18
Христианство в эпоху постмодерна
Добрускин М.Е.
Постановка проблемы
Проблема постмодерна в Христианстве еще слабо разработана в философской и богословской литературе, пребывает в состоянии творческих поисков, споров, дискуссий, получает далеко не однозначное отражение в этой литературе и на практике в деятельности христианских объединений как религиозных, так и светских.
При этом следует иметь в виду специфику отдельных ветвей Христианства - православия, католичества, протестантизма, где неоднозначно проявляются постмодернистские взгляды. Они обусловлены особенностями государственного и общественного строя в различных регионах мира, уровнем развития богословия и науки, другими факторами, могущими оказывать влияние на изменения в Христианской теологии и социально-политических доктринах.
Постмодерн в Христианстве - это те существенные изменения, которые вызревают сегодня и во многом предопределяют будущее Христианства как религии, перспективы его исторического развития.
Кризис Христианства
О кризисе Христианства в прошлом писали преимущественно атеисты. Теперь о нем говорят и видные религиозные деятели, хотя и по-разному видящие его причины. Этот кризис имеет глубокие политические и гносеологические корни и лежит в основе наступления новой эпохи - постмодерна. Он имеет всеобщий характер как в православии, так и в католицизме и протестантстве.
Корни постмодернизма в Христианстве восходят к 40-50 годам XX века в связи с крахом фашизма и революционным обновлением европейского общества, с успехами национально-освободительного движения народов Азии, Африки, Латинской Америки.
Крупнейшие события европейской и мировой истории оказали сильное воздействие на умы и сердца верующих и священнослужителей, которые ощутили новые политические веяния, приобщились к новым ценностям, по-новому взглянули на свои церковные организации и их связь с государством и господствующими классами, воочию увидели глубокие противоречия между политикой церкви и новыми условиями жизни, ухудшающими положение трудящихся.
Так возникает и углубляется кризис Христианства и, прежде всего, кризис политической деятельности церквей, их политических доктрин, показавших свою несостоятельность. Основные черты и проявления этого кризиса состоят:
во-первых, в изменении политического сознания верующих, в особенности той их части, которая принадлежит к трудящимся и эксплуатируемым слоям населения, наиболее восприимчивой к новым общественным процессам и стремящейся к улучшению условий своей жизни;
во-вторых, в стремлении церкви и верующих к преодолению традиционного разрыва между земным и небесным, между религией и реальной действительностью, что на протяжении двух тысячелетий опиралось на христианские догмы.
Сторонники обновления религии заявляют, что «Христианство не должно отворачиваться от мира, отрицать ценность земной жизни во имя «небесной жизни», быть в гуще событий»1.
Впервые в истории современного Христианства видные религиозные мыслители, испытывая на себе возрастающее влияние верующих, открыто и самокритично признали ограниченность политического курса церкви, ее пренебрежение к нуждам и запросам бедных слоев населения.
В этой связи сильное воздействие на общественное мнение мира оказала покаянная речь папы Иоанна-Павла II, произнесенная им в феврале 2000 года.
Он признал огромную вину католической церкви перед своими верующими за то, что она была далека от жизненных интересов трудовых слоев, страдающих от бедности и нищеты, не встречая поддержки со стороны своей церкви2.
Многие христианские мыслители критикуют и осуждают политическую позицию Христианства, направленную на укрепление буржуазного строя. Немецкий теолог И. В. Мец называет «современное христианство в полном смысле слова буржуазной религией», он требует освобождения Христианства из буржуазного плена, чтобы войти в новую постбуржуазную эру и проявить в ней свою вдохновляющую роль. Приближаясь к марксистскому пониманию религии, он остро критикует и осуждает социальную функцию Христианства как пробуржуазную и видит в ней социальную опору буржуазии, оказывающей влияние на церковь.
И. В. Мец справедливо указывает на несовместимость христианского самосознания с нищетой, горем и угнетением бедных наций и тружеников нашей планеты. И «Христианство потеряет себя, если не осознает, что стало опиумом для неимущих классов». Церковь должна учитывать духовный переворот, происходящий в сознании верующих, отход их значительной части от буржуазии и ее идеологического влияния. И. В. Мец и другие его единомышленники видят глубокую пропасть между нищетой и богатством, угнетателями и угнетенными и, исходя из этого, требуют всемирно-политической переориентировки Христианства3.
Кризис Христианства и его причины получили широкое обсуждение на ряде форумов, созванных по инициативе ведущих деятелей церкви. На Всеобщей конференции латиноамериканских епископов в г. Медельни (Колумбия) в 1968 году произошел решительный пересмотр социально-поли-тической позиции латиноамериканской католической церкви и политики Ватикана, подвергнувшейся острой критике.
Здесь были провозглашены новые социальные принципы политической теологии - осуждение политической пассивности христианских церквей и их приспособления к государственной политике, конформистского послушания церкви государству;
- формирование нового политического отношения к буржуазии и ее государственному строю с учетом интересов народа;
- решительный отказ от аполитичности, признание того, что Христианство глубоко пронизано политическими идеями. «Отмежевание религии от политики, - справедливо отмечает немецкий теолог Ю. Мольтман, - само по себе политика и не самая лучшая, ибо исходит из правого лагеря, хотя и рядится в либерально-демократические одежды»4.
Политический кризис, как исходный пункт эпохи пост-модерна в Христианстве, сочетается с гносеологическим кризисом в религиозном сознании, в религиозном понимании мира и человека. Этому вопросу посвятил свою работу немецкий теолог Г. Рормозер. Он одним из первых в Европе теологов разрабатывает новую теологическую концепцию, отвечающую эпохе постмодерна, связывая ее с новейшими течениями в современной философии - пост-структурализмом и деконструктивизмом.
Конец модерна в Христианстве автор определяет как конец веры в разум и ставит под сомнение сложившееся у ряда мыслителей иное понимание разума.
Другой момент в констатации содержания новой эпохи Г. Рормозер усматривает в том, что постмодерн означает невозможность осмысления идеи единства и всеобщности в церковной сфере. Он прокламирует наступление эпохи плюрализма и анархизма как основополагающего принципа, что, по его мнению, присуще не только церковной, но и светской культуре[5].
Следующий аспект постмодерна - отказ от принципа субъектности, ведущего начало от идеологической трансцендентальной философии, признание того, что человек есть уникальная, единственная в своем роде личность.
Эти философские положения легли в основу понимания гносеологического кризиса христианской церкви, который можно свести к трем основным причинам:
- углублению противоречий между разумом и действительностью;
- росту влияния секуляризации;
- широкому распространению атеистического понимания мира.
Речь идет прежде всего о противоречиях между разумом и действительностью, ибо разум, который якобы оказался несостоятельным перед лицом новых условий общественного развития, не смог их осмыслить. Наука, как утверждал Иоанн-Павел II, продемонстрировала свое бессилие ответить на великие вопросы смысла жизни, социума, любви и смерти. Вместе с тем признается и крах религиозной веры эпохи модерна, которая оказалась банкротом в свете неожиданных и непонятых ею условий действительности.
Чтобы преодолеть эти противоречия, христианские богословы призывают к созданию нового типа умозрения, основанного на синтезе веры и разума, религиозного чувства и опыта, несмотря на их несовместимость.
Вторая причина гносеологического кризиса христианства состоит в секуляризации, угрожающей самому существованию религии. Даже сама христология была в известной мере секуляризована, в результате чего выпало понятие греха, перенесение его в плоскость морали.
Отказавшись от своего притязания на понимание действительности, по мнению Ю. Мольтмана, религия сделала уступку науке, хотя, как он считает, она не смогла и не может превзойти религию6.
Третья причина кризиса в духовной сфере состоит в ослаблении влияния религии на массы верующих и переходе значительной части верующих на позиции безбожия или атеизма. Здесь в основном сказывались успехи науки и научно-технического прогресса, разрушающего религиозно-мистическое понимание мира.
Снижение уровня религиозности приобрело угрожающие для церкви масштабы. В ФРГ в 1950 году мессу посещало 50,6 % католиков, а в 1980 году - лишь 32,4 %7. Во Франции, по данным исследований, проведенных католической церковью в 50-60 гг., воскресные мессы в Париже и его пригородах посещали, в среднем, 11-12 % населения, а в рабочих районах до 2-3%8. И даже в таких странах, как Италия, Испания, Австрия, издавна считавшихся опорой католицизма, наблюдался явный упадок религиозности. Епископ Вебер отметил, что 70 % католиков Австрии связано с церковью формально.
В Италии прекратило существование 116 из 375 духовных семинарий, так как резко сократилось число желающих вступить в духовный сан. В отличие от большинства капиталистических стран, где наблюдается ослабление религиозного влияния и отход части верующих от религии, в России и в ряде других стран бывшего СССР в 90-х годах наблюдается противоположная тенденция в духовной жизни общества - рост религиозности и удельного веса верующих в населении. Это своего рода реакция населения на длительный период дискриминации и ущемление прав церкви, многие представители которой пострадали за веру. Рост религиозности - явление временное, преходящее, не имеющее глубоких корней в сознании народа и в значительной мере обусловленное огромной государственной поддержкой церкви и подавлением атеизма, хотя более половины населения бывшего СССР не признает религии.
Рост атеистических воззрений и чувств широких слоев населения капиталистических стран, особенно интеллигенции, способствует упадку религии, 40 % взрослого населения США не относят себя ни к какой церкви.
По данным 1998 года, в США 70 % ученых не признает религии. Возрастающей роли атеизма уже не отрицают даже его противники. «Атеизм, - с горечью отметил папа римский Иоанн-Павел II, - стоит в ряду крупнейших явлений нашего времени»9.
Большое и возрастающее влияние на умы интеллигенции Запада оказывает такая крупная и влиятельная организация, как «Международный гуманистический и этический союз», функционирующий в США и 30 других странах. Как заявил руководитель этого союза американский философ Пол Курц: «На Западе ныне совершается глубокая гуманистическая революция, связанная с секуляризацией общества, с торжеством научного знания, как главной опоры международного сотрудничества. В то же время роль религии неизменно снижается»10.
Таким образом, кризис Христианства приобрел всеохватывающие мировые масштабы и вызывает серьезную озабоченность христианских деятелей. И. Мец с горечью отмечает, что наряду с христианами, есть немало антихристиан, число которых возрастает11.
Пути выхода из кризиса, в котором очутилось Христианство, религиозные деятели видят в укреплении своего влияния на верующих, в преодолении возникших противоречий, в обосновании новых гуманистических принципов, могущих оздоровить и укрепить церковь и ее веру.
Христианские теологи, особенно протестантские, призывают своих единоверцев к борьбе за справедливость, мир, равенство, демократию, за подлинное служение интересам бедных и угнетенных, за то, чтобы оградить духовную культуру от разложения и деградации.
Признавая углубляющийся кризис Христианства, его деятели принимают меры к восстановлению и укреплению влияния церкви на массы верующих. Этой цели служат и новые концепции Христианства, выдвинутые его прогрессивными деятелями, так как показали свою несостоятельность доктрины эпохи модерна.
«Теория кризиса», выдвинутая швейцарским протестантским богословом Карлом Бартом, страдала двойственностью и непоследовательностью. Она отрекалась от подлинной исторической ответственности перед обществом и народом, признавая только ответственность перед богом.
Не оправдала себя и теория Р. Бультмана, требовавшего полного отказа Христианства от политики и общественных отношений, деполитизации христианской теологии. Он назвал свою концепцию «демифологизацией Христианства»12.
Новые теологические концепции постмодерна
Ответом христианской церкви на новые исторические условия общественного и духовного развития человечества, на успехи науки и техники, секуляризации и атеизма явились новейшие социальные доктрины, главным образом, протестантские и католические. Это попытки выйти из кризиса, охватывающего Христианство, вернуть доверие верующих к своей церкви, остановить отток верующих в среду свободомыслящих и атеистов.