Интеграция медицинских систем - желаемое и действительное (российско-болгарские параллели)
В.И. Харитонова
И.Я.-Балабанска
Аннотация
Статья посвящена проблеме интеграции в сферах здравоохранения и - шире - здоровьесбережения. Рассматривается терминологический аспект с попыткой уточнить, что именно включается в понятие интеграции в настоящее время и как в реальности интегрирование медицинских систем, практик и методов представлено в России и Болгарии, а также каким образом видится специалистам интегративный подход к здоровью человека. Авторы отмечают, что законодательная сфера в обеих странах не всегда четко регламентирует деятельность специалистов неконвенциональной медицины и их взаимодействие с представителями конвенциональной медицины, мешая процессам интеграции, на которые давно нацеливает медицину Всемирная организация здравоохранения, а сама реальная «интеграция» часто оказывается вариантом бизнеса - происходящее не соответствует термину в его настоящем значении.
Ключевые слова: интеграция, неконвенциональная медицина, народная медицина, традиционная медицина, традиционная медицинская система, народные целители, лечйтели, гомеопатия, аюрведа, китайская традиционная медицина, биомедицина, медицинская система, здравоохранение, здоровьесбережение, Всемирная организация здравоохранения
Введение
Проблема интеграции медицинских систем, практик и методов стала актуальной довольно давно. С момента возникновения европейской медицины научного типа было понятно, что у нее есть конкуренты в виде более ранних оздоровительно-лечебных практик. Когда эта медицина стала в разных странах мира преобладать и, тем более, обретать статус официальной - на ее основе формировались государственные системы здравоохранения, то одновременно возникли условия для функционирования «системы в системе»: государственно формируемая система здравоохранения (конвенциональная медицина) оказывалась как бы внутри всеобъемлющей, естественно образовавшейся системы здоровьесбережения, куда входили всевозможные методы и способы оздоровления и сохранения здоровья, профилактики, лечения и восстановления (неконвенциональная медицина). Сосуществование (даже при официальных запретах) всего того, что не имело отношения к конвенциональной (т.е. общепринятой, дозволенной1) медицине - двух составляющих целостную систему здоровьесбережения - неизбежно вело к различным вариантам взаимодействия их частей. Важным в этом процессе было осознание официальной медициной (особенно признанием на уровне Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ)) негативных последствий деятельности биомедицины и нежелательности полного отказа от различных вариантов медицины «донаучной». В документе ВОЗ, используемом в настоящее время, - «Стратегия ВОЗ в области народной медицины 2014-2023 гг.» - в Предисловии генерального директора ВОЗ д-ра Маргарет Чен указывается как одна из трех стратегических задач для достижения важнейших целей в сохранении здоровья человека - «содействие всеобщему охвату населения услугами здравоохранения путем интеграции услуг НиДМ2 и самопомощи в национальные системы здравоохранения» (Стратегия... 2013: 8, 53-57). В разработке этой стратегии, в рекомендациях и констатациях, не раз обращается внимание на необходимость интеграции: «Содействовать международным связям между профессиональными сообществами по вопросу о моделях интеграции», «Осуществлять сбор и распространение информации об интегрировании НиДМ в национальные системы здравоохранения» (55) и т.д.
Еще в прошлом веке медики озаботились исследованием наиболее интересных методов и средств поддержания здоровья, издавна используемых, например, в восточных странах. ВОЗ актуализировала вопрос о народных и традиционных медицинах, включая идею интеграции, в 1977 г. (была создана рабочая группа содействия и развития традиционной (народной) медицины), но особенно активно стала этим заниматься уже в начале XXI в. В России только в 1993 г. это было возложено на НИИ традиционных методов лечения и 26-ю секцию Ученого совета Министерства здравоохранения и медицинской промышленности (см. подробно: Гальперин 1997: 10-11).
Если до начала политической перестройки и последовавших за ней всевозможных изменений на территории бывшего СССР, а также стран народной демократии, привычным интегрированием в медицинской сфере были случаи частного внедрения каких-то новых методов (скажем, появление рефлексотерапии можно считать таким масштабным примером), то с вступлением в новый этап существования в этих странах (в том числе в России и Болгарии) неожиданно оказались на рынке здоровьесбережения всевозможные «древние», «старые», «традиционные», «народные», «восточные» и т. д. методы, практики, а затем уже и медицинские системы, претендовавшие на то, чтобы «интегрироваться» в начавшие активно разваливаться в результате «перестроек» системы здравоохранения (см. подробно: Янева-Балабанска 2006; Харитонова 2014а; Харитонова, Янева Янева-Балабанска 2014 и др.).
Для сопоставления ситуаций Россия и Болгария выбраны не случайно: в этих странах особенно активно стали восстанавливаться и развиваться с 1980-х гг. различные методы здоровьесбережения, формировалось народное целительство / лечительство, активно распространялись эзотерика и парапсихология и т.д., а в последующие годы политика официального здравоохранения в отношении неконвенциональной медицины (см. подробно: Харитонова 2010а, 2012б, 2016) была очень схожа.
Очевидно, что основной, глубинной причиной происходившего была смена государственных систем, повлекшая за собой изменения во всем, в том числе в мировоззрении. Политико-экономические и социальные трансформации привели, как известно, к обнищанию большей части населения, а такие социальные сферы, как здравоохранение и образование, - к практически полному развалу, и в дальнейшем - к началу преобразований в них по западным моделям. На фоне этого на рынке оздоровительно-лечебных услуг стали массово возникать самые разные предложения: а) по обучению и подготовке специалистов неконвенциональной медицины; б) по оздоровлению и лечению / исцелению - индивидуальному и массовому; в) по продаже таинственных исцеляющих препаратов; г) по применению в лечебных кабинетах новых чудодейственных приспособлений и приборов и т.д. (см. подробно: Харитонова 1994, 1995, 2000, 2015). Именно в это время идея интеграции начала несколько менять свой смысл.
Об этом поговорим чуть позже; сначала попробуем разобраться с тем, что именно появилось на рынке оздоровительно-лечебных услуг, а также что и почему надо было (и надо ли?) интегрировать.
Несколько слов о терминологии
С конца 1980-х гг. стало очевидным, что на обновляющемся геополитическом пространстве рядом с привычной биомедициной (сложившейся системой здравоохранения) формируются множественные разновидности оздоровительно-лечебных практик. Они изначально пытались конкурировать с оттесняемой - как многим казалось - с лечебного поля единственно разрешенной медициной, которую принято именовать профессиональной, научной, доказательной и т.д. (каждый из этих терминов имеет свои значимые недостатки), либо, что теперь используется наиболее часто, биомедициной.
Обратим внимание на то, что в русском языке, как и в болгарском, изначально медицина - это особый термин: слово в варианте термина рекомендуется словарями к использованию исключительно в единственном числе3, что не вызывает возражений. Это и понятно - в последней трети ХХ в. общепринятая и разрешенная (конвенциональная) медицина была одна, никакой другой по логике литературного языка того времени быть просто не могло: все остальное - это заблуждения и суеверия. Однако появился данный термин в славянских языках значительно раньше советских времен. Слово происходит из латинского: текста (аге) - искусство лечения; те&сш, medeoг - лечу, пользую. В Россию оно попало довольно поздно - во времена Петра Первого. И тогда тоже было вполне естественно, что медицина - это нечто, привезенное из Европы вместе с тамошними докторами; а на Руси были до того магия, колдовство и лекарство. Но если в европейских языках медициной можно называть лекарство, то у славян именовали так новые способы лечения, саму сферу деятельности такого типа. До сих пор слово медицины (если это не родительный падеж единственного числа) воспринимается в лучшем случае как профессиональный жаргон медицинских антропологов.
Медицинские антропологи не только увидели множественность медицин в нашем мире, но и провозгласили своим основным методологическим принципом их равноценность (для исследователя как минимум). И, если отвлечься на некоторое время от описания постсоветской ситуации, то можно указать на имевшие место в любой культуре и дожившие до наших дней (правда, у разных народов в различной степени сохранности) несколько разновидностей медицин, исторически сменявших друг друга. Они классифицируются, по сути дела, по разным основаниям, но эти разграничения чрезвычайно значимы.
Важнейшим является разделение медицин устных и письменных культур, т.е. на народную медицину и традиционную медицину (не разъясняя подробно их особенности, отошлем читателя к публикациям, где это рассмотрено: Бромлей, Воронов 1976; Харитонова 2014б и др.). Здесь обратим внимание только на то, что устность во всех ее проявлениях (возникновении, формировании, бытовании, трансформациях, передаче) не означает, будто народные медицины могут существовать исключительно в бесписьменных культурах; как раз хорошо известно, что они прекрасно функционируют даже в современном постиндустриальном обществе. А относительно традиционных медицин надо специально заметить, что они вряд ли могут считаться простым порождением и продолжением народных медицин, хотя, разумеется, предшествующее знание в определенной степени отобразилось в них и во многом сформировало известные варианты традиционной медицины. Наличие письменного канона закономерно вело к формированию системности и избавлению от импровизационного начала на всех уровнях - от усвоения и применения до передачи и совершенствования: создание традиции закладывало идею ее жесткой передачи и тщательного хранения.
Обратим также внимание - в связи с часто встречающейся путаницей в терминологии - на то, что слово традиционная может использоваться двояко: как составная часть термина (традиционная медицина) и как простой эпитет, определяющий наличие элемента традиционности в чем-то. Лингвистически мы вправе сказать: традиционная народная медицина, традиционная научная медицина, традиционная доказательная медицина, поскольку в каждом из этих феноменов есть свои традиции в силу длительности их существования и преемственности в развитии. К сожалению, ВОЗ на начальном этапе интереса к неконвенциональной медицине - совершенно необоснованно, почему позже и отказалась от этого - ввела термин «нетрадиционная медицина», использовав его в отношении именно медицин традиционных и народных, решив, что конвенциональную медицину, как повсеместно официально используемую, надо считать единственно традиционной.
В 2002 г. ВОЗ изменила терминологию, предложив для народных и традиционных медицин «комплексный термин традиционная медицина». Согласно ВОЗ, в настоящее время термины «нетрадиционная медицина», «дополнительная медицина», «альтернативная медицина» используются в странах, где система здравоохранения основана на аллопатической медицине, ее навыки и лечение не являются частью традиций самой страны или в определенном смысле характеризуют специфику интегрирования внутри системы здоровьесбережения (WHO, 2002-2005).
В дополнение к сказанному надо указать на то, что в силу различных исторических обстоятельств на базе традиционных медицин Востока в конце ХХ - начале XXI в. стали формироваться традиционные медицинские системы (ТМС). Их отличие от традиционных медицин (которые, как было замечено выше, тоже характеризовались стремлением к системности) в том, что они в пределах своей культуры (социума, порой государства) сделали попытку - как правило, достаточно удачно - стать на один уровень с государственным здравоохранением (т. е. стать альтернативой ему в системе здоровьесбережения, либо, как минимум, согласились со своим комплементарным статусом). Они, переняв некоторые особенности современной биомедицины, вышли за пределы своих этнических границ и начали распространяться по всему миру. Такие ТМС могут по-разному именоваться, но суть их будет характеризоваться именно этим. Они могут несколько различаться в разных странах, что обусловливается воздействием таких факторов как местная история, личное отношение, философия и практика (WHO, 2002-2005). В первую очередь как о сформированных ТМС говорят об аюрведе («глобальной аюрведе») и китайской традиционной медицине (КТМ).
Надо отметить, что в тот же период нечто схожее произошло на базе народных медицин, во всяком случае в наших странах: благодаря более свободному отношению к тому, что ранее отрицалось как суеверия и невежество, в 1980-1990-е гг. появились многочисленные, начавшие достаточно открыто практиковать народные целители и народные лекари (рус.), а в Болгарии (даже чуть раньше) - народные лечители (болг.), которых с интересом начали изучать. Одновременно формировались их коммерческий статус и взаимоотношения с государственными структурами (в первую очередь со здравоохранением). Но самое главное - формировалось само это новое сообщество, трансформировавшее под новые реалии традиции народных медицин.
Таким образом, в кратчайший исторический период, благодаря не просто грамотности людей, занимавшихся тем, что все по привычке именовали народной медициной, а наличию у многих из них высшего образования (разного профиля) и часто творческих способностей и наклонностей, сформировалось нечто такое, что напоминало традиционную медицину, которая, как считается, не сложилась и не развилась должным образом у славян в период Средневековья4. Продолжатели традиций народной медицины стремились систематизировать свое знание, обучаясь при этом самым разным чужеродным практикам, и создавать письменные варианты его хранения и передачи ученикам, формируя собственные школы и направления5.