Режим хранения вещей, определяемых родовыми признаками, неоднозначен и зависит от того, обособляются ли эти вещи от однородных и идентичных по качеству вещей хранителя или иных поклажедателей. Если поклажедатель не имеет интереса в возврате конкретно сданных вещей, определяемых родовыми признаками, то имеет место хранение с обезличиванием, при котором допускается смешение принятых на хранение вещей с вещами того же рода и качества других поклажедателей или вещей хранителя с возложением на хранителя обязательства по возврату равного или обусловленного договором количества вещей того же рода и качества (п.1 ст. 771 ГК)[1].
В случае же обособления сданных на хранение вещей, определенных родовыми признаками, договор хранения не будет иметь особенностей по сравнению с договором хранения индивидуально-определенных вещей.
По общему правилу хранитель не должен предпринимать меры по обособлению вещей при хранении с обезличиванием. Обязанность хранителя по обособлению вещей, определенных родовыми признаками, может быть предусмотрена в договоре или правилах по осуществлению отдельных видов хранения, установленных законодательными актами (п.2 ст. 771 ГК) [9, с. 381].
Наиболее распространенным основание возникновения обязательства хранения является договор. В то же время необходимо признать, что обязательство хранения может возникнуть в силу законодательного акта, и в этих случаях правила гл. 39 ГК РК применяются и к такому обязательству хранения постольку, поскольку иное не предусмотрено ГК и законодательными актами. Правила ГК РК должны применяться к обязательству, возникшему в силу законодательного акта, если только законодательным актом не предусмотрены иные правила [9, с.393].
Учитывая вышеуказанное можно сказать, что Гражданским законодательством предусмотрено два вида договора хранения.
Первый направлен на сохранение уже переданных вещей. Это - реальный договор. Правоотношения сторон возникают с момента передачи вещи с согласия хранителя.
Второй договор - соглашение, содержанием которого является обязательство хранителя принять вещь на хранение в будущем. Это - консенсуальный договор, т.к. права и обязанности сторон возникают в момент заключения договора. Заключение этого договора предусмотрено законом только для хранителей, которыми являются организации, и только для тех из них, кто осуществляет хранение в качестве одной из целей своей профессиональной деятельности.
Договор хранения предполагается безвозмездным. Вознаграждение хранителю должно быть специально предусмотрено в законе или договоре. Возмездным чаще всего является договор, в котором хранителем выступает организация, занимающаяся хранением чужих вещей в качестве профессиональной деятельности.
1.2 Отличие договора хранения от смежных договоров
Хранение соприкасается с довольно широким кругом гражданско-правовых договоров. Прежде всего, речь может идти об аренде и ссуде (безвозмездном пользовании). Общим для обоих этих договоров, с одной стороны, и хранения - с другой является то, что все три относятся к числу договоров возмездного оказания услуг и вместе с тем служат основанием передачи вещей, как правило, во владение контрагенту с последующим их возвратом.
Различие между указанными договорами состоит, прежде всего, в том, что для аренды и безвозмездного пользования их признаком, включенным в легальное определение (ст. 540 и 604 ГК РК), является временный переход непременно двух правомочий собственника - владения и пользования, при этом именно переход второго выражает цель договора.
Иное дело - договор хранения, применительно к которому хранитель приобретает право пользоваться вещью только с согласия поклажедателя либо при наличии иных, прямо указанных в ст. 768 ГК РК обстоятельств. Обычный договор хранения преобразуется в смешанный договор.
Существует и более значимый разграничительный признак. Если при аренде и ссуде это будет сторона, которой принадлежит вещь, то при хранении в указанной роли выступает тот из контрагентов, который принимает вещь. По указанной причине, при заключении возмездного договора хранения, вознаграждение выплачивает тот, кто передал вещь.
Отличием аренды от хранения может служить пример, приведенный Д.И. Мейером. "Точно так же, - полагал он, - как имущество отдается на сохранение лицу, у него может быть нанято помещение, и в это помещение сложено имущество, но разница между обоими договорами, что приниматель имущества обязывается его хранить"[15, с.37].
Сходство хранения с займом состоит в том, что на основе обоих договоров происходит вначале передача, а затем возврат переданной вещи. При этом, если речь идет об иррегулярном хранении, указанное сходство расширяется, поскольку подобно хранителю заемщик должен возвратить не те же вещи, а лишь равное количество других таких же, "того же рода и качества", вещей (ст. 771 ГК РК)[1]. У собственника может возникнуть интерес к тому, чтобы попытаться прикрыть договор займа договором хранения, в частности с целью избежать растворения требований поклажедателей среди таких же требований других кредиторов [15, с.32-33].
Задача судов в подобных случаях будет состоять в том, чтобы определить подлинную волю стороны: на заключение какого именно договора, займа или хранения, она направлена. В частности, должен учитываться характер соответствующей услуги: представляет ли ее тот, кому передана вещь, или тот, кто ее передал, и соответственно кто и кому должен платить за оказанную услугу.
Сходство договора хранения и договора охраны состоит в их направленности. Оба договора на оказание услуг, имеющих, в конечном счете, одну и ту же цель: сбережение имущества.
В этой связи и последствия нарушения обоих видов договоров могут оказаться одними и теми же: возмещение стоимости утерянного или поврежденного имущества. Основное различие между указанными договорами состоит в том, что при хранении, вещь передается во владение, в то время как при охране никакой передачи каких-либо вещных правомочий не происходит.
Закон Республики Казахстан от 19 октября 2000 г. N 85-II Об охранной деятельности [16] определяя ее основные задачи, выделяет среди них, прежде всего защиту охраняемых объектов от противоправных посягательств.
По договору охраны его объект продолжает находиться во владении у того, кто обратился за услугой (прежде всего у собственника имущества). В подобных случаях договор заключается, как правило, без осмотра и описи имущества и в целом отсутствует стадия приема вещи, без которой договор хранения существовать не может.
Никакой иной связи между деятельностью лица, которое охраняет вещь, и того, кто ее для этой цели передал, нет. Как подчеркивал О.С. Иоффе, "охрана предполагает выполнение только технических функций, необходимых для того, чтобы сберечь имущество от опасности физического уничтожения, порчи или утраты, которые могут угрожать ему со стороны стихийных сил или действий неправомочных лиц" [17, с.496]. При этом автор проводит весьма тонкое различие между указанными двумя договорами на определенном примере. "Поскольку, - указывает он, - имущество, охраняемое сторожем, не считается находящимся в его владении, то если бы сторож продал его третьему лицу, следовало говорить о хищении, которое дает собственнику право на виндикацию даже в споре с добросовестным приобретателем. Но если бы тот, же акт совершил хранитель, признаваемый владельцем вещи, добросовестный приобретатель мог бы защищаться против виндикационного иска личного собственника ссылкой на выбытие вещи из обладания истца по его воле" [17, с.496].
При договоре охраны отсутствует конститутивный признак хранения - принятие вещей хранителем, а равно то, что в обязанности клиента по договору хранения входит обычно предварительное оборудование объекта своими силами, материалами и др. В договоре хранения, в отличие от этого, все, что относится к обеспечению хранения как такового, составляют по общему правилу исключительно обязанности хранителя.
Отмеченные особенности договоров хранения и охраны позволяют определить правовую природу отношений между пассажиром и транспортной организацией. Имеется в виду, что Закон Республики Казахстан от 17 января 2002 года № 284-II «О торговом мореплавании» [18] разграничивает багаж (любой предмет или любая автомашина, перевозка которых осуществляется по договору морской перевозки) и каютный багаж (багаж, который находится в каюте пассажира либо иным образом находится в его владении, под его охраной или контролем). При этом на перевозчика возлагается ответственность за утрату или повреждение не только обычного, но и каютного багажа. Аналогичные отношения возникают и при воздушных перевозках. Имеется в виду, что на перевозчика возлагается ответственность за сохранность находящихся при пассажире вещей [19].
В обоих случаях договор перевозки пассажиров включает элементы договора именно охраны вещей, а не их хранения. Отмеченное обстоятельство учитывается при определении оснований и размера ответственности перевозчика.
Вопрос о разграничении хранения со смешанными договорами приобретает значение и в области оборота ценных бумаг [20].
2. Правовое регулирование договора хранения
.1 Стороны в договоре хранения
Сторонами договора хранения являются поклажедатель и хранитель. Термин "Поклажедатель" перешел в ГК из дореволюционного законодательства, в котором хранение называлось поклажей, а стороны договора назывались поклажедателем и поклажепринимателем. ГК РК сохранил термин только для поклажедателя [6, с.13].
В качестве поклажедателя чаще всего выступает сам собственник имущества, либо лицо, которое осуществляет законное владение этим имуществом.
В качестве поклажедателей могут выступать любые лица, в том числе недееспособные. Такая сделка не должна признаваться ничтожной, если она совершена к выгоде недееспособного (ст. 158, 159 ГК РК). Поклажедатель может не быть собственником имущества. На хранение могут передаваться и чужие вещи, и для этого не требуется согласия или доверенности собственника вещи. Однако последний сохраняет возможность истребовать свою вещь у хранителя на основании виндикационного иска (ст. 260, 261 ГК РК) [21].
Хранителем могут быть как граждане и юридические лица, не являющиеся предпринимателями, так и организации, занимающиеся предпринимательской деятельностью. Он должен быть дееспособным лицом. Хранитель может заниматься хранением в качестве профессиональной деятельности или в единичных случаях, чаще всего в качестве товарищеской услуги.
В п. 2 ст. 768 ГК РК выделена возможность заключать договор с тем, кто отвечает указанным в этой статье признакам «профессионального хранения».
Профессиональным хранителем может быть юридическое лицо - коммерческая или некоммерческая организация. Для одних хранение является основной целью деятельности, для других - вспомогательной деятельностью (например, хранение ценностей клиентов в банковских сейфах).
Профессиональными хранителями являются, например: ломбарды, гостиницы, больницы, транспортные организации (железная дорога и др.), банки, холодильники.
В тех случаях, когда хранение осуществляет профессиональный хранитель, для которого хранение представляет одну из целей деятельности, к нему предъявляются максимальные требования по сохранению имущества.
Эти предприятия оказывают услуги по хранению возмездно и обязаны проводить целый комплекс действий и мер, применять специальные технические средства, способы, аппаратуру для создания условий, исключающих даже случайную утрату, порчу или недостачу имущества.
Их обязательства предполагают сохранение внутренних и внешних свойств вещей. Из процесса хранения имущество должно выйти таким, каким оно было принято на хранение. Эти хранители обязаны совершать действия, направленные на то, чтобы свести к минимуму снижение свойств и качеств предметов хранения [12, с.381].
В виде общего правила субъектный состав договора хранения не ограничен. Однако это правило знает и определенные исключения.
Прежде всего, речь идет о консенсуальном договоре хранения. Он представляет собой разновидность договоров, рассчитанных на участие в них предпринимателей, что нашло прямое отражение в установленном в ГК для указанного договора правовом режиме [21]. Соответственно п. 2 ст. 768 ГК называет в качестве возможного участника консенсуального договора со стороны хранителя коммерческую организацию.
Таким образом, в роли хранителя могут участвовать в договорах как коммерческие организации - юридические лица (хозяйственные товарищества и общества, производственные кооперативы, государственные и казенные предприятия), так и граждане-предприниматели.
Соответствующий вывод следует из п. 3 ст. 10 ГК, который предусматривает, что правила Гражданского Кодекса, регулирующие деятельность юридических лиц - коммерческих организаций, распространяются на предпринимательскую деятельность граждан без образования юридического лица [21].
В силу п. 2 ст. 768 ГК хранителем в консенсуальном договоре хранения может выступать и некоммерческая организация, но лишь при условии, если хранение составляет одну из целей ее профессиональной деятельности (профессиональный хранитель) [1]. Соответствующее ограничение связано с общими нормами, закрепленными в п. 1 ст. 35 ГК РК, из которых можно сделать вывод, что некоммерческие организации обладают специальной правоспособностью [21].
Из этого вытекает, что прием вещей на хранение в виде определенной деятельности должен служить достижению целей, ради которых названные организации созданы, и соответствовать этим целям.
Поскольку государственные и казенные предприятия хотя и относятся к числу организаций коммерческих, но, подобно организациям некоммерческим, также должны обладать специальной правоспособностью; возможность осуществлять деятельность по хранению, а значит, и участвовать в консенсуальных договорах хранения, зависит от того, укладывается ли хранение в такую специальную правоспособность организации.
В самом законе (или ином правовом акте) могут содержаться дополнительные ограничения для участия в договоре в качестве хранителя. Так, Закон Республики Казахстан от 11 января 2007 года № 214-III «О лицензировании» [22] такой лицензируемой деятельностью признается хранение химического оружия, взрывчатых материалов промышленного назначения, хранение нефти, газа и продуктов их переработки, деятельность по хранению зерна и продуктов его переработки.
Существуют и иные специальные нормы, направленные на ограничение участия в договорах на стороне хранителя применительно к отдельным предметам (вещам). Примером может служить Закон Республики Казахстан от 10 июля 1998 года № 279-I «О наркотических средствах, психотропных веществах, прекурсорах и мерах противодействия их незаконному обороту и злоупотреблению ими» [23], которым установлено, что в роли хранителя вправе выступать лишь имеющие лицензию юридические лица. Статья 20 указанного Закона запрещает их хранение в любых количествах в целях, не предусмотренных данным законом.
Аналогично заниматься осуществлением депозитарной деятельности, представляющей собой оказание услуг по хранению сертификатов ценных бумаг, могут только специальные виды организаций - депозитарии [20]. Хранение сертификатов ценных бумаг, осуществляется по договорам, заключенным с депозитарием, роль которого может выполнять только юридическое лицо, которое имеет разрешение (лицензию) на осуществление соответствующей деятельности.