Диапазон постмодернистской реконструкции Христианства, его канонических и социальных основ весьма широк и разнообразен, отражая взгляды и опыт теологов и церковных деятелей. Одни, а их большинство, пытаются отречься от некоторых наиболее архаичных и непопулярных элементов христианского вероучения, не задевая его коренных основ.
Меньшинство же христианских деятелей настроено на радикальный пересмотр коренных догматических основ традиционного Христианства и его социально-поли-тических позиций в современном мире. И именно они сегодня оказывают определяющее влияние на массы верующих.
К ним следует отнести взгляды немецких теологов П. Тиллиха, Д. Бонхоффера. Основной пафос их теоретических взглядов состоит в преодолении отрыва Христианства от общественной жизни и светской культуры, в признании необходимости секуляризации современного культурного процесса.
Отрекаясь от ортодоксального Христианства и религиозного изоляционизма, они создают новый образ бога, существующего не на небе, а в нашем земном мире. Признавая науку и человеческий разум, эти теологи стремятся к их синтезу с религиозной верой13.
Христианство, по мнению Бонхоффера, должно многое пересмотреть в традиционном понимании мира и человека на основе гуманизма и торжества человеческого в человеке.
В постмодернистских концепциях с новых позиций пересматриваются социально-политические идеи Христианства, чтобы дать аргументированный ответ на новые общественные условия и настроения верующих.
Большое влияние получили «теология освобождения», «теология революции», возникшие первоначально в странах Латинской Америки, а затем в некоторых европейских странах - Германии, Австрии и других.
Сущность «теологии освобождения» состоит в новом прочтении Евангелия во имя соединения освободительных идей Христианства с практикой повседневного бытия. Материалы Ветхого и Нового Заветов соединяют с традициями христианской философии от Августина до постмодернистской теологии. Общим для многочисленных представителей «теологии освобождения» является замена традиционного внимания к индивидуальному спасению в «мире ином» идеей социального и морального освобождения в реальной земной жизни.
В связи с этим декларируется отказ церкви от нейтралитета в политике и проповедуется новое теологическое сознание, которое исходит из новых взаимоотношений между теорией и практикой, богословием и социальными условиями современности. Это - ориентация теологии на действия, на активную роль верующих в общественной жизни. Но при этом предостерегается, что теология не должна подпасть под влияние какой-либо политической идеологии, хотя она сама есть её прямое выражение.
Широкое распространение получило течение «христианского социализма», представители которого объективно выражают интересы той части верующих трудящихся, которая, отвергая капитализм, стремится к усвоению научного социализма.
Эта разновидность «христианского социализма» связана с именами своих зачинателей - видных общественных и государственных деятелей: Э. Фукса, О. Нушке, О. Гетинга (Германия), И. Плойгара (Чехословакия), Б. Пясецкого (Польша), проявлялась в деятельности болгарской, румынской и некоторых других православных церквей, а также протестантских церквей в ГДР, Венгрии, Чехословакии, Великобритании. Эту идеологию восприняли и многие светские христианские организации.
Видное место среди прогрессивных деятелей, ставших на путь обновления христианства под влиянием идей социализма, принадлежит настоятелю Кентерберийского Собора англиканской (протестантской) церкви Х. Джонсону, опубликовавшему книгу, в которой автор утверждает, что социалистическое общество соответствует христианскому идеалу. Оставаясь на религиозных позициях, он видел в коммунизме осуществление целей христианской религии и вел борьбу за их осуществление14.
В 80-90-х годах в связи с поражением социализма в СССР и других европейских странах многие христианские церкви отказались от идей «христианского социализма» или «коммунистического Христианства», но в сознании многих верующих эти идеи не померкли, продолжают отражаться в их взглядах. В латиноамериканских странах социалистические идеи по-прежнему доминируют в сознании верующих, несмотря на усиливающееся давление Ватикана.
Теология мира между народами
Одной из наиболее распространенных концепций в современном Христианстве является теология мира, обосновывающая активное участие церкви в борьбе за мир. Истоки теологии мира заложены в Библии, где есть немало призывов к миру между народами, в частности, в молитве Христа «Отче наш»: «Народ мой будет жить в общем мире»15.
Однако участие Христианства в борьбе за мир обусловлено не только религиозными мотивами, но и современными условиями, требующими кардинального изменения взглядов на мир, отвечающих интересам широких масс верующих и неверующих. И эта одна из важных постмодернистских тенденций нашего времени, свидетельствующая о прогрессивном повороте ряда церквей от поддержки агрессивных сил или нейтралитета по отношению к ним, к решительной борьбе за достижение мира, вопреки этим силам.
Церковные объединения и их деятели, участвуя в антивоенной борьбе, исходят из патриотических побуждений, из прогрессивных взглядов на современные международные отношения, понимая, какую страшную опасность для всего человечества несет термоядерная война.
Участие многих церковных деятелей в борьбе за мир связано и с тем, что это могучее движение приобрело международный размах, охватывает все слои населения, в том числе и имущие классы, неверующих и верующих, которые воздействуют на своих пастырей.
Одним из наиболее влиятельных международных центров борьбы за мир являлась Христианская мирная конференция, объединявшая православные и протестантские движения сторонников мира и имевшая резиденцию в Праге. На своих всехристианских конгрессах эта организация приняла ряд важных решений и заявлений, призывала священнослужителей, все прогрессивные силы мира к борьбе против гонки вооружений, за сохранение и упрочение разрядки международной напряженности и недопущение «холодной войны».
Эти действия явились разительным контрастом по сравнению с прежней многолетней политикой церквей, которые не сумели предотвратить две мировых войны, способствовать взаимопониманию между странами.
По инициативе Русской православной церкви за последние десятилетия проведены три международные конференции религиозных организаций. Цели этих конференций выражены в провозглашенных ими девизах: «Религиозные деятели за прочный мир, разоружение и справедливые отношения между народами» (1977); «Религиозные деятели за спасение священного дара жизни от ядерной катастрофы» (1982); «За безъядерный мир, за выживание человечества» (1987).
Активные действия миролюбивых, в том числе и церковных сил, играют важную роль в предотвращении ядерной войны, противодействуют использованию церкви в агрессивных целях, способствуют преодолению противоречий между конфессиями в политической сфере, сплочению верующих всех религий для обеспечения прочного мира на Земле.
Вместе с тем следует признать, что далеко не все христианские церкви стоят на платформе борьбы за мир, хотя это преобладающая группа церковных объединений. Но наряду с ними, в Христианстве есть и немало противников мира, занимающих агрессивные позиции, отвечающие интересам НАТО, и стоящих за ним империалистических государств.
«Идея сохранения мира на Земле, - писал итальянец Свицерро, - новый опиум для народа»16. Французский богослов Ж. Гоффман, как и другие реакционеры, пытается опорочить антивоенную деятельность церковников, выступающих за мир. Он отвергает даже возможность сознательного стремления деятелей церкви к миру и объясняет их участие в борьбе за мир как... выполнение заданий государственной власти, якобы навязывающей священнослужителям определенную позицию17.
Под сильным влиянием агрессивных сил в своих странах ныне многие церковные объединения отказываются от активной борьбы за мир, предпочитают политику нейтралитета, как это ясно обнаружилось во время недавней агрессии НАТО против Югославии. Только православные церкви - Русская, Сербская и другие, выступили с резким осуждением бомбовых ударов, нанесенных по Сербии, а церкви в странах НАТО, как и Ватикан, не возвысили свой голос в защиту мира.
И здесь мы видим неразрывную связь между политической позицией церкви и политикой государства, хотя большинство церковных объединений отрицают свою связь с политикой, утверждают о своей непричастности к политической деятельности, что вновь было зафиксировано на Соборе русской православной церкви в 2000 году и неоднократно декларировалось Ватиканом.
Постмодерн и клерикализм
В эпоху постмодерна усиливается влияние клерикализма в деятельности ряда церквей, особенно русской православной церкви. Ее клерикальные тенденции имеют глубокие корни в условиях самодержавия в России. В. И. Ленин отмечал, что «воинствующий клерикализм в России... явно усиливается и организуется все больше», «церковь требует себе первенствующего и господствующего положения»18.
Это было отражено в решениях Поместного Собора русской православной церкви в декабре 1917 года.
В принятом Собором «Определении о правовом положении православной Российской церкви» записано:
«Православная Российская церковь, составляя часть единой Вселенской Христовой церкви, занимает в Российском государстве первенствующее среди других исповеданий публично-правовое положение, подобающее ей, как величайшей святыне огромного большинства населения и как великой исторической силе, создавшей Российское государство.
Православная церковь в России в учении веры и нравственности, богослужении, внутренней церковной дисциплине и сношениях с другими автокефальными Церквами независима от государственной власти и, руководствуясь своими догматико-каноническими началами, пользуется в делах церковного законодательства, управления и суда правами самоопределения и самоуправления...
Государственные законы, касающиеся Православной церкви, издаются не иначе, как по соглашению с церковью.
Во всех светских государственных и частных школах воспитание детей должно соответствовать духу Православной церкви: преподавание Закона Божия для православных учащихся обязательно как в низших и средних, так и в высших учебных заведениях. Содержание законоучительских должностей в государственных школах принимается на счет казны. Удовлетворение религиозных нужд членов Православной Церкви, состоящих в армии и флоте, должно быть обеспечено заботой государства; каждая воинская часть должна иметь православное духовенство...»19
В решениях Собора выдвинута клерикальная идея христианизации государства. «Всякая власть должна быть христианским служением», «политическое устройство должно быть исполнено христианским духом». Поэтому «глава государства, министры просвещения и исповедания, их заместители должны быть православными людьми».
Собор потребовал распространения влияния церкви на все сферы жизни государства и общества, а советскую государственность объявил «царством зверя»20.
Клерикальные притязания православной церкви, отвергнутые Временным правительством и советской властью, с новой силой возобновились после переворота 1991 года, когда правительство России вновь признало особую роль православия, его приоритет перед другими конфессиями, что нашло отражение в законе «О свободе совести и религиозных организациях», принятом Государственной думой в 1997 году.
Благодаря содействию и поддержке государства деятели Русской православной церкви проникли во все сферы жизни общества, в дела по управлению государством, получили неограниченные возможности и благоприятные условия для деятельности в промышленно-хозяйственной, книгоиздательской, пропагандистской, школьно-воспитательной, благотворительной, медицинской, культурно-просветительной, информационной и других сферах жизни общества, тем самым реально осуществляя свои клерикальные притязания.
В этих условиях декларированное Конституцией отделение церкви от государства и школы от церкви стало сугубо формальным, ибо фактически в России происходит сращивание православной церкви с государством при полном единстве их мировоззренческих и политических позиций.
Митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн подвел теоретическую базу под клерикальные претензии церкви, утверждая, что «критерием государственного устройства должно стать его богоугодность, соотнесение с тысячелетними святынями веры»21. Но, видимо, святой отец упускает из виду слова Христа: «Царствие мое не от этого мира».
Сторонники митрополита Иоанна ныне стремятся к объединению всех своих сил, чтобы осуществить проникновение своего клерикального мировоззрения в важнейшие области современного общества - добиться всеобъемлющей христианизации всей общественной жизни, подчинения всех ее сторон догматам и установлениям православной церкви. Ставится цель - создание православной политики, православной идеологии, православной экономики, православной культуры, православного законодательства, православной государственности. И это еще больше отделяет руководство патриархии от широких слоев духовенства, в своем большинстве не причастных к клерикализму.