По другому уголовному делу в отношении Н. суд, несмотря на отсутствие в уголовном деле документов об отцовстве осужденного, признал в качестве смягчающего наказание обстоятельства наличие малолетнего ребенка у виновного. На судебном заседании осужденный Н. лишь на словах пояснил, что у него на иждивении находится беременная супруга и её малолетний ребенок См.: Обобщение практики учета судьями Краснокаменского городского суда За-
байкальского края обстоятельств, смягчающих наказание [Электронный ресурс]. -- URL: http://krasnokam.cht.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=497 (дата обращения:
13.02.2021)..
Ошибки в формировании данных, характеризующих личность обвиняемого, допущенные правоохранительными органами. В качестве яркого примера недобросовестного отношения дознавателя к расследованию уголовного дела можно привести дело в отношении М. Так, дознаватель во время допроса обвиняемого выяснил лишь то, где проживает обвиняемый в период расследования дела. Соответственно, сведения о психическом здоровье М. были истребованы из Копьевской Центральной районной больницы. Лишь в суде было установлено, что обвиняемый М. на территории района проживает непродолжительное время, до этого проживал на территории Красноярского края, где с детства состоял на учете у психиатра, был признан негодным к службе в армии, трижды освобождался от уголовной ответственности в связи с невменяемостью и на протяжении 14 лет находился на принудительном лечении в психиатрических больницах См.: Обзор судебной практики по уголовным делам Орджоникидзевского район-ного суда республики Хакасия [Электронный ресурс]. -- URL: http://ordzhonikidzev- sky.hak.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=45 (дата обращения: 13.02.2021)..
Искажение данных, вызванное поведением преступника. Как отмечается в литературе, проблемные ситуации при установлении данных о личности лица, совершившего преступление, могут быть связаны со следующими обстоятельствами: 1) задержанный подозреваемый может хранить молчание, и документы при нем отсутствуют; 2) задержанный может указать свои анкетные данные, но их подлинность в силу отсутствия документов или по иным причинам вызывает обоснованные сомнения [15, с. 216--219].
В таких ситуациях правоохранительным органам необходимо тщательно подойти к установлению данных о личности преступника, в ином случае это чревато возникновением проблемных ситуаций в стадии судебного разбирательства. В частности, если у следователя имеются основания предполагать, что обвиняемый назвался вымышленной фамилией и пользуется чужими документами, стремясь таким образом скрыть свою прошлую деятельность, следует направлять его дактилоскопическую карту для проверки по соответствующему учету в органах МВД.
В судебной практике нередки случаи, когда осуждаются лица, воспользовавшиеся документами, принадлежащими другому лицу, либо по документам, полученным незаконным путем. Так, надзорной инстанцией -- Президиумом Белгородского областного суда отменен приговор Октябрьского районного суда г. Белгорода от 26.01.2010 в отношении Ш. в связи с тем, что личность Ш. была установлена на основании копии паспорта, заверенной следователем. Других данных в деле не имелось и никаких мер по выяснению личности обвиняемого в ходе предварительного следствия не было предпринято. В период исполнения наказания в ходе проверки дактилокарты на имя Ш. по учётам АДИС-ЦФО ЭКЦ УВД Белгородской области установлено, что папиллярные узоры на данной карте полностью совпадают с папиллярными узорами на дактилокарте на имя В. Осужденный в ходе беседы подтвердил, что он действительно является В. В объяснениях Ш. сообщил, что не привлекался к уголовной ответственности на территории Белгородской области и в отношении него не выносился приговор Октябрьского районного суда г. Белгорода. Считает, что его паспортными данными воспользовался другой человек См.: Практика установления личности обвиняемых (подсудимых) при рассмотре-нии дел и материалов в 2011 году Октябрьским районным судом г. Белгорода [Электрон-ный ресурс]. -- URL: http://oktiabrsky.blg.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=395 (дата обращения: 13.02.2021)..
4 Технические ошибки. Анкетные данные подсудимого устанавливаются судом по материалам уголовного дела, т. е. они должны указываться в судебном решении на основании их документального подтверждения. Однако в судебной практике встречаются случаи, когда единичное ошибочное написание анкетных данных обвиняемого было расценено как неустанов- ление его личности, препятствующее постановлению приговора. Так, Приморский краевой суд, действуя в качестве апелляционной инстанции и отменяя судебные решения о возврате дела прокурору в порядке ст. 237 УПК, в одном уголовном деле указал, что ошибочное указание в резолютивной части постановления о привлечении в качестве обвиняемого его отчества (Игоревич вместо Юрьевич) при правильном указании в остальном тексте постановления, а также в обвинительном заключении и в других материалах дела, является технической ошибкой [16, с. 265].
Механизм исправления подобных технических ошибок содержится в п. 15 ст. 397 УПК РФ. Однако данные ошибки не следует путать с ошибками, порождающими сомнения в правильной идентификации личности подсудимого. Особенно, когда такая ошибка породила за собой целые ряд ошибок. Так, по одному из уголовных дел суд в вводной части приговора указал неверно отчество подсудимого, и эта ошибка распространилась на остальные судебные акты. Из материалов дела усматривалось, что в производстве суда находилось уголовное дело в отношении А.К.РА., поступившее с обвинительным заключением в отношении А.К.РА. для его рассмотрения по существу. Вместе с тем постановление суда о назначении судебного заседания в особом порядке от 10.06.2019, протоколы судебных заседаний, постановление о возобновлении производства по делу после розыска от 04.12.2020 составлены в отношении А.К.РБ., также приговор постановлен в отношении А.К.РБ., что является незаконным и необоснованным, учитывая, что в материалах дела имеется паспорт на имя А.К.РА., а также иные документы, подтверждающие его данные См.: Апелляционное постановление Московского городского суда от 26.02.2020 № 10-3620/2020 [Электронный ресурс]. -- URL: http://www.eonsultant.ru/eons/cgi/-
online.cgi?req=doc&cacheid=B8405340B4C7597490B68BA2D79E718B&SORTTYPE=0&BA SENODE=32910&ts=13987011907502213373960664&base=SOCN&n=1277372&rnd=8B74F 2B383B9C38B57F57FF67359D881#39xq7odj39k (дата обращения: 13.02.2021)..
5. Человеческий фактор. Несмотря на требование объективности в исследовании и оценки всех обстоятельств дела, необходимо учитывать, что рассматривают конкретные уголовные дела судьи, у которых за годы профессиональной деятельности сложились свои стереотипы суждений о подсудимых из различных социальных слоев. Указанные представления могут влиять на тщательность оценки доказательств, внимательность к доводам сторон, критичность по отношению к материалам дела.
В результате складывается, как отмечается в литературе, парадоксальная ситуация. Отечественное законодательство исходит из того, что осуждению подлежат одинаково все, независимо от статуса и по одним и тем же правилам. Но при этом допускается, что за одно и то же преступление может быть назначено разное наказание в зависимости от личностных характеристик подсудимого Анализ, проведенный И. В. Четвериковой, показал, что у подсудимых шансы на оправдание, прекращение дела за примирением сторон или осуждение различаются в зависимости от половой принадлежности, семейного состояния (и обстоятельств) и профессионального статуса лица, совершившего преступление. В результате по каким-то причинам одни социальные группы оказываются в более выгодном положении в глазах правосудия, чем другие [17, с. 120].
В частности социальный статус подсудимого на практике зачастую влияет на решения судей. Объясняется это отчасти интерпретативной природой принятия судебных решений, согласно которой , в условиях повышенной нагрузки и потока типовых дел судьи не всегда готовы вникать в уникальность обстоятельств каждого дела и личности подсудимого, а склонны руководствоваться некими стереотипами восприятия, которые позволяли бы им быстро формировать суждение об опасности подсудимого [18, с. 82]. Например, статус безработного сильно и устойчиво связан с решением о реальном лишении свободы. А семейное положение и наличие детей считаются в литературе ключевыми экстралегальными факторами, связанными с гендером и влияющими на принятие решения по уголовному делу [17, с. 102]. Интерпретативное значение при изучении судами материалов дела несет также информация о мерах пресечения, применяемых к подсудимому во время предварительного следствия и судебного разбирательства, в том числе о факте заключения под стражу. Как свидетельствуют исследования в данном направлении, заключение под стражу обладает сильной предсказательной силой назначения наказания в виде реального лишения свободы [19, с. 88--118].
Также на объективность данных, характеризующих личность подсудимого, влияют содержание и специфика самих источников таких сведений. Как свидетельствует практика, часто выдаются положительные характеристики на лиц, которые на самом деле к таковым отнесены быть не могут. Усугубляются подобные ситуации тем, что суды, как правило, не всегда прибегают к допросу лиц, которые дали письменную характеристику подсудимому. Например, в том случае, когда из характеристики следует, что лицо хорошо обучалось в вузе, суд, как правило, не требует предъявить аттестат, т. е. имеет место уже упомянутый нами формальный подход, когда суд проявляет слепое доверие к предоставляемым характеристикам [20, с. 91]. На практике встречаются также случаи предоставления документов, содержащих ложные сведения о подсудимом.
Представляется, что в случае неполноты, противоречивости характеристик, вызывающих сомнения в их объективности, суд должен прибегать к их устранению путем:
истребования развернутой характеристики (желательно с указанием на то, какие именно сведения интересуют). Здесь следует отметить, что законодатель прямо не ограничивает инициативу суда по запросу характеризующих личность подсудимого материалов и их исследование. Как отмечает Конституционный суд РФ, собирание доказательств является прерогативой не только сторон, но и входит в число полномочий суда, который обеспечивает разрешение уголовного дела по существу, не связывая при этом свои действия с выполнением функций обвинения или защиты См.: Определение Конституционного суда РФ от 06.03.2003 № 104-О «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Бокситогорского городского суда Ленинградской об-ласти о проверке конституционности части первой статьи 86 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» [Электронный ресурс]. -- URL: https://base.garant.ru/- 5124797/ (дата обращения: 13.02.2021).. В связи этим суд может принять решение о запросе характеризующих личность подсудимого материалов и об их оглашении, которое должно быть оформлено в форме постановления. Однако основная проблема здесь заключается в том, чтобы дополняющие и уточняющие материалы, истребуемые по инициативе суда, не содержали в себе сведений о виновности или невиновности подсудимого (в том числе об обстоятельствах, относящихся к событию преступления: время, место, способ, виновность лица, форма вины и мотивы). Принимая такое решение, как считает Д. В. Долгополов, суд обязан обсудить со сторонами, какие материалы подлежат оглашению, и нет ли у сторон возражений [21, с. 76];
сопоставления с другими документами, имеющимися в деле;
допроса, давших характеристику и иных лиц (например, свидетелей). Однако анализ практики свидетельствует, что допрос лиц, которые дали письменную характеристику подсудимому, производится судами в редких случаях. Также, как указывает А. А. Васяев, ни в одном из изученных уголовных дел при допросе потерпевших и свидетелей не выяснялись обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, как то: черты характера, сведения об образе жизни и связях и т. д. [14, с. 399];
-- непосредственного наблюдения за поведением подсудимого в суде [11, с. 251--252]. В данном ракурсе отчасти видится справедливой критика высказывания И. Д. Перлова о том, что «манера держать себя при даче показаний имеет известное значение при оценке доказательств по делу» [22, с. 181].
Следует согласиться с авторами труда «Теория доказательств в советском уголовном процессе», что манера поведения не должна напрямую влиять на оценку доказательств [23, с. 277]. Однако и отрицать того факта, что она порой косвенно воздействует на восприятие судьей какой-либо информации и их источников, связанных с личностью подсудимого, тоже нельзя. Так, вполне объективны сомнения, возникающие у суда при анализе положительной социальной характеристики подсудимого на фоне его вызывающего поведения в процессе.
Изложенный материал еще раз свидетельствует о необходимости, во- первых, углублённой теоретической разработки анализируемой проблемы, а во-вторых, соблюдения правоприменителями целого комплекса положений и практических рекомендаций, направленных на всесторонний и полный анализ и исследование данных, характеризующих личность обвиняемого, в рамках судебного разбирательства уголовных дел.
Библиографические ссылки
Игошев К. Е. Типология личности преступника и мотивация преступного поведения / К. Е. Игошев. -- Горький: Изд-во ГВШ МВД СССР, 1974. -- 168 с.
Алтаев Е. А. Изучение личности подсудимого государственным обвинителем / Е. А. Алтаев // Актуальные проблемы российского права. -- 2007. -- № 2. -- С. 410--407.
Зубенко Е. В., Карпунин Р. С. Криминалистическое установление личности подсудимого по делам частного обвинения: вопросы и ответы / Е. В. Зубенко, Р. C. Карпунин // Криминалистика: вчера, сегодня, завтра. -- 2017. -- № 4. -- С. 28--34.
Емельянов Д. В. К вопросу об особенностях установления и исследования обстоятельств, характеризующих личность подсудимого, в ходе судебного разбирательства / Д. В. Емельянов // Сибирские уголовно-процессуальные и криминалистические чтения. -- 2017. -- № 3. -- С. 67--75.