.э. о пилатах, посвященных некой богине (храму Афродиты Апатуры) позволяло утверждать существование храмового земледелия (Масленников А.А., Супренков А.А., 2009. С. 272), или же значительная роль храма Аполлона, сыгравшего решающую роль в образовании симмахии боспорских городов, позволяет предполагать, что этому храму мог быть выделен определенный земельный фонд, доход от эксплуатации которого шел на его нужды (Зинько В.Н., 2007. С. 151).Интересно отметить, что до восхождения на престол царь Левкон I являлся жрецом Аполлона Врача (Гайдукевич В.Ф., 1949. С. 57). Если судить по общегреческим аналогиям, храмовые земли нередко сдавались в аренду и приносили доход, от эксплуатации которого, шел на его нужды 8 - 10 % от общей стоимости земельного участка.
Еще В.Д. Блаватский и И.Т. Кругликова (Блаватский В.Д., 1953; Кругликова И.Т., 1975) говорили о трех наиболее известных формах собственности на античном Боспоре - полисная, царская и общинно - варварская. С ними согласен и А.А. Масленников, В.Н. Зинько так же пишет о наличии царской хоры (Масленников А.А., СупренковА. А., 2009. С. 272; Зинько В.Н., 2007. С. 150 ). С. Ю. Сапрыкин же оспаривает эту точку зрения и говорит об отсутствии царских земель и наличии у Пантикапея «дальней хоры» (Сапрыкин С.Ю., 2006. С. 197).
Но стоит принять во внимание все эллинистические нормы и традиции, полисные представления и законы, характеризующие поземельные отношения принесенные первопоселенцами. То же следует сказать об отношении местных варварских «традиций» и « инноваций» (Масленников А.А., СупренковА.А., 2009. С. 272).
Если оставить в стороне технологическую составляющую работы, то полученные результаты интересны как способ получения объективной, основанной на количественных методах анализа и ясных критериях, картины больших фрагментов античных поселенческих систем. Одним из важных следствий проведенной работы является и множество вопросов теоретического и методического плана, которые возникли после проведения первых съемок, вопросов, относящихся как к области формального анализа, так и к области исторической интерпретации выявленных структур и образований (Гарбузов Г.П., Завойкин А.А., 2009. С. 168).
В исторической интерпретации материалов, полученных путем сборов во время интенсивной археологической съемки Гарбузов Г. П. выделяет две наиболее сложных проблемы (Гарбузов Г.П., Завойкин А.А., 2009. С. 169).Первая проблема - это затруднения в понимании реальной (исторической) значимости областей с повышенным содержанием керамики. Лишенные возможности представить, что в действительности стоит за тем или иным «сайтом», мы почти лишены возможности перейти от статистических абстракций к исторической конкретике, т.е. к пониманию конкретной судьбы того или иного сельского поселения (Гарбузов Г.П., Завойкин А.А., 2009. С. 169). Во-первых, можно судить об «интенсивности жизни» на исследованном участке в целом в тот или иной период. Во-вторых, накопление наблюдений, полученных на разных участках и их сопоставление между собой позволят характеризовать, хотя бы и в общих чертах, историю сельских округ городов, а в сопоставлении с другими источниками - и исследовать более значимые исторические процессы (Гарбузов Г.П., Завойкин А.А., 2009. С. 169).В-третьих, пространственно-хронологическая дифференциация материалов на больших участках (с учетом его количественного распределения) дает уникальный шанс изучать структурную эволюцию сельских округ и, тем самым, подступиться к исследованию центральной проблемы - изучению аграрных отношений (Гарбузов Г.П., Завойкин А.А., 2009. С. 170).Но важно понимать, что еще делаются первые шаги в этом направлении, отрабатываются методики и накапливаются первичные материалы, которых пока недостаточно для точных выводов. Не подлежит сомнению, что актуализация полученных в ходе такого исследования выводов возможна только при параллельных раскопках.