нервную горячку, сопровождавшуюся бредом и галлюцинациями. Во время болезни ему явилось видение — старец, восседавший на троне и подающий ему меч, украшенный драгоценными камнями. Оправившись от болезни, будущий вождь восстания, пытаясь разобраться в посещавшем его видении, обратился к изучению переводов священных христианских книг, которые годом ранее он привез из Гуанчжоу. В результате их длительного и тщательного изучения Хун пришел к выводу, что явившийся ему старец есть Бог Отец, предназначивший его к исполнению Божьего Завета — освобождению людей и основания на земле Божьего Царства. Впоследствии Хун Сюцюань назвал свое государство Тайпин тяньго (Небесное государство великого благоденствия), откуда и пошло название восстания. Себя Хун Сюцюань считал младшим братом Иисуса Христа и будущим правителем Небесного Царства на земле.
Попытка обратить односельчан в новую веру, представлявшую из себя причудливое соединение христианских идей с китайской традицией, знатоком которой можно считать Хун Сюцюаня, не увенчались успехом, хотя он и нашел последователей среди некоторых родственников (так, приверженцем новых идей стал его двоюродный брат Хун Жэньгань) и верных друзей.
Стремясь расширить крут своих последователей, Хун Сюцюань переезжает в одну из деревень в соседней провинции Гуанси (уезд Гуйпин), где у него были родственники. В этом бедном горном районе, населенном бедняками-хакка и оторванными от сельской жизни рабочими-углежогами, число сторонников нового учения увеличилось. Здесь же им при поддержке ближайших друзей было основано «Общество поклонения Небесному Владыке», которое вскоре насчитывало до 2 тыс. человек.
Несмотря на преследования властей и временные неудачи, проповедь Хун Сюцюаня и его сподвижников привлекала все новых последователей. Из их среды вскоре и сформировалась группа будущих руководителей восстания. Среди них был энергичный и талантливый организатор Ян Сюцин (1817—1856). Будучи простым углежогом, он претендовал на признание того, что его устами с последователями движения говорит Сам Бог Отец (когда Ян Сюцин впадал в состояние, напоминавшее эпилептический припадок). Совсем юным примкнул к инсургентам Ши Дакай (1831—1863), происходивший из зажиточной семьи в Гуанси. Он привел в ряды повстанцев несколько сотен человек, являвшихся его родственниками по клану. Среди руководителей движения можнр назвать также Вэй Чанхуэя, человека довольно состоятельного, семья которого принадлежала к шэныши. У каждого из них были
311
свои причины решиться на участие в деле, которое могло кончиться гибелью.
Летом 1850 г. Хун Сюцюань призвал своих сторонников собраться в деревне Цзинь-тянь (тот же Гуйпин) в Гуанси, чтобы подготовиться к решительной борьбе с властями. На призыв откликнулись примерно 20—30 тыс. человек — мужчины, женщины, дети. Многие, продав все имущество, приходили к тайпинам целыми семьями и даже кланами.
Уже на ранней стадии восстания сторонники Хун Сюцюаня стремились реализовать некоторые важнейшие принципы его учения. Одним из них было положение об изначальном равенстве всех людей. В этом сказалось влияние как христианских идей, так и китайской традиции, связанной с историей религиозных сект и тайных обществ. Как мы видели ранее, принцип изначального равенства всех созданий Божьих исповедовался и последователями религиозных сект, в основе верований которых лежали в первую очередь буддийские принципы. Сторонники Хун Сюцюаня попытались воплотить эти верования в некоторых общественных институтах. Одним из наиболее важных нововведений у восставших стали общественные кладовые, куда последователи движения должны были отдавать все имущество, превышающее минимум, необходимый для самой простой жизни. Сюда впоследствии передавалось также захваченное повстанцами в ходе гражданской войны.
Тайпинское руководство разделило своих последователей на мужские и женские отряды, объявив, что вступление в брак будет разрешено после победы народной войны. В тайпинских рядах были запрещены и сурово карались употребление табака и наркотиков; а также азартные игры. В знак непризнания власти маньчжурской династии тайпины отрезали косу и носили распущенные волосы, спадавшие на плечи. По этой причине в правительственных источниках их часто называли «длинноволосыми».
Социальный состав восставших был разнородным — это было в полном смысле народное движение, собравшее под свои знамена людей разного общественного положения и различных национальностей. В его рядах были земледельцы-хакка, а также те, кто принадлежал к местным кланам, рабочие-углежоги и шахтеры, занятые на разработках в горных районах Гуанси, бедняки и состоятельные люди, выходцы из семей шэнъши, ханьцы и представители местных народов, в первую очередь чжуан, и др. Но, разумеется, основную массу составляли те, кого можно отнести к низам тогдашнего китайского общества, — его маргиналы и даже люмпены.
Тем не менее из этой крайне разнородной массы людей, увидевших в движении тайпинов путь к иной, более достойной жиз-
312
ни, его руководителям удалось создать вполне дисциплинированное и боеспособное войско. Уже летом и осенью 1850 г. повстанцам пришлось неоднократно вступать в военные действия с отрядами деревенской самообороны, которые по приказанию местного начальства направлялись на подавление начавшейся смуты. Выступления, организованные местными могущественными кланами, были отражены восставшими.
Число сторонников движения росло, ему становилось тесно в отдаленном, богом забытом районе Гуанси. В январе 1851 г. было официально объявлено о начале восстания и образовании Небесного государства великого благоденствия, а также об основной цели восставших — свержении установившегося общественного порядка, воплощением которого в глазах тайпинов была правящая маньчжурская династия.
Казалось, что инсургенты стремятся полностью искоренить все, что имело хоть какое-то отношение к китайской культуре и исторической традиции, и утвердить на их месте совершенно другие, западные, ценности. Они расправлялись со всеми, кто так или иначе был связан со службой правящей династии. Беспощадно уничтожались все члены семей, в домашнем скарбе которых были найдены хотя бы отдельные предметы церемониальной одежды чиновника. Руководители движения объявили об отказе от традиционной системы экзаменов и набора посредством нее кандидатс)в на государственную службу. Они выступали против традиционных китайских религиозных «трех учений», назвав их ересью, безжалостно уничтожая при этом культовые сооружения и изваяния святых, дорогие сердцу не только книжника-чинов- ника, но и простого человека. На место всего этого они выдвинули христианство в интерпретации Хун Сюцюаня как единственно верное учение.
Однако движение тайпинов не означало полного разрыва с прошлым. Уже в самом названии тайпинского государства (Тайпин таньго — Небесное государство великого благоденствия) обнаруживается сочетание христианских влияний с вполне традиционными представлениями. «Небесное государство» — эту первую часть названия, скорее, можно отнести к влиянию западных религиозных концепций. Хотя для тайпинов Бог — это «тянь-чжу» (Хозяин Неба), т.е. Бог Отец по библейской традиции. В сознании простого китайца он вполне мог совмещаться с привычным представлением о Небе, которое также способно к творению, но это принципиально иной акт, нежели тот, который лежит в основе христианских учений.
Явное воздействие традиционных китайских представлений мы находим во второй части названия государства, созданного
313
тайпинами, — «великое благоденствие». Именно этот термин встречаем в древнем трактате «Чжоу ли» (Ритуал Чжоу). Именно оттуда главным образом были почерпнуты Хун Сюцюанем основные идеи, связанные с принципами государственного и общественного строя, который инсургенты были призваны утвердить в своем государстве.
Думается, что ничего принципиально нового не было и в обращении к иностранному религиозному учению, в данном случае христианству. Достаточно вспомнить, что идеология религиозных сект восприняла ряд положений буддизма, китайцам был известен и ислам, хотя родина этих учений далеко от Китая. Да и само христианство не являлось совершенно новым и неизвестным китайцам учением. Несмотря на гонения в XVIII в., христиане существовали в цинской державе. Шокирующей была та жесткость в религиозной пропаганде и действиях, которой отличались тайпины. Впоследствии это сослужило им плохую службу, оттолкнув их потенциальных последователей из числа простых китайцев или шэныпи, готовых откликнуться на призыв к возрождению китайской государственности, но неспособных отказаться от традиционной китайской учености, постижение которой составляло смысл их существования.
Тайпинское восстание принято разделять на несколько этапов. Первый этап охватывает 1850—1853 гг. Это было время, когда восставшие собирали силы, создавали вооруженные отряды, в дальнейшем превратившиеся в армии, и с боями продвигались на север. Он завершился осадой и захватом Нанкина, который был превращен тайпинами в столицу своего государства. Наивысший подъем восстания пришелся на 1853—1856 гг. В этот период инсургентам удалось не только создать вполне стабильное государственное образование на территории нескольких приморских провинций нижнего течения Янцзы, но и предстать в качестве реальной угрозы цинской династии. События, связанные с кровавой междоусобной борьбой в тайпинском руководстве осенью 1856 г., делят историю восстания на восходящий период и время, когда восставшие безуспешно пытались удержать завоеванное в тяжелой борьбе. 1856—1864 гг. — последний этап в тайпинской истории, завершившийся падением Нанкина и гибелью всех основных участников тайпинской драмы.
Осенью 1851 г. тайпины захватили небольшой город в северной Гуанси — Юнъань, где пробыли до весны следующего года. Здесь было завершено образование политических институтов тайпинского государства, Небесным ваном (правителем) стал Хун Сюцюань, что свидетельствовало о его главенствующем положе-
314
нии в тайпинской иерархии. Ян Сюцин, командующий тайпинскими войсками, получил титул Восточного вана. Вэй Чанхуэй стал Северным ваном, а Ши Дакай — Отдельным ваном. Каждый из этих правителей имел под своим командованием собственные вооруженные силы и административный аппарат. Верховным вождем считался Хун Сюцюань, которого вскоре стали приветствовать обращением «ваньсуй» (пожелание «десяти тысяч лет жизни»). Однако истинным военным руководителем и верховным администратором был Ян Сюцин, государственный талант которого раскрылся в полной мере. Впоследствии Хун большую часть времени проводил за написанием религиозных и философских сочинений, в то время как главное бремя государственных забот лежало на плечах Ян Сюцина.
Осенью 1852 г. тайпины были блокированы в Юнъане регулярными правительственными войсками. Сумев неожиданным ударом прорвать осаду, нанеся поражение цинским отрядам, пытавшимся остановить их, с боями они двинулись на север. Неудачи сменялись громкими победами. Тайпинам так и не удалось овладеть столицей Хунани г. Чанша, несмотря на его длительную осаду, однако наступление на Учан — столицу Хубэя — завершилось захватом этого важнейшего политического и военного центра Китая (февраль 1853 г.). В руки тайпинов, которых к этому времени насчитывалось, очевидно, до полумиллиона человек, попали запасы вооружения из учанских арсеналов. На Янцзы ими также было захвачено большое количество речных судов.
В сложившейся обстановке руководству повстанцев предстояло сделать серьезный выбор — решить, куда двигаться дальше. Можно было продолжить наступление на север с целью захвата столицы и свержения маньчжурской власти. Избери тайпины этот вариант, им, возможно, удалось бы сбросить цинское владычество, поскольку в этот момент центральное правительство не располагало сколько-нибудь значительными силами между Учаном и Пекином, способными остановить инсургентов.
Однако было принято другое решение — повернуть на восток и, спустившись по течению Янцзы, овладеть Нанкином и превратить его в столицу тайпинского государства. За этим решением стояли опасения повстанцев, бывших южан, слишком далеко уходить на север, который представлялся им незнакомым и чуждым. Не последнюю роль сыграли также воспоминания о том, что победитель монгольской династии Юань Чжу Юаньчжан также сначала столицей своего государства сделал именно Нанкин.
В марте после ожесточенной осады тайпины захватили Нанкин. С этого времени город оставался столицей Небесного государства вплоть до его падения в 1864 г.
315