При реализации стратегии выражения идеи этнокультурного обособления базовой является тактика обращения к истокам национальной идентичности с опорой на базовый маркер - язык. Эта тактика реализуется в дискурсивных практиках и первого, и второго типа диаспор, однако при этом имеет различную, даже противоположную направленность.
Проблемы актуализации языковой идентификации этноса особенно актуальны для «исторически устойчивых диаспор». Вследствие длительности проживания этнической группировки вне метрополии, в условиях, когда долгое время не поддерживалось изучение родного языка на государственном уровне, основной состав диаспоры составляют люди, для которых этнический язык не является «материнским». В этом случае возрождение национальной идентичности связывается прежде всего с возрождением родного языка в качестве важнейшего ее маркера. Центральной социальной задачей национально-культурного объединения становится организация преподавания родного для этноса языка, что обусловливает формирование специфических дискурсов на пересечении учебно-педагогического и тематического субдискурса национально-этнической идентификации, находящих, в свою очередь, отражение в системе интернет-презентации диаспоры. На сайтах национальнокультурных автономий обсуждается организация преподавания родного языка, осознаваемого как основа культурного объединения. Так, например, на сайте Томской еврейской общины располагается информация» «Детский сад «Ор Авнер» - «Здесь дети с самого раннего возраста знакомятся с родным языком и культурой!.. Еврейский молодежный клуб «S.T.A.R.S» - это изучение иврита, истории и традиций еврейского народа» [8]. На странице «Региональные объединения» сайта «Союз армян России» размещена информация об организации преподавания армянского языка: «Мы обратились к дирекции гимназии № 16, где есть украинские и белорусские классы. Как христиане, мы обратились к ним с просьбой о создании армянского класса. …В школе - трехлетнее образование. Она функционирует по нашей учебной программе. Ребята, которые ни разу не были в Армении, читают и пишут по-армянски» [7]. Подобного рода информация об организации курсов родного языка есть практически на всех сайтах национально-культурных объединений первого типа. Восстановление преподавания родного языка осознается как актуальная проблема и в ситуациях преодоления негативных тенденций, сформировавшихся как следствие политики государства периода СССР, направленной на ассимиляцию народов.
Диаспоры, активно формируемые в настоящее время в процессах трудовой миграции, вынуждены решать две взаимосвязанные проблемы: изучение языка «принимающей стороны» как основание социализации в новом государстве, как база формирования новой региональной идентичности и поддержание уровня владения родным языком как основы этнической идентичности. Однако наиболее острой проблемой является первая, что находит отражение в практиках официального, медийного, образовательного дискурсов: на сайте национально-культурной автономии «Узбекистан» в разделе «Новости» помещается информация: «Томские учителя будут преподавать русский язык для детей мигрантов (Томск, 8 феваля 2012 г. РИА Новости). Региональный центр развития образования (РЦРО) проводит в Томске трехдневные курсы для педагогов, обучающих мигрантов, сообщила в среду прессслужба областной администрации» [6].
Стратегия выражения идеи этнокультурного обособления диаспоры во «внутренних» дискурсах интернет-коммуникации реализуется также в коммуникативных тактиках презентации культурных символов этноса. При этом избираются коммуникативные тактики создания исторических и современных проекций семиотических маркеров этнокультурного своеобразия. Как показал анализ материалов сайтов национально-культурных автономий, символика традиционной народной культуры актуализируется прежде всего в рамках праздничных дискурсов, так как дискурсивная организация праздника позволяет синтетично представить базовые культурные маркеры этноса и вторично репрезентируется в материалах новостных страниц сайтов. Приведем один из типичных контекстов сайтов, репрезентирующих эту стратегию: «28 октября в рамках празднования национального праздника Дня «Охи» греки Томска собрались в небольшом уютном кафе. В программе вечера были поздравления и небольшой экскурс в историю, который провела Анна Муратова, рассказав о тех далёких днях в конце октября 1940 года, когда греческий народ гордо ответил «Охи» и мужественно встал на защиту своей Родины… Искромётные понтийские танцы, шутки, неформальное общение продолжили программу вечера» [10].
Праздничными дискурсами не исчерпываются способы коммуникативной презентации фольклорной семиотики как репрезентанта национальнокультурной идентичности, находящей отражение также в медийном, официальном, политическом, образовательном, рекламном, имиджевом и ряде других дискурсов, что вторично отражается в текстах официальных сайтов национально-культурных автономий, располагающих презентационные материалы, фиксирующие высшие достижения этноса, его вклад в мировую культуру.
Материалы официальных сайтов национально-культурных автономий свидетельствуют о том, что стратегия выражения идеи этнокультурного обособления реализуется и с опорой на коммуникативную тактику актуализации религиозно-конфессионального обособления этноса. Информация о религиозных аспектах жизни этнокультурного сообщества регулярно располагается на сайтах. Приведем типичные примеры: «Томская греческая автономия и Томская епархия Русской Православной Церкви поздравляет православный мир с наступающим светлым праздником Пасхи и приглашает на пасхальный молебен на греческом языке, который состоится 17 апреля в 19.30 в храме Богородице-Алексеевского монастыря (ул. Крылова, 12). Службу возглавит настоятель монастыря игумен Силуан»; «17 апреля - пасхальная служба на греческом языке состоялась в Алексеевском монастыре города Томска. Особая благодарность организаторам службы и батюшкам, которые провели службу для греков Томска»; «14-15 апреля в рамках паломнической поездки, организованной АГООР, представители Томской греческой автономии Яна Пасенова, Илья и Константин Серчиди посетили Константинополь и приняли участие в мероприятиях, посвящённых светлому празднику Пасхи. Паломники поучаствовали в Воскресенской службе, встретились с патриархом греческой православной церкви, посетили православные храмы, включая храм Святой Софии. По отзывам ребят, поездка к истокам православия оставила в сердцах неизгладимые впечатления» [10]; «В конце 80-х годов начался процесс возрождения томского костела. В 1938 году он был закрыт и, казалось, навсегда умер для Томска. 10 апреля 1990 года, в праздник Пасхи, состоялось торжественное освящение вновь открывшегося костела» [9]. Таким образом, в интернет-дискурсе находит отражение значимость религиозного дискурса в формировании национально-культурной идентичности современных диаспор. коммуникативный самоидентификация интернет
Социальный аспект национальной идентичности реализуется через установление отношений этноса и государственности. На сайтах одной из регулярно воплощаемых тактик является актуализация связи представителей данной национально-культурной автономии диаспоры с метрополией, проявленная через: 1) презентацию соответствующей государственной символики (обычно сайты национально-культурных объединений маркируются государственной символикой - герб, флаг - метрополии и страны проживания); 2) представление наиболее «презентационных» моментов в истории и современной жизни метрополии, прежде всего тех, что связаны с миграционными процессами; 3) обращение к актуальным событиям, происходящим в настоящее время, прямо или косвенно влияющим на личную жизнь членов национально-культурного объединения (например, хроника событий в Оше, оценка Ошских событий на сайте узбекской диаспоры) [6].
Одной из тактик выражения этнической идентичности может быть актуализация идеи социальной несправедливости, актуализация драматических страниц в истории этноса, являющихся причинами вынужденных миграций. Ранее были приведены характерные материалы сайта «Российские немцы Сибири. Russlanddeutche Sibiriens» [18]. Не менее ярким свидетельством такой тактики являются материалы сайта «Союз армян России», где в разделе «Идеология» в качестве главной формулируется цель: «Прекратить перманентный геноцид, который уже более века испытывает наш народ, и содействовать созданию условий, благоприятствующих духовному и физическому сохранению и развитию армянского этноса» [7].
В ряде случаев избирается тактика выражения идеи надгосударственной общности этноса, что проявляется в структуре сайтов, на главных страницах которых представлена общая информация о диаспорах во всех странах, где проживают представители данного этноса, приводится информация об актуальных событиях в жизни диаспор в разных государствах. Так, например, на сайте «Союза армян России» есть отдельная страница «Диаспора», представляющая информацию о государственном расселении армянского этнического сообщества: «По приблизительным подсчетам, на нашей планете живут от 7 до 15 млн армян, в том числе: Австралия - 45000, Австрия - 3000, Азербайджан - 5000… Россия - 2700000, Румыния - 10000, Сенегал - 15…». Здесь даются ссылки к информационным и аналитическим материалам, посвященным армянам, живущим в разных странах: «Новая эра для армян БаденВюртемберга» (со ссылкой на сайт www.armenische-kulturtage-stuttgart.de), Серж Танкян против Барака Обамы (со ссылкой на материалы газеты «Калифорнийский курьер»); «Мигран Пркич Гюлтекин: “Отношение к немусульманскому населению в Турции как к «другому» практически не изменилось” (со ссылкой на сайт www.yerkramas.org)» и т.д. [7].
Идея надгосударственной общности этноса воплощается в формировании особых концептов, как, например, «полония» - польское этнокультурное сообщество, проживающее за пределами метрополии, «всемирный эллинизм» - духовное, культурное единство греков, проживающих как в метрополии, так и за ее пределами, и под.
1.2. Вторая коммуникативная стратегия, реализующаяся во «внутренних дискурсах, - демонстрация национально-культурного своеобразия этноса как основы толерантного его восприятия в инокультурной среде, будучи направленной вовне этнокультурного сообщества, непосредственно соотнесена с ранее рассмотренной, базируется на ее результатах. Все коммуникативные тактики, рассмотренные нами выше, имеют и иную стратегическую проекцию - создание основы толерантного восприятия этноса в инокультурной среде. Так, несомненно, смысловое пространство этнических праздников вмещает не только идеи культурного единства и обособления, но и включает презентационные тактики, имея направленность вне этноса. Данные варианты коммуникативной направленности праздника находят непосредственное отражение в материалах сайтов национально-культурных автономий. Приведем примеры: «В субботу, 3 сентября в городском саду пройдет День узбекской культуры. Торжественное мероприятие, организованное по инициативе узбекской диаспоры, приурочено к празднованию 20-й годовщины независимости Республики Узбекистан. Каждый, кто посетит наш праздник, сможет увидеть не трудового мигранта из страны ближнего зарубежья, а поистине гостеприимный народ, уважающий свое культурное наследие и традиции предков» [6].
Однако непосредственную реализацию данная стратегия находит в применении коммуникативных тактик фиксации истории диаспоры, выражения идеи значительности вклада данного этноса в мировые цивилизационные процессы, в государственное, политическое культурное строительство региона. Так как рассматриваемая стратегия осознается этнокультурными сообществами в качестве важнейшей, она находит воплощение в данных тактиках на сайтах всех диаспор, независимо от условий и времени их формирования. Например, Хамза Хамроев, председатель национально-культурной автономии «Узбекистан», разъясняя цели мероприятий, проводимых автономией, пишет: «В первую очередь свои традиции показать хочу. Чтобы люди знали, что мы не только гастарбайтеры, а что мы сюда приезжаем и свою культуру привозим, традиции» [6]; представители Российско-немецкого дома отмечают, что целью организуемых Дней немецкой культуры является «…формирование положительного общественного мнения о вкладе российских немцев в общероссийское культурное достояние» [18] и т.д.
Тактики, реализующие данную стратегию, также имеют две проекции коммуникативной актуализации: историческую и современную. Практически на всех сайтах есть страницы, посвященные истории формирования диаспор, как в данном государстве в целом, так и в данном регионе. При этом обычно выражается идея длительности совместного проживания этноса. Так, на сайте Томской еврейской общины размещена страница «История Томской еврейской общины»: «…историки считают, что первые евреи попали в Сибирь вместе с польскими военными, взятыми в плен в ходе войны 1623- 1624 годов. …В дальнейшем многие евреи попадали в Томск в качестве так называемых «николаевских солдат. … После установления «черты оседлости» в конце XVIII века в течение многих лет евреи попадали в Томск, в основном, как ссыльные и каторжане. В 1837 году, как свидетельствуют архивные записи, в городе проживало 35 иудейских семей» [7]. На официальной странице «Дома польского в Томске» дана информация об истории формирования польской общины: «Как всё начиналось. Сибирь исторически заселялась людьми многих национальностей, в том числе и поляками. Многие попали в Сибирь не по своей воле: были сосланы в период с конца XVIII по XIX век за участие в польских восстаниях и репрессированы в середине XX столетия. Томская область - не исключение. На ее территории в настоящее время проживает значительное число поляков и людей, имеющих польские корни» [9]. На сайте узбекской диаспоры также отражены первые исторические свидетельства культурных и государственных контактов народов: «С древности активные миграционные процессы в Центральной Азии и Великой степи оказывали большое культурное влияние на народы, населявшие Сибирь. После прихода русских в Сибирь, во второй половине XVII века в Томске стали появляться уже в качестве постоянных жителей «бухарцы», торговавшие среднеазиатским шелком, коврами» [6].