ты реформ, способных изменить облик традиционного китайского общества, сделав его более современным.
Одним из наиболее выдающихся руководителей тайпинского государства на этапе его поздней истории стал Ли Сючэн (1824— 1864), с именем которого связано немало удачных военных операций. С проектом реформ, выдержанных в духе западных влияний, в 60-е гг. выступил двоюродный брат Хун Сюцюаня Хун Жэньгань (1822—1864), ставший последователем его идей еще в 40-е гг. Впоследствии, спасаясь от преследований, он вынужден был укрыться в Гонконге. Хун Жэньгань предлагал ввести в Китае современные средства связи, выступал за строительство железных дорог, развитие банков, промышленности, торговли.
Между тем силы, боровшиеся против тайпинов, все увеличивались. Главное бремя гражданской войны несли на себе региональные вооруженные формирования, значение которых все более росло. Под командованием Ли Хунчжана (1823-1901), служившего несколько лет в армии «хунаньских молодцов» Цзэн Гофаня, в начале 60-х гг. образуется Хуайская армия. В нанесении решающих ударов по тайпинам принял участие Цзо Цзунтан (1812—1885), возглавивший действовавшую против них армию в пров. Чжэцзян.
Эти армии, вооруженные и обученные на европейский манер, далеко превосходили тайпинские войска по оснащенности, но уступали им в боевом духе. С начала 60-х гг. иностранцы, отказавшись от политики нейтралитета, которого они придерживались с начала восстания, также начинают вмешиваться в военные действия, выступая на стороне пекинского правительства. С их точки зрения, тайпины, отказавшиеся подтвердить положения Нанкинского договора 1842 г., являлись менее удобными партнерами, чем маньчжурское правительство. На стороне маньчжуров воевали отряды европейских наемников. Позднее были созданы специальные подразделения, в которых иностранцам была отведена роль офицерского корпуса, рядовыми же бойцами были китайцы.
В1862 г. Щи Дакай, стремясь превратить в новую базу тайпинского движения пров. Сычуань, был блокирован на берегах горной реки Дадухэ превосходящими силами пртивника. Положившись на обещание, данное цинским командованием, в случае добровольной сдачи сохранить его бойцам и ему самому жизнь, он сдался на милость победителей. Однако слова они не сдержа- _ ли. Рядовые бойцы были преданы мечу, а сам Ши Дакай перевезен в Чэнду и там казнен.
Вначале 1864 г. столица Небесного государства была подвергнута блокаде правительственными войсками. Весной подвоз продовольствия в город прекратился, стала реальной угроза голода.
321
11-5247
Хун Сюцюань, глубоко уверенный в том, что вмешательство Божественных сил поможет его державе преодолеть все испытания, отказался обсуждать, возможно, разумные предложения о прорыве блокады и уходе на юг, откуда и началось само движение.
К лету 1864 г. стало очевидным, что помощи ждать неоткуда. Видимо, приняв яд, 1 июня 1864 г. Хун Сюцюань скончался, а в конце июля начался решающий штурм столицы Небесного государства. Сигналом к штурму города был подрыв неприятелем части мощных оборонительных стен, окружавших Нанкин. Пятнадцатилетний сын Хуна, коронованный в качестве Небесного вана, несмотря на помощь опытных и верных советников, был бессилен что-либо сделать.
Тем не менее юному правителю в окружении небольшой группы наиболее преданных и близких сановников (в нее входили Ли Сючэн и Хун Жэньган) вместе с вооруженным отрядом удалось вырваться из Нанкина, где последние защитники тайпинского государства вступили в уличные бои с войсками цинского правительства. Они сражались до последнего человека.
В октябре Небесный ван был захвачен и казнен (Ли Сючэн попал в плен и был предан смерти еще ранее). Но разрозненные тайпинские отряды продолжали сопротивление и после гибели своих предводителей. Одни из них боролись на севере, на территории провинций Аньхуэй и Шаньдун, другие — оказывали сопротивление на юге. Одна из групп тайпинов под давлением правительственных войск даже перешла границу с Вьетнамом и впоследствии приняла участие в событиях франко-китайской войны 1884-1885 гг.
Последствия Тайпинского восстания были поистине трагичны. Обширные районы страны обезлюдели и лежали в руинах. За время гражданской войны по разным оценкам погибло 15—20 млн человек.
Имели ли тайпины шансы одержать победу в борьбе и если да, то как могла "повлиять их победа на дальнейший ход китайской истории? Думается, что такой шанс у них был, достаточно сослаться на пример, связанный с историей прихода к власти минской династии. И сами факты истории тайпинского государства убеждают, что в 1856 г. правление цинской династии едва удерживало власть. С другой стороны, некоторые обстоятельства заставляют усомниться в том, что в случае прихода к власти тайпинам удалось бы удержать ее надолго. Слишком радикальным был вызов, брошенный ими устоям китайской государственности и культуры, что сделало их врагами и шэныии, недовольных правлением маньчжурской династии, и простых крестьян, которые не хотели отказываться от привычных верований предков.
322
Тем не менее победа тайпинского дела означала бы не что иное, как восстановление, правда, в иной форме, но все-таки традиционной китайской деспотии.
3. КИТАЙ И ИНОСТРАННЫЕ ДЕРЖАВЫ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.
Тайпинское восстание значительно ослабило цинскую державу перед лицом угрозы внешнего вторжения. Этой ситуацией спешили воспользоваться западные государства, стремившиеся навязать Китаю новые неравноправные соглашения, закрепить успех, достигнутый в период первой «опиумной» войны и добиться новых уступок со стороны цинского правительства. Однако в начале 50-х гг. XIX в. страны Запада были связаны войной на востоке Европы, в которую оказались вовлечены Россия и Османская империя. После поражения России в Крымской войне (1853-1856) их руки оказались развязанными, и они, в первую очередь Англия, приступили к осуществлению планов дальнейшего проникновения в Китай.
Последовавшие далее события получили название второй «опиумной» войны и растянулись на четыре года (1856—1860). В ее истории можно выделить два крупных периода: осень 1856 — весна и лето 1858 г. и лето 1858 — лето 1860 г. Первый из них завершился подписанием Тяньцзиньских соглашений, в результате второго были заключены Пекинские договоры. Во вторую «опиумную» войну (в отличие от событий 1840-х гг.) помимо Англии оказалась вовлеченной Франция, принимавшая непосредственное участие в военных действиях против Китая. Россия и США заняли позицию нейтралитета. Выступая в роли посредников на переговорах между представителями цинского двора и европейских государств, они тем не менее имели собственные цели, к достижению которых им во многом проложили дорогу Англия и Франция.
Поводом для начала новой войны против цинской державы послужил инцидент с лорчей «Эрроу» (лорча — тип небольшого китайского судна, использовавшегося главным образом для каботажного плавания). Суть его состояла в следующем. В октябре 1856 г. китайские власти арестовали 12 моряков с этого судна по обвинению в пиратстве у китайского побережья. Обвинение, очевидно, имело основания. Однако проблема заключалась в том, что корабль был зарегистрирован в Гонконге (правда, ко времени описываемых событий срок регистрации уже истек) и носил на борту британский флаг. Внешне происходящее выглядело как
323
арест китайскими властями экипажа английского судна. Именно так и стремились представить дело англичане.
Осенью начались военные столкновения между английскими военными судами и китайской береговой охраной. Первое нападение английского флота произошло в конце октября. Англичане вели переговоры, прерывавшиеся вспышками военных действий, с губернатором Гуанчжоу Е Миньчэнем без объявления войны цинской империи. Вскоре к ним присоединились французы. Предлогом для их участия в событиях послужило убийство местным населением французского миссионера в провинции Гуанси.
Е Миньчэнь занял на переговорах уклончивую позицию, стараясь оттянуть время. Пытаясь оказать на него давление, державы подвергли Гуанчжоу блокаде и в декабре 1857 г. захватили город, после чего он оставался под их контролем почти в течение четырех лет. Е Миньчэнь был арестован и сослан англичанами в Калькутту, где вскоре умер. Однако развить достигнутый успех англичанам помешали события, связанные с восстанием сипаев в Британской Индии (1857—1859), которое поставило под сомнение прочность их колониальных захватов в Южной Азии.
Весной 1858 г. переговоры между Англией, Францией и Китаем были перенесены в Шанхай. Однако они ни к чему не привели, и в результате англо-французский флот появился у побережья Северного Китая. Чтобы подтвердить серьезность своих намерений, западные союзники заняли форты г. Дагу, которые прикрывали движение по р. Байхэ. В сущности, для англо-французс- кой эскадры путь на Пекин был открыт.
И снова начались переговоры, на которых цинская сторона была вынуждена принять все требования западных держав. Это привело к заключению в мае—июне серии Тяньцзиньских соглашений между Китаем и целым рядом иностранных государств — Англией, Францией, Россией, США.
Англо-китайский договор, подписанный цинской стороной с «пистолетом, приставленным к горлу», по выражению английского представителя лорда Элгина, содержал целый ряд новых и важных для британцев условий. Для иностранной торговли были открыты еще 11 портовых городов, что предоставляло Западу все возможности для самого широкого проникновения на китайский рынок. Иностранцы приобрели право свободы передвижения по китайской территории и свободной миссионерской деятельности. Кроме того, англичане получили компенсацию за организацию военной экспедиции в размере 4 млн лянов серебра. На следующий день был подписан договор французов с китайской стороной, положения которого повторяли в деталях содержание англо-китайского соглашения. Излишне говорить, что америка-
324
но-китайский договор предусматривал распространение на США прав, полученных другими странами Запада (за исключением пункта о контрибуции).
Русско-китайский договор предусматривал положения, характерные лишь для отношений между этими двумя континентальными государствами. Одним из важных был вопрос территориального разграничения на Дальнем Востоке. Огромные территории в бассейне Амура, оставленные Нерчинским соглашением для разрешения в будущем, все в большей степени привлекали внимание России. Русская колонизация к этому времени уже проникла в районы Дальнего Востока, включая Камчатку, как бы охватывая непосредственно бассейн Амура. Изменение международной ситуации на Дальнем Востоке, активное вовлечение в политику в этом регионе европейских держав побуждали Россию более энергично заняться вопросом о будущем этих районов. В особенности неотложной, с точки зрения русской дипломатии, эта проблема стала представляться после того, как в результате российских дальневосточных экспедиций, предпринятых в 40-х гг. XIX в., выяснилось, что устье Амура вполне судоходно и современные военные суда могут подняться по нему до среднего течения реки и далее приблизиться к русским границам в Азии. Не без основания русское правительство опасалось, что англичане, захватившие юг Китая, способны распространить свой контроль и на этот район, в сущности оставшийся вне территориального разграничения.
Россия имела основания опасаться и агрессивных действий со стороны западных государств на ее дальневосточных границах. Во время Крымской войны, летом 1854 г., Петропавловск-Камчат- ский был атакован силами объединенной англо-французской эскадры. И хотя эта операция закончилась для западных союзников неудачно (их десант был разгромлен и сброшен в море гарнизоном города), тем не менее это был весьма тревожный сигнал.
Весной 1858 г. переговоры о территориальном разграничении между Россией и Китаем велись одновременно в Айгуне (ныне — г. Хэйхэ на китайской территории) и Тяньцзине. Айгунские переговоры, возглавляемые генерал-губернатором Восточной Сибири Муравьевым, были удачными для российской стороны. Муравьев добился от китайских партнеров по переговорам согласия в том, что граница до соединения Амура с Уссури будет проходить по течению Амура, при этом земли по левому берегу реки будут принадлежать России, а по правому — Китаю. Территории к востоку от Уссури, вплоть до морского побережья, были оставлены в совместном владении до решения этого вопроса в будущем.
Менее удачным для России был визит эскадры под командованием Путятина, которая весной 1858 г. находилась у берегов
325