Институт философии РАН
Фердинан Алькье - философ и историк философии
Блауберг И.И.
ведущий научный сотрудник
Аннотация
В статье рассматривается концепция французского историка философии Фердинана Алькье, специалиста по проблемам классического рационализма. Получивший известность как автор работ по философии Декарта, Мальбранша, Спинозы, Канта, Алькье уделял особое внимание методологии историко-философского исследования. Принципы метода тесно связаны у него с общефилософской концепцией, создававшейся в период сильного влияния экзистенциализма во Франции. Во многом не соглашаясь с экзистенциалистами, Алькье, однако, воспринял онтологическую ориентацию философии его времени. В центре его внимания - бытие, противостоящее миру объектов и неподвластное любой объективации. Сознание, мышление, разум нацелены на это трансцендентное бытие, что побуждает их постоянно выходить за собственные границы. В соответствии с такой позицией Алькье разделяет в сфере историко-философских исследований изучение систем и подходов, или способов рассуждения. В отличие от систем, часто противоречащих друг другу, подходы, которые ориентированы на бытие, свидетельствуют о глубинном согласии философов.
Ключевые слова: история философии во Франции, Фердинан Алькье, рационализм, бытие, объект, система, подход.
Irina Igorevna Blauberg
DSc in Philosophy, Leading Research Fellow at the Institute of Philosophy, Russian Academy of Sciences.
Ferdinand Alquiй - Philosopher and Historian of Philosophy
Abstract
The article deals with the concept of the French historian of philosophy Ferdinand Alquiй, a well-known expert on the problems of classical rationalism. Alquiй, the author of works on the philosophy of Descartes, Malebranche, Spinoza, Kant, paid special attention to the methodology of historical and philosophical research. The principles of the method are closely related to the general philosophical concept, which was created during the period of the strong influence of existentialism in France. In many respects disagreeing with the existentialists, Alquiй, however, adopted the ontological orientation of the philosophy of his time. His focus is on being opposed to the world of objects and not subject to any objectification. Consciousness, thinking, reason are aimed at this transcendental being, which encourages them to constantly go beyond their own boundaries. In accordance with this position, Alquiй shares in the field of historical and philosophical research the study of systems and approaches, or ways of reasoning. Unlike systems that often contradict each other, approaches that are oriented towards being show a deep agreement among philosophers.
Keywords: history of philosophy in France, Ferdinand Alquiй, rationalism, being, object, system, approach.
Введение
Фердинан Алькье (1906-1985) - один из наиболее известных французских историков философии XX в. Г лавные темы его исследований - учения Декарта, Мальбранша, Спинозы, Канта. Под его научной редакцией были изданы переводы на французский язык всех трех кантовских «Критик», «Этики» Спинозы. В своем прочтении классической философии Алькье нередко шел «против течения», восставал против канонических, устоявшихся, казалось бы, толкований, выдвигал и защищал новые, непривычные точки зрения. Предложенные им оригинальные трактовки учения Декарта еще в 1950-е гг. вызвали во Франции долгую дискуссию, которая до сих пор находит отклик в работах современных авторов (вообще учение Декарта было для него приоритетным предметом внимания). Параллельно с трудами по истории философии Алькье продумывал и излагал собственные взгляды на философию, создавая свою философскую концепцию; в его творчестве постоянно переплетались собственно философские и историко-философские темы. В целом его отличала разносторонность интересов, которые затрагивали многие области философии, о чем говорят уже названия некоторых его книг: «Философия сюрреализма», «Желание вечности», «Ностальгия по бытию». Большой интерес Алькье проявлял и к психоанализу, в том числе рассматривал его применительно к историко-философским вопросам. Как некоторые его коллеги по цеху, он много писал и о методологии историкофилософского исследования. В общей сложности из-под его пера вышло около 40 книг.
Алькье родился в Каркассоне 18 декабря 1906 г. Его отец преподавал в каркассонском лицее, который окончил и Фердинан. Уже в юные годы под влиянием друзей он заинтересовался литературой и сюрреализмом (впоследствии стал другом основателя сюрреализма Андре Бретона). Его детские и юношеские переживания, связанные в большой мере с пробуждавшейся сексуальностью, которую он не мог примирить с полученным в семье строгим католическим воспитанием, описаны в дневнике («Cahiers de jeunesse», 2003). Вероятно, этот опыт стал той почвой, из которой вырос позже интерес к психоанализу. Путь Алькье по карьерной лестнице вполне традиционен для Франции: он продолжил свою учебу в Париже, вначале в лицее Людовика Великого, затем в Сорбонне и, получив высшее образование, преподавал в разных лицеях в провинции и Париже (в 1932-1937 гг. работал в двух лицеях в родном городе - Каркассоне). В 30-е гг. публиковал книги по этике, общей психологии, об отношениях философии и науки и пр.; так, в 1933 г. вышли в свет работы «Моральная проблема» и «Понятия общей морали», в 1934 г. - «Репрезентативные состояния», «Движения и акты» и «Планы общей философии», в 1935 г. - «Обязанности и моральная жизнь» и «Стремления и разум», в 1937 г. - «Аффективные состояния». В 1943 г. была издана книга «Желание вечности». В 1946 г. Алькье начал преподавать в университете Монпелье, а затем вернулся в Париж и занял в Сорбонне кафедру после смерти известного историка философии Эмиля Брейе (там одним из учеников Алькье был Жиль Делёз). В 1950 г. защитил две докторские диссертации: «Ностальгия по бытию» и «Метафизическое открытие человека у Декарта». В 1975 г. был избран членом Академии моральных и политических наук. Умер 25 февраля 1985 г. в Монпелье. С начала 2000-х гг. его книги активно переиздаются во Франции.
Философия как любовь к Бытию
Деятельность Алькье разворачивалась в то время, когда во Франции все большее влияние приобретала философия экзистенциализма. Эти умонастроения оказали определенное влияние на его взгляды: тема сложного отношения к бытию, «ностальгии по бытию» проходит через многие его работы. По словам Н. Гримальди, «все творчество Фердинана Алькье может быть понято как поиск философской подлинности» Grimaldi N. La rйpйtition: Йtude sur l'expйrience mйtaphysique dans la philosophie de Ferdinand Alquiй // Revue de mйtaphysique et de morale. 1973. № 2. P. 135., суть которой - забота о том, чтобы не отклоняться от метафизического опыта, лежащего в ее основе. Речь идет об основополагающем, исходном опыте отделенности сознания от бытия, с которым оно когда-то было связано, - отсюда и понятие ностальгии по бытию. По убеждению Алькье, само знание о таком отделении говорит о том, что вначале существовало единство, которое затем было нарушено: ведь сознание, делая что-то объектом, отделяется от него. Бытие не может быть постигнуто в качестве объекта, но сознание всегда обладает опытом бытия, из которого и рождается философия. Как писал Алькье в одной из поздних работ, «философия есть любовь к Бытию, которым я не являюсь» Alquiй F. Signification de la philosophie. Paris, 1971. P. 87.. Отсюда ее стремление к выходу за пределы данного - мира, природы, нацеленность на трансцендентное.
Эту позицию Алькье поясняет, на наш взгляд, его критика Сартра. Соглашаясь с тем, что человек не может пониматься как объект, Алькье оспаривал многие ключевые положения концепции Сартра, в том числе идею человека как абсолюта, изложенную в работе «Экзистенциализм - это гуманизм». В статье 1947 г. «Условия и пределы самопознания» Алькье разбирает, в частности, сартровскую концепцию свободы, направленную против идеи о существовании некоей природы человека. Само слово «природа» предполагает, по Сартру, некое «в-себе», а это свойственно только объектам, вещам. Сартровское «сознание как экстаз», постоянное становление, выхождение за свои пределы, не допускает совпадения с самим собой, а значит, - делает вывод Алькье, - ставит границы самопознанию. Наше действие, по Сартру, не может зависеть от нашего знания собственной природы, ибо мы - не природа, а свобода. Признавая, что эта концепция выявляет «собственно метафизическое измерение духа и свободы» Alquiй F. Conditions et limites de la connaissance de soi // Revue de mйtaphysique et de morale. 1947. № 1. P. 46., Алькье замечает, что человек не сводится к такому измерению. Исходя из собственного опыта, французский исследователь не может согласиться с тем, что человеческое действие и решение не имеют корней, что свободный акт не связан с предварительным обдумыванием, суждением и пр. Человек, утверждает он, обладает собственной природой, которая действительно не может быть редуцирована к природе объектов, постигаемых науками. Ее нужно постепенно, методично раскрывать, она не может быть дана сразу, непосредственно. Но если, по Сартру, удел человека - в том, чтобы не совпадать полностью с чем бы то ни было, не быть в полной мере тем, чем он является, Алькье возражает: мы не должны полагать, что этот эк-стаз есть нечто первичное, неанализируемое, что человек - первый принцип и абсолют. Ведь в самом экстазе можно выделить два элемента - природу и дух. Это знак того, что через человека Дух приходит к вещам. Но сартров- ский интегральный гуманизм противоречит такой интерпретации, ведь Сартр отвергает Дух, рассматриваемый как универсальная основа человеческих сознаний. В его понимании, абсолютная свобода - это свобода человека, а не Духа: человек либо полностью свободен, либо он не существует, частичной свободы нет. «Для-себя», по Сартру, включает всего человека, в котором ничто не является природой.
По убеждению Алькье, напротив, наше сознание должно считаться не только с Природой в целом, но и с нашей природой; свобода человека предполагает прежде всего освобождение от самого себя. Главную оппозицию Алькье видит в отношении не человека и мира, а Природы и Духа. Рождаясь в недрах Природы и Истории, которые его определяют и конституируют, человек должен переделывать себя; потому его свобода есть на деле освобождение. Но оно осуществляется только в самопознании. И эк-стаз сознания проистекает из того, что познающий дух, являющийся в Природе, преобразует то, чем мы были, в то, чем мы сумеем быть. Познавая себя, раскрывая в этом процессе свою природу, человек, по Алькье, присоединяется к познающему Духу, нацеленному на Истину. Просвещающий нас Дух, заключает французский философ, обусловлен в своем существовании Природой, но сущностно отделен от нее; он ее познает и превосходит.
В связи с этим Алькье подчеркивает достоинства психоанализа, высоко оценивая его постулаты о существовании бессознательного, т.е. человеческого «в-себе», предшествующего сознанию, и о возможности его познания, а также об уровнях свободы, зависящих от степени просвещенности сознания и истинности его суждений. В нашей аффективности, отмечает он, как раз и проявляет себя природа, которую необходимо познавать. Человек есть одновременно природа и дух, и когда он превосходит себя, выходит за собственные границы, природа становится духом. Значит, делает вывод Алькье, человека можно познать, если отказаться считать его абсолютом, т.е. отвергнуть гуманизм в сартровском смысле. «Не-совпадение с собой, которое характеризует человека и в котором хотели видеть существование без сущности, свободу без цели, или непреодолимый эк-стаз, напротив, является, по-видимому, знаком рождения Духа» Alquiй F. Conditions et limites de la connaissance de soi. P. 54..
Эти рассуждения Алькье, по нашему мнению, ясно показывают его связь с традицией спиритуализма, который в XIX в. и в годы его учения играл важную роль во французской философии. Сартр в свое время восстал против этой традиции, поместив в центр своей концепции человека и его свободу. Алькье же, напротив, во многом остается наследником спиритуализма, истолковывая в данном плане трансцендентное. Как поясняет эту мысль Н. Гримальди, дух для Алькье - знак трансцендентного в сфере имманентности. Поскольку бытие нельзя обнаружить в каком-либо объекте, поскольку оно неподвластно объективации, из этого следует «признание трансцендентности бытия, открытие универсального Духа и его трансцендентности, которые составляют в любой философии метафизический опыт разума» Grimaldi N. La rйpйtition: Йtude sur l'expйrience mйtaphysique dans la philosophie de Ferdinand Alquiй. P. 139.. Человек может осознать свои изменчивые чувства, переживания, мысли, лишь соотнося их с чем-то неизменным, вневременным и безличным, существующим в нем, т.е. с универсальным духом, который представляет собой общую основу реальности и человека. Алькье неоднократно подчеркивал, что сознание, мышление человека двойственно: оно есть сознание не только присутствия, но и отсутствия. Так, у нас нет позитивного знания о бесконечном, но именно исходя из бесконечного мы судим о своей жизни. «Так открывается метафизический характер самого духа: превосходя все, что он знает, он, кажется, достигает иного порядка» Alquiй F. Le dйsir d'йtemitй. Paris, 1947. P. 11. Эти суждения поясняют связь концепции Алькье с сюрреализмом. Так, Ж. Брен полагал, что Алькье не шел от идей, содержавшихся в его диссертациях, к сюрреализму, как иногда ут-верждалось, но, напротив, именно та философия, которую он почерпнул в сюрреализме, подвела его к написанию «Ностальгии по бытию» и к новой трактовке творчества Декарта. В этой книге Алькье «уподобляет поиск сверх-реального мета-физической медитации» (Brun J. Philosophie du Surrйalisme // Revue de mйtaphysique et de morale. 1956. № 3/4. P. 361).. Бытие непознаваемо, но каким- то образом дано нам. Эта апофатическая тенденция очень важна в рассуждениях Алькье.
Подлинное знание о человеке, полагал Алькье, способна дать только философия. Он постоянно размышлял о задачах и судьбе философии, о грозящих ей опасностях. В этом плане одной из центральных проблем для него было отношение философии и конкретных наук. Если в XIX столетии угрозу философии несло развитие естественных наук и опиравшихся на него позитивизма и сциентизма, то в XX в. к этому добавилось развитие гуманитарных наук, каждая из которых завоевывала себе право на самостоятельное поле деятельности, разрабатывала собственные методы исследования. Психология, социология, история уже существовали автономно. Как отмечает Джузеппе Бьянко, в Сорбонне до Второй Мировой войны эти дисциплины были представлены на факультете гуманитарных наук, но не как независимые области. Высшим арбитром оставалась философия. После войны ситуация изменилась Bianco G. Philosophy and History of Philosophy: Deleuze as a Trainee Guard of Philosophy's Epistemological Borders // Deleuze, Guattari and the Problem of Transdisciplinarity / Ed. by G. Collett. London, N.Y., 2020. P. 17. Бьянко отмеча-ет, что еще в 1930-е гг. восемь кафедр в Сорбонне имели в своих названиях слова «история философии» (ibid.).. Перед философией встала задача «защиты эпистемологических границ», нового самоопределения. Алькье часто писал об этих границах, о том, что является постоянным, неотъемлемым делом философии, которое никто не может сделать за нее. Философия, рассуждал он, всегда находится под угрозой, ей приходится защищать свое существование, так как она противоречит привычкам людей, переворачивает мир «вверх дном». «Вместо того чтобы познавать объективную реальность согласно нормам научного или обыденного разума, она задается вопросом, какого рода бытие следует приписать видимой Вселенной, какое значение нужно придать событиям истории» Alquiй F. Humanisme et sciences humaines: IV: La philosophie // Revue des Deux Mondes, 1er dйc. 1963. P. 368.. Если еще в начале XX в. философия казалась главным выражением культуры, составляя основу гуманитарных наук (так, Дюркгейм, Вундт, Рибо, напоминает Алькье, в своих конкретных исследованиях во многом мыслили по-философски), впоследствии развитие наук о человеке изменило саму идею человека: повсюду внедряется научный дух, дух объективации, количества и измерения, против которого восставал еще Бергсон. Наука отстаивает свою истину, связанную с технической успешностью. От науки ждут того, что она даст возможность воздействовать на человека, подобно тому как позволяет воздействовать на природу, обеспечит новый способ его познания. Однако это, полагает Алькье, чревато редукцией человека к объекту. И если в естественных науках объективное познание и достижение технического господства над материей правомерно, коль скоро соответствует ценностям человека, то в гуманитарных науках такая объективация опасна. Впрочем, Алькье не считает, что философия должна априори отвергать науки о человеке, отказываться принимать во внимание их результаты. Для него очевидно, что, к примеру, философ уже не может игнорировать достижения психоанализа. Но гуманитарные науки, напоминает он, еще не достигли строгости и универсальности естественных наук, часто сами что-то заимствуют у философии: так, «Хайдеггер помогает Лакану переосмыслить психоанализ» Ibid. P. 374..