Темная иерархия, уже пришедшая к 1917 году к власти в России, толкала Николая II на развязывание террора власти против народа (якобы ему предложили установить «пятнадцать тысяч виселиц на Невском, и тогда двадцать лет о революции в России не будет и слуху»). Но подобный исход лишил бы институт монархии сакрального статуса и, соответственно, не позволил бы ему оставаться идеалом государственного устройства.
В критическую для всего мира минуту... государь после молитвы перед образом Спасителя, длившейся всю ночь, принял решение об отречении от Престола, со всей своей семьей добровольно ступив на предначертанный ему от рождения путь смирения и скорби.
Оставаясь преданным своей вере и готовым подобно Христу добровольно пойти на смерть, император принес себя жертву за свой народ и все человечество, и «вселенная была избавлена от надвигающейся катастрофы».
Ковалевский тоже размышляет об историческом процессе, различая в нем три уровня. На первом уровне (это уровень политической истории) какие-то силы провоцируют Николая II на принятие жестких политических решений, а он мудро отказывается от такой перспективы. На уровне конспирологии это была попытка заговорщиков дискредитировать принцип монархического правления, заставив императора приказать убивать своих подданных (Николай II предпочитает отречься от престола, чтобы не запятнать трон народной кровью). На «духовном» уровне интерпретации исторического события темные силы стремились заменить священную русскую монархию на царство Антихриста, дабы обречь на вечную погибель весь мир. Но император повторил подвиг Христа, разрушил план Сатаны и спас Вселенную. Таким образом «внешние» аспекты исторического процесса раскрываются, и за ними мы видим то, что может увидеть человек, обладающий способностью прозревать за явлениями материального мира недоступные «духовно слепым» людям смыслы.
Заключение
Как мы видим, мистическая конспирология «Земщины» и подобных изданий является не просто набором определенных идей, но дискурсивным навыком выстраивания аргументов. Этот навык предполагает, что объяснения разных планов -- эсхатологические, сотериологические, политологические -- должны сопоставляться в рамках одного рассуждения, входить в конфликт и приводить к открытию скрытых смыслов всем хорошо известных событий. Без этих процедур сейчас сложно представить работу механизма по производству исторических нарративов, которым должно обладать религиозное сообщество, претендующее на авторитетное знание о мире и готовое продвигать его в условиях практически официального государственного заказа на большие идеологии.
Из всего выше сказанного можно сделать вывод, что подобные способы читать прошлое и писать историю характерны для исторической и метаисторической дискурсивной деятельности радикально националистической части православных верующих. Но это не совсем так. Авторы-радикалы действительно чувствуют себя в потоке подобных построений наиболее естественно и, если можно так выразиться, наслаждаются процессом. Но логика выявления настоящего, «духовного» смысла событий на основе сокрытых до времени фактов распространена в православной среде гораздо шире. Увлеченность историей, неослабевающая надежда на то, что она полна «полезными» (в значении usable past) для православия смыслами, характерна для представителей церковного истеблишмента, представители которого рассуждают, например, о том, какие смыслы нужно видеть за выражением «ритуальное убийство» царской семьи, как это сделал епископ Егорьевский Тихон (Шевкунов) в 2017 году. Или о духовном значении Великой Отечественной войны, духовная трактовка которой все больше волнует православных историков, усматривающих на основании «вновь открывшихся фактов» в победе СССР победу русского православия. Вот как, например, председатель Синодального отдела по взаимодействию церкви и общества Московского Патриархата протоиерей Всеволод Чаплин высказался по этому поводу на круглом столе, проведенном Комитетом Государственной Думы по делам общественных объединений и религиозных организаций в юбилейном 2015 году:
Многочисленные исторические факты, многие события, которые нельзя не назвать чудесными, красноречиво свидетельствуют о том, что и Церковь в это время была со своим народом, и Бог был тогда с нашим воинством -- с советским воинством, несмотря даже на то, что оно формально руководствовалось атеистической идеологией...
Многие сегодня спрашивают: когда Бог пребывает с воюющими? Конечно, не тогда, когда ведется братоубийственная гражданская война или междоусобица. Но Он пребывает с ратью очень часто: тогда, когда совершается священная брань, священная война за народ, за ближних, за Отечество, а главное -- за свободу православной цивилизации, за ее самостоятельность по отношению к какому-либо внешнему центру, за право христиан жить по своей вере.
Во время Великой Отечественной войны наши воины, будучи в какой-то своей части неверующими людьми (хотя есть потрясающие примеры того, как именно на войне обретали люди веру), советские воины, воины атеистического государства -- сохраняли и сохранили свободу истинной христианской цивилизации Всеволод Чаплин, прот. В окопах атеистов нет: Круглый стол «Вклад религиозных организаций в Победу в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»: (К 70-летию Победы) // Русь державная. 2015. № 2..
Согласно этой трактовке событий, советские солдаты, руководствуясь атеистической идеологией, боролись за свободу православной цивилизации и фактически за право граждан СССР на исповедание своей православной веры. Характерно, что Всеволод Чаплин не стал приводить примеры «многочисленных исторических фактов», которые свидетельствовали бы о «священном» характере той войны. В этом не было нужды: настолько расхожими в публичном пространстве современном России стали истории о помощи свыше, полученной руководством страны и РККА О некоторых из них рассказывает Ж.В. Кормина в своей статье: Кормина Ж.В. Политические персонажи в современной агиографии: как Матрона Сталина благословляла // Антропологический форум -- Online. 2010. № 12. С. 1-28. и определившей, в конечном итоге, ход военного противостояния с нацистской Германией в пользу Советского Союза. Но без указания на эти факты, как и без умения их трактовать особенным образом, то есть без использования особого дискурсивного порядка, претензии многих руководителей РПЦ на расширение присутствия церкви в поле политики публичной памяти видятся ими самими не до конца легитимными. Поэтому порой неуклюжие, но последовательные попытки православных иерархов, историков и публицистов рассказать свою историю Отечества (и, порой, всего человечества) наполняются новыми сведениями и предпринимаются все настойчивее. Без активного творчества в сфере создания новых трактовок прошлого православное церковное сообщество не представляет себе исполнения роли «традиционной религии», то есть религии национальной. С этой точки зрения весьма прагматичные (с точки зрения практического национализма) слова митрополита Иоанна (Снычева) о необходимости создать улучшенную версию русской истории остаются актуальными по сию пору.
Люди обязательно должны знать свое прошлое. Без прошлого у народа нет будущего, нет чувства собственного достоинства, нет здорового национального самосознания. Но ретивые борзописцы -- равно коммунистические и либерально-демократические -- за долгие годы столько налгали на Россию, так извратили ее тяжелый, бурный исторический путь, что русская судьба, героическая и трагическая одновременно, на страницах многочисленных учебников и «Курсов лекций» оказалась искалеченной буквально до неузнаваемости. Сегодня необходим титанический труд, чтобы извлечь, наконец, нашу Родину из этого псевдоисторического хлама и мусора, отмыть от нечистот и вернуть ее истории фактическую достоверность и нравственное величие Иоанн (Снычев), митр. Творцы катаклизмов: Реальность и мифы..
Библиография / References
Аверкий (Таушев), архиепископ. Религиозно-мистический смысл убиения царской семьи // Аверкий (Таушев), архиепископ. Современность в свете слова Божия. К 25-летию служения в Америке в Св. Троицком монастыре. Слова и речи. Том III. 1969-1973 гг. ТоМапуШе: Типография преп. Иова Почаевского, 1975. С. 298-303.
Алферьев Е.Е. Император Николай II как человек сильной воли: Материалы для составления жития Св. Благочестивейшего Царя-Мученика Николая Великого Страстотерпца. Джорданвилль: Свято-Троицкий монастырь, 1983.
Алферьев Е.Е. Император Николай II как человек сильной воли: Материалы для составления жития Св. Благочестивейшего Царя-Мученика Николая Великого Страстотерпца [Репр. изд.]. М.: ВТИ, 1991.
Ахметова М.В. Конец света в одной отдельно взятой стране: Религиозные сообщества постсоветской России и их эсхатологический миф. М.: ОГИ; РГГУ, 2010.
Багдасарян В.Э., Реснянский С.И. Эсхатологические представления в России в дискурсе постсоветских трансформаций // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: История России. 2016. Т. 15. № 3. С. 115-139.
Багдасарян В.Э., Реснянский С.И. Версия о «ритуальном убийстве» царской семьи в исторической литературе и общественном дискурсе // Вопросы истории. 2018. № 3. С. 35-48.
Волкова Е. Религия и художественная культура: худой мир лучше доброй ссоры // Двадцать лет религиозной свободы в России / под ред. А. Малашенко и С. Филатова. М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2009. С. 190-- 239.
Всеволод Чаплин, прот. В окопах атеистов нет: Круглый стол «Вклад религиозных организаций в Победу в Великой Отечественной войне 1941--1945 гг.»: (К 70-летию Победы) // Русь державная. 2015. № 2.
Демин В. Мои этапы. Документальный роман или исповедь русского человека. [http:// posledniichas.narod.ru/Demin/8-ehtap_vosmoj.doc, доступ от 23.05.2017)].
Доля В.Е. Иллюзия духовности: О превратном характере религиозного мировоззрения. Львов: Вища школа, 1985.
Дудаков С.Ю. История одного мифа: Очерки русской литературы XIX--XX вв. М.: Наука, 1993.
Забегайло О.Н. Духовное видение истории. М. Серебряные нити, 2009.
Зибницкий Э. Наследие славянофилов и современная Россия // Знамя. 2005. № 10. С. 180--191.
Зыгмонт А.И. Современная прихрамовая среда как сообщество в ситуации жертвен ного кризиса // Религиоведческие исследования. 2016. № 1(13). С. 151--189.
Идеалы и свершения великой революции // «Правда». 1987, № 193, 12 июля.
Иоанн (Снычев), митр. Тайна беззакония // «Советская Россия». 10.10.1992.
Иоанн (Снычев), митр. Торжество Православия // «Советская Россия». 30.12.1992.
Иоанн (Снычев), митр. Битва за Россию // «Советская Россия». 20.02.1993.
Иоанн (Снычев), митр. Чтущий да разумеет... // «Советская Россия». 30.04.1993.
Иоанн (Снычев), митр. Самодержавие духа: Очерки русского самосознания. СПб.: Яковлева -- Пресс-служба митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна, 1994.
Иоанн (Снычев), митр. Творцы катаклизмов: Реальность и мифы (Беседа с главным редактором газеты «Советская Россия» Валентином Чикиным) // «Советская Россия». 13.10.1994.
Кнорре Б.К. Движение за канонизацию Ивана Грозного и православно-монархический цезаризм // Религия и российское многообразие / науч. ред. и сост. С.Б. Филатов. М.; СПб.: Летний сад, 2011. С. 503--528.
Ковалевский В. Православное царство и лже-монархия // Земщина. 1991. № 4(21).
Кормина Ж.В. Политические персонажи в современной агиографии: как Матрона Сталина благословляла // Антропологический форум -- Online. 2010. № 12. С. 1--28.
Кормина Ж.В. Паломники: этнографические очерки православного номадизма. М.: Издательство НИУ ВШЭ, 2019.
Кормина Ж.В., Штырков СА. «Это наше исконно русское, и никуда нам от этого не деться»: предыстория постсоветской десекуляризации // Изобретение религии: десекуляризация в постсоветском контексте / науч. ред. Ж.В. Кормина, А.А. Панченко, С.А. Штырков. СПб.: Издательство Европейского университета в Санкт-Петербурге, 2015. С. 7-45.
Коробьин Г. Трактовка личности Иоанна Грозного в книге «Самодержавие Духа» // Благодатный огонь. 2002. № 9 [http://blagogon.ru/articles/248/, доступ от 23.05.2019]
Костюк К. Три портрета. Социально-этические воззрения в Русской Православной Церкви конца ХХ века // «Континент». 2002. № 113. С. 252-286.
Л.Д. Братство святого благоверного Царя-Мученика Николая // Русь Святая. Большая энциклопедия русского народа. Русский патриотизм / под ред. О.А. Платонова. М.: Православное издательство «Энциклопедия русской цивилизации, 2003. С. 104-105.
Левкиевская Е.Е. Современная прихрамовая среда как конфликтное поле: языковые и культурные формы выражения конфликта // Конфликт в языке и коммуникации / Под ред. Л.Л. Федоровой. М.: РГГУ, 2011. С. 409-424.
Можегов В. Диомидиада. Анатомия раскола // «Континент». 2008. № 3(137). С. 368402.
Наши нравственные ценности. Биение мыслящего сердца // Правда. 1987. № 232, 20 августа.
Нектарий (Концевич), епископ. Мистическое значение российских мучеников // Русский паломник. 1991. №3. С. 32-37.
Нектарий Сеаттлийский. Мистическое значение российских мучеников: Доклад епископа Нектария. М.: Россия молодая, 1998.