1.2 Теория целостной индивидуальности
Современное учение об индивидуальности характеризуется многообразием и многоплановостью. Психологическая наука располагает несколькими подходами к ее исследованию, каждый из которых - будь то аддитивный или неаддитивный, редукционистский или интегративный - отражает определенный и одинаково необходимый аспект объективной реальности. Одни авторы делают ставку на изучение внутренней структуры индивидуальности; другие - на ее взаимосвязи и взаимоотношения с иными системами действительности; третьи - на выяснение функциональной роли целостной индивидуальности и т.д.
Основная задача предлагаемого сообщения заключается в том, чтобы раскрыть сложившиеся позиции в понимании индивидуальности, выделить в них общее и особенное и на этой основе сконструировать иерархическую модель всеобщей индивидуальности.
Истоки сегодняшнего представления о целостной индивидуальности мы обнаруживаем в трудах С.Л. Рубинштейна. Разработанный им принцип детерминизма психического позволяет рассматривать "совокупность внутренних условий " или целостную индивидуальность в многоаспектных качествах, в плане соотношения внешнего и внутреннего, всеобщего, особенного и единичного, а также в ракурсе общепсихологических проблем психологии развития и т.д. Основополагающим принципом построения целостной индивидуальности выступают у С.Л. Рубинштейна взаимосвязь, логическое соединение частей в целое. Так, он писал, что < хотя в личность включается и тело человека и его сознание, никак не приходится говорить о физической личности и личности духовной, поскольку включение тела в личность или отнесение его к ней основывается именно на взаимоотношениях между физической и духовной стороной личности. Физическое и духовное - это стороны, которые входят в личность лишь в их единстве и внутренней взаимосвязи > [4, с. 242]. Части целого понимались автором не как равноправные образования, а как подчиненные определенной субординации.
< Индивидуальные свойства личности - это не одно и то же, что личностные свойства индивида, т.е. свойства, характеризующие его как личность > [14, с. 119]. Короче говоря, целостная индивидуальность в трактовке С.Л. Рубинштейна насыщалась разноуровневыми свойствами, представляющими собой одновременно сплав биологического и социального.
Другая разновидность целостной индивидуальности фигурирует в исследованиях Б.Г. Ананьева. Используя аппарат математической статистики, он построил многоступенчатую, или многоуровневую, структуру индивидуальности, состоящую из свойств вида, индивида, личности и субъекта деятельности. Совокупность разнообразных проявлений перечисленных характеристик человека составила основу комплексной индивидуальности. В свою очередь комплексы, включающие всевозможные связи и взаимоотношения частей целого, варьируют в зависимости от пола, возраста и других факторов. Более того, Б.Г. Ананьев предпринял попытку раскрыть характер зависимости между разноуровневыми свойствами комплексной индивидуальности. Так, он отмечал, что < структура личности включает структуру индивида в виде наиболее общих... комплексов органических свойств > [1, с. 305]. Эту связь нельзя понимать упрощенно как прямую корреляционную зависимость структуры личности от соматической конституции, типа нервной системы и т.д. Иными словами, Б.Г. Ананьев признавал между разноуровневыми свойствами индивидуальности одномногозначный тип детерминаций. С этой точки зрения свойства низшего уровня выступают как общая причина, порождающая разнообразные свойства высшего уровня.
Иной вариант целостной индивидуальности рассматривал В.С. Мерлин [10]. Опираясь на принципы общей теории систем Л. Берталанфи, положения теории функциональных систем П.К. Анохина, достижения комплексного познания человека и результаты исследований созданной им школы психологов, В.С. Мерлин выдвинул и научно обосновал теорию интегральной индивидуальности. Он понимал структуру интегральной индивидуальности как синтез свойств организма, свойств индивида и особенностей психических процессов, свойств личности и метаиндивидуальности. Для распознания разноуровневых свойств интегральной индивидуальности В.С. Мерлин предложил математический принцип значности, позволивший показать уникальность межуровневых (многомногозначных) и одноуровневых (взаимооднозначных и однооднозначных) типов детерминаций подсистем большой саморегулируемой и самоорганизующейся системы "человек - общество ". Главным В.С. Мерлин считал поиск путей гармонизации разноуровневых свойств индивидуальности и психологических эквивалентов математических зависимостей. На основе значительного экспериментального материала, полученного под его руководством, он пришел к выводу о том, что системообразующую функцию в согласовании разноуровневых свойств интегральной индивидуальности выполняет индивидуальный стиль деятельности; в согласовании одноуровневых свойств - специфические психологические закономерности типа компенсации, синергии, взаимного уравновешивания и т.д. [4; 10].
Оригинальный субъектнообъектный подход к индивидуальности предлагает А.В. Брушлинский. Он считает, что < внутри бытия субъект и объект - это всегда единая нераздельная система, они соотносительны и не существуют друг без друга > [8; 3]. Человек как субъект выступает у него преобразователем мира и создателем материальных и духовных ценностей общества, человек как объект - носителем и участником сложившихся общественных отношений. Субъектом человек не рождается, а становится благодаря изначально присущей ему активности в деятельности и общении. Активность человека как субъекта определяется сложнейшим сплетением и взаимовлиянием < противоречивых качеств в первую очередь психических процессов, психических состояний и свойств, его сознания и бессознательного > [8; 10]. Весь комплекс психических качеств субъекта рассматривается А.В. Брушлинским в понятиях неаддитивности, многоуровневости и недизъюнктивности.
Специальную теорию целостной (системной, интегральной) индивидуальности разрабатывает В.М. Русалов. Он стремится < раскрыть... где, как, каким образом свойства одних ступеней развития материи вступают во взаимодействие с другими то в качестве условий, предпосылок, то в качестве ведущих факторов, то в качестве необходимых компонентов > [16; 3]. В специальной теории индивидуальности В.М. Русалов выделяет два уровня: формальнодинамический, представленный темпераментом человека, и содержательный, включающий интеллект и характер субъекта деятельности. Опираясь на данные руководимой им лаборатории, он пришел к выводу о том, что < развитие высших уровней организации личности (т.е. интеллекта и характера) происходит... путем преобразования низших уровней (т.е. темперамента), приведения их в соответствие с высшими, т.е. путем одновременной дифференциации и реинтеграции всей конкретной индивидуальности человека > [16; 10].
Своеобразный структурнофункциональный подход к пониманию целостной индивидуальности предлагает Э.А. Голубева. Она выделяет в ней многоуровневую структуру и спектр системообразующих признаков, к которым относит такие понятия, как эмоциональность, активность, саморегуляцию (волю) и побуждения. Основная функция системообразующих признаков заключается в том, что они, по мнению Э.А. Голубевой, < фиксируют определенное соотношение подструктур индивидуальности - мотивации, темперамента, способностей и характера, не позволяя изъять какую либо из них, не разрушая целостную структуру индивидуальности. Так, эмоциональность - это и проявление мотивации и свойства темперамента, активность - признак и темперамента, и способностей и т.д. > [9; 70].
Эволюционносистемную целостную индивидуальность воссоздает Т.Ф. Базылевич [2]. В структуре целостной индивидуальности автор выделяет свойства организма, индивида, личности и раскрывает особенности их взаимодействия на примере анализа произвольных действий человека. В зарубежной психологической литературе проблема многоуровневой индивидуальности представлена в трудах Г. Айзенка [19] и Р. Кеттелла [18]. Так как познание целостной индивидуальности осуществляется средствами только математической статистики, то ее в научном мире чаще всего называют < факторной теорией индивидуальности > [3].
В центре внимания сторонников этой концепции индивидуальности - построение многоуровневой конструкции темперамента и личности. Как правило, решение этого вопроса проводится с позитивистских позиций. Проиллюстрируем это на примере факторной теории индивидуальности Г. Айзенка.
В фундаменте многоярусной структуры индивидуальности располагаются отдельные специфические реакции. Так как эти специфические реакции не вступают во взаимодействие и не образуют никакой организации, то весь комплекс этих показателей Г. Айзенк обозначает как нулевой уровень. На основе взаимодействия показателей исходного уровня возникает первая целостность, именуемая автором уровнем привычных реакций, или подсистемой навыков. Более высокий уровень целостности возникает на основе взаимодействия привычных реакций - это уровень черт личности (первичные факторы). Вершиной иерархического конструирования индивидуальности у Г. Айзенка выступает уровень типа. Он возникает на основе уровня черт личности и представляет собой теоретическую конструкцию более высокой степени обобщенности - вторичный фактор.
Таким образом, различные структурные уровни индивидуальности расположены в определенной последовательности: от простых и элементарных эмпирических данных до сложных факторов теоретического порядка.
Пестрота подходов к индивидуальности (аддитивный, комплексный, субъектнодеятельностный, интегральный, специальноцелостный, структурнофункциональный, эволюционносистемный, факторный) говорит о том, что формой существования человеческой индивидуальности является полиморфность ее проявления. В этом многообразии проявлений целостной индивидуальности ряд признаков - многомерность и многоуровневость - оказывается общим и повторяющимся у всех проанализированных авторов, что позволяет нам поставить совершенно новую проблему: проблему всеобщей (общевидовой или надындивидуальной) модели индивидуальности. О возможности существования всеобщей модели индивидуальности мы писали уже в своих публикациях, посвященных выяснению общего и специфического в полиморфных структурах индивидуальности [3], [5]. Однако тогда эта идея не получила необходимого развития и не стала предметом специального исследования. Настал час не только для постановки, но и для определенного решения проблемы всеобщей модели индивидуальности. Данная модель базируется на многообразии (полиморфности) человеческой индивидуальности, в котором она частичкой, отдельной стороной или сущностью конкретизируется и проявляется. Будучи абстрактным образованием, всеобщая модель индивидуальности обладает всеми теми качествами, которыми характеризуется любая саморегулируемая и самоорганизующаяся система: относительной автономностью, т.е. независимостью от особенностей функционирования частных моделей индивидуальности; обобщенностью, что дает возможность отражать стержневые качества человеческой индивидуальности; способностью к прогнозированию еще неизвестных нам конструктов целостной индивидуальности; универсальностью, что выражается в противодействии среде за счет включения механизмов компенсации; динамичностью, гибкостью и функциональной инвариантностью системы в целом и т.д.
Индивидуальные особенности произвольных актов долгое время рассматривались дифференциальной психофизиологией лишь как множество проявлений ортогональных свойств нервной системы, не имеющее прямого отношения к предмету детального типологического изучения. Деятельност-ное опосредование индивидуальных различий [25; 28; 101] делало это множество необозримым и позволяло предполагать, что конституциональные особенности нервной системы сказываются в сколь угодно важных характеристиках человека [108 и др.]. Отсутствие классификации свойств нервной системы в структуре внутренних условий субъектно-объектного взаимодействия, их парциальность и трансситуативная вариативность заставляли думать о релевантности ранее разработанных методов изучения высшей нервной деятельности для диагностики конституциональных особенностей человека [108; 122].
Экспериментальные работы, нацеленные на выявление свойств нервной системы, т. е. общих, унитарных нейрофизиологических параметров, характеризующих мозг как целое, составляющих основу общеличностных проявлений, на самом деле слишком часто вскрывали лишь явление парци-альности [106; 108]. (Данный феномен эмпирически сказывается в несовпадении параметров свойств, выделенных с помощью разных методик, адресованных разным анализаторам).
Парциальность в проявлениях свойств не могла быть неожиданностью, поскольку вряд ли можно ожидать единообразия качеств такой сверхсложной системы, какой является человеческий мозг. Как пишет в монографии В.Д. Небылицын, у человека <... никакой из основных анализаторов не играет специфически ведущей роли, поскольку главное регулирующее значение в процессе его эволюции приобретают факторы небиологического характера, но именно по этой причине у человека открываются большие, чем у животных, возможности интраиндивидуальных вариаций свойств отдельных анализаторов > [106, с. 101].
В. Д. Небылицын провел анализ возможных причин, приводящим к различиям в типологической оценке одного и того же индивида (там же, с. 325), что привело к выделению различных звеньев рефлекторной дуги в качестве факторов, неминуемо ведущих к несовпадению типологических особенностей разных анализаторных характеристик человека. Однако думается, что собственно парциальность являлась лишь одной из причин поиска общих свойств. Можно выделить и другие, более глубокие и, возможно, более значимые факторы, требующие радикального пересмотра концептуального аппарата дифференциальной психофизиологии. Одной из таких причин стала необходимость «очеловечить» исследования свойств нервной системы у людей.
Произвольные акты индивида, в которых сказываются существенные черты человеческого поступка, долгое время не могли эффективно исследоваться в рамках типологических исследований высшей нервной деятельности. Как отмечал Б.М. Теплов, анализируя данные об отсутствии корреляций между показателями произвольных движений, для собственно индивидуально-психологического исследования произвольные реакции представляют гораздо больший интерес, чем реакции непроизвольные. Однако, изучение произвольных актов в типологических работах тормозится тем, что < прочесть > в их «картине» особенности физиологических свойств очень трудно [145].
Именно стремление приблизиться к пониманию индивидуальных особенностей поведения имело первостепенное значение при выборе В.Д. Не-былицыным фронтальных мозговых структур как возможного субстрата общих свойств. Общие свойства обрисованы ученым как унитарные нейрофизиологические параметры, характеризующие мозг как целое и лежащие в основе общеличностных проявлений [108]. Исходя из данного определения общих свойств, В.Д. Небылицыну представлялось возможным наметить различные пути их конкретно-экспериментального исследования. Поиск общего в свойствах нервной системы < в целом > на начальных этапах исследования трудно было реализовать в аналитических по своей сути парадигмах дифференциальной психофизиологии. Однако многочисленные высказывания В.Д. Небылицына о свойствах < целого мозга >, о < целостных особенностях индивидуального поведения > [108] свидетельствуют, что ин-тегративность функционирования нервной системы должна стать важнейшей перспективой изучения общих свойств. К сожалению, в период постановки проблемы общих свойств категория целостности, интегративности (из-за методологических трудностей ее проработки применительно к инди-видуализированности психического отражения) еще не могла быть эффективно использована при планировании работ.
В.Д. Небылицын наметил такой подход к выявлению общих свойств, который предполагал усмотрение общего в существенном для детерминации признаков индивидуальности в чертах активного поведения. Следуя избранной логике построения концепции общих свойств, необходимо было выделить мозговую систему, функции которой отражали бы качественное своеобразие индивида и были бы тесно связаны с общеличностными особенностями (таким образом, по своим истокам данная концепция является морфофункциональной).
В результате теоретического обобщения широкого круга нейро- и
психофизиологических данных В.Д. Небылицын предположил, что морфологическим
субстратом общих свойств является регуляторная система, куда входят лобные доли
или антецентральная кора, лежащие кпереди от центральной борозды, и
функционально связанные с ними нижележащие подкорковые образования [93; 108].
Основываясь на имеющихся фактах, полученных в работах П.К. Анохина, А.Р. Лурия,
Е.Д. Хомской, В.Д. Небылицын полагал, что индивидуальные проявления таких
существенных функций, как организация целенаправленных движений и действий,
сложные интеллектуальные операции, высшие гностические процессы,
программирование конструктивной деятельности, целенаправленная активность,
высшие формы эмоций и потребностей, должны быть так или иначе связаны с общими свойствами
как фундаментальными особенностями регуляторной системы мозга человека.
1.3 Общая характеристика младшего школьника
Доминирующей функцией в младшем школьном возрасте становится мышление. Завершается наметившийся в дошкольном возрасте переход от наглядно - образного к словесно - логическому мышлению.
Школьное обучение строится таким образом, что словесно-логическое мышление получает преимущественное развитие. Если в первые два года обучения дети много работают с наглядными образцами, то в следующих классах объем такого рода занятий сокращается. Образное мышление все меньше и меньше оказывается необходимым в учебной деятельности. В конце младшего школьного возраста (и позже) проявляются индивидуальные различия: среди детей психологами выделяются группы < теоретиков > или < мыслителей >, которые легко решают учебные задачи в словесном плане, < практиков >, которым нужна опора на наглядность и практические действия, и < художников > с ярким образным мышлением. У большинства детей наблюдается относительное равновесие между разными видами мышления.